Адвентистский пастор

Самая масштабная уличная активность — в Южноамериканском дивизионе. В 2025 году около 30 000 адвентистов (оценка военной полиции) прошли маршем по проспекту Паулиста в Сан-Паулу в рамках кампании «Разрывая молчание», в этот раз посвящённой цифровому насилию. Ранее, в 2019-м, только в Южной Америке в рамках этой же кампании прошло свыше 18 000 мероприятий — марши, лекции, форумы, школьные программы, — а тираж одних только тематических журналов на португальском превысил миллион экземпляров. В Межамериканском дивизионе (Карибы, Центральная Америка) в 2022 году впервые прошли скоординированные марши сразу на нескольких островах — Багамы, Каймановы острова, Тёркс и Кайкос, — с участием государственных чиновников; в 2025-м в акциях по всему дивизиону участвовало свыше 5000 человек. В Южно-Тихоокеанском дивизионе в 2024-м молодёжь маршировала по улицам Фиджи вместе с полицейским оркестром. В Африке (дивизион SID — южная и восточная Африка, острова Индийского океана) формат иной: в ЮАР август целиком объявлен государственным месяцем профилактики насилия, и церковь встраивается в эту повестку; в Мозамбике проходят марши, а в Зимбабве и Малави акцент сделан на просветительские встречи внутри общины, без уличных шествий. В Европе (Интер-Европейский дивизион) уличных маршей почти не встречается — активность сосредоточена в общинах и соцсетях: в Италии и Германии проводят фотоакции и публикуют видеоролики, в Румынии ADRA присоединяется к международному Дню борьбы за ликвидацию насилия против женщин. В Евро-Азиатском дивизионе эта программа существует в виде публикаций на сайте отдела женского служения ЕАД материалов к «Дню профилактики насилия». 🎯 Заявление 1995 года не содержало ни одной инструкции для пастора, столкнувшегося с реальным случаем насилия, — только слова о «глобальном масштабе проблемы». Тридцать лет и десяток документов спустя протоколы наконец появились, но исследование, которое могло бы показать, работают ли они, всё ещё ищет финансирование. Церковь научилась говорить о насилии. Осталось выяснить, изменилось ли от этого что-то за церковными дверями.

⚖️ Как менялось отношение церкви к домашнему насилию Возможно, вы никогда не слышали про enditnow. Это глобальная программа Церкви, официально признающая, что домашнее насилие — не только проблема «внешнего мира», но и проблема внутри адвентистских семей, и ставящая три конкретные задачи: разрушить молчание вокруг темы внутри церкви, обучить пасторов и служителей правильно реагировать на подобные случаи, и дать самим пострадавшим — чаще всего женщинам — понять, что церковь на их стороне, а не на стороне «сохранения брака любой ценой». Ниже — история о том, как церковь вообще пришла к необходимости формулировать такую программу. 📜 Первые заявления и то, что за ними стояло До 1995 года отдельной церковной позиции по домашнему насилию не существовало — только общие наставления о браке, где муж «есть глава жены», а жена призвана «бояться мужа». Эти слова Писания в руках агрессора могли становиться инструментом. Первое официальное заявление — «Заявление о жестоком обращении и насилии в семье» — было принято в 1995 году на сессии Генеральной конференции в Утрехте. Оно не возникло на пустом месте: ему предшествовали заявление 1987 года о сексуальном поведении и заявление 1990 года о порнографии — то есть церковь уже двигалась в сторону более явных формулировок по теме сексуальности и насилия, и заявление 1995 года стало логичным следующим шагом. Текст 1995 года был декларативным: церковь признавала «глобальный масштаб проблемы» и обещала не оставаться безучастной, но не содержал ни протоколов, ни конкретных инструкций для пасторов. Год спустя, в 1996-м, появилось более детальное «Заявление о домашнем насилии», а в 1997-м — отдельное заявление о сексуальном насилии над детьми. То есть 1995 год — это признание, что проблема вообще существует и заслуживает официальной позиции. 🔄 🔍 Исследование уровня домашнего насилия среди адвентистов Рене Драмм — адвентистка в третьем поколении. Первую профессиональную должность после университета она получила в приюте для жертв домашнего насилия в городке Джилетт, Вайоминг — и именно там, по её собственным словам, у неё начался «крутой курс обучения», особенно в том, что касалось пересечения веры и насилия. Однажды к ней обратилась за помощью женщина — жертва насилия из числа членов церкви. Драмм была потрясена не только этим фактом, а тем, что муж пострадавшей продолжал служить диаконом, как ни в чём не бывало собирая пожертвования на богослужениях. Именно этот случай, по её словам, и стал личным поводом добиваться того, чтобы церковь перестала быть местом отрицания и стала местом убежища. К моменту, когда Драмм собралась изучать вопрос системно, в специализированной литературе доминировала теория, что именно патриархальные, консервативные религиозные системы — вроде адвентистской — статистически повышают уровень насилия в