RİFAH

Атакованный в ночь на 16 августа крупнейший склад Wildberries «Коледино» в подмосковном Подольске всё ещё горит Пожар на складе продолжают тушить с вертолётов. Утром OSINT-аналитик ASTRA по кадрам очевидцев установил, что склад горит после украинской атаки. В Wildberries ранее подтвердили «возгорание» на складе. А между тем главный экономист ВЭБа — ключевого российского госбанка — Андрей Клепач заявил, что Россия проигрывает экономическую и технологическую «войну на истощение» с Западом и в перспективе столкнётся с социальным кризисом. «Мы в этой войне на истощение не выиграем конкуренцию. У нас есть иллюзия, что там всё рухнет. Не рухнуло и не рухнет. У нас нарастают издержки», — сказал Клепач на сессии Никитского клуба. По его словам, ущерб российской экономике от санкций, а также ударов ВСУ по портам, инфраструктуре, химическим и нефтезаводам увеличивается. При этом Россия всё больше отстаёт от мира в технологическом развитии. «Мы отстаём. Мы проигрываем и технологическую, и экономическую конкуренцию в мире. Причём мы её проигрываем не только Китаю и США, мы в чём-то её проигрываем Украине», — заявил экономист. Клепач считает, что из-за новых санкций и ударов ВСУ потенциальные темпы роста российской экономики могут не превысить 1–1,5%. По его мнению, накопление этих проблем неизбежно приведёт к социальному кризису. «Я верю, что Россия не развалится, но то, что мы придём к социальному кризису, я почти уверен», — заявил он. @RifahAz

📍 Facebook-страница газеты Azadlıq — официального органа Партии Народного Фронта Азербайджана — заблокирована. Об этом изданию Meydan TV сообщил работающий за границей редактор газеты Рахим Гаджиев. По его информации, причиной блокировки назван пост о самоубийстве, опубликованный в 2019 году. За несколько дней до этого была заблокирована страница газеты в Instagram. Гаджиев говорит, что в Meta, владеющей обеими платформами, идет постоянный поток жалоб на страницу, авторами которых являются, в основном, интернет-тролли. По его словам, за этим стоят власти, поскольку газета постоянно публикует материалы с критикой политики правительства. Главный редактор Azadlıq Ганимат Захид оценил блокировку страницы как продолжение политики давления правительства на социальные сети. Meydan TV пишет, что на фоне новостей о блокировке внимание привлекает финансовый интерес азербайджанского государства к компании Meta. В 2024 году государственный нефтяной фонд Азербайджана SOFAZ инвестировал $179 млн в акции Meta, впервые включив компанию в пятерку своих крупнейших технологических инвестиций. __ Терпеть ненавижу продукцию компании Meta — причём с самого начала: этот громоздкий Facebook, этот кривой-косой Instagram и этот тупой WhatsApp. Даже Дуров со всеми его подлостями и закидонами — морально куда выше Цукерберга с его компромиссами и вот этой всей хайповой продукцией. @RifahAz

На Meydan TV вышло интервью с членом Конфедерации профсоюзов «Рабочая платформа» Эльвином Мустафаевым, который 4 августа освободился после отбытия трёхлетнего срока. Он рассказал об условиях содержания в азербайджанских тюрьмах, давлении на политзаключённых и коррупции в пенитенциарной системе. Политзаключённых регулярно отправляют в карцеры и переводят из одной колонии в другую за несогласие с незаконными действиями администрации — таким образом на них оказывают дополнительное давление, чтобы сломить их и не дать другим заключённым вдохновляться их примером. Мустафаев рассказал о тяжёлых условиях в карантинных зонах: новых заключённых намеренно содержат в невыносимых условиях, после чего с них требуют от 500 до 2000 манатов за перевод в общие корпуса. В помещениях, рассчитанных на 60–80 человек, могут содержаться до 200 заключённых. За спальное место также приходится платить, иначе человеку приходится спать на полу. Отдельно активист рассказал о коррупции и проблемах с медицинской помощью: лекарства, которые государство закупает для заключённых, зачастую не выдаются бесплатно, а продаются им. В качестве примера медицинской халатности он привёл Эльхана Алиева, которому необходима операция на сердце. Говоря о новой волне репрессий против журналистов и активистов, Мустафаев связывает её с тем, что внимание международного сообщества оказалось сосредоточено на других глобальных событиях — войне в Украине, эскалации на Ближнем Востоке, возвращении Трампа к власти и победе Азербайджана в Карабахе. При этом Мустафаев считает, что проведение массовых акций протеста в Баку в ближайшее время маловероятно из-за отсутствия достаточного количества активистов. Он надеется, что в будущем возможностей для свободного выражения мнений и общественной деятельности станет больше. Сам Мустафаев намерен продолжать свою деятельность в рамках закона. Сегодня также на свободу вышел другой активист «Рабочей платформы» — Айхан Исрафилов, отбывший трёхлетний срок. __ При этом я бы поспорил с формулировкой про Трампа как одну из причин именно азербайджанской волны репрессий: она началась ещё в 2023 году, до его победы на выборах. @RifahAz

