"В поисках серебряной пыли..."

Лет двадцать уж почти не смотрю телевизор, за исключением, пожалуй, старых фильмов, мировых и советских киношедевров, да программы "Монастырская кухня" на канале "Спас" с Максимом Сырниковым. Сегодня Максима не стало. От него с экрана- буквально- исходил Свет. Интеллект и доброта, кругозор и талант, эрудиция и человечность- сразу, с первых же минут влюбляли тебя в него. "С нами вкусно и интересно",- неизменно улыбался одними глазами Сырников и с этого самого мгновения ты ждал встречи с ним: новых рецептов чудесных блюд, которые готовил он тут же, словно при тебе, новых историй, тихого и уютного счастья... Царствие Небесное, вечная светлая память.

Во сне опять приходит та самая музыка. Едва дождавшись девяти, я бросаюсь в холл к телефону. Трубку берут почти сразу и я начинаю говорить, что чуть с ума не сошёл, что соскучился, что приеду сейчас же. Молчание в трубке заставляет заткнуться и меня. - Это Костя?, - слышу я низкий спокойный мужской голос. - Костя, это Миша, её брат. Всё произошло мгновенно, когда она монтировала материал. Врачи говорят, что лопнул сосуд в голове. Приезжайте, на столе лежат две аудиокассеты для Вас. С Родригесом... ...Прошло сорок лет. А память, безжалостная и бесстрастная сука, продолжает монтировать события давно минувшие с нынешними, сплетая новые смыслы, лишая сна, заставляя искать оправдания и презирать себя. И не давая стареть...

Не-ет, не такова Лена! Дико похожая внешне на валлийскую певицу Бонни Тайлер, всегда выглядит элегантно, comme il faut, вытянута как струна и эта походка танцовщицы, силы небесные! И эта манера смеяться, оценив удачную твою шутку, прерывисто, на три такта: "-Ах!- Ах!- Ах!" Богиня. Или полубогиня, что- в принципе- одно и то же. В столовой встречаю Нодара Нодар Мелкоев с бутылочкой домашнего ткемали, присланного мамой. Мы с ним не только из одного города, - мы оба учились во 2-й школе, только когда я пошёл в первый класс, он заканчивал десятый. Но я его запомнил: он был обладателем заметной, невероятно густой шевелюры, как у Пьера Ришара времён "Игрушки". Теперь от шевелюры мало, что осталось, но это его не портит: мой земляк харизматичен, практичен и мудр. - Не торопись, надо подождать пару минут, - шепчет Нодар перед раздачей.- Скоро вынесут отличные отбивные... - А жареные цыплята как же? - Цыплята будут завтра! И точно, минут через пять мы уже уминаем отбивные с ткемали. - Завтра дискотека, - сообщает старший товарищ.- Как там однокурсницы твои? Симпатичные есть? - Ты их всех уже знаешь. - Пойдёшь? - Вряд ли, чувствую себя неважно. К тому же у меня девушка. - Да ты что?! Кто такая? Почему не знаю? - Она не из наших. Познакомлю. - Москвичка? - Ну, да. Ей 27 лет, она работает на телевидении. - Ничего себе, она моя ровесница, ты не слишком молод для неё?,- веселеет Нодар от обеда и моей новости.