Alice Is here ✨

В горевании скорбишь не только по самому человеку, который внезапно и навсегда ушел. Скорбишь и горюешь по целой будущей жизни, которая уже никогда у тебя не случится. По встречам и знакомствам, которые уже никогда не произойдут. По совместным завтракам, теплым вечерам и прогулкам, по разговорам под ночным небом с бокалами бархатного пенного. По ярким шумным и тихим семейным праздникам, по долгим расставаниям и долгожданным встречам, по просмотрам и обсуждениям спорных и знаменитых фильмов, по песням под гитару и по лихим поездкам в машине за город, по походам в бассейн и заплывам на скорость, по совместным планам, по важнейшим событиям, которые вы уже никогда не встретите вместе. Скорбишь по себе в будущем, который уже никогда всего этого не испытает, и в каком-то смысле навсегда (и потому так болезненно долго) хоронишь и себя маленького и наивного, так бескомпромиссно жестоко и окончательно взрослея, погребая свои уже никогда не осуществимые мечты. *Картинка из интернета, что разъебала меня в клочья.

Оказывается деревья скрипят

Сходили сегодня с Алисой на настольный квиз от Hobby World, поиграли в три игры, получили подарки, и просто классно отдохнули. Там даже Юра из Geek Media был! Хотите буду вам показывать такие моменты чаще?

Хорошо, что есть друзья, что выдерживают мое горевание снова и снова и иногда вытаскивают меня из социофобной скорлупы ❤️

По дороге на ежегодный любимый бульдогпарад (даже несмотря на мерзейшую погоду, душа требует жизнеутверждающей милоты вокруг) захотелось не просто послушать некоторые песни Джонатана Девиса, но и перечитать вдруг его биографию. Сразу по приходу на парад ко мне подскочил знакомиться и обниматься вот такой булька Джонатан, и даже оставил на штанах автограф. Магическое мышление и совпадения…

И быть может, однажды я дорисую уже другую себя. С этой же, навсегда потерянной частью, и буду уже частично чем-то иным. Но буду.

Я начала этот тяжелый 2025 год, в январе, после твоего второго страшного инсульта, держа твою изможденную болезнью руку и плача от облегчения и счастья, что ты жив, и говоря тебе за завтраком, что все проблемы и вообще все на свете не важно, кроме того, что ты жив, и я могу тебя видеть и держать твою руку, а закончила 30 декабря, вцепившись в твое уже ледяное крепкое плечо через белоснежный саван на прощании, осознавая, что я делаю это в последний раз своей жизни. И как потом (это увидели только мы с братом) при погребении вниз твоя рука вдруг приветственно высвободилась из савана, словно ты попрощался с нами и помахал, или с присущей тебе отзывчивостью хотел помочь твоим же могильщикам, или же просто еще не готов был уходить на тот свет и вот так сопротивлялся, даже после смерти. Единственное, что утешает мое сердце и дает мне силы идти дальше, так это твоя блаженная улыбка, которая не сходила с твоего лица (обычно лица упокоенных пугали меня изможденностью, пустотой и непохожестью на себя самих), твоя же обнадеживающая сияющая улыбка не покинула тебя и после жизни, а твой посмертный наряд так походил на кокон, что мне хочется верить, что однажды ты обернешься прекрасной бабочкой, пусть уже и не здесь. Я тебя очень люблю, Папа.

