Ворона и письменный стол

Эта многозначительная фраза содержит в себе всю двусмысленность алхимии. С одной стороны, душа — это "aqua permanens, которая растворяет и сгущает", таинственная субстанция, которая является одновременно и трансформирующей, и трансформируемой, природа, которая побеждает природу. С другой стороны, это человеческая душа, заточенная в теле, как anima mundi заточена в материи, и эта душа так же трансформируется смертью, очищением и, наконец, восхвалением, как и lapis. Это раствор, который "сгущает" все субстанции, и даже "делает затверделым" (fixit) самого себя; он "возникает из центра земли и является разрушенной землей, но на земле нет ничего похожего на этот раствор". Стало быть, душа — это не земная, а трансцендентальная вещь...

«Второе» толкование сна. Соль мудрости Опять речь пойдёт о направлении толкования сна. Грубо говоря, можно использовать сновидение для осмысления внутренних и внешних конфликтов, своей социальной роли, как зеркало, как советчика, а можно через сон смотреть на тайну своего пути. Можно сказать, что путь человека проходит от психики, от своей человеческой природы - к Душе, о которой сказано «природа, что побеждает природу». Мы начинаем из materia confusa, мы рождены в муках и, в муках, набивая шишки, идём по жизни, рождая (вторым рождением) в себе душу, как нечто необусловленное всем предыдущим, как выход из лабиринта, как свой трофей. Наверно, финал этой драмы - рождение в смерти. Культура смерти - всегда вопрос религиозный, и момент смерти рассматривается, как самый важный момент жизни. В христианстве человек может в этот момент «спасти душу», в буддизме - спасти душу от нового перерождения, стать светом, выйти из иллюзии. Весь вопрос в том, как мы подготовились к этому моменту, с чем мы подошли к нему. Важная роль Юнга была в том, что он вернул религиозное измерение человеческой жизни, в котором у неё есть направление, направление к тайне, которая «не от мира сего». Представление о двух мирах, о двойственной природе человека Юнг перевёл в практический тезис о двух половинах жизни. В первой - формируем тело в широком смысле - личность, интеллект, статус, семью, во второй - решаем свой религиозный вопрос, проходим мистерии, рожаем душу (мотив рождения ребнка в сновидениях часто именно об этом). Первая часть должна быть завершена, чтобы иметь возможность начать вторую. Конечно, это разделение условно, но, чем дальше по жизни, тем меньшую важность обретает первая работа (поскольку она завершена, личность сформирована) и большую - вторая. И это совсем другая работа, не менее сложная, нудная, требующая настойчивости и ежедневных усилий. Здесь мне вспоминается изречение кого-то из святых отцов: «День без слёз прожит напрасно». Наверно, св. Франциск, со своей стороны, мог бы сказать: «День без радости прожит напрасно». У каждого был свой «манометр», чтобы измерить усилие души. Опыт жизни души, опыт «второго мира» мы получаем из бессознательного - своего, чужого, коллективного. Оно зафиксировано в книгах, произведениях искусства: зданиях, фильмах, картинах - всё это овеществлённые грёзы. Для многих из нас собственные сны - самый ценный источник такого опыта. Мы собираем его по крупицам, и эти крупицы есть соль мудрости. Дальше текст Юнга из Misterium Coniunctionis. Я опущу тёмный алхимический текст об aqua permanens, который он там разбирает, начну сразу с его комментария. ... С психологической точки зрения этот процесс соответствует осознанию и интеграции содержимого бессознательного. Содержания бессознательного прячутся где-то в теле человека, подобно многочисленным демонам болезни, которых невозможно поймать, особенно когда они дают толчок к появлению физических симптомов, органические причины которых не могут быть установлены. Извлеченный из тела "дух" — это, как правило, дух Меркурий, который, как и anima mundi, скрыто присутствует во всех вещах. Из следующего же предложения становится ясно, что речь идет о соли: "Вот та вещь, которую мы ищем: в ней содержатся все наши секреты". Однако соль "порождается Меркурием", так что соль является синонимом таинственной субстанции. Она также играет важную роль в католической обрядности: ее благословляют и добавляют в святую воду, а во время церемонии крещения несколько кристалликов освященной соли вкладывают в рот новообращенному со словами: "Прими соль мудрости: да поможет она обрести тебе вечную жизнь". Многочисленные, переплетающиеся друг с другом, значения соли становятся менее запутанными и более доступными пониманию, когда мы узнаем, что одним из ее основных значений была "душа". Будучи белой субстанцией, она является "белой женщиной", а "соль нашей магнезии" — это "искра anima mundi. По Глауберу, соль — это женщина и соответствует Еве. В "Gloria Mundi" говорится: "Солью земли является душа".