- Пойдём, отлакируем отбивную кофейком, расскажешь о своей пассии! Вечером выхожу звонить в холл на этаже каждые полчаса. Не дозвонился, автомат при этом проглотил две "двушки". К ночи поднимается температура и першит в горле. Опять снится Джава. И во сне явственно звучат песни из её магнитофона "Филипс", как тогда, целую вечность назад. Готов поклясться, что это именно те песни. Правда, наутро не могу вспомнить ни ноты, как ни пытаюсь. Весь день читаю " Игру в классики" Кортасара, потом, ближе к вечеру, с Лёнчиком Махкамовым идём в кинозал на "Андрея Рублёва". - Давай кино снимем, Кость, - вдруг предлагает Лёнчиком, прервав молчание после просмотра. - Шутишь?, - улыбаюсь я. - Нет, не шучу. К восьми приходит однокурсница N. - Салют, аульный мужчина, - приветствует она, передавая баночку малинового варенья. - Я не аульный, мы христиане, у нас сёла, знаешь ли. - А-а, - тянет N. - Температура есть? - Нет. - Пойдём тогда прогуляемся к пруду, за Кащенко. Подышим свежим воздухом. - Давай подышим. Через полтора часа возвращаемся.На N. красивое сиреневое платье. - Пойдём, потанцуем? - Пойдём. Позвонить только сначала надо. Длинные гудки. На первом этаже, где дискотека, почти нечем дышать. Все потные и возбуждённые. - А сейча-а-ас,- вступает диджей, - ваша любимая Lipps, Inc.! "Designer Music"!!!! Через полчаса мы выходим с N. подышать совершенно мокрые. - У нас с девчонками осталось немного винища в комнате, давай добъём? Мы пьем "Рислинг" и идём в холл покурить. - Сейчас покурим и мне надо позвонить,- затягиваюсь я сигаретой. - Как скажешь, первый парень на селе. Мы плюхаемся в кресла. - Хорошо пахнешь. - Это Анаис- Анаис, - говорит N., берёт мою руку и заводит себе под платье... Когда ко мне возвращается способность соображать, удивляет какое-то незнакомое ощущение пустоты внутри. - У тебя очень красивое платье, -слышу я свой голос, заправляя в джинсы ремень. - Мне его папа подарил, - как-то смущённо и беззащитно улыбается N. Отчего-то от этой её фразы становится невыносимо неловко, почти стыдно за себя, за этот чёртов холл в общаге, лучшей, бл...дь, в Европе - с казёнными креслами и телефоном- автоматом. "Позвонить", - вспыхивает и тут же гаснет мысль- уже поздно, завтра. - Как ты себя чувствуешь?, - задаёт N. спасительный вопрос и я с готовностью жалуюсь на болезненный упадок сил...

На следующей остановке в вагон заходят мои сокурсники- высоченный добряк Серёга Лукьяненко, он же- Балтика, следом- Крупа- Олежек Крупица с Вовой Кирсановым. Все трое в мрачном подпитии. - Здравствуй. Из пивняка мы, Константин, - сдержанно сообщает Крупа. - Ты чего это схуднул так?, - озабоченно оглядывает меня Кирсан.- Как велосипед...Круги под глазами опять же. - Это бабы всё, - театрально изгибает бровь Крупа. - Лёху мы поминали, Кость, - почти шепчет обычно шумный и весёлый Балтика.- Лёху Герасимова. Сожрал его рак все-таки. - Как это, поминали?, - не сразу доходит до меня.- Мы же на днях его навещали дома, на Рафовых "Жигулях", все вместе. Он ничего так, весёлый был. Бледный очень только... Мы выходим под дождь и почему-то молча стоим какое-то время и мокнем, пока Крупа, наконец, не предлагает, словно очнувшись, произнося "т" как "ц", на белорусский манер: -Ну, пошли уже, что ли? Приехали, ё...ная цёця... - Алло, привет! - Привет, дружок! Слу-у-ушай, помнишь, ты всё спрашивал про музыку? Ну, ту, на которую ты в Джаве так запал в своём глубоком детстве. - Ты вспомнила?! Ты вспомнила её?! - Мало того, я нашла их, эти две кассеты. Мне тогда их Миша, брат мой, привёз из Австралии, он на торговом судне боцманом ходил! Сейчас уже не ходит, в Москве сидит. Чувака того, музыканта, зовут Родригес. - Как? - Сиксто Родригес, он о-очень клёвый! Там вся Австралия от него фанатела, Мишка рассказывал! - Не слышал ни разу. Когда увидимся? - Давай на будущей неделе? Я тут материал один сняла, вот смонтирую, а в эфире вместе посмотрим, ладно? Мне важно, что ты скажешь: я хочу параллельным монтажом очерк решить, так драматичнее будет...