семье. Проверить это эмпирически на реальных данных никто не пытался. В 2001 году Драмм и её команда в Университете Эндрюса получили грант в 35 000 долларов от фонда Winifred Stevens на исследование распространённости насилия среди адвентистов Северо-Тихоокеанского униона США. Разрешение на проведение исследования в самом церковном регионе далось непросто: по словам Драмм, комитет, утверждавший исследование, состоял в основном из немолодых белых мужчин, и большая часть обсуждения сводилась к «опасности выносить сор из избы». Члены комитета, опасались, что исследование выявит, что уровень насилия в церкви, выше общенационального. Голосование могло провалиться — но одна из женщин в комитете произнесла: «Я сама через это прошла. Это важно, и это исследование нужно провести». После этого комитет проголосовал "за". Данные, опубликованные в 2006 году, показали уровень насилия, практически совпадающий с общенациональными американскими показателями: 65% опрошенных сообщили о контролирующем поведении партнёра, 46% — о насилии «обычной пары», 29% пережили сексуальное насилие, 10% — тяжёлое физическое. Сама Драмм впоследствии подчёркивала, что теория о «патриархальных религиях» как факторе повышенного риска эмпирически не подтвердилась: статистически значимого превышения уровня насилия среди адвентистов по сравнению с общим уровнем исследование не выявило. 📊 После этого было высказано мнение, что может причина в половинчатых семьях и агрессоры - это не адвентисты. Рене Драмм провела в 2009 г второе исследование, основанное на глубинных интервью с сорока пострадавшими женщинами. У подавляющего большинства пострадавших агрессор тоже активно состоял в церковной жизни, у некоторых — занимал руководящие позиции в приходе. 🧱 ADRA и движение enditnow Организационная история enditnow было инициировано не женским отделом, а ADRA. Президент ADRA Чарльз Сандефур с 2002 года считал, что гуманитарная организация церкви не должна ограничиваться ролью «исполняющей» структуры, которая просто тратит собранные средства на проекты, — ей стоит заняться и адвокацией, то есть публичным отстаиванием позиций. Домашнее насилие выбрали как тему, которая одновременно синтезировала уже существующую гуманитарную работу ADRA и была темой, вокруг которой могла объединиться вся церковь независимо от богословских разногласий. В 2008–2009 годах Сандефур, директор женского служения Хизер-Доун Смолл предложили кампанию под названием enditnow — специально с маленькой буквы, чтобы звучало мягче. Цель поставили дерзкую: собрать миллион подписей под петицией в ООН. Осенью 2009 года, вскоре после запуска, Сандефур на встрече лидеров религиозных НКО при ООН обмолвился о новой инициативе — и через два часа его уже вели на встречу с генсеком Пан Ги Муном. Баннер кампании подписал президент ГК Ян Полсен на Годичном совещании 2009 года, а затем — уже избранный президентом Тед Уилсон на сессии ГК в Атланте в 2010-м. Но потом случилось следующее. Чарльз Сандефур был переизбран. В феврале 2011-го агентство пережило «чёрный вторник» — увольнение семнадцати сотрудников. Новый президент Руди Майер особого интереса к кампании не проявил. К 2012 году от enditnow при ADRA не осталось ничего. Более того, фонд Versacare, который выделил на проект 225 000 долларов получил обратно 86 000 за невостребованностью - редчайший случай для агентства, чья работа как раз в том, чтобы деньги тратить. ADRA переключилось на другие приоритеты, и совместная кампания в её первоначальном виде свернулась. В 2016 году к женскому служению как соучредители enditnow присоединились ещё шесть церковных отделов — детского, молодёжного, семейного, здравоохранения, образования и Пасторской ассоциации, — так что инициатива не исчезла, а сменила организационную опору. В 2017-м Тед и Нэнси Уилсон записали видеообращения против насилия — первое публичное высказывание высшего руководства на эту тему. 🔄 В 2018 году Рене Драмм с коллегами опубликовала исследование эффективности обучения пасторов реагированию на раскрытие случаев насилия: однодневный тренинг действительно давал устойчивые знания через полгода-год, хотя часть материала забывалась. Это было исследование не распространённости насилия, а эффективности церковного ответа на него. По состоянию на конец 2024 года Драмм публично говорила, что данные 2006–2009 годов «несколько устарели», и что её команда находится «на ранней стадии» поиска финансирования на новое, обновлённое исследование распространённости насилия среди адвентистов — то есть почти двадцать лет спустя после первого исследования у церкви по-прежнему нет более свежих системных данных о масштабе проблемы, только оценка эффективности отдельных программ обучения. ➡️ Как это выглядит сегодня Сегодня enditnow — это не разовая акция, а ежегодный день, закреплённый в церковном календаре на четвёртую субботу августа, плюс постоянная работа семи церковных отделов в течение года. Формат сильно различается по дивизионам.

