Призрачная Лавка

Тулио. Игровой персонаж под прекрасный сеттинг Пайссо. Вчера наконец сыграла как игрок - и в абсолютной любви, уже хочется всех рисовать. Но сил пока хватает только на кривые скетчи своего персонажа, которыми я не особо довольна, но пусть будут #маски

В дополнение к предыдущему посту - криво нарисованный в поезде Дым. Конкретно в сюжете игры он не участвует, но для околоперекрёсточного сеттинга важен. Объективно, один из самых неприятных персонажей (несмотря на мою большую любовь к нему), поэтому быть нарисованным криво он заслуживает-

«Вестейн один. Среди Тишины. Среди золота... Где чёртов маг!? - Один? - смех от дерева. - Я бы на твоём месте радовался, если бы был один... Ну ладно, если тебе так легче, можешь считать, что ты теперь один на один со мной. - С тобой? - Вестейн резко оборачивается, почти задыхаясь - от испуга или негодования. Сердце в груди шипит и скалит зубы. Прислонившись к дереву плечом, стоит человек в серой походной хламиде. Он весь серый, этот человек; такого серого цвета, как тёмные скалистые горы, как брусчатка в Одване, как дым от сгоревшего дома... Человек пахнет дымом. Или не человек? - Со мной, - кивает он, улыбаясь лукаво, но эта улыбка - пуста, в ней нет смысла, и вся его фигура зыбкая, невнятная и лживая. - Как тебя зовут, странник? Вестейн врёт, бросая первое попавшееся имя. - Тебе не подходит, Человек, - тот лишь беззлобно смеётся. Кошка теребит заусенец на пальце. Расковыривает. Тёмная капля набухает у ногтя. - Кто ты? - Я никто, Человек, - смеётся он, легко отталкиваясь от дерева и делая вперёд - шаг. Два. Три. Он здесь один, а Вестейну кажется, словно вместе с ним ближе подобралась стая маленьких хищных рыб. - Ты тень? - спрашивает Вестейн. - Это так. - Но ты больше похож на человека... - Как и ты, - смеётся дым, обходя Вестейна по кругу. Дым. Туман. Стая пустоглазых рыб кружит рядом. Водоворот. - Тогда... дух? - Может быть. - Так кто же в итоге? Улыбка. Смех в пустых глазах. Дым... Дым скользит вокруг Вестейна, пытливо заглядывая в душу. Рыбы плывут за ним. - Я Туман, странник, - смеётся он и говорит "я" как "мы". - Я никто. Я дом для любой тени. Я - в любой тени. Хочешь стану твоей тенью, Человек? - Нет, - скалится Вестейн, и тень, его собственная тень, отвечает тем же. Встаёт дыбом белая шерсть. Обнажаются острые зубы. Одна пасть в другой, одна в другой... Тень рычит. - Белый Волк? Красивая тень, Человек! - веселится пепельно-серый Дым. - А что за книга у тебя, Человек? Уж не твоё ли сердце? Уж не Инг ли его написал? - смеётся нараспев. - Замолчи! - кричит Вестейн. "Замолчи, замолчи, замолчи!.." - шепчет Вестейн. Буквы в книге злятся, буквы становятся кривыми и рваными, их слишком много и все - кричат. Буквы падают вниз. На тень под ногами. Ему кажется, что сейчас он не выдержит, что страх, поселившийся в сердце и похожий на злобу, кинет его вперёд, на веселящегося гостя, заставит отрастить зубы, как у своей тени, и вцепиться ему в глотку... Среди тумана, клубящегося на тропах, мелькает золотая чешуя. Только мелькает и не решается подплыть ближе, ворваться в странную беседу... Острые фигуры рыб. Человек в сером балахоне выгибает бровь, смотря туда, где только что показался сполох золота. - Значит, это всё-таки ты, - шепчет он непонятно про кого и неприятно щерится, снова глядя на Кошку и коротко взмахивая рукой. - Ну до свидания, Человек! Туман как будто становится несколько реже. Вестейн вздрагивает один раз, второй... Его трясёт крупной дрожью, и он снова один» #заметки_на_полях

Интермедия. Встреча с Дымом (Про него ещё тут) *Примечание: кошками называют людей, которые видят, слышат или чувствует тени, а также Кошка - прозвище Вестейна, ученика мага

Лимонные блонди с имбирным цукатами Ещё один лимонный рецепт. Потому что весна и лето для меня - это однозначно лимоны. #хлебный_ларь