Только ты звони мне, ладно? - Когда? - Завтра и каждый день! Этой ночью я сплю плохо. Около трёх проваливаюсь- таки в причудливый сон, в котором вижу Джаву. Как ловим с Русланом форель на Чъимасе, потом там же, спустившись вниз по руслу речки, накуриваюсь до рвоты сигарет "Мзиури", потом переходим через наш висячий мост и я долго стою на нём, глядя на бурный поток и кажется, что это мы с мостом несёмся вдоль реки, разбегаемся и вот-вот взлетим... Потом вдруг появляется мамин двоюродный брат Хасик с незнакомой девушкой. У неё огромные голубые глаза и родинка над верхней губой слева. - Знакомьтесь, - говорит Хасик.- Это- наша гостья. Она протягивает руку, насмешливо улыбается и что-то говорит. - Кот, ты что, оглох?, - хохочет Хасик и я чувствую, как краснеют мои уши. - Здорóво, Кот!, - у неё неожиданно хрипловатый голос. Она наклоняется ко мне и целует меня в лоб. У неё сухие горячие губы, очень- очень горячие... Я просыпаюсь в начале шести и понимаю, что у меня жар. Ребята, ясен пень, спят. Встаю, подхожу к окну и чуть приоткрываю его, душно. Вижу, как кто-то высовывается по пояс в окне первого корпуса, что напротив, и радостно орёт: - Лю-у-уди-и!!! Ско-о-олько вре-е-мя-а-а? - А не пошё-о-ол бы ты на-а-а х...?, - резонно вопрошает кто-то из нашего, второго корпуса, но пару мгновений спустя всё- таки смягчается: - Полови-и-ина шесто-о-ого! - Благодарю-у-у! Всё-таки приятно жить среди интеллигентных людей, особенно, когда заболеешь, думаю я, закутываясь в одеяло... - Орэзе, детка, - констатирует похожая на большую добрую пчелу участковый доктор Ступникова.- Лечись, через три дня- в поликлинику. К обеду я сбиваю температуру таблетками до 37-ми и спускаюсь в столовую. О! Как же это пленительно- болеть в ДАСе! Почти как детстве, а возможно, даже приятней: все девчонки немедленно узнают об этом и несут тебе лечебные варенье, блинчики и котлетки с жареной картошкой. Но всё это будет вечером, когда народ вернётся с факультета, а пока, по дороге в столовую, я встречаю лишь однокурсницу Лену Елена Атясова и ловлю себя на мысли, что никогда не видел её в каком-нибудь домашнем халатике и тапочках, что позволяют себе практически все девчонки.

Юбилей Сахарного Человека ...Давно собирался поменять рингтон в телефоне. Почему-то сразу, словно шепнул кто-то, решил: скачаю "Sugar Man" Родригеса. Скачал. Тут же позвонил приятель, Родригес зазвучал в кофейне, улыбаюсь. И девчушка белозубая с дредами, лавируя между столиками к выходу, мне- вполоборота: -Люблю его! У него сегодня днюха, в курсе? Полез в Вики, и правда: Сиксто Родригесу сегодня- 80... Легендарный музыкант, композитор и поэт, уроженец Детройта, карьера которого заглохла, было, в Штатах, едва начавшись, перебивавшийся случайными заработками и понятия не имевший, что где-то далеко, в Южной Африке, а также в Австралии и Новой Зеландии, благодаря пиратским копиям двух своих альбомов, ставший- без преувеличения- иконой 70-х и 80-х. Почему-то прижился слух, якобы Родригес покончил с собой на одном из концертов. Лишь в 1997-м его найдут, перезапустят карьеру и слава гигантской волной вознесëт его ввысь. В 2013-м о Родригесе снимут документальный фильм "В поисках Сахарного Человека"("Searching for Sugar Man"), который выиграет "Оскар". Впервые я услышал его песни ещё ребёнком, когда и в Союзе, и почти во всём мире в целом, о нём и не знали ничего... 