Скопирую сюда и последний пост в Дарах Снов, ещё одна проповедь...

Реальность груба, тверда, обширна, многолика, равнодушна, часто абсолютно кошмарна. Дух в ней столь тонок, что его сложно уловить. Ведь он проходит через игольное ушко. Может быть, другое слово ему - любовь. «Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я - медь звенящая...» Или - пуговица - по метафоре Ибсена. Увы, в медитации, литургии, духовных практиках - ничуть не больше духа, чем в вечерней прогулке, разговоре, сексе или чистке рыбы. Дух везде с нами незримо, вопрос только - касаемся ли мы его руки, или мы потерялись. Цель любой терапии и любого лечения - эта связь. Будучи очень нетривиальной, она трудносхватываема, но если человек ищет её, он может о ней говорить, пусть и не всегда понятно, метафорами или стихами, как когда автор "Consilium coniugii", которого цитирует Юнг, говорит о «таиственной субстанции»: «И когда я поднимусь, обнаженная, в небеса, то потом одетой я спущусь на землю, и доведу до совершенства все минералы. И если мы крещены в серебряном и золотом источнике, и дух нашего тела восходит в небеса с отцом и сыном, и затем нисходит вновь, тогда наши души оживут, и мое животное тело останется белым, то есть телом луны». Мы видим в тексте по меньшей мере глубокую связь духа и неорганической материи. Дальше по тексту "Mysterium Coniunctionis": Описание, данное Дорном в его "Physica Trismegisti", также соответствует этой идее: "В конце концов, получится так, что это земное, алхимическое вещество, в результате восхождения, обретет небесную природу, а потом, в результате нисхождения, вроде бы вернется к природе центра земли, но, тем не менее, природа небесного центра, приобретенная в результате восхождения, тайно сохраняется". Это "вещество" (foetura) преодолевает "слабость и духовную болезнь в человеческом разуме, а также телесные дефекты, как внешние, так и внутренние". Лекарство создается "таким же точно образом, каким был создан мир". В другом месте Дорн замечает, что foetus spagyricus под воздействием огня вынуждено подняться к небесам (caelum) (он имеет в виду подъем со дна сосуда к его горлышку), а потом, после достижения определенного уровня зрелости, оно вновь опускается на землю: "Этот дух вновь становится материальным, став духом из тела". Дух - одна из главных тем у Юнга, ей посвящены «Айон», «Дух Меркурий», две книги по алхимии, «Воспоминания», а, по большому счёту, вся его работа, её пафос. К несчастью или к счастью, но если ты юнгианский психолог, ты не можешь не говорить (хотя бы не думать) о духе, говоря о теле и его симптомах.

Вопрос духа в психосоматике Я люблю проповедовать, хоть я совсем не религиозный человек, психолог. Вот я и подумал - можно же написать проповедь по психосоматике! На правах эксперимента. И пусть педанты и товарищи учёные негодуют и отписываются. Проповедь никогда не означает, что её автор - святой, или более других в чём-то сведущий. Я слышал сотни проповедей в городах и деревнях России и, особенно, Европы, и пил потом вино/пиво/чай со священниками, их произносившими, - они были нормальными, скромными парнями, мужиками, дедами, проповедь - часть их работы, как у других, скажем, холодные продажи или выезд на объект. Проповедь, это когда говоришь от сердца, восхваляешь что-то, что любишь. Будь то Бог, или стихи, или мир, или звери, горы, или тайны души, что есть психология, но чаще, конечно, Бог. Когда ты пользуешься словом, чтобы говорить о чём-то главном и почти невыразимом. Когда ты вступаешь со словом в какие-то интимные отношения. Когда ты позволяешь завладеть собой какому-то духу. «Не заботьтесь наперёд, что вам говорить, и не обдумывайте; но что дано будет вам в тот час, то и говорите...» (От Марка). Или как у Сократа в «Федре»: «Мне кажется, какая-то божественная сила овладела мной, и я, вдохновлённый Музами, произнёс речь, будто не от себя.» Как и в психологии, так и в любой сфере - медицине, спорте, варке щей, всё движется духом, и мы человечны лишь в той мере, в какой имеем что-то от духа, соединены с ним, по воле или вдохновению. Забота о теле бесполезна, когда мы теряем связь с духом, поскольку она поддерживает в теле только нечеловеческую биологическую жизнь. Это как когда родители заботятся, чтобы ребёнок был сыт и одет - и не видят его. Не видят главного в нём - его воли, его боли, его любови, не видят в нём проводника духа. Видеть другого - можно только в духе. Без духа ближний становится нашим адом. Без духа отношение с другим человеком, или со своим телом, или с самим собой - будет в любом случае репрессивным, поскольку мы с духовной сущностью и тайной обращаемся, как объектом - своих идей, своих схем, своих планов. Как это касается наших взаимоотношений с самим собой? Человеку (невротику, то есть, каждому из нас) свойственно жить в борьбе и лишениях, видеть во всём нехватку, недостаток, неполноту, несовершенство, мучаться собой. На дистанции в десятки лет тот дух, что наполнял нас и делал живыми в детстве или юности, становится виден - мы вспоминаем и думаем: вот, я же был так наполнен тогда - умел радоваться и плакать, как глубоки были мои чувства, как много путей было открыто передо мной, какие тонкие и прочные нити связывали меня (пусть, на краткий миг) с друзьями и возлюбленными. Это всё было очень печально, но - одухотворено. А теперь... Совсем потерялся, обмелел, иссяк, опустился, опростился, опростоволосился, погряз, заповторялся, зарапортовался, морду лица потерял, живот отрастил, друзей упустил, надежд не оправдал, дух утратил. Чеховская тема. У Астрова в «Дяде Ване» она изложена короче, чем в монологе главного героя: «Затягивает эта жизнь… день за днём, всё одно и то же, — с утра до вечера одни и те же мысли, и всё об одном и том же. <…> И всё труднее и труднее становиться человеком.» Или у Ольги в «Трёх сёстрах»: «...Как всё это тянется, как всё это долго… А жизнь проходит, уходит, и не вернёшь её, не вернёшь…»

