Алена Жукова.Журнал Новый Свет

Умерла Эрика Чхартишвили, жена писателя Бориса Акунина Эрика была корректором, редактором, переводчицей, а еще первой читательницей всех книг Григория Чхартишвили во всех его литературных ипостасях, от самого известного псевдонима Борис Акунин до литературной мистификации по имени Анна Борисова. Кстати, фотография вымышленной писательницы Борисовой на обложках ее романов была «продуктом морфинга» лиц Григория и Эрики. В начале 2000-х в СМИ ходили слухи, что самый первый роман об Эрасте Фандорине (и первый роман в жизни) Григорий Чхартишвили написал на спор с женой. Сам писатель этот слух никогда не подтверждал, но и не опровергал. Эрике он отдавал все свои тексты на вычитку и корректуру, с ней вместе он создал в эмиграции издательство и книжный клуб BAbook, чьи книги мы читаем и любим. Наши соболезнования Григорию Шалвовичу и всей команде BAbook! Издательство «Медузы»

НАПОМИНАНИЕ О РАДОСТИ. Как сейчас мне нужны такие напоминания! Ура! Прилетел из Праги долгожданный журнал с интервью, которое я дала Анне Берсеневой ( Татьяне Сотниковой) его можно прочесть тут https://www.ruslo.cz/index.php/arkhiv-zhurnala/2022/item/2268-alena-zhukova-dostatochno-odnoj-vklyuchennoj-lampochki-chtoby-tma-rasseyalas Потрясающе красивый журнал

Приснился Евгений Михайлович Голубовский. Во сне я радовалась, что наконец встретились. Сидели на скамейке, смотрели на море. Оно из голубого превращалось в черное от пылающего огнем горизонта… От ужаса проснулась в холодном поту. Дыра в сердце от потери, ставшего родным, человека. Боль от беспомощности изменить картину мира. Пустота… Но остался мне подарок от него — аннотация книги « Все, что помню». Она стала на обложку не полностью, но есть ее полный текст. Вот он: «Города, как и люди. Одним везёт, другим не везёт.Я об Одессе, которая вошла в мировую литературу, на равных с многими столицами.Казалось, что еще можно написать про Одессу после Бабеля, Жаботинского, Олеши, Катаева, Паустовского, не говоря уже о Марк Твене, Генрихе Бёлле, Алане Боске…Но, как видно, запах акации, шум Черного моря, интонации Привоза вечны. И рождаются новые замечательные книги. Сейчас у Вас в руках повесть об одесской жизни Алёны Жуковой. Трепетная, нежная, ироничная, добрая. Вместо этих четырех эпитетов я мог бы написать – одесская. И тоже был бы прав. О чем эта книга? О дворе, о киностудии, о Французском бульваре? Нет, она об одесской жизни, воспитании чувств, рождении в ребёнке – Писателя.Еще одна замечательная книга, которую поставлю на «одесскую полку» Евгений Голубовский

Этот разговор с известным поэтом и писателем детских книг Машей Рупасовой (сейчас живет в Канаде) советую послушать. Это тяжело, страшно, но знать такое необходимо. Ее проект «Расцинковка» — анализ чатов российских жен и матерей, чьи мужчины воюют и погибают неизвестно за что в Украине. Более четырех лет эти женщины поддерживают и оправдывают убийства, войну, Путина и весь тот ужас, который происходит. Но настоящий ужас именно в том что и как они об этом говорят.

