Призрак коммунизма

Это самое известное фото англо-ирландской войны, которая началась больше ста лет назад и идёт до сих пор. Девушка прикрывает эвакуацию своего раненого жениха, через несколько секунд её застрелят английские десантники. В ходе этой войны ирландцы даже успели создать революционную республику («Советский Лимерик»), но основной мотив этой столетней войны по-прежнему колониально-религиозный. Да здравствует Коминтерн!

Встреча про меньшевиков в Ульяновске удалась. Сердце пело при виде старых друзей и радовалось встрече с новыми. Вот таким странным манером Мартов, Аксельрод и Потресов посетили дом Ильича :)

Проходите в тот конец автобуса, нефиг тут стоять!

Карл Маркс на Волге.

Сталин против Института Маркса-Энгельса.

Первый и последний раз! Не повторяется такое никогда! Книжный Вилли Вонка (то есть я) приоткроет свою фабрику редкостей и расскажет историю, от которой поют сердца. Это будет баллада «Меньшевики», рассказ о приятелях Ленина, ставших его злейшими врагами. Бесплатный вход только для обладателей волшебных билетов (то есть для подписчиков этого канала). 13 августа, четверг, 15-00, дом-музей Ленина в Ульяновске (улица Ленина, 70).

Удивительный портрет: крайний слева - польский дворянин Феликс Дзержинский, не нуждающийся в представлениях. А вот два других персонажа еще как нуждаются. Рядом с Феликсом - его невеста Юлия Гольдман, фото сделано во время их предсвадебного путешествия, она умрёт от чахотки через несколько недель после этой съемки. Рядом с ней её родной брат Михаил Либер, социалист, один из основателей Бунда (еврейской социалистической партии) и свербящая заноза в заднице Ленина и Плеханова на втором съезде РСДРП. Родной брат Михаила и Юлии - Борис Горев - большевик (а потом меньшевик), создатель Общества историков-марксистов, член ВЦИК, приятель Свердлова. В 1930 году Михаил Либер стал постояльцем «суздальской Бастилии», а в 1937 году он, вместе с братом Борисом, «склонил голову перед перед пролетарской гильотиной». Эх, были люди в наше время, не то, что нынешнее племя.

Шёл вчера по Тверской мимо книжного «Фаланстера». Помню как зашёл внутрь. Не помню как вышел.

Анархисты против марксистов.

Музей криптографии у Ботанического сада - просто чудо. Всё интерактивное, нажимается, бибикает и пипикает. Большие залы, тут и про биткойн, и про Алана Тьюринга, и про шифры-пароли-явки. Очень много про механические крипто-машины: немецкую Энигму и русскую Фиалку. Отдельная шикарная экспозиция про Клода Шеннона, одного из родоначальников кибернетики и “дедушки” будущих Сири, Алис и прочих Марусей.

Это Муся Пинкензон. В 1942 году Мусе 11 лет, он школьник в станице Усть-Лабинская на Кубани, его отец - врач военного госпиталя. Станица была захвачена немцами, которые решили ликвидировать всё еврейское население. Приговорённых вели к расстрельной яме через весь посёлок и отец Муси попытался вымолить у немецких офицеров пощады для сына, его застрелили на месте. Сразу же застрелили и мать Муси, которая бросилась к мужу. Конвойная колонна остановилась: Муся держал в руках свое единственное имущество, скрипку. Над телами родителей он начал играть «Интернационал», гимн Коминтерна и тогдашний гимн СССР. Доиграть ему не дали. В истории нашей страны он навсегда остался Мусей, но его полное имя - Абрам, хотя мать всегда называла его «Абрамусей». Да здравствует Коминтерн!

Вот за что люблю императора Петра Алексеича Романова, так это за фантазию и чувство юмора. Его дальний коллега Владимир Ульянов-Ленин всего лишь выключил церковь из жизни государства, но Петр - это вам не суровый и не слишком эмоциональный Ильич, тут жир должен брызгами лететь во все стороны. “Молодой Петр создал Всешутейший, всепьянейший и сумасброднейший Собор. «Царь Петька», или «Антихрист», как его часто звали в народе, устраивал шествие участников Собора. Люди, глядя на это шествие, возглавляемое грозным Царем, только испуганно крестились. Собор возглавлял Патриарх (князь-папа). После проверки нового Папу сажали в чан, полный пива и вина, а участники Собора, раздевшись догола, пили это зелье из чана, где плавал голый избранник и спьяну мочился. Роль шутовского князь-папы и Патриарха исполнял полоумный от постоянного пьянства бывший учитель малолетнего Петра стопудовый Никита Зотов. Сам Петр всего лишь служка в этом Соборе – смиреннейший протодиакон Пахом Пихахуй Михайлов”.

Красный Крест для коммунистов

Сегодня день рождения Николая Чернышевского, ключевого персонажа русского литературно-политического процесса середины XIX века. Сто шестьдесят лет назад добрый и просвещенный Александр II настолько проникся идеями либерализма и Просвещения, что выписал Чернышевскому двадцать лет каторжных работ за различного рода “литературные мечтания” и атеизм, а человеколюбец и настоящий христианин Достоевский при любом удобном случае старался побольнее пнуть коллегу, который чалился в кандалах. Но недаром портрет Чернышевского стоял на каминной полке Карла Маркса. История - дама ироничная, и сегодняшнее полузабвение автора “Пролога” и “Что делать” точно по Гегелю обернется великим триумфом. С днем рождения, Николай Гаврилович!

Послезавтра в ульяновском доме-музее Ленина (это самый уютный музей в стране) откроется выставка про Илью Николаевича Ульянова. На выставке будет много интересного, в том числе и редкие книжки из нашей библиотеки: мемуары сестры Ленина, Маняши, 1930 год. И брошюра Анатолия Луначарского о ликвидации безграмотности, 1918 год. Ждём в гости: Ульяновск, ул. Ленина, 70.

(Такер) Карлсон берёт интервью у Ленина.

Гражданин Греф из Зелёного банка позавчера пнул Яндекс, напомнив всем с патриотической слезой в голосе, что внутри Алисы сидит китайское ядро Qwen. Чувак отлично знает, что базовая модель, тем более открытая, очень далека от жизни: нужно вложить море времени и сил в её дообучение и постоянный тюнинг. И удар по яйцам Яндексу выглядит очень глупо и жалко, ведь сам Греф, кроме кринжовых роботов с букетами, никакими технопрорывами не запомнился. Его Зелёная гора родила дохлую мышь, то бишь ГигаЧат. Переходящий кубок «Жалкий» официально переходит Грефу. Жалкий и печальный.

Литература больше не определяет судьбы мира. 150 лет назад роман Чернышевского разрывал социальную ткань, его обсуждали все и везде. Те, кто не читал “Что делать”, сразу выпадали из тусовки и контекста, они становились посторонними в курилках. В 1965 году выходит “Дюна” и взрывает мозги половине мира, все студенты горящей Сорбонны и на антивоенных маршах в Беркли и Стэнфорде цитируют Пола Муад-Диба, который поведёт людей из пустынного третьего мира к мировой революции. Выход пелевинских “Generation P” и “Снаффа” чертил колеи для русской политики всего несколько лет назад. Больше такого не будет, художественная литература умерла. Никакой писатель и никакой роман уже никогда не определит судьбы человечества. Теперь это будут делать видосы и подкасты.