Поскольку очередной пост на канале Психосоматика в основном мой, не комментарии к текстам, то выложу здесь.

Сегодня хочу поделиться с вами теоретической частью своей ВКР "Как мы едим образы. О терапии" Если вы давно читаете то, что я пишу здесь и в "Дарах снов", то, по крайней мере, половину из этого вы уже читали, здесь много постов собраны в один связанный текст. Содержание ▪️Драматичность терапии (терапия и театр) ▪️Увидеть и быть увиденным. Живое как эстетический феномен ▪️Глаза и взгляд ▪️Правда в терапии ▪️Символика еды. О мотиве еды в сновидениях ▪️Как мы едим образы. «Смотреть = есть» ▪️Возрождение с помощью поедания. Индивидуация ▪️Роль слова в усвоении образа. Люди книг ▪️Ведение дневника как вид терапии Вступление Содержанием выпускной работы будет опыт моего вхождения в терапию в новой для меня позиции аналитика, всё началось 16 месяцев назад. Какие темы обучения, какие книги оказались для меня самыми нужными, что я вынес из них; и - про живой опыт - как это было, с чем я столкнулся, что я увидел, узнал, почувствовал... Читать дальше >>>

Есть судить по Юнгу, психолог это не тот, кто разрабатывает или использует методы помощи другим невротикам. Психолог это тот, который разными способами имеет дело с бессознательным, с непознаваемым, со стихией. Тот кто имеет достаточно сил, наглости, интереса, чтобы не укрыться за рациональным и привычным. Фактически, Ведьмак со своими эликсирами. Он впрыснул себе в кровь много первобытного и безумного. Он не занимается тем, чтобы крестьяне были сыты, а князья не слишком жестоки. Ему важна душа-Цири, и он всё время всё делает неправильно и нарушает законы. Важно избавить её от чудищ, липнущих к ней, как стриги на мертвечину, и вернуться с ней в божью реальность, где всё имеет смысл и потому книги не нужны. Душой и безответственными фантазиями могут себе позволить заниматься башмачник Бёме, рыбаки Пётр и Андрей, караванщик Мохаммад, вобщем, работники творческих профессий, а врачи и психологи должны закручивать гайки специальными инструментами. Никакого камлания и шаманских завываний, много у нас желающих позавывать, не овладев собственным разумом. Бог везде. И бессознательное везде. Можно провалиться в него в любой момент. Я пишу это как человек, для которого к этому нужно чрезвычайное усилие, я с 15-19 лет отделён от него бетонными стенами, оно щедро приходит во снах, а днём нужно сторожить и вынашивать его. Я понимаю, что есть те, кого всё время затапливает, и они бы рады спрятаться за стенами. У меня противоположная проблема. При этом затапливать может именно психологическими теориями. С самого первого контакта с психологией я встречал важных людей в очках с глубоким уверенным голосом, они все были с сумасшедшинкой, и чем более сумашедшинки, тем больше интеллектуализации, знающего тона, неспособности выносить вещи туманные и допускать противоречивые. Теории дают эти стены, «я в домике». Меня неприятно удивляют люди, способные быстро говорить (особенно англоязычные). Если говорить быстро, то когда же рефлексировать и сомневаться в сказанном? Когда взвешивать слова и пробовать их на вкус перед употреблением? Меня восхищают люди, которые размышляют, даже когда в сотый раз в жизни говорят на ту же тему. Всё так же замолкают и мямлят - для них всё так же подвешено и полно тёмных пятен - они воспринимают тьму так же внимательно, как то, что кажется ясным. Так делает Юнг в интервью, скажем, 1957 года. Он говорит медленно, подбирая слова. Иногда он зависает, у него лицо человека, который здесь и сейчас разглядывает что-то невидимое и смутное (а не думает, как простыми словами объяснить всем понятные вещи). Жизнь дала ему ещё шанс облечь своё видение в слова, он опять в контакте с бессознательным. Это происходит и там, где уже все приняли его идеи. «Кто такие интроверты?» - спрашивает ведущий. Тут бы все психологи вскочили с парт, подняли руки - я знаю! «Видите ли, начинает Юнг, подумав, вы задали очень непростой вопрос...» ... Сознание - это острие иголки в океане бессознательного. То что мы знаем, это острие иголки среди того, о чём мы не догадываемся и не имеем никакого понятия. Нет ничего измеренного и надёжного, вокруг и внутри нас неведомый Бог, демоны и чудовища. Давайте смотреть на них, говорить о них.