https://youtu.be/UoarhVOIi9Q?si=dv2efmYu28pnaep1

Четыре года назад написала рассказ о потерянном смехе. Смех так и не вернулся… МЁД СЛАЩЕ КРОВИ С ней это случилось в феврале — в первый день войны во время медового месяца. Лида потеряла смех — звонкий, переливчатый, как если бы маленькая флейта звучала внутри. Он рассыпался бусинами трелей, срывался с высокого регистра в нижний и там становился бархатистым. Ее считали легкомысленной хохотушкой, а кукольное личико с глазами пуговицами, ямочками на щеках и рыжими кудряшками, придавали что-то клоунское ее внешности. При одном взгляде на нее хотелось улыбаться, а уж когда она смеялась — никто не мог устоять. Родя тоже не смог, хотя он был полная противоположность — серьезный, погруженный в себя художник с комплексами и депрессиями. Настоящее имя его было Родригес — так назвали родители в честь дедушки. Он был потомком тех самых детей, которых в тридцать шестом году прошлого века привезли в СССР из Испании, когда там началась гражданская война и пришел к власти Франко. Поэтому, как только Лида и Родя поженились, они решили, что медовый месяц проведут в Испании. Лида выучилась на искусствоведа и работала в галерее, а Роде сам Бог велел посетить места кумира молодости — Сальвадора Дали. Было решено, что первым делом они отправятся в Каталонию. Февраль выдался довольно прохладным, но Барселона даже без солнца, казалась им жаркой. Взмыленные, они бегали по улицам и музеям, обмирая от изысканности модерна, не переставали фотографировать, зарисовывать, записывать. Музей Дали прошли с «холодным носом», как сказал Родя. Кумир юности не взволновал, гораздо интереснее показалась история некой Лидии Ногес — потомственной ведьмы, повлиявшей на художника в поисках новых параноидальных образов. Как-то Ногес сказала Сальвадору: «Я — это кровь, а мёд — все остальные женщины» Результатом стала картина « Мёд слаще крови». Раздумывая над этим, Лида попыталась выяснить у Роди что лучше — быть для мужчины кровью или мёдом? Родя отшучивался, что самое важное не быть головной болью... Лида смеялась, и Родя вместе с ней. Предпоследний день путешествия они провели в садах Святой Клотильды, а потом поехали на дегустацию вин в старинную винодельню. Изрядно надегустировавшись, Лида хохотала, вспоминая, как резвились, бегая по зеленым лабиринтам, и как вдруг Родя замер возле одной из садовых скульптур какой-то испанской грандессы. «Если бы ты видел свое лицо! — захлебывалась звонким смехом Лида, — Ты выпучил глаза и открыл рот! Я не могла тебя оттащить, что случилось?» Родя сдвинул брови и пробурчал: «Она — один в один — моя бабушка Анита в молодости. И знаешь, мне даже показалось, что посмотрела на меня так, как умела только бабушка — строго и печально, а по щеке скатилась слеза» Лида хмыкнула и добавила, что во-первых, пить меньше надо, а во-вторых — моросило, вот и слезы на мраморной щеке. Родя предложил взять бутылку и поехать в отель. Предотъездная тоска уже заворочалась под столом, лизнула руку и попыталась укусить. Ее надо было отогнать, как приблудную собаку, или, наоборот, приласкать. Ночью было не до сна — хотелось всосать вместе с приторным хересом запахи и шум моря за окном, любовные вскрики, ласки, нежность этого медового месяца. На прикроватной тумбочке валялся каталог работ Дали, ветер листал его страницы, упорно шелестел, словно искал ту единственную, необходимую сейчас. Затих, когда влюбленные уже спали. В Барселоне еще было далеко до рассвета, а Киев уже бомбили. Утром они узнали, что началась война. Тогда же Лида потеряла смех. То есть она могла смеяться, но так, как раньше, не получалось. Он толчками, словно из перехваченного горла, вырывался хрипом и стоном. Друзья и родня советовали не возвращаться. Лида и Родя до сих пор там — на родине бабушки и дедушки, которых война тоже когда-то лишила дома. Вернется ли к Лиде смех — неизвестно. Вернутся ли они — тоже. А как жить среди тех, для кого кровь оказалась слаще мёда? Алёна Жукова. Август 2022 картина Сальвадора Дали « Мед слаще крови»

