Психоанализ хаоса | Саша Михеичева

Л – Либидо Пожалуй, это одно из самых провокационных слов в психологии. Стоит произнести «либидо», и многие сразу думают о сексе. Именно поэтому психоанализ до сих пор нередко обвиняют в том, что он якобы сводит всю человеческую жизнь к сексуальному влечению. Но это очень поверхностное прочтение. Фрейд действительно ввел понятие либидо, однако в психоаналитической традиции оно давно перестало восприниматься как синоним сексуального желания. Либидо – это психическая энергия, которая делает человека живым. Благодаря ей мы способны интересоваться миром, привязываться к людям, любить, творить, исследовать новое, строить отношения, фантазировать и создавать смыслы. Можно сказать, что либидо – это то, что связывает нас с жизнью. Когда этой энергии достаточно, у человека появляются желание, любопытство, способность мечтать и чувствовать. Когда она оказывается заблокированной или направленной лишь на выживание, жизнь нередко начинает ощущаться как череда обязанностей, в которой почти не остается места для внутреннего движения. #азбука_психологии А что в последнее время вызывает у вас искренний интерес? Не потому, что надо. А потому, что хочется.

🫯 Помечтаем? Последнее время мы относимся к мечтам утилитарно. Мечта должна превратиться в цель. Цель – в план. План – в результат. Если этого не произошло, значит, мечтали зря. Но что, если мечта выполняет совсем другую функцию? Психоаналитик Кристофер Боллас предлагал смотреть на мечты не как на список желаний, а как на способ услышать еще не реализованную часть собственной личности. Когда мы ставим цели, мы почти всегда опираемся на уже известное. Мы строим будущее из элементов прошлого: увиденных профессий, чужих историй успеха, привычных представлений о том, какой должна быть «хорошая жизнь». ✨ Мечта устроена иначе. Она не всегда реалистична. Не всегда рациональна. Иногда даже кажется странной или недостижимой. Но именно поэтому она может рассказывать о нас больше, чем тщательно составленный план. Например, когда мы говорим: «Я мечтаю стать художником». Боллас спрашивает: «Почему именно этот образ снова и снова возвращается?» Может быть, мечты нужны не только для того, чтобы однажды сбыться. Иногда они нужны, чтобы мы не потеряли связь с тем человеком, которым еще только можем стать. Ваш психолог, @sasha_mikheicheva

Как сильно мы держимся за свое прошлое и за привычное Когда терапия подходит к моменту «может это вам что-то напоминает из детства?», слышу: «нет-нет, детство как детство, ничего такого». Потом проходя мимо детской площадки, я в очередной раз слышу слова…

Как сильно мы держимся за свое прошлое и за привычное Когда терапия подходит к моменту «может это вам что-то напоминает из детства?», слышу: «нет-нет, детство как детство, ничего такого». Потом проходя мимо детской площадки, я в очередной раз слышу слова мамочки/папочки/бабушки: «Так все, я тогда ухожу!» и начинают движение в сторону от ребенка. И в очередной раз думаю: «Ага, у него тоже детство как детство, просто родной человек манипулирует и угрожает ребенку, что бросит его». Мы не задумываемся в обыденной жизни о том, как формируется надежная привязанность. Когда ты уверен, что близкий человек не оставит тебя, даже если ты не выполнил сиюминутно его требование. Напомню: в детском возрасте у нас нет критического мышления. Слова взрослого воспринимаются почти буквально «он сейчас уйдет, а я не справлюсь без него». Это инстинкт выживания и самосохранения, ребенку природой заложено, что он не может выжить без взрослого до определенного этапа своей жизни. #стоп_кадр У вас тоже детство как детство?

Т – Травма Слову «травма» сегодня не очень повезло. Когда-то им называли почти исключительно войны, катастрофы и насилие. Теперь же в социальных сетях травмой порой становится любое неприятное событие: строгий учитель, расставание, неудачный комментарий или ссора. Психоанализ предлагает посмотреть на этот вопрос иначе: травма – это не событие. Точнее, не только событие. Для Фрейда травма – это такое количество психической нагрузки, с которым человек в данный момент не способен справиться. Опыт оказывается слишком большим, слишком интенсивным, чтобы психика смогла сразу его переработать. Поэтому одно и то же событие для одного человека останется тяжелым, но переживаемым опытом, а для другого станет травматичным. Более того, речь не всегда идет о чем-то страшном. Иногда психику переполняют и счастливые события: рождение ребенка, долгожданная победа, неожиданная влюбленность. С точки зрения психоанализа вопрос звучит не столько: «Что произошло?», сколько: «Что произошло с психикой в момент этой встречи?» В психоанализе травму определяет не сила события, а невозможность психики придать ему смысл, связать переживание с мыслями, чувствами и словами. Возможно, именно поэтому психоанализ так много работает со словами. Не потому, что разговор сам по себе лечит, а потому, что то, что однажды не смогло стать мыслью, постепенно получает возможность быть названным, осмысленным и встроенным в историю собственной жизни. #азбука_психологии Психоаналитическая терапия становится пространством, где эта работа может быть проделана. Приходите. Ваш психолог, @sasha_mikheicheva