Психологические каналы глазами вороны Давно ничего не писал, поэтому сейчас ка-ак напишу! Будет длинно... За это время много читал каналы своих коллег и не только - на юнгианские и близкие темы. Я пока не знаю, как и о чём я буду писать дальше здесь, но уже готов сказать, как и о чём я не хочу писать. Пока не готов свою вазу ваять, но покритикую чужие, так можно? Я хорошо понимаю, что в том, что я пишу, мною руководит постыдная и пагубная страсть к личному, индивидуальному, персональному в ущерб всеобщему, коллективному, стандартному, общепринятому, которое я откровенно демонизирую. И в этом есть некоторое преувеличение, игра. Поскольку на самом деле я вовсе не отрицаю необходимость последнего, но только очень настаиваю на первом. Есть несколько чудесных каналов, где авторы умудряются соединять свой опыт и наблюдения с книжной психологией. Особенно мне дороги авторы, живой юмор которых позволяет задавать дистанцию между теорией и жизнью, тем самым подлинно соединяя их. Это как вода холодная и горячая. Если читать чьи то тексты долго, то без юмора и живых наблюдений автора очень скоро становится скучно. Особенно, если много тяжеловесного специального языка. Как же душа? Она ведь крылата и легка. Если повторять день за днём те же словесные конструкции, вместо найденных, изобретённых здесь и сейчас слов, её придавит. В теориях слишком безопасно. Потому что это не про меня, и не мои слова, и я тут вообще не причём, я просто обученный специалист. Я тоже пишу такие посты, например, для канала по психосоматике иногда выходит так. Автор ничем не рискует, а значит, не живёт в этот момент, не порождает, воспроизводит. Спит. И читатель не проснется, не узнает ничего живого, узнает про теории, имеющие место. А как же «древо жизни»? В этом есть как будто готовность работать статьёй из словаря, попугаем, пересмешником. «Вот научная формула пластыря из чайного гриба, можно положить на душевный нарыв, иногда помогает». Зачем быть популяризатором? Зачем писать для тех, кто якобы не знает? Читатель интересен такой, что образованнее и глубже нас. Ведь можно себе воображать самого идеального читателя, кто запретит? Сидят за столом Юнг, Данте и Григорий Сковорода, я пишу, а они сразу читают. Они дискурсы в гробах видали, им интересно, чем люди живут, как ощущают жизнь, как кровь стучит по венам. От чего плачут, над чем смеются. Может, я не прав, именно так и следует писать, строгим научным языком? Разве не важно воспринимать психологию как науку правильного функционирования и клиентов, как машины, заезжающие в гараж для ремонта. Клиент ждёт специалиста, который знает что и как, ответственного, рукастого, у которого по полочкам разложены виды машин и поломок, ключи на любой размерчик. Но психологию можно увидеть и с другой стороны: никто ничего не знает доподлинно, всё и все «обманывают», забалтывают из лучших побуждений, отрывают тебя от собственного восприятия и суждения. А душа крылата и не живёт в чужих словах, у неё иная природа. И нет учителей снаружи, учитель всегда внутри (спасибо, Кришнамурти). Но если он не нужен, он будет спать. Когда десятки необходимых специальных книг прочитаны, у тебя не остаётся своих слов для бытия, твоё видение больше не нужно и невозможно. Не будешь же ты тягаться с их академической безупречностью и выдумывать рядом свои глупости? Ты же взрослый и ответственный человек? Становись рядом и цитируй. Есть ряд популярных учений, концепций, теорий, которые проложили надёжные дорожки через неведомое, как кладут в природных парках деревянный путь через болото. Чисто полюбоваться. Но сделай шаг в сторону, будет по колено, а то и по пояс, по горло. И вот тут рождается живой опыт, тут настоящее, потому что есть риск. Потому что у тебя нет заранее для этого слов. Значит, нужно всегда лезть в болото. Мне нравится это чувство страха, когда я публикую живые посты. "Боже, это, наверное, так глупо! Чего я там написал! Я выгляжу идиотом!" Это волнение, ведь это правильно, ведь так и должно быть? Значит, я рискнул и позволил себе думать (насколько могу, конечно, я же не Соломон, просто ворона, одна из тысяч).