СРЕДЫ С АННОЙ БЕРСЕНЕВОЙ «Неминуемое будущее время» — так Анна Берсенева назвала свою рецензию на книгу Романа Лейбова и Олега Лекманова «Сталин думает о нас» (издательство Freedom Letters). Почему исследование школьной хрестоматии 1949 года неожиданно оказывается книгой о сегодняшнем дне — читайте в журнале BAbook

Через несколько недель капельного вскармливания ( растворенную в воде еду в сведенный судорогой рот) он подал нам знак: ребята, хоронить рано, я еще могу мурлыкать, а еще через неделю дрожащей лапой стал умываться и поднялся. Все! Лёля вернулся к жизни, и мы вместе с ним. Прожил он после этого с нами семнадцать лет, а прежних хозяев депортировали из Канады. Мальчика тоже – его по закону не могли оставить в приемной семье. О судьбе его ничего не знаем. Надеюсь, что жив и здоров. Вот только часто думаю каково ему было остаться без Лёли, который его лечил, с кем можно было пошептаться, кому пожаловаться. Теперь и мы осиротели – Лёля улетел на небо, хоть он совсем и не птица, а кот. А может, уже ангел?

Среди белого дня к нашему дому в Канаде подъехала полиция и попросила провести к ребенку, находящемуся в бэйсменте. Его мать арестована на границе с Америкой при нарушении паспортного контроля, мужчина, ее сопровождавший, задержан за контрабанду наркотиков. Это было ужасно. О том, что постояльцы куда-то уехали пару дней назад было ясно по наступившей тишине, но то, что они оставили в подвале ребенка никто не знал. Кот тоже не появлялся наверху, видимо мальчик его не выпускал из рук. Хотела ли женщина просто сбежать или решила развлечься в Штатах, так и осталось не ясно. Ее посадили в тюрьму, а мальчика передали в приемную семью, а вот кота не взяли. Бедный ребенок, он ведь молчал и, скорее всего, не мог объяснить, что этот кот – единственное и самое лучшее, что было в его жизни, а если бы и смог, кто знает, захотела ли бы эта приемная семья приютить еще и кота. Усыновить кота пришлось нам. Буквально на следующий день к дому опять подъехала полицейская машина с двумя славными полицейскими в полной экипировке. Они приехали кормить кота. Дочка опять обалдела, еще не придя в чувство, после того, как узнала, что в нашем подвале несколько дней сидел в одиночестве маленький мальчик. Она предложила свою помощь, пообещав заботиться о коте. Полицейские с явным облегчением уехали и больше не приезжали с кормежкой. С этого дня у Лёли началась новая жизнь, а уж как наша изменилась! В доме появился доктор-кот. К тому из нас, кому нездоровилось, он шел первым делом. Даже, если хворь еще только подбиралась, он уже чувствовал ее и не отходил от пациента. Лечил просто – своим теплом и лаской. С ним болеть стало легче, а вот Лёльке пришлось чуть ли не на тот свет самому отправиться. Его хозяйку после нескольких месяцев тюрьмы выпустили на волю, а любовника законопатили надолго. Ей некуда было идти, кроме нашего дома. Пришла зимой в босоножках, в тех, которых взяли на границе, в них и выпустили. Стало ее безумно жаль – потерянная, никому не нужная, без ребенка и мужа, без денег и языка, без прав на легальное проживание в этой стране. Конечно же, я впустила ее и даже начала помогать в переговорах с юристами, чтобы вернуть сына, но, чем дальше впутывалась в эту историю, тем больше понимала – дело гиблое, эта женщина опасна, а своему ребенку особенно. Вот только Лёлику ничего не угрожало. Она даже видеть его не хотела. Правда однажды, когда в очередной раз квартирантка зашла «стрельнуть» чашечку кофе, Лёлик застенчиво приблизился к ее ноге напряженно принюхиваясь. Вдруг фыркнул, зашипел. Что-то ему очень не понравилось. Когда я поняла что, то полностью с ним согласилась – на ноге бывшей хозяйки вокруг щиколотки извивалась свеженькая татуировка змеи угрожающего вида: из ее пасти высовывалось жало и торчал острый зуб. В моей голове промелькнуло: « А ребенок ведь может испугаться такого!» Увидеть реакцию мальчика на материнские художества не довелось, а вот Лёлику пришлось почувствовать «укус змеи» на своей шкуре. Как-то раз квартирантка опять надолго пропала. Вернулась с отвратного вида мужичонкой, пахшего водкой, и заявила, что это ее братик, который недавно приехал в Канаду, и теперь она будет у него жить. Братишка заржал и шлепнул сеструху по попе. Еще она заявила, что ребенка ей отдадут, уже есть решение, а кота мы должны вернуть законным хозяевам. Что мы могли поделать? Лёлю забрали. Но, как оказалось, ненадолго. В канун Нового года перед нашим домом на морозе стояла клетка с полудохлым котом и записка: « Делайте с ним что хотите, нет денег его лечить» Лёля умирал от истощения. Он не вставал, почти не дышал, ужасно пах. Его задние лапы тащились по земле, было похоже, что его избили и повредили позвоночник. Вдобавок у него было воспаление легких и сердечная аритмия. Когда доктор понял всю сложность ситуации и то, что имеет дело не с хозяевами-убийцами, а тоже, в каком-то смысле, жертвами, то предложил не мучить животное и самих себя. "Не жилец..." – был приговор врача. Но доктор-кот не согласился с диагнозом коллеги.