«Мы всегда хотим уничтожить то, чего никогда не будем иметь». Героиня Джуди Фостер в фильме «Частная жизнь», режиссер Тамара Дженкинс, 2018.

Конвергенция подходов Вчера для канала «ФармМедПром» я рассказывала, как один и тот же запрос будет звучать в разных подходах. И эти различия действительно существуют, они помогают увидеть человека с разных сторон. Но есть важное продолжение этой истории. В современной психотерапии все чаще говорят о конвергенции подходов. Это не означает, что КПТ становится психоанализом, а психоанализ – гештальтом. Скорее, школы постепенно начинают учитывать сильные стороны друг друга. Почему? Потому что исследования показывают: изменения происходят гораздо сложнее, чем предполагали классические модели. Оказалось, важны не только техники, но и качество терапевтического альянса, эмоциональный опыт, способность к рефлексии, особенности личности клиента и многое другое. Поэтому сегодня хорошие специалисты все реже спорят о том, какой подход лучший, и все чаще задаются другим вопросом: что именно поможет этому конкретному человеку именно сейчас? Пожалуй, это и есть один из признаков зрелости психотерапии как науки.

🙈 Мы выбрали не видеть Где-то слышала фразу: «Мы не видим зла не потому, что его нет, а потому, что сами выбрали не видеть его». И вот стоишь после этого и думаешь. А что я выбираю не видеть? Психоанализ, надо сказать, этим вопросом живет. Мы многого не видим, потому что это слишком. Слишком больно? Слишком противоречит тому, во что мы привыкли верить? Что я вытесняю, чтобы сохранить отношения? Что я отрицаю, чтобы не встретиться с собственной яростью или беспомощностью? Почему мы выбираем не видеть?

Я все сказал! Иногда после большого текста чувствую себя Куиилом, мне совсем не хочется писать в канал. Не потому, что нечего сказать. Скорее потому, что слова уже нашли себе место. Энергия была сублимирована в другую работу. Как будто свое «писательство» на сегодня уже прожито. И тогда здесь появляется тишина. Мы часто воспринимаем ее как пустоту, которую нужно срочно заполнить. Но, может быть, именно тишина оставляет пространство для собственных мыслей и фантазий. В терапии молчание тоже становится частью работы. Иногда самые важные слова появляются только тогда, когда исчезает необходимость говорить все подряд. Иногда «я все сказал» – это не конец разговора. Это начало. Ваш психолог, @sasha_mikheicheva

И – Инсайт Наверняка у многих было такое: читаешь книгу, слышишь чью-то фразу или вдруг ловишь себя на мысли: Подождите… так вот почему я это делаю! На несколько секунд кажется, будто в темной комнате включили свет. Это и есть инсайт – момент, когда что-то важное о себе становится видимым. Иногда он приходит неожиданно, почти как вспышка. А иногда рождается постепенно. После многих разговоров, вопросов, сомнений, воспоминаний. Кажется, будто ничего не происходит, а потом однажды понимаешь: Я ведь уже давно это знаю. Просто только сейчас смог(ла) увидеть. Однако, мы часто относимся к инсайту как к волшебной таблетке. Кажется, если понять причину своих переживаний или поведения, то проблема исчезнет сама собой. 😭 Увы, психика устроена сложнее. Инсайт действительно меняет очень многое. Он помогает увидеть дверь там, где раньше была только стена. Но увидеть дверь еще не значит через нее выйти. Настоящие изменения начинаются тогда, когда новое понимание постепенно становится новым способом жить. Поэтому в терапии мы радуемся инсайтам, но не делаем из них культа. #азбука_психологии

В моей картине мира есть место многому. Но больше всего сложностей у меня вызывает поиск места для тех, кто допускает лишь одно правильное и возможное.