Комментировать — только портить. Но вы мне наверняка припомните моё положительное отношение к нему. Для контекста: в диалоге речь шла о пропаганде нарративов Эрдогана и аресте блогера Магсада Багирова, известного как Чевик. О Чевике стоит высказаться отдельно. Я не нашёл ни одного его выступления, в котором бы он оскорблял Пророка, мусульман или ислам в целом либо призывал к каким-либо насильственным действиям. Он атеист и продвигает своё мировоззрение, задаёт неудобные вопросы. Чевик не герой моего романа — я слышал его мнение о социальном обеспечении и в принципе не согласен с его позицией по ряду вопросов. Но то, что кому-то не нравится чья-то позиция, не означает, что за это нужно сажать человека в тюрьму. Сегодня одни оправдывают аресты шиитов, завтра — атеистов, послезавтра — кого-то ещё. Такой подход не имеет ничего общего с правовым государством. Никто не должен оказываться в тюрьме лишь за свои взгляды или мирное выражение своего мнения, если в его действиях нет призывов к насилию или иных противоправных деяний. Азербайджану нужны новые лица в оппозиции. Старые, как тот, что на скрине, в подавляющем большинстве своём полностью себя дискредитировали. @RifahAz

В Зангилане проходит VII Летний лагерь молодёжи азербайджанской диаспоры. В нём принимают участие более 120 молодых людей из 64 стран. Официально заявляется, что его цель — укрепление связей с исторической родиной, знакомство с освобождёнными территориями и подготовка участников к представлению Азербайджана за рубежом. Однако нынешний лагерь заметно отличается своими приоритетами. Если раньше подобные мероприятия в основном были посвящены культурной повестке, истории и памятным датам, то теперь участникам уже открыто говорят о необходимости отвечать на «предвзятые кампании», защищать официальную позицию властей на международных площадках, распространять её в странах своего проживания и противодействовать критикам. И именно здесь возникает главный вопрос. После восстановления территориальной целостности страны Азербайджан находится в гораздо более сильной позиции, чем прежде. Тем не менее именно сейчас основной упор делается на подготовку людей, которые должны вести информационную борьбу за рубежом. Сегодня главным объектом этой информационной войны становится уже не внешний мир, а собственное общество. Независимые журналисты, представители оппозиции, гражданские активисты, политические эмигранты и просто люди, критикующие власть, регулярно объявляются врагами, предателями, участниками «заказных кампаний» или проводниками чужих интересов — достаточно лишь публично не согласиться с официальной позицией. На этом фоне разговоры о «мягкой силе» выглядят неубедительно. Главная задача подобных инициатив всё больше сводится не к защите национальных интересов, а к защите политической власти действующего режима, сохранению её позиций и борьбе с любой публичной критикой, способной нанести ущерб его репутации за рубежом. Уже много лет мы наблюдаем, как под публикациями независимых СМИ, оппозиционных ресурсов и общественных деятелей массово появляются тролли, продвигающие официальную повестку и атакующие несогласных. Теперь эта модель, похоже, выходит на новый уровень: её пытаются перенести далеко за пределы комментариев, сделав международные площадки, зарубежные сообщества и диаспору ещё одним инструментом продвижения официального нарратива. @RifahAz