8 АВГУСТА Всемирный день кошек. По традиции в этот день рассказываю историю нашего кота Лелика. Рассказ вошел в сборник «Нечеловеческая жизнь среди людей» ( изд-во Litsvet 2025 Canada), изд-во ISIA Media Verlag ( Лейпциг); BAbook ( Best Author Books) — книжный клуб Бориса Акунина ЛЁЛИК Рыжий улетел на небеса, хотя он не птица, а кот. У всех смертных души летучие, а уж его совсем невесомая, потому как не было в ней груза никакого — злобы, обид и зависти. Чистая душа, лёгкая. Наши-то потяжелее будут. По человеческим меркам Лёлик был долгожитель — подбирался к столетию, а по кошачьим — немного не дожил до двадцати. История его появления в нашем доме полна трагизма. В память о нем хочется ее рассказать. Лёля эмигрант, как и мы, а прежних его хозяев депортировали из Канады. Было за что. В этой истории есть еще один светлый персонаж : маленький мальчик- аутист, единственный нормальный человек в семье уродов. Как это часто бывает с не шибко богатыми владельцами недвижимости, мы вынуждены были сдавать в рент часть дома на самом первом, полуподвальном этаже, которую тут называю бэйсмент. Хотелось найти спокойных людей, желательно семью без малышей, поскольку слышимость идеальная. Вот такая семья и нарисовалась. Они приехали в Канаду не «на прямую», как тогда говорили, а в обход, через Израиль. Милая, на вид, женщина лет сорока, ее моложавый муж и восьмилетний ребенок, все говорят по-русски. Мотив отъезда понятен — мальчика надо увезти от армии. Правда, было не ясно, как они собираются получить в Канаде статус беженцев, кто их в Израиле мог притеснять? Но в детали я не вдавалась, а зря. Семья поселилась. Мои сомнения, что мальчишка будет шуметь — развеялись быстро. Мальчик был тихий, в глаза не смотрел, из подвала почти не выходил. Однажды я услышала странный звук, вроде мяуканья, и решила, что это ребенок шалит, но это оказался кот. Его прятали, но он нашел лазейку и появился на пороге во всей своей красе: пушистый рыжий шар с забавной рожицей перса. Кот сверкнул янтарным глазом и подставил шейку с белой манишкой. Я почесала, под рукой включилась мурчалка. Захотелось пригласить его в гости на наш этаж, предложить поспать на диване, отведать свежеприготовленную курицу и еще задать вопрос хозяйке кота — почему скрывала такую красоту? Неужели думала, что буду против? Разговор не получился. Она моих восторгов и сюсюканий не разделила, сухо ответила, что если бы не ребенок, то в жизни этот хомут на шею не повесила, что уйму денег стоило кота в Канаду привезти: прививки, справки… а что теперь? Как сын молчал, так и молчит, только с котом шепчется, скорее замяукает, чем заговорит. А все потому, что один идиот ей посоветовал завести парню собаку или кота, что, мол, живность в доме помогает детям с аутизмом , но все это сказки, а вот кот стал главнее мамы, это уж точно… Квартирантка уже не казалась милой. По ночам я прислушивалась к звукам, доносившимся из подвала: кровь холодела от истошных кошачьих завываний. Мерещились страшные картины истязаний бедного животного, но кот тут был ни при чем — завывала хозяйка в моменты оргазма. После наступало недолгое затишье, прерываемое руганью, плачем и глухими ритмичными ударами о стену или пол. Тревожные мысли о ребенке и коте не отпускали. С трудом сдерживала себя, чтобы не вмешаться. Вскоре выяснилось, что мужчина, с которым живет квартирантка, не муж вовсе, а любовник. Муж остался в Израиле. Ребенка она увезла и отдавать не собирается: « Пусть развод даст, алименты, а если приедет разбираться, то получит по мозгам. Да он и не приедет — мамочка не пустит…», — злорадствовала квартирантка. Захотелось срочно избавиться от этих постояльцев, но по закону, это сделать совсем не просто. Судьба решила эту задачку за нас. Мы с мужем уехали в Мексику, оставив в доме взрослую дочь и бабушку. Шумное соседство их не смущало. Бабушка плохо слышала, а дочку забавляли страсти, кипящие на нижнем этаже. Расслабиться на мексиканской ривере, все же, не удалось. Дочь позвонила и, глотая слезы, рассказала жуткую историю, случившуюся вскоре после нашего отъезда.