10 июля 2022 года Параллельный монтаж рассказ - Как ты узнал меня? - Сначала- по голосу. Потом- по родинке... - Но ведь столько лет прошло! - Пять лет. - Ты же был совсем ребёнком! Тебе и теперь-то семнадцать, пацан совсем... - Я тогда, на сеновале, пялился на звёздное небо, когда вы туда с Хасиком завалились... - Что?! Ты всё видел?! - Слышал. И музыку помню из магнитофона твоего, из "Филипса". - Слышал он, ёлы-палы...И что же? Что потом? - Потом вы ушли спать, а я... - Ну? - Ну, это...произошло впервые. Как землетрясение. - Где-то я уже встречала эту метафору. Примни, пожалуйста, подушку, я не вижу твоего лица... - У Маркеса, наверно, читала, в " Сто лет одиночества ". Только там- о реальном сексе, а не о первой подростковой мастурбации. - Точно! Диалог Аурелиано и Хосе Аркадио! Слушай, анекдот вспомнила. Пожилая дама- подростку: "-И сколько тебе, Ваня, годков-то? - Двенадцать. - Хм-м... И что же ты, Ваня, дрочишь?- Угу. - Ну, да, трахаться тебе, Вань, пока рановато!" Что, не смешно? - Так, не очень. - Да, хорошо там было тогда, в Джаве, красиво: горы, речка прозрачная с форелью, кукуруза жареная на берегу, ночи тёмные- тёмные! И светлячки... Джа-ва... Джа-ва...Джава! Костя! - Что? - Поцелуй меня... ...В трамвае я задремал и проехал не только свою, но и следующие три остановки. Или даже четыре?..Словом, проснулся, когда объявили психбольницу имени Кащенко. Выскочил и- повезло, пошёл колючий осенний дождик- успел запрыгнуть в 26-й, идущий от Шаболовки в обратную сторону, к ДАСу. Дом аспиранта и стажёра МГУ на улице Шверника- это наш дом родной, двухкорпусный "катамаран", соединенный культурно- развлекательным блоком: кинозал, "тренажёрка", бассейн, столовая, кофейня, в общем, экспериментальный проект, жильё светлого будущего- уже сегодня, лучшая общага в Европе! И, кстати, каждому зайцу в лесу известно, что как раз мимо нашего ДАСа проходит похмельный Мягков- Лукашин в " Иронии судьбы...", читая за кадром "Балладу о прокуренном вагоне". Ну, это- "...с любимыми не расставайтесь...", и всё такое. В вагоне, по рыжей гриве сразу замечаю красотку то ли с факультета почвоведения, то ли с биофака: сидит, всем физическим законам вопреки, лианами переплела свои точёные длиннющие ноги под короткой чёрной кожаной юбкой. У неё нынче не слишком свойственное ей затяжное- аж двухмесячное- увлечение ревнивым шкафоподобным аспирантом- сибиряком. Время от времени у них случаются бурные выяснения отношений, которые завершаются ещё более бурными ночными примирениями. Наутро она появляется в кофейне в огромных солнцезащитных очках и остаётся в них на людях при любой погоде в течение нескольких дней. Затем очки теряют свою актуальность- до очередной ночной сцены после дискотеки, и всё повторяется снова...

"Яблоневый сад вечером", Южная Осетия, фотограф Владимир Габаев . Если бы Кэмерон знал об этой локации, "Аватар" он снял бы здесь.

