Globe Trotter

И снова о культурном мерче. Идеальный пример, когда сделано что-то, попадающее в настроение момента - пляжное полотенечко «Осторожно: горячо!» афинского арт-центра Onassis Stegi. Все сходится: и лето горячее, и постановки Фонда Онассиса, а полотенце - вообще огонь!

Mona Who? - Удачный новый мерч у Лувра, коллаборация с Томасом Лелю, полюбившемуся многим своими ироничными афоризмами, написанными от руки, которые он публикует в соцсетях. В данном случае Лувр как бы десакрализирует свой самый популярный экспонат и намекает на то, что в музее есть много другого, что можно посмотреть.

Вид на Токио со смотровой площадки телебашни Tokyo Skytree. В центре – два арочных моста на реке Сумида. Вокруг – теперь уже престижные районы Кото, Тюю и Сумида, которые прошли процесс портовой и индустраильной джентрификации.

Идеальная иллюстрация к Феррагосто, дню, когда вся Италия уходит в отпуск, – практически любая фотография Робби Макинтоша. Но в особенности хороша его многолетняя серия "На пляже". Неаполитанский пляж – то апофеоз "человеческой комедии" с разными социальными типажами, снятые без прекрас, с лишним вестом или, наоборот, очень худые, с морщинами или прожигающие свою молодость. Все вместе на пляже, на этом празднике жизни, где все равны.

"Ныряльщик", 1951. Автор этого снимка, Нино Мильори - классик неореалистической фотографии. «Ныряльщик» - пожалуй, самая его знаковая работа - стала одним из символов возрождающейся после войны Италии. После 1950х Мильори отошел от репортажного жанра, много экспериментировал и превратился в концептуального фотохудожника, сохранив активность до преклонных лет. В сентябре ему исполнится 100 лет, и к этой дате по всей Италии проходит серия его ретроспектив, самая масштабная откроется 3 октября в Аосте. 📷 Nino Migliori

В этом году цветочный ковер на Гран-Пляс в Брюсселе особенно хорош – его темой стала "Большая волна в Канагаве" Хокусая. Flower Carpet – фестиваль, который проходит раз в два года, и на этот раз его приурочили к 160-летию дипломатических отношений между Бельгией и Японией. Около 500 000 георгин волонтеры укладывали вручную всё утро 13 августа, ориентируясь по пронумерованной схеме: каждому оттенку соответствовала цифра на эскизе, и волна проступала на камнях площади постепенно, как фотография в проявителе. Узор по мотивам Хокусая создал японский художник Хиро Сугияма со своей студией Enlightenment – свою версию они называют "Neo-Hokusai". Ковер останется на площади до вечера воскресенья.

Дерзкое нападение на претцель. Но в день рождения - можно. Альфреду Хичкоку - 127.

Для одних кордиор затмений, для других – коридор возможностей. Учитесь у метров, как встречать турбулентные времена! Бьорк в безумном костюме Robert Wun выступает на фестивале Echolalia в Исландии ровно в момент солнечного затмения.

Вроде бы абсурдная формулировка – "Радость мирового ремесла". Ремесло – оно по определению локальное, а не глобальное. Но весь мир населяют ремесленники, у каждого своя культура и благодаря таким событиям, как Homo Faber, локальное становится знаменитым за пределами одной страны. Пожалуй, это последнее напоминание о предстоящем туре на Homo Faber, мест почти не осталось. Ну а по поводу этого снимка на обложке Condé Nast Traveler отмечу, что на голове у героини – несколько гипертрофированная авторская версия короны Исиколо. У зулусов это атрибут замужней женщины. Когда-то повседневный, позже – для выхода за пределы дома, а сейчас – для особых случаев. Только раньше основным материалом этой короны были заплетённые волосы женщины, а теперь корона – текстильная и съёмная. Но в таком гигантском виде она кажется символом всей африканской культуры.

Остов затонувшего немецкого судна времен второй мировой войны в обмелевшем Дунае на территории Сербии. Из-за рекордной жары этого года многие реки в Европе обмелели, а некоторые вообще высохли. На Дунае движение крупных судов приостановлено.

В Триесте я первым делом направился в Pasticceria La Bomboniera – кондитерскую, которая работает в городе с 1836 года и интерьер которой признан местом общественной ценности Италии, то есть его нельзя менять. Кондитерскую основала венгерская еврейская семья Эппингер, но славы своей она добилась, когда специально из Будапешта пригласили венгерского повара. Он привнес в меню сладости Австро-Венгерской империи – штрудели, захер-торт, линцер, торт «Добош», риго-янчи, а главное – установил дровяную печь, на которой с тех пор выпекаются десерты. Это единственное такое кафе в Триесте, и даже, говорят, во всей Италии, где до сих пор используется дровяная печь. Неудивительно, что у заведения, существующего столько лет, появилось множество легенд, связанных с фирменными сладостями. Одна из них – рулет «Пресниц» (от Prein Prinzessin – «Приз Принцессы») придумали специально к приезду императрицы Сисси, нафаршировав слоеное тесто грецкими орехами, фундуком, миндалем, кедровыми орешками, изюмом, инжиром и щедро залив ромом. А литературный десерт «Любовные письма» (хрустящую выпечку шприцем заполняют кремом прямо перед покупкой) якобы любил покупать Джеймс Джойс для своей возлюбленной Норы Барнакл. Мне же удалось попробовать другой фирменный десерт, тот самый, что рекламируется на витрине – Карсолина. Это вариация мильфея, только там не тонкие коржи, а три толстых и особенно хрустящих, прекрасно оттеняющих крем с марсалой. Кстати, к кофе подают шот с горячим шоколадом – эта традиция возникла уже при новых владельцах, шоколатье Фаджиотто, владеющих кондитерской с 2019 года.

Вы, наверно, слышали про депозит, который добавляют во многих странах к стоимости напитка в пластиковой упаковке. Этот депозит возвращают, если бутылку потом сдать в специальный автомат. Это правило, оказывается, распространяется и на аэропорты. Вчера я летел из Порту в Триест через Франкфурт, и обратил внимание на некоторые нюансы. Для начала залог в Порту составляет 10 центов, во Франкфурте уже 25. Однако, автоматов для сдачи бутылок в обмен на деньги нет нигде. Залог обязаны вернуть на кассе той точки, где куплена бутылка. Правда, чтобы получить его, придется снова отстоять очередь. Разумеется, никто этого не делает. Такой вот схематоз!

Два дня назад отмечали международный день кота, но кот вырос. И теперь музеи мира обращают наше внимание уже на день льва. Это - дюреровский лев из Альбертины.

Мои планы на ближайшие 10 дней.