😈 Плохой объект Есть такая фантазия: «Я плачу психологу, значит, он будет мне говорить только хорошее. Поддерживать. Хвалить. Понимать. Я же клиент». Знали бы вы, насколько это далеко от реальности. Да, для установления доверия требуется время. Для кого-то недели, для кого-то месяцы. Это важный этап: без доверия ничего не получится. Но затем должна развернуться более сложная работа. 🐣 Чтобы птенец однажды вылетел из гнезда, он должен оттуда выпасть. Не потому что мать его не любит. А потому что иначе он никогда не узнает, что у него есть крылья. Так и в терапии. В отношения между клиентом и терапевтом рано или поздно должны войти злость, раздражение, ревность, стыд. «Плохость» психолога – это почти необходимость, чтобы клиент наконец встретился с тем, чего избегает в обычной жизни. Я не говорю клиенту «только хорошее». Я не обещаю, что вам всегда будет приятно. Я обещаю, что я останусь рядом даже когда вам захочется меня ненавидеть. Так терапия становится «пробником» новой реальной жизни. #мифы_и_легенды Ваш психолог, @sasha_mikheicheva

Чтобы инструмент зазвучал, его нужно сначала настроить

Tabula rasa Когда рождается ребенок, нам почему-то кажется, что все только начинается. Что перед нами почти чистый лист. Что теперь главное – правильно воспитать и научить. Но ребенок приходит не с пустыми руками. Почему-то нас совершенно не удивляет, что сын похож на дедушку улыбкой или дочь унаследовала мамины кудри. Однако, когда речь заходит о характере, чувствительности или склонностях, мы часто начинаем вести себя так, будто все это можно воспитать с нуля. Конечно, можно многое изменить. Человек не заложник генов. Но он никогда не начинает жизнь с чистого листа. И мы тоже. Наверное, именно поэтому дети оказываются гораздо лучшими учителями, чем нам хотелось бы признать. Они показывают не только себя. Они отражают нам нас: наше нетерпение, наш страх потерять контроль, нашу потребность быть правыми, нашу невозможность принять, что другой человек (даже если ему всего 3) не является нашим продолжением. И это болезненно. Потому что очень приятно чувствовать себя тем, кто знает, как правильно. Тем, кто учит. Гораздо сложнее оказаться тем, кому самому еще предстоит многому научиться. В общем это я к чему. Мне кажется, что дети приходят к нам не только затем, чтобы мы дали им жизнь. Они приходят, чтобы мы наконец выросли сами. И, возможно, именно поэтому к детям стоит относиться чуть бережнее. Не потому, что они маленькие. А потому, что они, как и мы, проживают историю, которую не выбирали. Историю своей семьи, своих предков, своих врожденных особенностей. Им еще только предстоит понять ее, присвоить и однажды решить, что они хотят передать дальше. И, возможно, самое важное, что мы можем дать ребенку, – это не ощущение, что его постоянно нужно исправлять. А ощущение, что его пытаются понять. Ваш психолог, @sasha_mikheicheva

Р – Рефлексия Рефлексия – это способность посмотреть на себя со стороны. Не просто подумать: «какой я молодец» или «какой я ужасный», а заметить: что я сейчас делаю? Что я чувствую? Почему я выбираю именно это? Без рефлексии мы живем «на автомате». Повторяем привычные паттерны поведения. Обижаемся, не понимая почему. Срываемся, не замечая триггеров. Или, наоборот, замыкаемся в себе. Выбираем партнеров как мама или папа и не видим в этом связи. Рефлексия создает паузу. А в паузе рождается выбор. Не гарантия, что все изменится мгновенно. Но шанс заметить. В терапии мы, по сути, учимся именно этому – замечать себя. Свои реакции, свои чувства, свои «автоматизмы». И наконец понять: что из моих реакций работает на меня, а что против. #азбука_психологии