На следующий день, вечером, я битый час сидел в кофейне и собирался с духом: нужно было позвонить Валентинычу и извиниться за горячность. Я опоздал. - Меньшов говорит... Ну, что, остыл? -Остыл, Владим Валентиныч... -Что собираешься делать? -Переснимать сцену одним кадром. - Это правильно. Запомни на всю свою долгую счастливую жизнь: никогда не спорь с критикующими твой фильм, Костя. Никогда ничего не объясняй, не опускайся до этого. Ты- режиссёр, ты высказываешься только своими фильмами... ... Полное ощущение, что воздуха- в разы меньше. Вот, было счастье- общаться с Человеком, знать, что он есть, что он приносит людям утешение, радость, что он в с е г д а поступает искренне, по-человечески. И вдруг- счастья этого не стало...

"Не относись к себе слишком серьëзно... " памяти Мастера ...Завтра- ровно пять лет без Меньшова. Поначалу он был со мной на "Вы". - М-да, - этот его жест, когда, поджав губы, он быстро- быстро, в два-три скребка пальцами, почëсывает висок.- И зачем он сажает, этот Ваш юноша, на вершине песочной насыпи, цветочек? В чëм глубокий смысл этого этюда? - Этюд посвящён планам и ракурсам, - объясняю я, теряя кураж. - А юноша просто сажает цветок, да. Что, нельзя? Только полезные огурцы или, скажем, кабачки имеют права быть культивированными? - Понятно, - вздыхает мэтр.- Ещё один приверженец артхауса...Кстати, я прочитал Вашу "Форель",- артхаус и есть... Вам трудно будет её снять, это же первая работа, дебютная. Сложно будет организовать материал, у сценария нет жёсткой структуры, всё очень " на тоненького"... Плюс- это же ехать придётся на Кавказ, в Осетию, искать подходящие локации- раз!, реконструкция- действие происходит в конце шестидесятых- два! Выберите что-нибудь попроще, расскажите понятную историю, человеческую. Нет же, непременно нужно снять притчу... В результате, через два знойных летних месяца, отпущенных на съëмки дебютной учебной работы, я привожу "что- нибудь попроще", из Тверской области, из Конаково- " Спиридона", притчу, чёрт её подери. Накануне показа в мастерской обречëнно, но твердо говорю ребятам: завтра Меньшов разнесëт меня за мой "артхаус" по кочкам, и я уйду с Курсов.... ... Я помню каждое мгновение показа, это двадцатидвухминутное ожидание позора в полной тишине, которую прерывает мэтр, сопроводив своим характерным почëсыванием у виска:- Ну, что? Высказывайтесь! Коллеги мнутся, мол, надо поразмыслить, подумать... - Да что тут думать?!, - взрывается Меньшов и мне хочется стать невидимым от предчувствия неминуемой катастрофы. - О чём размышлять?! Неужели вы не видите, как это тонко, точно, удивительно снято? Он говорит ещё долго, подробно разбирая фильм, и я перестаю от удовольствия чувствовать своё тело. С это момента он стал обращаться ко мне на "ты". Какие же это были "качели", эти два года в мастерской Меньшова- Рязанцевой- Тумаева! Сколько тревог, страсти, переживаний они вместили, сколько с ч а с т ь я... Когда почти девять месяцев, прошедших после окончания съëмок фильма " Соло", я не знал, цел ли отснятый материал- так уж получилось- я, не выдержав, позвонил ему, приехал домой и признался, что материала нет, монтировать нечего, защита диплома- на носу... Что делать? -Не жди, - сказал он, - снимай новый. Или набей морду тому, по чьей вине ты оказался в этой ситуации. Получи хотя бы моральное удовлетворение... Я снял док о том, как я оказался в столь затруднительном положении и - о, чудо! - в результате съёмок этого документального расследования, материалы "Соло" были найдены. Единственным человеком, категорически не принявшем док, несмотря на главный итог- полученный отснятый материал "Соло", был Владимир Валентинович. - Этот документальный фильм- режиссёрский подвиг, - сказал Тумаев. - Этот фильм есть свидетельство какого-то странного " стокгольмского синдрома", Костя, - отрезал мэтр,- проявленного тобой перед человеком, которого следовало как следует "отделать"! - Но тогда я бы не вернул материал, - возразил я. Меньшов согласился с этим доводом, но... остался непреклонен. Потом настал черёд самого "Соло", которым я защищал диплом. На предварительном показе в Мастерской он сделал три замечания: два мелких и одно- по " гамбургскому счёту". - Финал, сцена смерти героя снята... слишком красиво. Пафосно. Неужели ты этого сам не видишь? Самоирония тебя подводит, Кость... Нельзя относиться к себе слишком серьёзно... Я вспылил. Стал сыпать аргументами, убеждать: было жаль сцену, красиво снятую в изнурительную ночную смену, жаль было отказываться от роскошного монтажа Володи Владимир Зимин ...