В 2022 году в этот день вышло интервью на канале RTVI в авторской программе Грегори Антимони «Час интервью», в котором говорили об Одессе, о кино, книгах и журнале, а главное — о войне. Под конец разговора Грегори спросил разрешения коснуться еще одной тяжелой и очень личной темы — моей собственной «войны» с болезнью. Звучала я тогда гораздо оптимистичнее, чем сегодня, но ведь до сих пор через силу «звучу» — и это обнадеживает. Тогда хотелось верить, что через год все войны перейдут в разряд страшных воспоминаний. Увы, стало еще жестче. Линк тут https://youtube.com/watch?v=zQi-qES073A&feature=share

ТАТЬЯНА СОТНИКОВА (АННА БЕРСЕНЕВА) МОЯ ЛИТЕРАТУРНАЯ ПРЕМИЯ ПО СРЕДАМ № 365 НА КУХОННЫХ ДОЩЕЧКАХ ИСТОРИИ Многим читателям мемуаров знаком загадочный эффект подлинности: когда истории, происходившие в действительности, воздействуют на разум и эмоции сильнее, чем плоды авторской фантазии. Правда, для возникновения такого эффекта надо, во-первых, чтобы в жизни мемуариста происходили по-настоящему значимые события, а во-вторых, чтобы он сумел передать их значимость в своей книге. Сильное впечатление, которое оставляет прекрасно иллюстрированная книга воспоминаний художницы Симы Васильевой «Потрогать ветвями небо, коснуться корнями земли» (Лейпциг: ISIA Media Verlag. 2026), основано на том, что оба эти условия в ней соблюдены. Сима Васильева с первых страниц показывает, что понятие значимой и потому важной истории может быть очень личным. Вот, к примеру, как ее папа узнал о смерти своей мамы, в память которой он потом назвал дочь: «Нет такого имени! — настаивали в ЗАГСе. — Есть Серафима, а Симы нет!». Но для моего папы было важно, чтобы в моём свидетельстве о рождении было написано «Сима». Так звали его мать, погибшую на Брянщине во время Великой Отечественной войны. Извещение о её гибели пришло вскоре после окончания войны в Казахстан, куда папа эвакуировался с семьёй старшего брата в 1941 году. Когда зачитывали письмо, он кормил годовалую племянницу клубникой. Папа потерял сознание, и с тех пор у него началась аллергия на клубнику такой силы, что даже от малейшего съеденного кусочка ему грозила смерть». ragh2023.com/№-365/