Нормальными выросли? «Нас так воспитывали и ничего, нормальными выросли». Классика. Звучит на застольях, в спорах о детях, в комментариях под любым постом о «сложном детстве». И звучит так убедительно, что возразить вроде бы нечего. Действительно, выросли. Действительно, живы, работаем, даже в отпуск ездим. Но вот вопрос: что мы называем «нормальными»? И был ли у нас выбор? В семье человек получает первый опыт взаимодействия. Первый опыт отражения себя как личности. Семья – это группа первичной социализации. Она несет базовые правила и нормы. И они интегрируются в психику без осмысления и без критического мышления. Потому что области мозга, отвечающие за критическое мышление и самоконтроль, завершают свое формирование только к 25 годам. Ну ладно, возьмем нижнюю планку, когда способность воспринимать информацию критически начинает проявляться, годам к 12. До этого мы просто впитываем. Как губка. Без фильтра. А дальше – передача состоялась. И вот уже взрослый человек с гордостью несет эти правила дальше в мир. «У нас в семье так принято». «Меня так воспитывали». «Ничего, выжил же». И внутри этого нет злого умысла. Есть лояльность семье. Есть привычка. Есть даже любовь. Но нет одного – выбора. По-настоящему взрослый выбор начинается с вопроса: «А я хочу так жить?». И чтобы этот вопрос задать, нужно заинтересоваться самим собой. Нужно отрефлексировать полученный детский опыт. И тогда появляется возможность решить и сделать уже осознанный выбор. И тут, возможно, рождается вопрос: а что такое осознанный… #мифы_и_легенды А вы как думаете?

Золотой век гротеска Современный успех очень категоричен. Если красота, то максимальная, без единого изъяна и особенности. Если богатство, то в виде нарочитой роскоши, выставленной напоказ. Если экспертность, то не терпящая колебаний и сомнений. Тренды обязательны, иначе ты невидим. Уникальная аутентичность, чтобы не быть серым и никому ненужным. А все остальное – проигрыш и слабость. Отсутствие воли, мозгов и сообразительности. Это даже не достижения, а демонстрация как способ быть увиденным и замеченным. И в этом рождается гротеск. Колебание между реальностью и болезненным сном. Между тем, что ты видишь у других, и тем, что ты чувствуешь внутри себя. Между ожиданием «все» и опытом «ничего». Ты смотришь на картинку чужого успеха, и она кажется реальной. Ты смотришь на себя и проваливаешься в стыд. Ты недостаточно красив, недостаточно богат, недостаточно эксперт. Ты не соответствуешь. Ты – не то. И это ощущение «не то» становится фоном жизни. Не острым страданием, а хроническим раздражением. Как будто ты вечно проигрываешь в игру, правил которой не знаешь или не хочешь знать. Но гротеск тем и ценен, что обнажает абсурдность. Не для того чтобы развлечь, а чтобы показать: эта картинка – не реальность. И у нас всех есть право выбирать, куда смотреть. В терапии мы часто работаем именно с конфликтом между «как должно быть» и «как есть». Между фантазией о себе и живым, настоящим, несовершенным собой. И самое трудное – не стать идеальным. А перестать верить, что только идеальное имеет цену. Жизнь не укладывается в гладкую картинку. И, может быть, именно в этом ее настоящая красота. #стоп_кадр

Продолжу мысль о свободных ассоциациях. Французский психоаналитик Пьер Марти приводил простую иллюстрацию того, как устроена наша ассоциативная жизнь. Слово «кукла» для младенца – это просто видимая и ощутимая вещь. Затем оно приобретает аффективное значение: кукла становится «ребенком», объектом заботы, игры, привязанности. Позже для взрослого человека это же слово может обрести и другие, более сложные и символические смыслы. Но и это лишь одна из возможных линий ассоциаций. С куклой могут быть связаны воспоминания о детстве, играх с сестрой или подругой, подарок от бабушки, радость обладания или обида от утраты. Одно воспоминание тянет за собой другое, одно переживание откликается в другом. Именно такой ансамбль связей, по выражению Марти, и «поставляет наибольшее число ассоциаций». В практике я нередко сталкиваюсь с желанием клиентов принести на сессию уже готовую мысль: красивую, логичную, грамматически выстроенную. Вспоминаю одну клиентку, которая словно размышляла при мне, но не со мной: думала «про себя», а вслух говорила, что ей нужно еще подумать об этом. И это очень понятно. Свободные ассоциации – совсем не простая задача, особенно если человек привык проживать все внутри себя, не делиться переживаниями и показывать миру только уже обработанный, понятный и аккуратный результат внутренней работы. Но смысл аналитического пространства как раз в другом. Как пишет А.И. Коротецкая, «мысль возникает в процессе говорения. Поэтому аналитическая речь – это не речь сообщения, а речь рождения смысла. Человек говорит не для того, чтобы сообщить аналитику содержание своей психики, а для того, чтобы впервые услышать самого себя». Наверное, поэтому свободные ассоциации – это не просто метод. Это процесс мышления вслух, вспоминания, фантазирования, поиска связей между, казалось бы, далекими друг от друга переживаниями. И иногда именно там, где человек говорит: «Это, наверное, неважно», – начинается самое важное. Приходите. Ваш психолог, @sasha_mikheicheva