Елена Конотопова

Кто сегодня работал кастинг на микродраму, тот мы! 👇🏻

На днях осматривали локацию для съёмок микродрамы - нашла удивительное. 😂

Сегодня Telegram 13 лет. Хороший возраст, чтобы поговорить о недвижимости.   14 августа 2013 года вышел первый Telegram для iPhone. Каналов тогда, кстати, вообще не было — они появились только через два года, в сентябре 2015-го. Истории Telegram подарил себе…

Сегодня Telegram 13 лет. Хороший возраст, чтобы поговорить о недвижимости.   14 августа 2013 года вышел первый Telegram для iPhone. Каналов тогда, кстати, вообще не было — они появились только через два года, в сентябре 2015-го. Истории Telegram подарил себе на десятилетие, в 2023-м.   Забавно, как быстро всё это начало казаться чем-то, что существовало всегда. А собственный канал — чем-то вроде собственной квартиры.   Там несколько лет текстов, подписчики, переписки с клиентами, закрытые группы, файлы, эфиры, ссылки, продукты. У кого-то внутри Telegram уже лежит почти вся профессиональная жизнь. Обжились. Повесили шторы. Кажется, ещё немного — и можно заказывать кадастровый номер.   Только квартира не наша. Точнее, контент может быть нашим, а инфраструктура — нет. Адрес, интерфейс, способы входа, доступные функции, правила работы принадлежат платформе. Сам Telegram в условиях использования прямо оставляет за собой право эти условия менять.   И за свои 13 лет он как раз прекрасно показывает, насколько сильно может измениться платформа, не переставая называться Telegram. Поэтому проблема для автора начинается вовсе не в тот гипотетический день, когда Telegram исчезнет. Для этого у нас и без меня хватает людей с табличкой «всё пропало». Проблема начинается гораздо раньше — когда выясняется, что вести человека из Telegram вам некуда. Сайта с актуальной информацией нет. Контакты клиентов живут в личных переписках. Тексты существуют только в канале. Записи эфиров — где-то там же. Продукты описаны постами трёхлетней давности. Если человеку понадобится найти вас вне Telegram, начинается небольшой археологический сезон. И вот тогда канал перестаёт быть отличным инструментом и становится единственной дверью в ваш проект.   А одна дверь — довольно хреновая архитектура, даже если она пока прекрасно открывается. Сам Telegram, кстати, ещё в 2018 году сделал нормальный экспорт данных через Telegram Desktop: можно выгрузить свои чаты вместе с фотографиями и другими файлами. То есть хотя бы архивировать накопленное нам никто не мешает. Но архив — ещё не собственная система.   У профессионального проекта вокруг Telegram постепенно должны появляться вещи, которыми распоряжаетесь уже вы: сайт, база контактов, архив текстов и материалов, документы, продукты, права, несколько способов связаться с вами и несколько точек, через которые вас можно найти.   Telegram при этом совершенно не обязательно бросать. Я точно не собираюсь. Он может оставаться главным местом, где удобно писать, читать, разговаривать, продавать и собирать людей.   Просто главная площадка и единственная площадка — не одно и то же. Так что с днём рождения, Telegram. Спасибо за 13 лет и вообще за всё. А тем, кто меня читает – от души моя искренняя благодарность. Мне нравится говорить с умными людьми.

МТС открыл доступ к Spotify, Ticketmaster, Strava и Netflix без VPN. Сервис «Глобальный доступ» возвращает российским абонентам возможность пользоваться зарубежными цифровыми платформами, ранее ограниченными или полностью недоступными на территории страны. Список должен стать больше в будущем. Доступ реализован через приложение «Мой МТС». Пользователь переходит на нужный ресурс и оплачивает подписку со счёта мобильного телефона благодаря встроенным финтех-решениям. Прокси или VPN устанавливать не нужно. Решение основано на технологии, запатентованной МТС в 2025. Компания называет себя единственным телеком-оператором в России, предложившим подобный собственный продукт.