Я злая на обстоятельства, на несправедливость и скоротечность жизни, на то, что плата за любовь ко всему, что тебе дорого - это обязательная потеря - через расставание или смерть, я злая на того пьяного рецидивиста, севшего за руль и оставившего моего папу без машины и осложнившего его и так тяжелые последние месяцы жизни, я злая на отсутствие этики и хоть какой-то эмпатии той клиентки, что с возмущением написала публично в день смерти папы, как же так он умер, он должен был представлять их через две недели? Это было охуенно читать перед похоронами (нет, не делайте так). Я злая на врачей, что тоже не были всесильны или не слишком участливы, на то что кардиограмма скорой помощи за неделю до смерти оказывается может вообще ничего не показать, а ты умрешь от разрыва сердца. Я злая, что так херово выстроила свою рабочую жизнь и ничего не достигла и не стала условной миллионершей и не привезла папу в Москву к хорошему неврологу, чтобы вылечить или хотя бы помочь ему. Теперь это останется еще одной нереализованной мечтой. Я злая на тех, кого я искренне считала близкими, но кто даже просто не написал мне и не поддержал меня в самый ужасный день моей жизни, будто людям было страшно нарушить свой праздничный предновогодний вайб и не дай Бог не вникнуть в мое горе и не попытаться понять меня, ощущаешь себя словно ты заразная какой-то печальной болезнью, и при любом другом обстоятельстве я бы всегда все сама поняла и первая же оправдала, но здесь я не могу отменить ту страшную боль покинутости и одиночества, которую я от этого испытала. Но еще больше я зла, что среди этих людей оказались родственники, которые словно сделали вид, что меня или моей оставшейся семьи без папы уже не существует, и когда моя мама открыто попросила помощи, ее просто проигнорировали. Я злая на саму себя, что зачем-то ожидала этой самой поддержки и почему-то считала себя недостойной просить ее напрямую самой или не дай Бог НАВЯЗЫВАТЬСЯ, я злая на себя за то, что во всем этом я всегда раньше отрицала саму жизнь и соглашалась на меньшее. Ведь в итоге может оказаться, что ты бесконечно будешь стараться всем помочь, успеть и смочь все на свете, и чтобы сразу и не дорого, и просто будешь БУКВАЛЬНО убиваться и например УМРЕШЬ ПРЯМО НА РАБОТЕ, но тебе все равно тут же предъявят, с хера ли ты умер, ТЫ НЕ ДОДЕЛАЛ. Или может в действительности все это болезненные проекции и я просто зла на сам уклад этой человеческой жизни, с которым больнее всего смириться, что ты на самом деле ничего не можешь в ней проконтролировать или удержать, что ты иногда не сможешь спасти своих любимых и ты просто будешь вынужден смириться с тем, что их больше нет и никогда не будет, а тебе придется остаться наедине с этой болью в огромном ни на секунду не замирающем суетливом мире и ощутить себя самым одиноким и покинутым человеком на свете, потому что никто по-настоящему не сможет понять именно твою боль, так как для каждого ушедший человек был разным, как и конкретно ваши отношения. И ты обязан это ПЕРЕжить один на один. И все, что ты в силах выбирать - это как проживать свою на самом деле хрупкую и никем не гарантированную вечностью жизнь, и чем наполнять свои дни, страхом или счастьем.

