Книги Птицы Поиски

Люблю август в Екатеринбурге за фестивали💔 Любимый и самый дофаминовый театральный фестиваль «Лица улиц» уже подарил мне море теплых эмоций, теперь жду «Красную строку»✨

Не успеваю писать отзывы на периодику, поэтому просто сообщу: второй номер 36 тома философского журнала «Логос» посвящен птицам! Содержание такое: 🕊Макс Мефёд «Невидимое сопротивление курочек» 🕊Милена Пугина  «Птичница: взаимодействие с голубями как перформанс и межвидовое конструирование идентичностей в городе» 🕊Катя Крылова «Агенты (не)доверия. О воронах и людях в городе» 🕊Марина Иванкива «Женская шляпа, украшенная птичьими перьями: формы активизма и общественная дискуссия вокруг закона об оперении» 🕊Антонина Меньщикова «(Не) на птичьих правах: неигровое кино о птицах в городе» 🕊Павлина Белокриницкая «Межвидовая коммуникация Art g Science: как технологии и искусство делают птиц видимыми» 🕊Шарлотта Ригли «Это птица! Это самолет! Воздушная биополитика мультивидового неба» 🕊Том ван Дорен «Перемещение птиц на Гавайях: ассистированная колонизация на колонизированной земле»

Застроила квартал «Культурный переплет» в игре «Книжный квартал» и организаторы сделали мне такой замечательный коллаж😍😍 (в нем каждое здание отражает специфику прочитанной книги, особенно мне нравится, как выглядит научный центр🥰)

🤩 Евгения Захарчук «Три истории на моих поминках»  «Бабушка приучала меня звонить.  Если я не звонила, то она звонила сама, заставая меня врасплох, и сам факт ее звонка уже был намеком на то, что я слишком долго не звонила и теперь меня надо разыскивать. Тревога заполняла ее, выплескивалась на меня, смешивалась с моей, и мы обе боялись своих телефонов. Бабушка — из-за того, что телефон не звонил; я — что мой телефон звонит в неудобный момент» Автогероиня едет из Германии в Россию, на двадцатую годовщину смерти своей матери. Поминки устраивают бабушка с дедом, которые воспитывали Женю. Она очень их любит, но ехать в Россию страшно по разным причинам — страшно сказать, что в Германии у нее хорошая работа и она не собирается возвращаться, страшно, что после долгого перерыва в общении она не сможет найти общий язык с родственниками, а еще страшно пересекать литовско-российскую границу с крупной суммой денег на руках.  В Москве плохая погода и маета. В голову лезут вопросы, на которые в школьные годы Женя так и не нашла ответы. Почему с ней внезапно перестала общаться лучшая подруга Лерка?  Какой на самом деле была мама? Женя помнит ее словно в тумане, а рассказы родственников — всего лишь набор случайных фактов, они никак маму не характеризуют, цельный образ из них не сложить… Кажется, что единственный островок спокойствия — квартира Жениной подруги Мии, журналистки родом из Германии, работающей в Москве.  Хотелось открытого разговора с бабушкой и дедом, но все беседы снова какие-то пустопорожние. Бабушка рассказывает, что сегодня смотрела по телевизору. Женя  — про переработку мусора в Германии. Дедушка бурчит, недовольный новыми знаниями. Оказывается, в сортировке пластика столько премудростей — даже пластиковую бутылку нельзя отдавать в переработку целиком — нужно непременно отделить бутылку и крышку.  Женя не рассказывает, почему остановилась у Мии (боится — не так поймут). Она не отвечает на вопросы о своей зарплате (они таких денег никогда не видели). Женя научилась слышать себя, идти за желаниями, жить так, как хочется.  Но она испытывает вину за то, что выбирает свои интересы и боится честно, глядя в глаза, сказать, что в Россию она не вернется. В отношениях с бабушкой и дедом много не проговоренных моментов и боли.  Женя смотрела с папой  «Бумера», когда в соседней комнате мама умирала. И когда бабушка сообщила о смерти мамы, почувствовала лишь раздражение из-за того, что так и не узнала как фильм закончился.  Она бунтовала, будучи подростком. Полагала, что лучшая школьная подруга прекратила общение с ней именно из-за того, что она стала сиротой. ❗️Под мушками — спойлеры❗️ Но в день поминок лед между Женей и родственниками наконец начнет таять.  Накануне Женя заболеет, но чтобы не пугать родственников, никому не скажет о плохом самочувствии, будет лишь избегать физического контакта. Гриппозное полузабытье очистит сознание и покажет — дедушка с бабушкой делают так много, чтобы сблизиться с ней. Но делают шаги навстречу с молчаливым упрямством, а Женя и не замечает.  Дедушка порезал руку, срезая пластиковое колечко от бутылки, чтобы сортировать пластик по всем правилам.  Бабушка расплакалась, когда Женя напомнила ей, что не ест укроп (забыла, ну а как удержать все в голове и всем угодить). И Женину маму на самом деле все родственники любят и помнят. Да, из года в год рассказывают о ней странные, ничего не значащие факты, но эти байки — их язык любви. И если быть честной с собой, Женя сама так мало сделала для сближения. Скрытничала, трусила признаться, что не собирается возвращаться, а главное — мерила дедушку и бабушку своей меркой. Полагала, что раз старики боятся перелетов, встречи будут очень редкими, а значит, наладить доверительные отношения точно не получится. Но может стоит просто вписать регулярные звонки бабушке в свой ежедневник? #снаговская_читает