Степенный кабан по имени Ти́моти на Никитском бульваре живёт! В меру упитан- по их, по кабаньим стандартам. И в полном расцвете сил: из отведённых природой и породой десяти- пятнадцати ему нынче пять. Чистоплотен до педантизма. Чрезвычайно умён. Даже слишком. - Кошки да собаки- наивные дети по сравнению с Тимоти, - смеётся хозяйка.- Откровенно говоря, иногда мне кажется, что он умеет считывать мысли, прямо оторопь берёт! И очень себе на уме, о-очень...

...С того чёрного дня минуло тридцать четыре года. В трусливой спешке, подло, была расстреляна фашистами колонна беженцев, зверски убиты женщины, дети и старики. Убиты лишь за то, что были осетинами. То, что совершили нелюди- невозможно ни объяснить, ни понять. Простить- тем более. Никогда. У этого преступления нет срока давности. Сегодня- День Памяти жертв Зарской трагедии, боль от которой не становится глуше с годами.

- Вспоминая Японию, я ухожу в себя, и сам того не замечая, пою песенку, которую могли петь наши солдаты, угодившие в плен в русско-японскую войну, возвращаясь на родину. Песенку эту когда-то, до войны, напевал мне мой отец, а ему - его отец. (Поет.) «Прощай, японочка моя, я уезжаю навсегда, я уезжаю в дальнОй путь, жОна и дети меня ждуть!» - импровизировал я прямо на съемочной площадке. И мундштуком отбивал ритм. А потом посмотрел на него, и своему партнеру говорю: «Мундштуку больше ста лет! Это все, что осталось на память о моем отце». - Значит, в фильм вы привнесли не только такую деталь, как мундштук, но и песню. - Да. А еще я исполняю песню Вертинского. Рассказываю Лëвушке, что познакомился с Александром Николаевичем в Харбине, где тот выступал в театре «Америкэн». И напеваю «Испано-Сюизу». - Грассируя – как Вертинский? - Грассируя! Не знаю, все ли из предложенного мной останется в фильме. - Спросили бы режиссера. - Спросил. «Обязательно! Это же расширило рамки сценария!» Но в наши дни никто никаких гарантий дать не может, никто ничего не знает! Неизвестно, выйдет ли фильм. Дойдет ли он до зрителя. Поживем – увидим. Или не увидим..." Увидели, Владимир Михайлович. И были счастливы, и жили планами встретиться на съемочной площадке снова. Но- не судьба. Я до сих пор не верю, что Вас не стало, нет-нет, да порываюсь всё набрать Ваш питерский номер. Когда- нибудь точно встретимся и наговоримся всласть. А сегодня- с Днём рождения! https://xn--80ae9aaodb.xn--p1ai/

...Вчера дорогому моему человеку, любимому актёру, народному артисту России с армянскими корнями Владимиру Михайловичу Татосову могло бы исполниться 100 лет! На глаза попалось интервью 2016-го года, после того, как он снялся в моём "Соло". Из интервью- спасибо Владимиру Желтову- фонтаном бьёт темперамент татосовский, энергия его неуëмная, мощная харизма мужская. Вот вам фрагмент интервью небольшой... "...