Прикиньте, оказывается, Ильгар Мамедов всё ещё в политике? Я, если честно, вообще давно ничего о нём не слышал. Ни новостей, ни заявлений — будто человек просто исчез из публичной политики. И вот теперь он обратился к Ильхаму Алиеву. Поводом стали предупреждения в его адрес с призывами прекратить политическую деятельность. В своём обращении он спрашивает, могут ли такие заявления звучать без ведома Алиева, говорит, что не хочет верить, будто они исходят именно от него, подчёркивает, что продолжает заниматься политикой мирными методами, и просит Алиева публично высказать свою позицию по этому поводу. При этом Мамедов пишет, что хочет верить, будто тяжёлый период для политической деятельности «остался позади». __ Это какой-то кринж. Что вообще происходит с этими людьми? Почему нельзя было просто уйти? Если понял, что не получилось, — признать это и двигаться дальше. Зачем доводить всё до такого уровня унижения? Зачем обращаться к диктатору с просьбой фактически подтвердить, что тебе разрешено заниматься политикой? И ведь самое грустное — столько людей ему верили. Столько молодых людей действительно надеялись, что именно он сможет возглавить оппозицию, станет её лицом и предложит реальную альтернативу. А в итоге он дошёл до роли просителя, который обращается к власти с надеждой услышать публичное одобрение своей политической деятельности. И вот эта фраза про то, что тяжёлый период «остался позади»… Серьёзно? В какой реальности он вообще живёт? @RifahAz

Про перестройку экономики, которую хотят получить без перестройки всего остального Раз в месяц у лоялистов повторяется одна и та же история: появляется очередное сравнение туристической статистики Азербайджана с Грузией и Арменией — и следом звучит уже знакомое: «тема хорошая, но нужно перестраивать инфраструктуру и экономическую модель». Возьмём туризм как наиболее наглядный пример. Ведь после подобных призывов почти никогда не возникает куда более неудобный вопрос: а с чего вы вообще взяли, что это совместимо? Откуда на самом деле берётся цена. Авиабилеты — почти всегда самая жирная статья в стоимости тура, а рынок в небе держит один игрок. Доступ к лучшим отельным блокам на популярных направлениях годами контролируют одни и те же крупные туроператоры. Небольшим агентствам остаётся работать через них — по их ценам и на их условиях, довольствуясь комиссией. Бюджетного сегмента приличного уровня почти нет: премиум-игрокам попросту не с кем конкурировать, поэтому высокий чек можно держать годами без всякого риска. А чтобы зайти на рынок новичком — изволь получить лицензии, пройти согласования, внести депозиты и выполнить требования, придуманные явно не для его удобства. Итог предсказуем: несколько игроков плотно сидят на рынке, и никакой реальной конкуренции, которая заставляла бы их шевелиться, попросту нет. Ничего экзотического — самая обычная монополия, просто в отдельно взятой отрасли. А теперь вопрос на миллион: почему именно в отдельно взятой? Конкуренция — не сервис, который включают точечно там, где выгодно, и выключают там, где неудобно. Она либо становится принципом, на котором построена вся система, либо её нет вовсе. И тогда её отсутствие проявляется одинаково последовательно везде: в небе, в отелях, в судах, в медиа, в политике. Нельзя одновременно иметь страну с реальной рыночной конкуренцией в туризме и страну, где независимый бизнес, вдруг разбогатевший и отказавшийся делиться, внезапно узнаёт, что у него «проблемы с документами». Это не два разных вопроса. Это один и тот же вопрос, заданный в разных кабинетах. Не раз упоминавшиеся на этом канале нобелевские лауреаты Аджемоглу и Робинсон когда-то посвятили целую книгу тому, чтобы объяснить очевидное: власть, которая боится конкуренции в политике, структурно не может позволить себе настоящую конкуренцию в экономике. Потому что независимый бизнесмен, разбогатевший на честной конкуренции, — это не просто предприниматель. Это потенциальный спонсор независимого медиа, независимой партии, независимого голоса, который однажды может стать неудобным. Поэтому монополия на авиаперевозки и монополия на политическую власть — лишь разные проявления одной и той же логики самосохранения режима, перенесённой на разные этажи одного и того же здания. Поэтому, когда в очередной раз читаете призыв «перестроить экономическую модель», держите в уме простой вопрос. Вы правда думаете, что можно перестроить экономику, одновременно сажая журналистов на 10–15 лет пачками и выдавая полиции карт-бланш на любые действия без последствий? Может, для начала стоило бы спросить не «почему у нас дорогой туризм», а «почему у нас вообще ничего не бывает дёшево, кроме человеческой свободы». #БудемРазбирать @RifahAz