В июле рассказывала о книгах: ❄️Кио Маклир «Птицы искусство жизнь: год наблюдений» ❄️Эрих Мария Ремарк «Ночь в Лиссабоне» ❄️Лена Элтанг «Каменные клены» ❄️Анамели Сальгадо Рейес «Моя мать прокляла мое имя» ❄️Николай Сергованцев «Мамин-Сибиряк» ❄️Чжан Лин «Одинокая ласточка» ❄️Жозе Сарамаго «Воспоминания о монастыре» ❄️Йоханнес Тинеманн «Три десятилетия на Куршской косе» #книжные_итоги

📚Йоханнес Тинеманн «Росситтен. Три десятилетия на Куршской косе» Йоханнес Тинеманн — немецкий ученый, основатель и директор первой в мире Орнитологической станции в прусском Росситтене (ныне поселок Рыбачий) на Куршской косе. Книга была написана Тинеманном в 1926 году, издана в Германии в 1927. Но для русскоязычного читателя стала доступна лишь век спустя. Ее перевели с немецкого студенты БФУ им. Канта в рамках переводческих мастерских дома творчества Переделкино. Через Куршскую косу пролегают пути миграций многих птиц, так что место для строительства станции было выбрано не случайно. Тинеманн впервые съездил на разведку в эти края в 1886 году, а 1 января 1901 года Орнитологическая станция в Росситене была открыта. Здесь было налажено систематическое кольцевание птиц, на тот момент инновационный метод изучения миграций (первопроходцем этого метода считается датский ученый Ханс Мортенсен, который в 1899 году пометил аллюминевыми кольцами 165 скворцов). Тинеманн рассказывает не только о работе на станции, но и о жизни в поселке. Непросто было донести до местных жителей, чем он занимается. Ученый носил смешные шляпы и в поселке его долгое время называли «птичьим доктором». Росситтен в то время был изолированным экзотическим местом, добраться до большой земли было настоящим приключением, иногда сопряженным со смертельной опасностью (вспоминая идеальные велодорожки Зеленоградска начинаешь по-настоящему ценить комфорт, с которым сейчас можно путешествовать по Калининградской области). Впрочем, автор книги стремления к комфорту не разделял. Ему нравилось, что в Росситтене каждый может себя обслужить и сам он больше всего любил проводить время в своем охотничьем домике «Умельнхросте». Он был охотником, пусть вас это не шокирует, в начале XX века охота была одним из способов естественнонаучного познания мира. У многих может возникнуть закономерный вопрос — актуальна ли книга, написанная сто лет назад, ведь наука стремительно развивается? Большой плюс этого издания в том, что на полях даны комментарии старшего научного сотрудника биостанции (сейчас она носит название «Фрингилла» и относится к Зоологическому институту РАН), который работает на станции по сей день. 📠@libra_verlag #снаговская_читает #птичьи_книги

Раскрыла в себе две новых субличности благодаря Открытому студийному театру и пьесе Анны Яблонской «Язычники». Открытые читки - та шалость, перед которой всегда волнительно, в моменте - весело, а потом чаще всего грустно. И мысли догоняют ещё пару дней после читки. Такая магия уже третий раз случается.