Спекулятивно рассказывая истории || Life, Future and Archive

Нет, эскапизмом этот подход я не считаю. Да, Толкин как человек просто оказался сильнее и увлеченнее. Слон, в общем. Пассионарий)

Задание: найти 10 сходств. Я начну: после того, что предшествовало первой и второй фотографии можно словить ПТСР.

Спекулятивно рассказывая истории || Life, Future and Archive pinned «Брал небольшой детокс от любых попыток что-то писать публично о своей работе или исследованиях. Хотел вернуться в онлайн с постом, последовав примеру своего коллеги выше. Однако планы поменялись - есть забавно-хорошая новость: Президиум Российской академии…»

Брал небольшой детокс от любых попыток что-то писать публично о своей работе или исследованиях. Хотел вернуться в онлайн с постом, последовав примеру своего коллеги выше. Однако планы поменялись - есть забавно-хорошая новость: Президиум Российской академии наук постановил вручить медали и премию молодым ученым и обучающимся, в число которых мне также удалось войти! 😳 К сожалению, не успел закончить к моменту подачи заявки свой диплом по Кладо, о котором напишу позже. Однако медаль ушла очень важному для меня экспериментальному тексту, изменившему все в моей исследовательской работе - "Военно-морские стратегисты в процессах модернизации Российской империи". Приятно очень, когда тексты не уходят в стол. Приятно, когда есть возможностью делиться радостью с близкими и дорогими людьми, без поддержки которых ничего бы этого не было. На момент подачи заявки уже был вымотан полностью... А сейчас, смотря назад, можно с уверенностью сказать : не сдался тогда, не сдамся и дальше!

k³¹'² Я успешно защитил магистерскую диссертацию. From Tools to Companions: Robots' Sociality in Hybrid Communities — моё магистерское исследование на стыке философии, антропологии и истории и, если я ничего не путаю, первый прецедент в истории российской науки, когда робот рассматривается как самостоятельный субъект социальных отношений. Дописывал я её на коленках в главном аэропорту Архангельска перед поездкой в экспедицию на Онежский полуостров. Об экспедиции я подробно расскажу в Этнографическом Кабинете. Переходите, читайте. Было нервно, так как интернета там не было. Загрузил её уже в другом аэропорту Васьково перед посадкой на Ан-2, ловя связь на ёлке, которая росла на территории аэровокзала. В работе я показал как инициатива в роботостроении перешла от государства и плановой экономики Советского Союза к частным IT компаниям. Тем самым сменилась и инициатива в формировании образов будущего. Помощь или замена человека в трудных и опасных условиях сменилась обычным удовлетворением человеческих потребностей. Главный вывод работы, на мой взгляд, заключается в том, что с этим новым позиционированием, которое продвигают IT-дзайбацу, мы должны уйти от понятий обычного HRI (Human-Robot Interactions) и перейти к практике HRR (Human-Robot Relations).

Он(о) чувствует!

Хотел поделиться первыми общими впечатлениями после прочтения поздней статьи Иэна Гамильтона Гранта "Все принципы бытия и становления: онтогенетическая гипотеза Шеллинга". Текст посвящен пересборке творческого производства не-антропоцентричных новых миров (world-making) на базе реактуализированной Грантом шеллинговской натурфилософии. В ней онтогенез — то есть механика движения к новизне и производства становлений — противопоставляется статичному каталогу устоявшихся элементов традиционной онтологии, где всё существующее давно зафиксировано, а создание чего-то нового тавтологично и ограничено лишь воспроизводством старых форм, рецептов, идей и тп. Так вот, впечатление: Грант оказался топовым с точки зрения содержания и творческой мотивации, но абсолютно неперевариваемым и зубодробительным с точки зрения формы изложения своих текстов. Кажется, мне становится понятно, почему ему сложнее было завоевать любовь и славу среди других спекулятивных реалистов. Покритиковать нынешние реалии, особенно в рамках гуманитарных дисциплин, получив при этом кредит восхищения и одобрения со стороны "нетакусь", к которым я и сам себя отношу, не так уж и сложно. И в этом педантичный, сложный и даже дотошно витиеватый Грант явно проиграет весельчаку Харману, радикалу Мейясу или пафосному Брассье. Однако критика Гранта не увлекает сама по себе — она лишь готовит почву. И я уже сейчас могу согласиться с выводом Хаустова: Грант — это великий экспериментатор-оптимист, творческий комбинатор времен, концептов и материй. Это моторчик перемен, который не просто думает то, о чем пишет, но и реально живет так, воплощая уже на уровне своих плотных научно-спекулятивных текстов принципы творческого движения, применимые и за пределами этих самых текстов. Продолжаем погружение.