Диагностика привела в консультации, а не в группу   Перед запуском Мастерской я сделала бесплатную диагностику профессионального материала на сайте. Человек отвечал на вопросы о своём опыте, проектах, сильных сторонах, интересах и ограничениях, после чего получал предварительный разбор. Результаты я проверяла вручную и отправляла лично. Я рассчитывала, что диагностика станет одним из входов в Мастерскую.   Получилось иначе. Шесть человек после диагностики пришли ко мне на платные личные консультации по 18 тысяч рублей. Ещё около пятнадцати говорили, что Мастерская им интересна, но вернуться к ней они готовы осенью. Около восьми прямо сказали, что сейчас не могут выделить несколько недель на плотную работу из-за семьи, детей, работы и других обязательств. То есть диагностика свою задачу выполнила. Люди увидели, что в их опыте есть материал, с которым имеет смысл работать, и часть из них была готова за эту работу платить. Но платить они начали за разговор один на один, а не за групповую программу.   И теперь у меня появилась гипотеза, которой до запуска у меня не было. Мастерская была рассчитана в том числе на людей, которым трудно начать публично говорить о собственном опыте. Кто годами работает, знает и умеет гораздо больше, чем видно по его публичному присутствию, но чувствует себя неловко, когда приходится заявлять о собственной ценности. При этом маленькую группу я считала преимуществом Мастерской: камерность, поддержка, возможность идти рядом с людьми с похожими задачами.   А что, если для части этой аудитории группа работает ровно наоборот? Если человеку и так страшно показывать себя наружу, то пять незнакомых людей, перед которыми нужно обсуждать свой опыт, показывать тексты, сомневаться и пробовать новую публичную роль, — это ещё пять наблюдателей. На личной консультации безопаснее: один человек, конфиденциальный разговор, никакого сравнения себя с другими и никакой необходимости сразу становиться видимым даже внутри маленькой группы. Это пока именно гипотеза. Шесть консультаций её не доказывают. Но она хорошо объяснила бы странность, которую я раньше не замечала: я проектировала группу как пространство поддержки, а потенциальный участник мог воспринимать её как ещё один уровень публичности.   Поэтому здесь я хочу спросить уже не столько продюсеров. Психологи, как вам такая гипотеза? Для человека, которому трудно предъявлять миру собственный опыт и профессиональную ценность, маленькая группа действительно может сначала повышать тревогу, а не давать ощущение поддержки? И если да — можно ли правильно спроектировать вход в такую группу, чтобы это изменить? #мастерская

🤔 ЧТО ТАКОЕ ГУР? В дубляже есть часть работы, о которой зрители почти никогда не задумываются: чтобы сцена звучала живо, нужно озвучить не только главных героев, но и всех людей на фоне. Именно так появляется естественная атмосфера — шум толпы, реплики массовки и живое звучание сцены. В ролике показываем, как наши актеры озвучивают массовые сцены 👆 #rufilms #озвучка