Это был страшный год из адской тревоги (которую не брали ни транквилизаторы, ни спортзал до изнеможения 3-4 раза в неделю, ни работа, в которую я зарывалась, но честно, я была лучше прожила всю жизнь с этой адской изматывающей тревогой, чем без тебя), невозможности засыпать, пока на Урале не наступит утро и я не увижу тебя онлайн (значит ты живой), и страха проснуться и взять телефон, чтобы не увидеть страшных слов (а в итоге оно именно так и вышло), это был самый мой большой страх в жизни, потерять папу. Когда я узнавала про смерть пап у моих знакомых или что их уже нет в живых, меня просто выбивало из реальности в самую настоящую и словно собственную потерю. Наша семья не сдавалась и верила в чудеса, подкрепляясь папиной силой духа, хотя и он страшно устал. Я за год кажется изучила все виды афазий и методы их лечения, мы каждый вечер созванивались с папой, занимаясь речью и чтением, начиная с чтения со слогов и дойдя до сложных юридических тестов. Брат весь год жил в режиме боевой готовности в случаях ухудшения за полчаса увозил папу в больницу на капельницы или интенсивную терапию или даже снова реанимации, он был готов забирать папу из судов из соседних городов, если бы ему вдруг стало хуже во время работы, а папа не мог из-за финансовых обстоятельств не работать (да и не захотел бы, он не собирался списывать себя со счетов и терпеливо делал все, чтобы поправиться), хотя лечение и уход за ним были, как теперь оказалось, финансово неподъемными, и мама, не желая его расстраивать и чтобы поддержать набрала кредитов на страшные суммы, она жила каждый день надеждой что он восстановится, и верила что вытащит его и что и они со всем потом рассчитаются лишь бы он восстановился, но чуда не случилось, и теперь на остатках нашей семьи висят долги и кредиты. Мы даже не смогли устроить поминки для папы ни на 9 ни на 40 дней для его коллег, друзей и родственников, это все казалось иронично издевательским, но если честно, боль от самой потери это не переплюнуло, но мне все равно было страшно обидно, он был достоин лучшего. И как ужасающе больно было на следующий день после похорон сидеть в тишине опустевшей квартиры вечером 31 декабря, праздничность которого наверное теперь навсегда потеряет для меня смысл, и слушать с мамой залпы салютов за окном и довольные крики празднующих людей, ощущая себя стократно опустошенными и разорванными на куски. Ощущать себя маленьким ребенком в опустевшем детском саду, из которого уже всех забрали, а тебя уже больше не заберут. Ощущать все разочарования мира сразу и в один миг, разочароваться в самой жизни, ощущать невероятную обиду, потерю смыслов, страшную боль, которая ощущается физически, словно отрывая от тебя кусок. Ощущать злость, много злости, непривычно огромное количество злости, которая раньше всегда сдерживалась, а теперь прорвалась.

Больше сотни дней я не говорю тебе каждый вечер перед сном в трубку, что люблю тебя, и что ты молодец, ты отлично справляешься, как я тобой горжусь, что после такого тяжелого второго инсульта и кучи осложнений ты ни дня не сдавался, занимаясь каждый день гимнастикой, превозмогая ежедневную не перебиваемую обезболивающими боль в ноге из-за сухой гангрены, образовавшейся после осложненного лечения и невнимательного ухода в больнице после комы, борясь с туманом в голове, затрудненной памятью, периодически теряемого равновесия и забываемой речью, которую мы с тобой добросовестно лечили каждый вечер на созвонах, успешно пройдя несколько книг с упражнениями против афазии (а год мы начинали с чтения детских книжек по слогам и учились заново считать до двадцати), и что я тебя не брошу и мы обязательно вылечим все. Да, год назад врачи сказали, что ты останешься "овощем", что инсульт задел отдел мозга, отвечающий за речь, и что ты не сможешь говорить, но ты смог не просто говорить, но и продолжил работать весь последний год своей жизни на работе, напрямую связанной с речью, памятью и острым мышлением. Больше ста дней уже я не говорю тебе, как горжусь тем, что несмотря на все эти ограничения и физические страдания (а еще и лишившись в последние 4 месяца машины, когда в нее въехал пьяный мужик) ты старался каждый день возить в другой район свежую горячую еду для своего пожилого не выходящего из дома папы, моего дедушки, только пережившего ужасно быстрое угасание и смерть от тяжелой агрессивной деменции моей бабушки (а мой папа в итоге пережил ее, свою маму, всего на пару лет). Больше ста дней прошло с того дня, когда папа последний раз вышел из дома, и уехал на сложную, но все-таки любимую работу, с которой больше не вернулся. Несмотря на плохое самочувствие и бессонницу с приступами удушья, которые мучали его последнее время, папа никогда не хотел сдаваться и собирался жить, работать и радоваться, и в последнюю ночь он два часа занимался физкультурой, раз не получилось заснуть, а утром отправился аж в два разных города на разные дела, первое он уже выиграл и собирался поздравить коллег, он ехал с подарком. А жизнь иронично остановила его сердце прямо во время заседания в том же самом городе, где началась его карьера и их с мамой семья.