важно уметь проигрывать, а значит — не путать проигрыш с победой и неопределённостью. не держать фигуры на доске после того, как тебе поставили мат, не бояться доиграть до конца, если ситуациях швах. так вот, если коротко, мы проиграли в начале 2020-х. кто мы? исследователи из социальных и гуманитарных наук, пытающиеся изучать современность: технологии, данные, города. мы проиграли: - психологам бихевиористской парадигмы - экономистам поведенческой экономики - инженерам, верящим в данность данных - политологам, верящим в технологии - управленцам, боящимся перемен а ещё — самим себе, уверенным в том, что наши науки возможны только на взлёте, в глобальном мировом порядке и ради чего-то, что никогда не объяснить людям в пиджаках. маркеров проигрыша много. вот первые три: 1. всего 3 (буквами: три) гранта РНФ, выигранных на социальные исследования технологий и иже с ними за последние 6 лет. ни один из них не стал институцией. а сколько проектов и миллиардов потрачено на создание этих технологий? а на изучение «поведения»? лучше и не считать, правда? 2. конкурсы на работу и учёбу исследователями психологии пользователей и дата-аналитиками наших кликов сопоставимы с очередью в макдональдс при открытии первого филиала в России. конкурсы на соответствующие соцгум-специальности — кратно ниже. 3. популяризация цифровых исследований находится на том же уровне, что и 10 лет назад. журналисто мне задают натурально те же вопросы, главный из которых «калечит ли интернет наших детей и творчество?» спрашивают уже те, кто когда-то был тем самым ребёнком. и это не только в России, хотя в некоторых странах ситуация получше. что тут поделать и нужно ли? — проанализировать проигрыш: институционально, персонально, на уровне сообществ и определить границы того, кто проиграл (я, конечно, очень сильно обобщаю в этом посте) — понять, в чём проигрыш: влияния, устойчивости, солидарности, финансового обеспечения, репутации и пр — описать, в чём желанен и необходим выигрыш (разделяя желание и необходимость). для чего, какой цели он служит. — выработать новую тактику и стратегию. вступать в разумные альянсы. так будет хорошо, и истину обретём, и в уныние не провалимся.

Думал напишу пост, но потом решил, что скорее напишу что-то после того, как более внимательно почитаю работы Иэна Гамильтона Гранта, четвертого всадника спекулятивного реалиста, практически неизвестного широкой аудитории. Я и сам грешен тем, что когда начал увлекаться спекулятивными и "темными" теориями, решил проигнорировать Гранта. Думал, что силенок не хватит, да и есть же красивые Харман и Мейясу, у которых с пиаром намного все круче. А зря... Очень зря. После завершения работы над диссертацией по Николаю Кладо, наконец-то, появилось время почитать для себя, и фигура Гранта в интерпретации Дмитрия Хаустова (книжка "Тёмные теории" прошлого года, всем советую) меня крайне заинтриговала. Творчество и становление как основание нового прочтения натурфилософии, уничтожающей и антропоцентризм, и разделение идеализма/реализма, и дающего положительную программу делёзианства на материале Шеллинга... Все это удивительно соблазняет, особенно после того, как проникаешься содержанием забытого и стертого из российской истории проекта философии войны и свободного практического творчества у Николая Кладо. Чем Николай хуже Шеллинга? Да, по сути, ничем, оба одинаково в могиле. Но есть что-то манящее в этих странных историях о людях, пытавшихся изобретать и экспериментировать. Оставлю цитату Гранта с моими контекстуализирующими пометками: [Искусство занимается экспериментами.] С концептами делают то же самое [что и с материалами или телом]. Философия забыла об этом: идея о том, что философия [и искусство] в нынешнюю эпоху не могут сделать ничего больше, чем проигрывать новые версии старых решений тех проблем, которые мы больше не понимаем [Кладо это называл рутиной, с которой нужно было бороться с помощью хорошего исторического исследования], - это значит просто сдаться. Это значит отказаться от идеи, что всё ещё есть вещи, которые нужно создать, есть вещи, о которых нужно подумать, которые еще не были продуманы или созданы до этого момента. Это трусость, это просто трусость Интрига... Жизнь вообще интригует все больше с каждым днём, особенно после освобождения от нескончаемого кошмара мучительно демотивирующей к какому-либо творчеству магистратуры. И почему бы не скоротать несколько дней за чтением Гранта - самого оптимистичного и изящного из всех спекулятивных реалистов.