Как мы едим образы. «Смотреть = есть» Символическая связь зрения и питания, хлеба и зрелища, еды и образа. Погружаясь еженощно в лоно матери-бессознательного, мы напитываемся не только таинственными физиологическими/энергетическими процессами в теле во время сна, но и получаем ежедневную порцию образов. Сам сон есть еда, еда глазами. Среди образов сна могут быть и те, которые впрямую или косвенно отражают эту метафору. Еда во сне, совместная трапеза, литургия, поглощение (например, большая рыба ест маленькую), визуальный образ или ландшафт, который заставляет себя во сне разглядывать, чтобы мы его «переваривали» весь день. Есть ещё ряд, о котором речь пойдёт дальше: действие на сцене, амфитеатр, экран, сон как фильм. «Бессознательное вообще склонно к театральности, это основа всех драм и мистерий, перво-источник всех религиозных ритуалов.» В обряде и ритуале, древнейшей основой которого является раздирание и поглощение животного в атмосфере оргиастического опьянения, с развитием культуры всё большее значение получает визуальный образ, религиозное искусство, всё более рафинированное, и физическое насыщение заменяется созерцанием, плоть и страсть сублимируется до образа. Совместная трапеза <в сновидении> означает съедение комплекса, изначально жертвенного животного, тотемного животного, представляющего основные инстинкты каждого отдельного клана. Вы едите свое бессознательное или предков, и так прибавляете себе силы. Поедание тотемного животного, инстинктов, поедание образов, означает их ассимиляцию, интегрирование. То, что вы видите на экране, заинтересовывает вас, вы смотрите на это, и оно входит в вас, становится вами. Это процесс психологической ассимиляции. Так и в дневной жизни: образы, схваченные зрением, на сцене или экране, во время ритуального или реального действия, как будто запускают наши психические процессы, в том числе реализует самые грубые и сильные первобытные и животные инстинкты-страсти - сексуальные (порно), агрессивные - желание победы, крови, убийства, смерти (арена, схватка, соревнование, политика). Юнг вспоминает в этом контексте историю из «Исповеди» Св. Августина о юноше-христианине, которого друзья увлекли за собой на гладиаторский бой (где сцена и амфитеатр), а он закрыл глаза от отвращения (христианская борьба с животным и инстинктивным). «...Потрясенный неистовым воплем всего народа и побежденный любопытством, он открыл глаза, готовый как будто пренебречь любым зрелищем, какое бы ему ни представилось. И душа его была поражена раной более тяжкой, чем тело гладиатора... Как только увидел он эту кровь, он упился свирепостью; он не отвернулся, а глядел, не отводя глаз; он неистовствовал, не замечая того; наслаждался преступной борьбой, пьянел кровавым восторгом. Он был уже не тем человеком, который пришел, а одним из толпы, к которой пришел...» Мы знаем печальную зависимость многих людей, особенно «простых», от телевидения, которое заменяет жизнь. Оно не только заполняет внутреннюю пустоту, но и снабжает человека иллюзиями образования, ума, социальной позиции, и, потакая, разыгрывает наши мелкие страсти, погружая личное в сон, и человек живёт коллективным, в симбиозе с «Родиной-матерью». Другой вариант питания - зависимость от соцсетей, и опять мы «едим» в основном глазами, с экрана. "Не совсем безразлично, какие образы захватывают человека; нельзя увидеть что угодно, например, уродство, не будучи наказанным; аспект уродства возводит нечто уродливое в душе, особенно если там уже есть семя уродства." Но поедание-ассимиляцию Юнг видит также в основе процесса индивидуации. "...каждый индивидуум — это особое сочетание умственных единиц, черт предков, более или менее согласующихся друг с другом. Как правило, каждый начинает свою жизнь в таком рассеянии, и в процессе жизни постепенно собирает эти части воедино..." Для темы психосоматики важно, насколько каждый из нас способен поедать образы, насколько он даёт себе такой труд. Чтобы телу не пришлось выражать бессознательное через симптом. #мирсимволов #метафорытела #толкованиесновидений

