Ближе к Богу

Ты совсем недалеко от Бога, если ты имеешь открытое сердце. И если это всё, что ты можешь принести к Нему, Он примет это. Может, ты не хочешь оставить свою прежнюю жизнь; ты, может, даже любишь свои грехи и привычки. И, может ты в самом деле не страшишься будущего, и частью даже доволен сам собой. Но если в самые откровенные моменты ты чувствуешь внутреннее волнение о своём будущем, ты должен что-то начать делать. Если бы ты мог честно сказать самому себе: “Я знаю, что моя жизнь не такова, какой она должна быть. Я знаю, что я не в силах изменить самого себя. Я буду просить Бога превозмочь меня и помочь мне” – и это будет хорошим началом. Будь абсолютно честен. Сейчас не время играть в игры и прятаться позади излюбленных доктрин или теорий, или оправдывать себя через различные философские высказывания. Время сейчас признать, что то, что ты знаешь в глубине своего сердца, есть действительно истина. Что-то в тебе тянется к Богу. Что-то в тебе взывает к реальности, истине и твёрдой почве, чтобы стоять.

*** Девяносто и девять оставив, пришёл за тобой, Когда ты в отчаянии звал хоть кого-то на помощь. Ну а может, в бессилии уже издавал слабый стон? Но вокруг никого, тишина, только жгучая полночь. Пробираясь наверх, ты колени стирал свои в кровь, Так стараясь подняться, но только бесплодны метания... В те моменты не знал ты, что есть неземная любовь, Которая вышла навстречу тебе без колебания. Он искал тебя там, среди гор, средь глубоких низин, Звал по имени громко, но ты, к сожалению, не слышал. Ты тогда помышлял, что потеряна вся твоя жизнь, Избавления нет, ведь просвета в тех дебрях не видел. Ты запутался в терниях колючих уже с головой, Ни надежды, ни выхода, страх, до души леденящий... Девяносто и девять оставив, пришёл за тобой – Пастырь добрый и любящий, Самый, поверь, настоящий! Он тебя отыскал, ты почти что тогда умирал. Бог не мог равнодушно оставить тебя на погибель. Ну а враг, потешаясь, на душу твою восставал, Но пришел за тобой Тот, чьё имя от века – Спаситель. Нет, никто бы не смог дать спасение грешной душе, Потому что лишь Он может так сострадать человеку: Своё сердце отдать, свою жизнь на Голгофском кресте Ради бедной, заблудшей, потерянной в мире овечки. Девяносто и девять оставив, пришёл за тобой, Взял на руки тебя, прижимая так бережно к сердцу, А ты слушал стук сердца Его – такой близкий, родной, Становилось спокойно, светло, безмятежно, как в детстве. И теперь в безопасности ты, с Богом так хорошо. Обвязал твои раны, являя любовь и заботу. Он твой Пастырь отныне, внимай только гласу Его. В той огромной семье ты тот самый, нашедшийся сотый... Е. Куропаткина