Переоформление/𝘌𝘙𝘕𝘌𝘚𝘛 𝘔𝘈𝘊𝘔𝘐𝘓𝘓𝘈𝘕

⭐⭐⭐😀😀😀 ⭐ ➿🤩🤩🤩🤩➿ 4⃣🔣9⃣5⃣⭐9⃣🔣1⃣0⃣0⃣ @canemwaltz ✍️ @canemwaltz ⭐➿🤩ойдем со мной. ⭐➿⭐🤩ы пожалеешь, но ⭐➿🤩ебе понравится. ⭐⭐⭐🌧️🌨️🌨️🌧️

⬛⬛🔢❎🔢🔢 🔢❎🔢🔢

Друзья, я решил переоформить дневник и поменять Эрнест на Джеймса Поттера ☺

🌟🌟 🌟🌟 — 𝘧𝘰𝘳 𝘮𝘺 𝘭𝘪𝘵𝘵𝘭𝘦 𝘮𝘪𝘯𝘪𝘰𝘯𝘴

🤎🤎🤎 🤎🤎🤎 🤎🤎🤎 — 𝘧𝘰𝘳 𝘮𝘺 𝘥𝘦𝘢𝘳 𝘚𝘪𝘳𝘪𝘶𝘴 𝘉𝘭𝘢𝘤𝘬 Данная история происходит в альтернативной вселенной, где Эрни и Сириус являются одногодками. Приятного чтения! 🔤🔤🔤🔤🔤𝑇𝐻𝐸 𝐿𝑂𝐶𝐾𝐸𝑇🔤

🤩🤩

🤩🤩 🤩🤩 — 𝘧𝘰𝘳 𝘮𝘺 𝘧𝘳𝘪𝘦𝘯𝘥 𝘈𝘥𝘦𝘭𝘦 𝘋𝘦 𝘓𝘢 𝘍𝘰𝘯𝘵𝘢𝘪𝘯𝘦

— О, Эрни, — мягко сказал Забини, и в его глазах блеснули опасные искорки. — В этом замке есть птицы, которые поют только по приказу. Она сделала то, что от неё требовалось, и улетела. Не стоит искать её. Игры Ордена не терпят лишних свидетелей и долгих привязанностей. Смотри на это философски, ты получил пропуск в куда более интересное общество. Я промолчал, лишь глубже вдохнул пряный аромат виски. Когтевранка действительно исчезла, словно её и не существовало, выполнив роль идеальной, манящей приманки. Но, видит Мерлин, эта паутина, в которую меня заманили, обещала быть уютной, порочной и изысканной. Нынешняя ночь определённо стоила того, чтобы пережить животный, маггловский страх. И я, разумеется, с наслаждением принимаю этот новый опыт.

Кормак Маклагген довольно скалился, крутя в руках зажигалку. Рядом ухмылялась Пэнси Паркинсон, скрестив руки на груди, а Мариэтта Эджком брезгливо разглядывала свои ногти. Но в центре этой мизансцены, лениво опустив взгляд вниз, стоял Блэйз Забини. Когтевранки с глазами цвета грозового неба нигде не было. — Добро пожаловать в Орден, Макмиллан, — произнёс Блэйз, и его голос эхом разнёсся в ночной тишине. — Ты оказался менее скучным, чем принято думать о твоём факультете. Пойдём, выпьем чего-нибудь приличного. Спустя полчаса от пережитого на башне ужаса не осталось и следа, если не считать приятно ноющих коленей и лёгкого холода в плече. Мы переместились в заброшенный класс на третьем этаже, который эта компания превратила в некое подобие закрытого светского клуба: тяжёлые бархатные портьеры на окнах, полумрак, согретый дюжиной парящих свечей, и низкие старинные кресла. Я уже успел сменить мокрую мантию на сухую, любезно одолженную Маклаггеном, и теперь вальяжно полулежал в глубоком кресле, согревая ладонями бокал превосходного старого огневиски «Огденс». — Нет, вы видели его лицо? — хохотал Кормак, развалившись на соседней кушетке и подбрасывая в воздух ту самую маггловскую зажигалку. — «Ух, горячо!» и Эрни выдаёт такую октаву, будто его самолично поджаривал венгерский хвосторог! Мерлин, Макмиллан, я думал, пуффендуйцы покрепче. — Заткнись, Кормак, — лениво бросила Пэнси Паркинсон, пригубив из своего бокала что-то тёмное и ароматное. Она сидела на широком подоконнике, покачивая туфелькой. — Для пуффендуйца он держался превосходно. По крайней мере, он не разрыдался и не побежал жаловаться мамочке или Спраут. А его шаг с парапета... Признаться, я думала, нам придётся его толкать. — Это было... эффектно, — тихо подала голос Мариэтта Эджком, кутаясь в пушистую шаль. Её взгляд, до этого брезгливый, теперь задерживался на мне с явным, хотя и скрываемым любопытством. — Но твоя мантия, Макмиллан, пахла подземельями Снейпа. Где ты умудрился так испачкаться? Я лишь снисходительно улыбнулся, делая глоток обжигающего напитка. Бархатное тепло медленно разливалось по телу, возвращая мне мою привычную уверенность. — Дорогая Мариэтта, утончённая роскошь требует жертв, — протянул я, слегка растягивая слова и глядя на неё сквозь стёкла своих очков. — Будем считать это издержками производства. К тому же, матрасы из чулана завхоза явно не видели чистки со времён основания Хогвартса. Блэйз Забини, до этого молча стоявший у камина и наблюдавший за пламенем, обернулся. В его руках покачивался хрустальный стакан. Он подошёл ближе и опустился в кресло напротив меня. Его движения были полны той самой порочной, врождённой грации, которую я всегда ценил в людях нашего круга. — Бросьте, — бархатным голосом произнёс Блэйз, и в комнате сразу воцарилась тишина. — Макмиллан прошёл проверку. Он принял вызов без палочки, разгадал загадку Кассиопеи и прыгнул в неизвестность. Это заслуживает уважения. В конце концов, орден «Слепых сов» не принимает в свои ряды посредственностей. Он поднял свой бокал, салютуя мне. Я ответил тем же. — Кстати, Блэйз, — я прищурился, вальяжно откинув голову на спинку кресла. — Твой голос на башне... Признаться, на секунду я поверил, что меня ждёт участь инквизиторской жертвы. Весьма недурная актёрская игра. Но где же наша общая знакомая? Та прекрасная когтевранка, которая так любезно доставила мне кулон во дворе? Пэнси коротко рассмеялась, переглянувшись с Мариэттой. Блэйз лишь тонко, едва заметно улыбнулся, пригубив огневиски.