Я в последнее время стала подозрительно смотреть на знак %. Уж больно много их вокруг стало. Живём как в учебнике по математике.   Не потому, что проценты врут. Проценты вообще ни при чём. Но рядом с ними почему-то очень часто начинается какая-то херня.   «Продажи выросли на 200%». Ого. А было 10 продаж, стало 30. Всё правда, никто не соврал. Просто пока нам не показали исходное число, мозг уже успел дорисовать бурный рост, большой рынок и, возможно, успешный успех.   «Препарат снижает риск на 50%». Звучит ещё лучше. А если без препарата заболели два человека из тысячи, а с препаратом один? Тоже правда: относительный риск снизился на 50%. Только в абсолютных числах разница — один человек на тысячу.   «87% пользователей рекомендуют». Прекрасно. 87% кого? Из двадцати трёх человек? Из двадцати тысяч? Кто участвовал в опросе, кто не участвовал и кто его вообще проводил?   И отдельная моя любовь — числа вроде 37%. Не 40, не 35. Именно 37. Сразу пахнет наукой: где-то обязательно должен стоять человек в белом халате, рядом Excel, график и очень серьёзное лицо.   Вот только число может быть совершенно настоящим, а вывод из него — уже нет. И меня как раз это бесит больше всего. Потому что нам постоянно продают не фальшивые цифры, а слишком большой вывод из слишком маленького куска данных. Вакансий стало меньше — значит, столько же людей потеряли работу. У принимавших препарат болезнь встречалась реже — значит, препарат её предотвратил. Инфляция снизилась — значит, цены снизились. Исследование получило результат на конкретной группе людей — значит, «учёные доказали» для всех. Нет, блин. Не всегда они это доказали. Иногда между исходными данными и бодрым заголовком лежит такая логическая дыра, что туда можно грузовик загнать.   Наверное, вот здесь и начинается критическое мышление. Не в том, чтобы никому не верить и ходить по интернету с выражением лица «я-то вас всех вижу насквозь». А в привычке на несколько секунд задержаться перед красивым выводом и спросить: что именно измеряли? С чем сравнивали? От чего считали процент? Какие были исходные числа?   И самое главное: это действительно следует из данных — или эту часть я уже додумала сама? Причём гораздо полезнее задавать эти вопросы не тогда, когда с утверждением хочется поспорить. А когда оно нам очень нравится. Потому что чужую ерунду мы распознаём куда охотнее собственной. В общем, решила проверить, насколько мы вообще умеем это делать.   Я вам собрала тест из семи вопросов. И никаких выдуманных задачек про условную фабрику, где производительность труда выросла на 26%. Я взяла семь настоящих новостей: реальные исследования, реальные проценты, реальные публикации. ИИ, программисты, инфляция, рынок труда, лекарства — всё как мы любим. Сначала выбираете ответ. Потом получаете разбор и ссылку на исходную публикацию. А в конце — не просто «5 из 7», а объяснение, на каких именно интеллектуальных ловушках вы чаще попадаетесь.   Проверим, насколько хорошо у нас вообще работает критический фильтр? [ПРОЙТИ ТЕСТ] Результат тащите в комментарии!

Теперь мы знаем кто во всём виноват!

Большой охват автора не равен охвату продукта Instagram* я вообще не рассматривала как серьёзный канал продаж Мастерской. Но пока я готовила запуск, аккаунт внезапно выстрелил. Ролик о Плюше набрал около 1,3 миллиона просмотров, а за 90 дней Instagram показал больше 1,5 миллиона просмотров и 850 тысяч охваченных аккаунтов. 312 900 взаимодействий. Причём 97,4% просмотров пришли от людей, которые на меня не были подписаны.   В это же время я училась на курсе по нейросетям. Одним из домашних заданий было сделать Reels, и материалом для эксперимента стала Мастерская. Так появились пять роликов про профессиональный опыт, публичность и темы программы. В основном аккаунте они получили суммарно 3793 просмотра. В пробных Reels каждый до публикации набирал примерно 800–1000. То есть Instagram* неожиданно показал мне сразу две очень разные вещи. Личная история может за несколько дней привести к автору огромную новую аудиторию. Но это внимание не переносится автоматически на профессиональную тему, даже если говорит тот же человек в том же аккаунте.   Для меня это не ошибка запуска — на эти полтора миллиона я изначально не рассчитывала. Скорее побочный результат эксперимента, который оказался полезным для следующих продуктов.   Теперь я знаю, что Instagram* способен давать мне большой внешний охват. Следующий вопрос уже продюсерский: можно ли научиться переводить хотя бы часть этого внимания в профессиональный контур — или такие аудитории лучше вообще не пытаться смешивать?   Вопрос к продюсерам: что бы вы делали с внезапно появившимся большим охватом на непрофильной теме — пытались постепенно переводить эту аудиторию к продуктам или рассматривали бы её как отдельный контур? *деятельность Meta Platforms (Facebook, Instagram, Threads) признана экстремистской на территории РФ. #мастерская