Суставы и прочие тайны женского скелета В каждой шутке доля истины, посему продолжу разговор о поле и сексуальности чудесной и не очень старой песней Михаила Щербакова, где тема выражена максимально гротескно и эксцентрично. Здесь можно посмотреть её текст, но лучше начните с прослушивания, чтобы не перебить впечатления - у этих слов есть музыка и голос... Кратко напомню свой "детский" вопрос . Психоанализ начался с «открытия» сексуальности. Для Фрейда она была, образно говоря, ключом, открывавшим все тайные запертые комнаты не только индивидуальной психики, но и самых основ культуры. Юнг развивал это положение и показал, что сексуальная символика лежит в основе всех религий, и христианства ничуть не менее. Если мы говорим Бог - мы в самом средоточии темы сексуальности. Но сейчас - что же сейчас? Тема сексуальности перестала быть тем полем, где решаются главные вопросы терапии, стала более или менее второстепенной. Почему? 2000 лет женское тело - как персонификация сексуальности - считалось страшным искажением божественного замысла, сосудом греха и всё такое прочее, наделялось невиданным могуществом, способным погубить праведника, как в «Отце Сергии» Л.Толстого. И, с другой стороны, воспевалось в искусстве, довлело, как один из главных его лейтмотивов. Что же случилось, условно говоря, после Мелани Кляйн? Почему психология начала смотреть в другую сторону? Не благодаря той ли способности научного взгляда аннигилировать, игнорировать опыт, добавляя магические слова «всего лишь...», «не более чем...»? Как будто, начиная рассуждать, психологи забывают о том, что в основе всего лежит огонь, о чём лучше помнят поэты и трубочисты. Я и сам тут говорю не как психолог, а по-простому, задаю прямой детский вопрос: «Как же так?» Если продолжать тему женских костей, то можно вспомнить и любовные сцены у Маркеса, где много передано через разные «костные» метафоры. Или ещё интереснее: женская рука превращается в устрицу. «И тут Аурелиано прорвало. Осыпая беспомощными поцелуями ладошку раненой руки, он открыл самые потаенные уголки своего сердца и извлек оттуда нескончаемо длинного, разбухшего червя, страшного паразита, вскормленного его страданиями. Рассказал Амаранте Урсуле, как поднимался среди ночи, чтобы рыдать от отчаяния и бешенства, уткнувшись лицом в интимные принадлежности ее туалета, которые она вешала сушить в купальне. Рассказал, с какой тоской молил Колдунью вопить по-кошачьи и, всхлипывая, бормотать ему в ухо «Гастон, Гастон, Гастон» и с какой изворотливостью похищал флаконы с духами Амаранты Урсулы, чтобы почувствовать ее запах на шее девчушек, торговавших собой с голодухи. Испуганная страстностью его излияний, Амаранта Урсула постепенно сгибала пальцы, и ладонь ее закрывалась, словно раковина устрицы, пока наконец не ведающая сострадания раненая рука не превратилась в комок изумрудов, топазов и твердых, как камень, нечувствительных костей. — Скотина! — словно выплюнула она. — С первым же пароходом я уезжаю в Бельгию...» Так же, как и у других авторов, и у Щербакова гимны телесному и сексуальному сменяются насмешками и проклятиями. (Так и подобает божеству - ритуальные поношения с обсценным сквернословием были такой же важной частью обрядов в язычестве, как и восхваления). Часто это случается в одной песне: «...Эти самец и самка в прямом родстве с божеством любви, Даром что он кретин, а она неряха, как сотни ее землячек. Очень ему по нраву ее четыре ноги и хвост, Ей же в не меньшей степени импонируют бивни его и когти...» Но в конце песни автор заявляет, что язык женского тела (для мужчины, читай - сексуальности) - вообще единственный на земле. «Многим еще в новинку велеречивые позвонки, От болтовни запястий был и со мною когда-то спазм - весь вышел. Веруй, что есть в природе и кроме этого языки - Спорить не буду, может, и есть, не знаю, не слышал...»

У пола есть как будто два измерения и оба мы носим всегда с собой, на себе. Мистическая тайна души с одной, внутренней, стороны, и с другой, со стороны Персоны - важнейшая социальная характеристика и роль, в ходе которой вроде бы мужчины должны подавлять и вытеснять свои женские черты, женщины - мужские. В реальности же мы имеем некий личный букет, или инструмент, где какие-то струны натянуты, какие-то ослаблены. Всё это имеет телесное выражение (голос, интонации, сложение, гормональный фон, запах, одежда, причёска и т.д.) и когнитивное: опора на мышление или чувство, на рациональное/иррациональное, на технику или природу, на правила или исключения, на жесткость и грубость или мягкость, гибкость. Вся наша плоть проникнута полом, это близкие слова и по звучанию, и по значению: плотское, половое. Подытожим. У меня создалось такое впечатление, что развитие психологии всё дальше уводит от темы пола в сторону детско-родительских отношений и социализации. Как будто число людей «дозревших» до реализации пола катострофически упало за век и тема стала неактуальной. Что мы имеем помимо Фрейда? Мучительную и больную старую книгу 1902 г. «Пол и характер» Вейнингера, которую до сих пор переиздают, поскольку больше нечего? У Юнга - «Метаморфозы либидо», «Психология переноса»? «Он»/ «Она» Джонсона? «Тысячеликий Эрос» Д.МакДугалл? Напишите, пожалуйста, в комментариях, какие современные/старые книги на тему пола были для вас открытием. #реализацияпола #сексуальность #сексирелигия

