Республика Фиуме

А группа Laibach, выпустившая недавно дэнс-альбом (!), неплохо очнулась ото сна — вот новый сингл посвящённый Луиджи Манджоне (да этот тот симпатяга который в США застрелил CEO страховой компании UnitedHealthcare и стал народным героем-мстителем дурацкой системе здравохранения). Почему именно сегодня вышел трек? 14 августа 2026 года, Манджоне должен предстать перед федеральным судом, и, по сообщениям AP и Reuters, ожидается, что он может признать себя виновным по федеральному делу. Это потенциально может повлиять на отдельное дело об убийстве в суде штата Нью-Йорк. https://www.youtube.com/watch?v=UtZUeSYg_ww

Как вы уже поняли, у нас в Республике царит оживление. Мы сняли невероятно красивое видео на новую песню, мы репетируем материал, который войдёт в новый альбом и который мы будем исполнять на концертах. Ну и ещё кое-что. Во-первых, у нас теперь есть сайт. Может, это не то, что нужно группе в 2026 году, но я не мог себе отказать в удовольствии выкупить домен fiume.art. Так что всем добро пожаловать! Во-вторых, к нашей страничке на Яндекс.музыке мы привинтили возможность пожертвований. Мы не будем объявлять срочносборов и рассказывать, что без вас новый альбом не запишется. Запишется в любом случае. А это — просто возможность сделать нам приятно и показать, что вы его ждёте. Ну а если вы вообще ещё нас не слышали, то услышьте здесь.

Как вы думаете — что тут происходит?

В арсенале «Республики Фиуме» появился вот такой электромузыкальный инструмент. Правда, только на два вечера. Но этого достаточно, чтобы записать партии в паре будущих треков.

Умер Уильям Орбит, человек-синоним слова "саунд-продюсер". Помните, взрослые спрашивали нас, детей: "кем ты хочешь стать, когда вырастешь"? Когда мне было 17, я хотел стать Уильямом Орбитом. Он занимался электронной музыкой, и в девяностые его студия состояла из пары сэмплеров и синтезатора. Кстати, его первая синти-поп группа записывалась на Guerrilla Studios - вместе с Laibach. В нулевые, когда его клиентами стали рок-группы типа Blur и No Doubt, он продюсировал их так, как если бы это была его родная электроника. Blur он заставлял часами джемовать, записывая происходящее на многоканалку, чтобы потом оцифровать, резать и клеить гитарные и барабанные партии, как привычные ему электронные текстуры. Спродюсированный им трек No Doubt "Making Out" звучит как техно, сыгранное рок-группой. К тому времени казалось, что из британских гитар уже не выжать ничего нового — а он с легкостью показывал, что можно, да ещё как. Также как и то, что можно быть продюсером Мадонны и саундтрека "Ангелов Чарли" — и одновременно оставаться странным фриком, создающим тревожные звуковые ландшафты. Кстати, fun fact: пик карьеры Орбита пришёлся на зарю цифровой революции и, как следствие, демократизации звука. Его описывают как одного из пионеров, пересевшего с аналоговой плёнки на цифровые DAW. Но уже тогда мы, питерские школьники, с помощью пиратских Cool Edit (теперь — Audition) и Acid Pro могли на своих кухнях делать со звуком то же, что делал Орбит. И, кстати, делали — спасибо ему и за то тоже. От чего умер — никто не рассказал, и не расскажет. Говорят, любил разные запрещенные вещества. Также говорил, что завязал, но кто ж знает, как оно было на самом деле? Это и не важно. Он придумал, как будет звучать музыка нулевых и десятых, а дальше была уже не его война. Good night, sweet prince!