И ведь я хотела начать этот пост с извинений (но не буду) за страшно тяжелые прежде всего для меня самой сумбурные мысли, которые мне очень важно наконец выгрузить и еще раз прожить и разделить, если кто-то готов их прочесть, я не могу это больше удерживать внутри и скрывать для чьего-то комфорта. Мой папа тоже всю жизнь скрывал, и где он сейчас? Я долго не могла собрать в кучу поток тяжелейших мыслей и чувств, потому что продолжала тащить на себе неподъемный балласт из страхов прозвучать некомфортной, слишком громкой, открытой, "НеГатиВнЕнькой" или токсичной, в итоге продолжая ту же ошибку, которую после папиной смерти я пообещала себе и во имя его более не повторять - предавать и выбирать не себя (да, так банально, но одно дело высокопарно говорить, другое дело применять в жизни), но дошло уже до тяжелых физических проявлений и панических атак, а мне просто на просто до сих пор очень больно. И говорят, что эта боль уже никогда не уйдет, просто придется научиться жить с этой пустотой. Те самые неизбежные пять стадий горевания по Кюблер-Росс, от отрицания до принятия ушатывают психику все это время, сменяя друг друга или накладываясь одновременно, иногда словно затухая, и я порой уже забываюсь в ежедневной и привычной рутине, а потом меня внезапно накрывает новой волной, когда уже кажется нет никаких сил физических, да и слез кажется уже давно нет, тело измотано и выжато, а сознание существует на автопилоте и полном обезболе каких-либо чувств. Несмотря на давнее наличие в анамнезе тяжелой депрессии, я никогда раньше не могла понять мотивации людей, желающих закончить свою жизнь. А тут вдруг как поняла. Оказывается бывает настолько невыносимая боль, которую ты просто не можешь вынести физически или куда-то от нее деться, и тебе хочется закончить все эти страдания побыстрее, и поскорее встретиться с тем, кого ты внезапно и так несправедливо потерял. В первый день мне было так больно и пусто, я в буквальном смысле потеряла опору под ногами, во всем этом ужасном тумане новой страшной реальности я надеялась, ну может меня сейчас собьет машина, или что-то свалится мне на голову, или самолет не долетит и я просто поскорее снова увижусь с папой. Я не была согласна (и до сих пор не особо) с этой страшной реальностью, я не хотела просыпаться, я потеряла смысл всего, я лишилась радости и разочаровалась в надежде, которой жила и верила, что все наладится, что мы справимся, что папа, такой сильный и никогда не сдававшийся, окончательно поправится и проживет еще долгую счастливую жизнь, реализовав все свои мечты и планы и будет рядом... Я так скучаю, папа. Уже больше сотни дней прошло, как тебя нет в этой реальности, и я больше никогда не смогу тебя обнять. Уже больше ста дней, как мир посерел для меня, как затихла вся музыка, почерствели все оттенки, и как не хочется искать в себе храбрость учиться заново жить и видеть вокруг прекрасное.

Спасибо всем, кто поддержал и поддерживает, замечательным отзывчивым заказчикам, что накидали мне оплаты сверх оговоренного заранее (я практически никогда не работаю с предоплатами,тк боюсь не выполнить обещания по срокам и тд и загоны по этой теме) и всем друзьям и просто небезразличным людям, инициативно решившим поддержать финансово и морально. Меня очень греет ваша поддержка и желание помочь. Мне сейчас невероятно больно. Из-за тяжелой долгой дороги и татарских обычаев ускоренного прощания я пребываю эти два дня где-то между небом и землей, потеряв опору и много чего еще. За эти два дня я еще не спала, пытаюсь, но боль и горечь и обида и несправедливость и пустота и бессилие периодически накатывают, не давая переключиться, пока не наступит забытье. Мне тебя навсегда будет не хватать, Папа.

Папы не стало.