Продолжу перенесение постов из канала "Психосоматика" Половой вопрос в психологии Хочу начать важную для меня тему для дальнейшего разговора на этом канале. Один из ключевых для меня вопросов в личной терапии и в работе с клиентами: это как - я /ты /клиент - реализую/реализует свой пол (свой sex, если брать английское слово), каковы мои/его/её мужские и женские энергии, как всё это увязано и работает. К сожалению, я знаю не так много литературы по этому вопросу вне психоанализа - возможно, в силу своего невежества. А в психоанализе сексуальность понимается, на вкус юнгианцев, слишком узко и биологически. Поэтому пишу пост от себя и совершенно открыт любой критике. Избитое место - что сексуальность - «краеугольный камень психоанализа» и самый волнующий феномен лично для Фрейда. Юнг вовсе не оспаривал важность сексуальности и не отрекался от своих выводов в ранней, но «программной» книге «Метаморфозы либидо», что энергия, жизненный поток, питающий все процессы психики - это энергия пола, сексуальная энергия, неважно, сколь рафинированные культурные формы она принимает в жизни конкретного человека. В тоже время вопрос пола - религиозный вопрос, в той же книге Юнг показывает насколько христианство пронизано откровенно сексуальной и инцестной сексуальной символикой. С других позиций о связи Бога и пола пишет примерно в то же время В.Розанов («Метафизика пола»). Религиозность вопроса бросается в глаза. Бог есть любовь, половой акт - заниматься любовью. Энергия, какой наполнена сексуальность и её проявления, воистину носит характер сверхчеловеческий, божественный, но культурная инерция заставляет нас обесценивать это, не замечать, умалчивать. Она вытесняется (из ценностной, религиозной сферы) в область запретного, теневого, экстравагантного, фантазийного, зрелищного, комического, бытового, порнографического, биологического. Нет иной темы, что на протяжении многих веков и по сей день была бы полна столь огромного социального напряжения, и в силу ненависти христианства к полу и его двухтысячелетней борьбы с сексуальностью, и в силу жесткости социальных табу в сфере сексуальности в разных культурах. Примеры у всех на глазах: борьба ислама за то, чтобы спрятать, скрыть женское тело (и саму женщину, «козу отпущения» в сексуальной сфере, из социальной повестки), а также нынешняя борьба у нас с гомосексуальностью, сменой пола, изображениями половых органов, особенно, не дай Бог, женских, книгами и фильмами, где, не дай Бог, что-то упомянуто. Напряжение в культуре вызывает не меньшие напряжения и конфликты внутри. Это очень интересно, что после всплеска интереса, который инициировал прометеевский подвиг Фрейда, тема пола и секса вновь всё дальше уходит в темноту, психологи обсуждают что угодно, но не это. Как будто вечный камень преткновения снова оказался «нам» не по зубам. Но мы не можем не думать об этом. Есть много клиентских кейсов, где ранняя травма носит сексуальный характер. И тогда один день, один час из жизни довлеет над личной историей! Но и вся в целом история интимных отношений имеет большой вес - как система грузов, которая определяет динамику личности, если уподобить её на миг механической кукле. И мы не можем в терапии долго обсуждать как травматические эпизоды, так и весь клубок тёмных, огненных и мистических клиентских эмоций по поводу пола, поскольку в самом языке и в нашем сознании всё сразу заволакивает тёмный туман (или так только у меня?). У нас нет по этому поводу слов, понимания, концепций, как то есть на случай детско-родительских отношений, где всё расписано по минутам от внутриутробного существования до зрелого возраста, это вытеснено из культурного (моего?) сознания или никогда в нём и не было. «Любовь, как истина, темна и, как полынь, горька, И соль всё солонее с каждым пудом...» «Конца не будет череде учёных книг, Словарь в пустыне невеликая подмога...»