Завершая сегодняшний день Ланы, вспомню свое собственное старое стихотворение, которое сегодня внезапно снова пришлось ко двору. Дель Рей Летнее небо — имперский синий Пустынный сад одинокой виллы Каменная богиня На постаменте отбитой Рукою скрывает грудь…

Если Анита Лэйн — это муза, бесплотное присутствие на выдохе, то Лидия Ланч — уже не выдох, а крик. Не присутствие, а вторжение. Буквально хищница — так и называется её книга-дневник, «Paradoxia: A Predator's Diary». Родилась в 1959-м в Рочестере как Лидия Кох. В 16 сбежала из дома в Нью-Йорк — и там же, по легенде, получила фамилию. Lunch («обед») ей приклеил Вилли Девилл: за то, что она таскала — в прямом смысле воровала — еду для голодных музыкантов даунтауна. Кормила сцену. В том же 16-летнем возрасте, в 1977-м, она собрала Teenage Jesus and the Jerks — ядро нью-йоркского ноу-вейва (фото 1). Концерты по десять минут, песни по тридцать секунд, слайд-гитара, которой она орудовала как ржавой ножовкой. Ни одного полноформатного альбома — только пара синглов да четыре трека на легендарной компиляции No New York (1978), спродюсированной Брайаном Ино. Послушайте «Orphans» : двадцать лет панка спрессованы здесь в две минуты чистой злости. Дальше — по накатанной. Собрать группу, поиграть, распустить «когда стало скучно», а через полгода выпустить винил. Beirut Slump, 8 Eyed Spy, 13.13 — составы менялись как перчатки. В 1980-м вышел сольный Queen of Siam — неожиданно кинематографичный, с бурлеском и гитарными соло Роберта Куайна. Её кавер на «Spooky» Дасти Спрингфилд — едва ли не единственный трек, который можно назвать почти уютным. А потом в её орбиту втянулась та же компания, что окружала Аниту, — только с обратной стороны. С The Birthday Party она записала EP «The Agony Is the Ecstasy». С Ником Кейвом, Марком Алмондом и Джимом Тёрлвеллом (Foetus) в 1983-м собрала The Immaculate Consumptive — супергруппу на три дня и три концерта; фоновую плёнку для неё записали Бликса Баргельд, Барри Адамсон и Мик Харви. Идея, разумеется, была её. В Вашингтоне Тёрлвелл разбил рояль, а Кейв, по слухам, откровенно скучал посреди всего этого хаоса. Но главный её мужчина — Роуленд С. Ховард (фото 2, 3), гитарист The Birthday Party, тот самый долговязый гений с пеплом вместо лица. Они сошлись в начале 80-х в Европе, разогревая залы перед сетами Birthday Party собственными шумовыми «спиритическими сеансами». Первый плод — сингл «Some Velvet Morning» (1982), старая вещь Ли Хэзлвуда и Нэнси Синатры, которую они перекроили в опиумную колыбельную с привкусом похоти. В 1987-м Ховард сыграл на её альбоме Honeymoon in Red, а в 1991-м они уехали в Мемфис и записали Shotgun Wedding — «нахальный альбом ушибленных песен о любви, бодрый вопреки одержимости смертью». Оттуда обязательны «Endless Fall» и «In My Time Of Dying». Говорят, чувства Лидии к Ховарду так и остались безответными. Он умер в 2009-м. Ну и, разумеется, «Death Valley '69» (1984) — дуэт с Тёрстоном Муром из Sonic Youth, про Чарльза Мэнсона и ранчо Спан. Клип (первый в истории группы) сняли Джудит Барри и Ричард Керн — тот самый режиссёр «кино трансгрессии». Kerrang! внёс трек в список «50 самых злых песен всех времён». Кстати, если вам интересно, как Nowave повлиял на русскую музыку — в 1990 в Киеве возникла группа Ivanov Down (фото 4), предводитель которой, Алексей "Макет" Дегтярь проповедовал похожий подход к музыке. В 1991 Лидия посетила Киев, а юный и нахальный Макет прорвался к ней в гримёрку и навязался к группе в автобус, где главная хищница американского нойза "разрешала себя целовать". Она пережила почти всех своих диких мужчин — и, в отличие от Аниты, никуда не растворилась. Пишет книги, читает спокен-ворд («журналистика об эмоциональной дистопии настоящего», как она это формулирует), ведёт подкаст The Lydian Spin и по сей день выходит на сцену.

К нам на репетицию заглянули наши друзья из "Гойда-студии" —  и поснимали, как мы играем "Женщину иноагента". Обычно её исполняет Андрей Фунт — но он, как настоящий панк, не репетирует. Поэтому Юля здесь поёт за него. Напоминаю — весь наш плейлист доступен здесь. Также, с недавнего времени у нас есть группа вк — там всё то же самое, что и здесь, но всё равно можно подписаться.