Это были даже не совсем его владения. Он привык наводить здесь порядок, но с самого начала никогда не главенствовал в этих местах. Перекрёстки оставались для него непредсказуемыми, малопонятными и горячо любимыми - издалека. Он делил их с той, которая потеряла всё, что имела, и он понимал это существо, должно быть, лучше всех на свете. Но она постоянно злилась - на него, на Нотт, на всех вокруг, и он не находил с ней общего языка. Она часто уходила в попытках вернуть себе утраченное, а оставаясь на Перепутье, пыталась выдворить отсюда Феникса. Она жила в горных пещерах и страшно горевала по ночам. В такие секунды тени-одиночки начинали вторить ей протяжным скулежом, и ночь превращалась в хор этих горьких голосов, который обычному прохожему показался бы воем ветра. Палач смотрел на неё и боялся, что когда-то станет таким же. Вернее, он знал, что этот момент неизбежно настанет. Он растеряет все прекрасные тёплые перья, озлобится и закроется в Башне на всю оставшуюся вечность, которой ему с лихвой хватит, чтобы сойти с ума. Если, конечно, тени (в частности - проклятия) могут лишиться того, что от разума осталось. С каждым годом перьев становилось всё меньше, чах огонь, оголялась некрасивая грязная копоть, собирающаяся под ними. Не помогали даже многочисленные обходы с поиском мелких, и без того умирающих теней, камешки-воспоминания, сладко хрустящие на зубах, и договоры с людьми, позволяющие почувствовать себя полноценной тенью. Хотя бы ей. Это всё только на время приглушало боль, заставляло перья на секунду вспыхивать ярче, но конец, гнусный неправильный конец, недостойный его, неотвратимо приближался. Пока однажды не пришёл человек с глазами, на дне которых с рождения плескалось золото, скрытое, затаённое, без возможности вырваться наружу смешливыми искорками безумия. Он пришёл к Нотт, не к Палачу, смог добраться до неё в одиночку, и просил только одного, хотя желал попросить многого. А Феникс увидел в нём скромную маленькую надежду, трещинку подходящего размера. Возможность спасения. И Красная Птица нацепила излюбленную маску - широкий плотоядный оскал. Палач ответил быстрее задумчивой Нотт, соскочил с дерева, подошёл вплотную. И получив согласие, превратил Безумие - в Смерть» #заметки_на_полях

Сказка о Красной Птице. Взгляд с той стороны «Каждый раз, когда на небе сгущались сумерки или занимался рассвет, он выходил на улицу и бил в маленький медный колокол, затёршийся и покрытый налётом древности. Он нёс его в одной руке и обходил все свои владения - деревню, поля, горы... - ударяя по колоколу один раз в четыре секунды. Колокол звучал резко, но глубоко, протяжно, с дрожью, достойной преступника перед виселицей. Этот звук здесь ненавидели. Он ограничивал их, резал не по ушам - сразу по нервам, собирал, сгонял в одно стадо, как овец, и запирал калитку на засов. Только он, блюститель здешнего порядка, не был пастухом. Он был Палачом. Палачом Нотт, как его стали называть ещё очень давно, Птицей несчастий, Алым Фениксом. Он был - падальщиком, проклятием и чудовищной несправедливостью. Его ненавидели так же, как жалкий медный колокол.