В апреле был в столице, где снялся в картине «Соло» в роли бывшего сотрудника внешней разведки дореволюционной России в Японии. Живет он в Москве, у него больные ноги, ему 101 год… - Роль, прямо скажем, возрастная! - Возможно. (Смеется.) Иван Андреевич Нечаев - человек он со сложной судьбой. Вернулся в Советский Союз, тут же, как водится, был репрессирован, потерял жену, сына. Между прочим, приятель Александра Николаевича Вертинского. Я с удовольствием его играл. - Большая роль? - Как сказал мне режиссер… - А режиссер-то кто? - Константин Абаев. Когда Константин мне звонил, роль была второго плана. После того, как закончились съемки, режиссер сказал: «Владимир Михайлович, ваша роль перешла в разряд ролей первого плана». - Абаев объяснил, почему пригласил именно вас? - Да! Я спросил: «Откуда вы меня знаете?» - «Когда я был студентом второго курса журфака, мне безумно нравился фильм «Выигрыш одинокого коммерсанта». Картина эта была снята чилийским режиссером Себастьяном Аларконом. В самом начале 70-х Аларкон приехал в Москву, поступил во ВГИК, учился у Романа Кармена, после прихода к власти в Чили военной хунты во главе с генералом Пиночетом, остался в Советском Союзе, на «Мосфильме» снял пять или шесть фильмов. В четырех снял меня. «Я помню вас в этом фильме, и мои друзья-студенты тоже помнят», - сказал Константин, и как бы в доказательство своих слов процитировал какую-то «мою» фразу, которую я давным-давно забыл! А он помнит! «Других картин с моим участием вы, конечно, не видели?» - «Что вы! Я пересмотрел все фильмы, где вы снимались. Но на вас вышел из-за чилийца Каэтано в «Одиноком коммерсанте». Я запомнил ваши глаза. «Вот кто мне нужен! - подумал я. - Столетнего разведчика должен играть Татосов». Владимир Михайлович, никаких проб не будет! Считайте, что вы утверждены!» Вскоре мне прислали сценарий. Прочел – роль оказалась очень интересной. - Сколько было съемочных дней? - Всего несколько дней, но работали мы плотно: с раннего утра до позднего вечера. Я сразу предупредил: я не в том возрасте, чтобы гулять по Москве. А мундштуку больше ста лет! - Что-то интересное на съемках было? - Мне было интересно все! Это же моя профессия. Но вас, наверное, интересует юмор и сатира… - Ну почему непременно «юмор и сатира»!.. - Нет, ничего этакого не было. Я в подобные ситуации не попадаю никогда – не тот человек. Все было очень профессионально и серьезно. Снимали мы в московском НИИ нейрохирургии имени Бурденко - там, где моему персонажу делали сложнейшую операцию. В съемках принимали участие сотрудники клиники… - Ну, вот! А вы говорите! Уже одно это интересно! - …включая крупнейшего специалиста в области нейрохирургии профессора Николая Александровича Коновалова. В операционную меня на коляске везла настоящая медсестра. Настоящую кислородную маску на меня надевали. А перед тем, как моему герою отправиться на операцию, я попросил молодого хирурга по имени Лев (его играет Дмитрий Волков ): «Левушка, дайте сигарету! Так хочется курить!» Левушка угощает меня сигаретой. Я вставляю ее в мундштук, который принадлежал моему отцу, и закуриваю. - СтопСтоп! С этого места, пожалуйста, подробнее! - Прочитав сценарий, я пофантазировал по поводу своего героя, позвонил Константину Абаеву и сказал, какие мне пришли мысли. Моему персонажу запрещено курить. Объясняю режиссеру: «Иван Андреевич время от времени вынимает из кармана мундштук, нюхает его, берет в зубы. Мундштук у меня есть, старинный, янтарь с серебром, – еще отец мой пользовался им». Константин воскликнул: «Прекрасная деталь! Обязательно привезите мундштук!» Эта «прекрасная деталь» заняла свое место в картине, и даже «вывела» меня на песню. - Простите, не понял.