«Как так получается, у вас есть сотни гектаров, а у меня не может быть двух?» Хикмет Гаджиев, конечно, сукин сын. Но он профессиональный сукин сын, и это надо признать. Эти два диалога для меня примечательны не столько даже тем, что высокопоставленный представитель автократии решился на разговор с оппозиционными блогерами, сколько тем, что они в значительной мере отражают многолетнюю модель взаимоотношений пропаганды и гражданского общества Азербайджана. Автократии побеждают не только силой. Они побеждают ещё и тогда, когда заставляют своих противников постоянно оправдываться, отвечать на навязанные обвинения и играть по чужим правилам. Годами напролёт самоназванные «лидеры оппозиции» заботились не о том, как сменить режим, а в лучшем случае о том, как отбиться от его нападок. Взять хотя бы вопрос грантов. Почти никто не закрывал рты приспешникам алиевщины тем простым фактом, что суммарно все независимые журналисты и НПО не получали даже сотой доли западных грантов, которые ЕС и США щедро выделяли правительству Азербайджана. При этом в подавляющем большинстве случаев журналисты были вынуждены обращаться за зарубежным финансированием именно потому, что эта же власть практически уничтожила возможности финансирования внутри страны. Годами всех, кто выступал против режима, клеймили «предателями», чьими-то «агентами». И слишком часто вместо того, чтобы возвращать эти обвинения их авторам, звучали оборонительные речи, попытки что-то объяснить. Хотя предавали и продавали страну каждый день именно они. Те, кто разграблял миллиарды, убивал своих военных и буквально создавал условия для массовой утечки мозгов. Всё, в чём пропаганда власти обвиняла своих противников, совершала сама власть. Но именно она десятилетиями навязывала повестку, а её оппоненты слишком часто соглашались играть по её правилам. То ли интеллигентская робость мешала, то ли не хватало политического чутья, то ли ещё что. Вот, например, журналист Натиг Джавадлы в интервью упоминал, что Иса Гамбар в 2003 году не возглавил протесты после выборов, потому что США сделали ставку на Алиева. Почему эта тема не раскручивалась всякий раз, когда власть начинала рассказывать про «агентов Запада»? И таких примеров были десятки. На тему «поливания армянских мельниц» существовала тысяча фактов о том, как именно власть годами наводила моря и океаны на эти самые мельницы. Но раз за разом этот нарратив продолжал звучать. И продолжал потому, что ответ на него никогда не становился по-настоящему исчерпывающим. Цитата, вынесенная в заголовок, — это пример того, как нужно им отвечать. Гаджиев, который до этого, особенно в беседе с Садыглы, вёл себя максимально уверенно и раскрепощённо, оказался вынужден уходить в отрицание. Их нужно атаковать. Атаковать по всем фронтам: протестами, жалобами, гражданским неповиновением, просвещением, консолидацией общества и созданием горизонтальных связей между людьми. Молчание, апатия и атомизация общества — это главное, чего они добиваются. Поэтому любая солидарность, любая самоорганизация и любая способность навязывать собственную повестку — уже шаг против этой системы. @RifahAz

А вот как с Хикметом Гаджиевым и Джейхуном Байрамовым поговорил Алямдар Буниятов. Сравните с перформансом Турала Садыглы. Это, скажем так, тоже не лучший пример, но разница налицо. https://youtu.be/R9WKUf2FrzA?si=Blnr1J5hqPu0IfvS @RifahAz