📖 Является ли «взятие на замечание» библейской мерой? Вы, скорее всего, удивитесь, но термина «взятие на замечание» нет и никогда не было в нашем «Церковном руководстве». Но, возможно, удивитесь ещё больше, узнав, что выражение это чисто библейское. В наших общинах это называют «взятием на замечание», но в "Церковном руководстве" эта мера именуется "церковным порицанием" — решение через голосование общины, лишающее согрешившего права занимать должности и голосовать на срок от месяца до года, без лишения участия в богослужении и Вечере Господней (да, про Вечерю так и написано - "это не лишает его преимуществ... Святой Вечери", стр 79 издания 2026г). 📜 «Имейте на замечании» Апостол Павел пишет: «Того имейте на замечании и не сообщайтесь с ним, чтобы устыдить его. Но не считайте его за врага, а вразумляйте, как брата» (2 Фес. 3:14–15). Это единственное место в Новом Завете, где используется глагол "сэмеио". От этого слово происходит «семафор». Буквально этот глагол означает «ставить знак, помечать, отмечать». В классическом и эллинистическом греческом это нейтральное, не юридическое и не карательное слово — оно означает попросту «взять на заметку», «выделить для себя», «обратить особое внимание». 🔍 Весь смысловой блок этого отрывка построен как мягкая, педагогическая, обратимая мера, а не как акт отлучения в духе 1 Кор. 5, где Павел использует куда более жёсткую лексику: «предать сатане» и «извергните развращённого из среды себя». ⚖️ Эта формула Синодального перевода стала опорной для целой ветви русского протестантизма. Исповедание Союза церквей ЕХБ перечисляет четыре ступени церковного воздействия: увещание, обличение, «замечание» (со ссылкой на 2 Фес. 3:14) и отлучение. Это общий словарь русской евангельской среды, где с XIX века соседствовали баптисты, штундисты, меннониты, пятидесятники и адвентисты — нередко в одних южнорусских колониях, из которых вырос ранний русский адвентизм. 📜 Censure — английский корень В адвентистском "Церковном руководстве" слово "порицание" ("церковное порицание") в английском оригинале — censure. Латинское censura — должность римского цензора, надзиравшего за нравами; в католическом каноническом праве слово стало родовым именем для церковных взысканий вообще. Реформация в Вестминстерском исповедании (1646) закрепило censure как категорию, включающую обличение, отстранение от Вечери и отлучение. Отсюда термин попадает в американскую баптистскую традицию XIX века: жанр «Church Manual» с делением дисциплины на censure (порицание) и exclusion (исключение) был стандартом для протестантских общин Америки. Адвентисты организовались официально лишь в 1863 году и первоначально старались избегать документов, регламентирующих жизнь церкви. Пробел восполнил пионер движения Дж. Н. Лафборо: его книга «The Church: Its Organization, Order and Discipline» (1907) неофициально служила руководящим документом до 1932 года, когда Дж. Л. Макэлхейни подготовил первое официальное «Church Manual» — на уже сложившемся языке американской традиции, где censure и exclusion были стандартной парой задолго до возникновения адвентистов. 🧩 🔄 Два ручья, одно русло «Взятие на замечание» — это фраза из Синодального перевода, ставшая традиционной у русских евангельских христиан. «Церковное порицание» — официальный адвентистский термин, унаследованный не напрямую из Библии, а из англо-американской традиции церковных уставов через слово censure. Русскоязычные адвентисты, похоже, назвали пришедшую с Запада меру давно бытовавшим в их среде библейским именем. Смысл того и другого - заботливое, но твёрдое напоминание согрешившему брату о покаянии прежде разрыва общения. 🧭 💬 Кстати, есть в Церковном руководстве (стр. 79 издания 2026 г) и такая фраза: "Объявление церковного порицания не должно предусматривать лишение данного лица церковного членства в случае невыполнения поставленных условий". Если кому интересно, напишите в комментариях, как это следует понимать (ведь у нас часто считается, что если нет позитивных изменений, то замечание должно автоматически перетекать в исключение)?