Если доживу до отпуска...

Перевел тут один невероятно сочный текст из 1996 года - «PoMophobia» (Помофобия) за авторством раннего Марка Фишера и Робина Маккея. Это эпоха зарождения легендарного кибернетического кружка CCRU: смесь академического концептуализма, кибер-готической паранойи и уличного лондонского рейва. Суть текста - безжалостная атака на постмодернизм (то самое «ПоМо»). Фишер и Маккей препарируют постмодернистское искусство как мертвый, вымученный конструкт, где всё пропитано парализующей саморефлексией. Ты не танцуешь, ты «отыгрываешь танец». Ты не делаешь что-то, ты спрашиваешь у внутренних «Жак-офицеров» (привет Лакану и Деррида), что значит это делать. В чем была главная сложность (и кайф) перевода? Читать раннего Фишера - это как слушать техно вперемешку с лекциями Делёза. Переводить его сухим академическим языком - значит убить всю контркультурную агрессию текста. Поэтому я пошел по пути сленговой адаптации, скрещивая философию с языком интернета и тусовок. https://cataclysm.online/post/pomofobiya

Спекулятивно рассказывая истории || Life, Future and Archive pinned a photo

Рубрика специально для брата-химика, вынужденного временно сменить свою профессиональную стезю: Коль надо посчитать, то давайте посчитаем (Отвечает Gemini): Имя Николай (а также его английские варианты Nikolai и Nicholas) — это, безусловно, одно из самых часто встречающихся слов во всей вашей диссертации. Если считать все формы имени (Николай, Николая, Николаю), английское написание в переводах, а также сокращение «Н.» (когда оно точно относится к Николаю), то в представленном массиве текста имя упоминается несколько сотен раз (более 400-500 раз). Подавляющее большинство этих упоминаний приходится на главного героя работы — Н. Л. Кладо, а также на упоминания «Николаевской» морской академии (названной в честь императора Николая I). Что касается конкретных исторических лиц, носящих имя Николай, то в вашем тексте и библиографии собралась впечатляющая «компания». Всего получилось 13 отдельных людей. Вот их полный список, разбитый по ролям в вашем исследовании: Главный герой и его семья 1. Николай Лаврентьевич Кладо (Nikolai L. Klado) — центральная фигура вашей диссертации, военно-морской теоретик и историк. 2. Николай Николаевич Кладо — сын Н. Л. Кладо (советский кинокритик и сценарист, упоминается в биографической справке Приложения 1). Российские императоры (в английском переводе — Nicholas) 3. Император Николай I — упоминается напрямую, а также как эпоним Морского инженерного училища, Николаевской морской академии, Николаевской академии Генштаба. 4. Император Николай II — последний российский император, упоминаемый в контексте дискуссий о судостроительной программе, переписки с Александром Михайловичем и утверждения Положения об Академии в 1896 и 1910 гг. Военно-морские и государственные деятели Российской империи 5. Николай Николаевич Ломен — вице-адмирал, флаг-капитан императорской свиты, подавший «особое мнение» по судостроительной программе 1895-1896 гг. 6. Николай Матвеевич Чихачев — адмирал, жесткий управленец, стоявший во главе Морского министерства (1888–1896 гг.). 7. Николай Карлович Краббе — адмирал, управляющий Морским министерством (1860–1876 гг.), заблокировавший создание полноценного стратегического отделения в 1870 г. 8. Николай Васильевич Копытов — вице-адмирал, защитник изучения военно-морской истории и концепции образованных «офицеров-ученых». 9. Николай Николаевич Нордман — отставной лейтенант флота и политэконом, с которым Кладо вел публичную полемику в 1913–1914 гг. 10. Николай А. Орлов — полковник Генерального штаба, читавший самый первый курс военной стратегии морякам в Академии (до того, как за это взялся Кладо). Авторы, историки и исследователи из библиографии 11. Николай Николаевич Головин — выдающийся военный теоретик-эмигрант, чьи труды переиздавались в цитируемой вами «Антологии отечественной военной мысли». 12. Николай А. Коргуев — дореволюционный историк, автор «Обзора преобразований Морского кадетского корпуса» (1897). 13. Николай В. Манвелов — современный исследователь, автор книги об обычаях и традициях Российского Императорского флота (2008).