Земельная "консолидация" в Азербайджане: реформа для фермеров или отжим земли под вывеской? В 1996 году в Азербайджане прошла земельная реформа с вполне прагматичной целью: после кризиса первой половины 90-х власти нужно было быстро стабилизировать ситуацию и заручиться поддержкой населения. В отличие от России, где крестьяне получили абстрактные "земельные доли" без привязки к местности, в Азербайджане землю бывших колхозов реально разделили и передали конкретным семьям. Но на этом всё и закончилось: государство так и не выстроило систему поддержки фермерства — ни доступного кредитования, ни инфраструктуры, ни устойчивого сбыта. В итоге большинство хозяйств осталось мелкими и малорентабельными. Спустя 30 лет власть заходит с другой стороны. 10 июля Милли Меджлис в первом чтении принял поправки сразу в пять законов — Земельный и Гражданский кодексы, законы о кадастре, о земельном рынке, о госреестре недвижимости. Официальная цель — "консолидация" раздробленных участков. Аргумент звучит рационально: на мелких разбросанных наделах сложно использовать технику и орошение, об этой проблеме говорили ещё в начале 2000-х. Вопрос не в идее, а в механике реализации. Теперь участки нельзя делить при продаже или наследовании на части меньше пяти гектаров. При этом в ноябре 2025-го министр сельского хозяйства сам говорил, что средний надел по стране — 1,7 гектара, а у фермера в среднем 1,8 разрозненных участка. Новый порог заметно выше того, чем реально располагает большинство землевладельцев — и остаётся открытым вопрос, почему выбрана именно цифра "пять": такой нормы нет даже в самом законе "О земельной реформе" 1996 года. Есть и другой момент. По новой статье Гражданского кодекса сосед получает преимущественное право выкупа продаваемого участка. Звучит нейтрально, но если рядом с мелким хозяйством уже стоит крупный агрохолдинг — именно он получает приоритет при каждой следующей продаже. А схему границ и рыночную оценку определяет комиссия исполнительной власти, а не независимый орган. Пример уже есть. В селе Агалы 32 фермера объединили в три кооператива 51,6 гектара земли. Рядом агрохолдингу Dost Agropark выделили около 6000 гектаров. Речь не о рядовом инвесторе — с холдинга кормятся близкие Эрдогана: один из совладельцев женат на его племяннице, а связанные с холдингом компании не раз получали госконтракты без конкурентных процедур. На освобождённых территориях земельная реформа для обычных граждан фактически не проводится, тогда как крупным агрохолдингам земельные массивы уже передаются в долгосрочное пользование сроком до пятидесяти лет. Переселенцы же земельных участков пока не получают. Показательна и информационная подготовка: накануне рассмотрения законопроекта в прессе почти синхронно появились комментарии депутата Вюгара Байрамова о том, что Азербайджан провёл "самую справедливую земельную реформу в СНГ". Когда власть заранее убеждает общество в своей справедливости, естественно спросить — почему именно сейчас понадобилось так активно это доказывать? Пару дней назад в разговоре близкая родственница обронила фразу: мол, люди говорят, государство теперь постепенно "заберёт всю землю". Тогда я не придал этому значения. Но применительно к действиям алиевского режима подобные слухи слишком часто оказываются небеспочвенными. @RifahAz

RİFAH pinned «Парализующая неизвестность Наверное, почти каждый хотя бы раз слышал подобные истории. Кого-то после критики в отношении властей забрали — и с тех пор никаких новостей. Кто-то проводит недели под стражей, а его родные всё это время не знают, что с ним происходит.…»

2010 год. Эпатажный премьер Италии Берлускони, будучи единственным западным лидером на тогдашнем саммите Лиги арабских государств, целует руку ливийскому диктатору Каддафи. Саммит проходил в родном для Каддафи городе Сирт. Пройдёт чуть более полутора лет…

RİFAH pinned a photo

На графике показано количество отчислений студентов в Азербайджане по двум основаниям — за неуплату обучения и за академическую задолженность — за период с 2014 по 2025 год. В 2025 году по этим двум причинам были отчислены 6 806 человек — это самый высокий показатель за весь период наблюдений. При этом особенно заметен устойчивый рост числа отчислений именно из-за неуплаты обучения: если в 2021 году таких студентов было 2 670, то в 2025 году — уже 6 122. Отчисления по академической задолженности, напротив, меняются крайне неравномерно, демонстрируя резкие скачки из года в год. Согласно данным Государственного экзаменационного центра, в 2025 году в Азербайджане в общей сложности 12 969 человек были отчислены из высших и средних специальных учебных заведений из-за неуплаты обучения, пропусков занятий или по собственному желанию. Это самый высокий показатель за всё время существования системы «Tələbə-Məzun». При этом рост нельзя объяснить только увеличением числа студентов: если в 2023–2024 годах доля отчисленных составляла около 2,1%, то в 2025 году она выросла до 2,6%. __ Кастовая система в действии. Зато в резервном фонде уже 100500 млрд долларов. @RifahAz