📝В России запустили страховку на объекты интеллектуальной собственности Полис предусматривает возмещение судебных издержек при рассмотрении исков о защите авторских прав в судах и является «первым в России» в указанной нише, рассказал «Ведомостям» представитель Национального реестра интеллектуальной собственности (НРИСа). ▶️Действие полиса распространяется на депонированный в НРИСе объект ИС или пакет таких объектов. Его стоимость без учета затрат на депонирование составляет 11 200 рублей и включает в себя покрытие судебных издержек. ▶️Страховая защита охватывает территорию всего мира. Оформить страховку могут как физические лица, так и юрлица и ИП. Новый продукт может заинтересовать разве что небольшие компании креативного сектора, отмечают эксперты. 📰Max | Telegram | Рассылка | Приложение для iOS | Android

А вам вообще ещё нужно высшее образование? Давайте поругаемся или просто поспорим, а? Потому что при нынешней доступности знаний старый аргумент «в университет идут учиться» звучит уже не так убедительно. ИИ может собрать под вас маршрут обучения, найти лекции сильных преподавателей, объяснить непонятное десятью разными способами, проверить, что вы усвоили, дать следующую задачу и заниматься с вами хоть в три часа ночи. Трёхмесячные курсы могут довольно быстро дать конкретный навык. Практика — добрать то, чего не дали курсы. И заодно появляется шанс тратить меньше жизни на бесячие рефераты, курсовые и дипломы, где иногда сам текст пишешь быстрее, чем потом подгоняешь его под ебучие требования к полям, сноскам и тому, на сколько миллиметров должен отступить от края титульного листа мир будущего. Так зачем четыре-шесть лет университета? У Николая Тржаскала в колонке для «Код.ру» есть ответ,процитирую его целиком: Так за чем же на самом деле идут в хороший университет, за что, между прочим, платят серьезные деньги на Западе? Точно не за навык, который можно добрать на трехмесячных курсах. Опыт сотрудников и соискателей ГК Softline подтверждает, что туда идут за тем, чего ремесло дать не может. За средой, в которой ты с первого курса погружен в исследование, а не в бесконечную пересдачу. За горизонтом, потому что хороший университет, как ни парадоксально, не гонится за рынком и оттого за ним не опаздывает: он производит не то, что нужно сегодня, а то, что понадобится через пятнадцать-двадцать лет. Квантовые вычисления и новые архитектуры все-таки рождаются в лабораториях, а не в недрах компаний. И, наконец, за сообществом, тем самым, которое так трудно измерить и так легко почувствовать. Западная модель, надо отдать ей должное, эту неосязаемую вещь честно оцифровала. Эндаумент, если совсем цинично, это монетизированная ностальгия выпускника по своей alma mater: первые двадцать лет человек берет, следующие — отдает. В университет идут не чтобы научиться писать код, а чтобы стать тем, кто порождает новое, и войти в сообщество на всю жизнь. Вот эту часть ИИ не воспроизводит и, подозреваю, не воспроизведет. Вот эта формулировка гораздо интереснее спора «ИИ убьёт университеты или нет». Знания университет действительно больше не может держать за высоким забором: забор уже снесли интернет, открытые курсы, YouTube, профессиональные сообщества, а теперь ещё и ИИ. Значит, платить несколько лет жизни просто за доступ к знаниям становится всё менее разумной сделкой. Но среда, горизонт и сообщество — другое дело. И поэтому вопрос к вам не теоретический. Если бы вам сегодня было 17–20 лет и нужно было заново выбирать: вы бы пошли получать высшее? А если да — за чем именно? За профессией? Дипломом? Средой? Связями? Возможностью несколько лет спокойно думать и искать своё? Или всё это сегодня можно собрать самому — быстрее и дешевле? А если у вас уже есть дети студенческого возраста, ещё интереснее: что вы сейчас советуете им?