Замечательная история, о которой я недавно прочитал и которая осталась в голове. Украинец Александр Иванов в детстве страстно полюбил книги Роулинг о Гарри Поттере. Он перечитывал их столько раз, что запомнил все семь романов в деталях. Хорошо себе это представляю, потому что моя дочь буквально росла с этими книгами, будучи сверстницей Гарри и его друзей, а теперь внучка устраивает мне викторины на знание ее любимой вселенной и громко произносит заклинания. В 2015 году Александр Иванов отправился служить в украинскую морскую пехоту. В начале полномасштабного вторжения он защищал Мариуполь в составе 36-й отдельной бригады морской пехоты. После боёв на заводе имени Ильича он попал в российский плен. В плену он провёл долгих 1494 дня… В плену Александр начал пересказывать товарищам истории о Гарри Поттере. Он пересказал все семь книг, а когда закончил последнюю, его попросили все начать снова. Я помню одну из самых пронзительных историй ГУЛАГа, когда на Колыме один из заключенных - Роберт Штильмарк - сочинял каждый вечер удивительную сагу о пиратах, махараджах и сокровищах, из которой родился увлекательный роман «Наследник из Калькутты». А у Александра Иванова был любимый Гарри Поттер… Его история получила известность благодаря сюжетам новостей ТСН НА «1+1», в которых его жена Нелли рассказывала о своем муже. Семья и корреспонденты ТСН Наталья Нагорная и Нелли Ковальская приезжали почти на каждый обмен пленными, надеясь увидеть Александра среди освобождённых. Они привозили с собой предметы из вселенной Гарри Поттера: волшебную палочку, игрушечную сову, носки с надписью «Добби свободен» и плакат с цитатой: — После стольких лет? — Всегда. Эта история привлекла внимание проекта Ukraine WOW, который и связался с Джоан Роулинг. И Джоан Роулинг ответила, отправив Александру одну из своих книг с автографом. И письмо: «Я узнала, что вы большой поклонник Гарри Поттера и что эти истории стали для вас источником утешения во время пребывания в российском плену. Я так рада слышать, что вас освободили и вы вернулись домой, в Украину. От всего сердца желаю вам долгой и счастливой жизни», — написала писательница. Александр получил письмо и подписанную книгу 31 июля — в день рождения и Джоан Роулинг, и Гарри Поттера. «Когда я находился в плену, я и представить не мог, что однажды получу письмо от Дж. К. Роулинг. Её книги помогали мне и моим товарищам не терять надежду, а её слова стали для меня огромной поддержкой. Я невероятно счастлив и глубоко благодарен. Искренне ваш, майор, который выжил», — сказал Иванов. Эта история о прекрасном человеке. И о книгах, которые помогают выживать.

В этой акции участвуют все книги серии «Свободный дебют», выходящей в издательстве ISIA Media Verlag в партнерстве с магистерской программой литературного мастерства Free Creative Writing Свободного университета. И много других отличных книг. https://t.me/booksy_place/244

Сегодня, 31 июля, в день рождения Гарри Поттера, я получила в подарок Карту Мародеров Книги! Сова принесла )