Парализующая неизвестность Наверное, почти каждый хотя бы раз слышал подобные истории. Кого-то после критики в отношении властей забрали — и с тех пор никаких новостей. Кто-то проводит недели под стражей, а его родные всё это время не знают, что с ним происходит. Я тоже неоднократно слышал такие истории. Недавно мне рассказали про женщину, чей муж занялся оппозиционной деятельностью в Баку. К ним ворвались силовики, забрали его, а когда спустя какое-то время вернули, это был уже словно другой человек. По её словам, однажды он даже пытался выбросить её из окна. В итоге всё закончилось разводом. Что именно с ним произошло на самом деле, никто не знает. Это могли быть последствия тяжелейшей психологической травмы, пыток или чего-то ещё. Но сама мысль о том, что человек может вернуться домой живым, но уже совсем другим, пугает не меньше самой смерти. С одной стороны, всё это легко списать на местные страшилки — истории, услышанные из вторых и третьих рук, без имён, без документов, без возможности проверить. И к этому действительно стоит относиться осторожно, не превращая слухи в установленный факт. Но с другой стороны, мы слишком хорошо знаем реалии сегодняшнего Азербайджана. Нам известны задокументированные случаи карательной психиатрии — не как теория, а как практика с историей, уходящей корнями в советское прошлое и не исчезнувшая вместе с ним. Известны и случаи, когда людей забирают среди ночи без объяснений. Иногда всё заканчивается суицидами, необъяснимыми исчезновениями или месяцами тишины, за которой не следует вообще никаких новостей. Если посмотреть на всё это без эмоций, становится очевидно, почему подобные истории производят такой эффект. Для страха вовсе не обязательно, чтобы каждый подобный случай был доказан или опровергнут. Людям достаточно допускать саму возможность. Достаточно одной мысли: «А что, если это правда?» Именно так и работает страх — не через установленный факт, а через неизвестность. Нескольких историй, о которых шепчутся, бывает достаточно, чтобы миллион человек сам себя ограничил, сам промолчал, сам решил, что лучше не рисковать. В этом и заключается расчёт: неопределённость страшнее конкретики. Если бы все точно знали, что произойдёт в случае задержания, риск можно было бы хотя бы оценить. Но когда неизвестно, что именно тебя ждёт — сутки в отделении, годы тюрьмы, пытки или что-то, после чего ты вернёшься уже другим человеком, — воображение само дорисовывает самое страшное. И даже когда ты понимаешь этот механизм, когда можешь спокойно разложить его по полочкам и объяснить, почему он работает, в момент реального выбора это понимание не отменяет страха. На долю секунды он всё равно берёт верх. Так устроена человеческая психика. Есть и ещё одна тяжёлая сторона происходящего — чувство сопричастности молчащих. Когда ты слышишь подобные истории, допускаешь, что они могут быть правдой, и всё равно молчишь. Потому что страшно. Потому что есть семья, работа, обычная жизнь, которую не хочется разрушить. Именно этого и добивается любая авторитарная система: заставить человека самому выбрать молчание. Но у этого механизма есть слабое место. Неопределённость существует лишь до тех пор, пока люди молчат. Каждая история, переставшая быть шёпотом, делает атмосферу страха слабее. Каждый опубликованный факт лишает неизвестность части её силы. Поэтому так важно говорить, рассказывать, распространять информацию, прорывать информационную блокаду и называть вещи своими именами. Не потому, что один пост способен мгновенно изменить ситуацию, а потому, что правда перестаёт быть слухом. И именно в этот момент страх начинает терять свою силу. #БудемРазбирать @RifahAz

Через два месяца после отстранения по заказу Эрдогана избранного руководства Республиканской народной партии, Озгюр Озель объявил о создании новой партии. Верное и своевременное решение, как по мне, и вот почему. Во-первых, все юридические механизмы для скорого возврата контроля над партией были исчерпаны, марионетки власти, поставленные во главу РНП, плюют на всё и просто исполняют волю своих кураторов. Во-вторых, создавать новую организацию сразу было затруднительно, поскольку миллионам сторонников нужно было продемонстрировать всю сущность Кылычдароглу и его подельников. В-третьих, у новой партии больше электоральный потенциал. Дело в том, что для многих турок РНП (CHP) ассоциируется с рядом неприятных для них моментов. Для кого-то они были слишком левыми, для кого-то слишком лаицистами и т.д. И не важно, когда и что конкретно их задевало, но отпечаток остался, и голосовать за них они желанием не горят. Сейчас же Озель позиционирует новую партию как широкую платформу как для национал-демократов, так и для социал-демократов, консервативных демократов и либерал-демократов. И ещё до официального объявления, по опросам о гипотетической новой партии, её отрыв от партии Эрдогана был как минимум таким же, каким был отрыв РНП. Впрочем, в долгосрочной перспективе партия, скорее всего, всё равно сместится в сторону левоцентристской направленности — идеологически разнородная коалиция редко удерживает форму надолго. Но как тактическое решение до следующих выборов это может сработать очень хорошо. В общем, посмотрим. В любом случае, повторюсь в очередной раз, Эрдоган будет делать всё возможное, чтобы удержаться у власти, и на это у него осталось ещё месяцев 20. @RifahAz

Политические заключённые Азербайджана обратились с призывом к интеллектуальной элите страны — представителям академического сообщества, преподавателям университетов, авторитетным деятелям культуры и здравоохранения, работникам сферы образования, поэтам и писателям.…