Вот и завершился сногшибательный, увлекательный, тяжелый физически и морально пробег, завершившийся работой, которую я бы, конечно, еще бы много раз переделал и доделал. Однако сейчас, я понимаю, что получил удовольствие от того, что я смог завершить текст так, как хотел. Смог поэкспериментировать и поудивляться тому, как история может ожить так, чтобы захотеть увидеть дальнейшее развитие событий, которого так и не последовало. Конечно же, я говорю о Николае Лаврентьевиче Кладо (1862-1919) - историке, философе от мира флота, теоретике и практике, первом начальнике революционной Николаевской Морской академии и неугомонимом, я бы даже сказал, буйном писателе и реформаторе. Очень много источников еще осталось в архивах, я знаю, где они лежат, но разрабатывая тему всего полгода, трудно было за всем этим угнаться здесь и сейчас, учитывая, к тому же, увлекательную (!) постоянную работу в офисе. Разумеется, я даже близко не смог приблизиться к тому, чтобы "понять" Кладо. Да это и не нужно, потому что это понимание ни к чему не приведет - он умер рано, не успел завершить свою "философию войны" и работу о природе насилия, которая, на мой скромный взгляд, по своей осознанности и непретенциозности заткнула бы за пояс и Карла Шмитта, и Ханну Арентд (да простят они меня). Это все осталось там, нетронутым, неактуальным для наших дней, Другим для нашего времени. Много чего еще не раскрыто, много чего мне пришлось не затрагивать в своей работе, много предстоит работы мне или кому-то еще, кому такое могло бы стать интересным. Однако главный урок, которому научил меня практикоориентированный историка Кладо - не останавливайся на прошлом ради прошлого. Найди в нем возможности обосновать свою свободу творить будущее. Какое? Искать тебе самому. А я пока хочу всего лишь одного - провести время со своей любимой женой, которая меня очень сильно поддерживала и которая стала самой главной жертвой того неописуемого ужаса, каковым является любая ВКР

Переживания по поводу диплома: Графоманство? Нет, прозрачность перевода обширного эмпирического материала в абстрактные аналитические выводы. А еще мне очень нравится контекстуализировать, как кто-то кого-то крыл всякими риторическими и политическими уловками. И как же тогда такие детали не расписать? Весь шарм теряется.

По многочисленным просьбам записал для своих подписчиков на Boosty небольшую рецензию на книгу Дмитрия Хаустова “Тёмные теории”. Саму книгу я всячески рекомендую. Хотя и отмечаю в ролике некоторые её недостатки. На мой взгляд, тёмные теории – это вполне адекватное, но недолговечное название для того тектонического сдвига, который произошёл в философии после постмодерна. Дело в том, что тёмное – это не главная характеристика этих теорий – тот же не-антропоцентризм и реализм (что бы мы под этим не понимали) более важны для их понимания. Более того, и здесь я развиваю мысль, которую впервые озвучил в предисловии к книге Олега Пащенко “Нигредо”, тёмное – это стадия нигредо – первый этап Великого делания, процесса получения философского камня. В тёмных теориях это – стадия романтизации тёмного и хаоса. Наверное, все тёмные теоретики так или иначе попадали под очарование ими. Но оставшись на стадии нигредо, камень не получить. Дальше должны быть стадии альбедо и рубедо. Кто из тёмных теоретиков пошёл дальше, и как может выглядеть стадия рубедо — я и рассуждаю в этом ролике. https://boosty.to/theologia/posts/e68b1c79-d6dd-4eee-90c8-c2059dba13af