#заметки_на_полях

Сказка о купце из Арша и Красной Птице   (или проще - о Фениксе; пр. Долорес) «Никто не знал, откуда он приехал. Никто даже не знал, как его зовут. В запасе у чужеземца не было ни хлеба, ни воды, но была полная сумка сказаний, легенд и историй. Дети любили его. Взрослые боялись.  Купец из Арша, торговавший рыбой, ещё совсем молодой парень, которого мать отправила обгорать на жестоком южном солнце, никогда не ходил с остальными слушать рассказы кочевника. "Выдумка," - хмурился он. И всё же, если странный путешественник проходил мимо его тележки, купец всегда тайком поднимал на него взгляд. И если он был поблизости, когда кочевник рассказывал свои истории, купец всегда замирал и невольно прислушивался.  Однажды он услышал, как кочевник говорит о Красной Птице, исполняющей желания. Эти слова надолго засели у него в голове, и, когда путешественник пришёл к нему купить рыбы, он не выдержал и спросил:  - Вы недавно рассказывали о Красной Птице. Но ведь это просто выдумка?  - Как посмотреть, - ответил на это кочевник. - Конечно же, я выдумал, что она сторожит сокровище. Так звучит красивее. Но на самом деле, ей нечего сторожить. У неё ничего не осталось. - А про исполнение желаний вы тоже выдумали? - Вовсе нет. Если дашь правильные ответы на три вопроса, то она исполнит твою просьбу, - кочевник замолчал и взглянул на свои старые карманные часы. Время на них замерло и навеки показывало ровно полдень. - Что у тебя за желание, парень?  Купец нахмурился и хотел возразить, что спрашивает не для себя, а так, из любопытства. Но после недолгого молчания всё же коротко ответил: - Да так... потерял кое-что. Найти нужно.  - Она живёт на Севере, на выжженной Пустоши, посреди которой растёт только одно дерево, - сказал кочевник, улыбаясь. Купец разозлился и прогнал его, чтобы тот не распугивал прохожих, но путешественник забыл на прилавке свои сломанные часы. Несколько дней купец пытался их вернуть, только на этот раз так и не смог нигде найти странного гостя - видать, тот давно уплыл в другие земли.  Однажды купец откинул крышку часов и посмотрел на стрелки. Так вышло, что в этот момент часы указывали ровно на север. И тогда купец догнал отплывающий корабль.  Он долго блуждал по незнакомым холодным землям, среди гор и лесов, пока, идя вдоль реки, не выбрел на пустую, словно затронутую огнём, равнину. На ней стояло дерево - дерево было голое и бордовое, цвета запёкшейся крови.  На дереве сидела птица - красная. Как закат и лесной пожар. Она была страшна, эта птица; страшнее всего, что он видел в своей жизни. Возможно, из-за цепких золотых глаз, наблюдавших за ним.  Купец подошёл и встал перед деревом, держа у сердца сломанные часы.  - Мне рассказывали, что ты исполняешь желания, - он смело и нагло посмотрел ей прямо в глаза. - Исполнишь моё?  - А ты ответишь на мои вопросы, мальчик? - насмешливо спросила птица. Голос её не был ни женским, ни мужским, и она ни разу не открыла своего клюва.  Купец кивнул. Тогда птица задала первый вопрос:  - Какую цену назначишь своей душе, человек?  Тот долго думал, прежде чем улыбнуться и ответить:  - Не мне об этом говорить. Вот если кто-то захочет купить мою душу, так пусть цену и назначает. Коли скажет, что грош мне цена, так тому и быть. Если захочет всё своё состояние отдать - что ж, я приму его.  - Тогда скажи, что я сторожу? - смеялась птица.  - Я знаю, что ты сторожишь не сокровище. По крайней мере, не то, что любой бы приходящий к тебе человек посчитал бы сокровищем. Кто-то говорит, что здесь нет ничего и сторожить тебе нечего. Но я бы сказал... ты сторожишь то, за что назначила цену в состояние. Может быть, цену, даже большую, чем способна выплатить.  На этот раз долго молчала птица. И спросила без смеха, скучно, так, словно ей не было никакого дела до этого вопроса: - Что значит любить?  - Любить? - купец скользнул глазами по огненно-красному оперению птицы и ответил, не задумываясь. - Любить значит гореть»   Страница, на которой была записана последняя часть сказки, неосторожно вырвана, её края - обуглены. Неясно, оказались ли ответы на вопросы верными и получил ли купец желаемое.

Дайсы с вереском «Гроза на Перекрёстках» «Закрой глаза. Слышишь, ветер шумит? Это Перекрёстки. Это их шёпот. Что они говорят тебе? *** Жарко. Вокруг шелестят слова. Словно это общаются между собой золотые колосья. Шорох, свист ветра... Откуда ты, странник? - тени прячутся в золоте. Откуда? - ветер пробегает по полю. Ты знал, странник, что у тебя красивые глаза? Как у Неё? Останься, странник, останься, останься... - грязь липнет к ботинкам. Воздух густеет, становясь душным и тёплым. В нём зависает гроза. Нужен какой-то щелчок - и дождь прибьёт пыль к земле. *** Что за старое воспоминание ты подобрал?.. Тсс. Слышишь? Ветер шумит. Это Перекрёстки ищут новую жертву. Ты же не хочешь попасться в их сети? Тогда пойдём. Нужно найти укрытие до наступления ночи» #вещички #заметки_на_полях