Если говорить о психосоматическом значении карнавальной культуры, это то прежде всего огромное облегчение, разрешение внутренних противоречий. Но также связь с витальной дионисийской стихией, не признающей перегородок и рамок, с архетипом играющего Божественного младенца и с архетипом Трикстера. Возможность для психики быть гибкой. В карнавале есть семантика шествия и пира, нового оплодотворения и вечной жизни, которые сохранились и у нас на Пасху, в этот древнейший языческий праздник. Фаллос, обсценная лексика, всё самое непристойное и запретное в карнавале необходимо - низ должен стать верхом, а верх - низом. И религиозные корни тут древни и глубоки: фаллос представляет не только Осириса, Приапа, Диониса, Гермеса, но и Христа. О сексуальном смысле христианских таинств и догматов написана большая часть книги «Метаморфозы либидо» Юнга - и это не только не унизительно для христианства, но напротив, делает его живым и объёмным, столь же телесным, сколь духовным. Вот это соединение противоположного, в том числе духа с телом - и есть задача смеха. А про остальные психологические аспекты истории главных персонажей Рика и Морти рассказала Ольга Норманская. #философиятела #мирсимволов #целостность #смех

Что хорошего в "Рике и Морти" У меня был готов совсем другой, тоже очень важный для меня пост. Но вчера вечером я посмотрел материал на канале Ольги Норманской и мне захотелось написать "по живому" на совсем другую тему. Ольга сделала психологический разбор мультсериала "Рик и Морти". Очень симпатичный, доходчивый, не сложный. И меня удивили её слова, что не всем её подписчикам этот эфир пришелся по нраву - самим выбором материала, что люди не понимают, что хорошего в этом сериале, воспринимают его как популярное, но низкопробное и сальное шоу. И меня зацепило... Почему мне нравится сериал и почему я ждал новых серий, когда он выходил? Первый близкий в данном случае для меня культурный ориентир - Льюис Кэрролл и Алиса. Как и в книге Кэрролла, авторы сериала обладают невероятной, гипнотической способностью порождать мир, где всё развивается по законам сна или бреда. «Происходящее полностью выходит из под контроля!», «Что вообще происходит??», «Что курили авторы???». Это тот эффект, который умело и с невероятной методичностью достигается снова и снова за 20 минут новой серии. Как добивался того же каждой страничкой Д. Хармс, в моём представлении всегда сидящий совершенно голый и голодный - гораздо более голодный, чем заповедано художнику, сидящий у раскрытого окна и грезящий о падающих и бьющихся всмятку старушках. Живущий страшной жизнью скомороха и изгоя, и смеющийся во всё горло. Я искренне убеждён, что смех есть высшее проявление человека. Выше, чем религия. Есть известный богословский вопрос - смеялся ли Христос. Для меня несомненно, что и мир сотворён не без смеха, и я иногда машинально напеваю песню Депеш Мод о том, что Бог обладает несколько «sick sense of humour, And when I die I expect to find Him laughing...» Святой Франциск принёс в западную церковь радость и смех. Есть смеховые традиции и в русских монастырях. У меня была редкая возможность много раз неформально общаться с настоятелем скита на Соловках. Тот ещё приколист и очень глубокий человек с глазами хитрого лиса! А помните эти замечательные средневековые карнавальные обычаи внутри западной церкви, когда ваганты выбирали Дурацкого Папу и служили Дурацкую Мессу? Церкви очень не сразу удалось положить тому конец. Я обожаю Бразилию за карнавал, за то, что есть день в году, когда люди могут танцевать голыми, не стыдясь своего тела, и когда на улицу выходит весь город, и ночь превращается в день. Это приводит к необходимой гибкости, к тому, что культурная норма воспринимается именно как культурная, а не единственно возможная. А помните русские матерные сказки? Моя бабушка, закончившая в предвоенные годы 4 класса, их обожала и, рассказывая мне, маленькому, смеялась, размазывая слёзы. (Но никогда при родителях - мама бы в обморок упала). Не только их, конечно - вперемешку с Ершовым и 1й главой «Онегина». Русские матерные сказки очень близки по духу «Рику и Морти» - свободой от запретов, вольным смехом. «Рик и Морти» проникнут рафинированной карнавальной культурой, где всё низменное приветствуется, а всё привычное и по культурному шаблону высокое и серьёзное - подвергается самому хулиганскому осмеянию, какое только способен выдумать весёлый и радикальный человек склада Франсуа Рабле или Даниеля Дефо. Если говорить о сериалах, то хороший образ карнавальной культуры мы видим также в «Треме» (авторы и многие актёры из «Прослушки»), где рассказывается о том, какое огромное значение этот единственный карнавальный день играет в жизни жителей Нового Орлеана, «города музыкантов», играет всегда, но особенно тогда, когда жизнь стала невыносимо трудной после стихийного бедствия, урагана «Катрина» 2005 г., разрушившего многие кварталы города. Именно карнавал и только он даёт героям сериала почувствовать себя свободными и счастливыми не смотря ни на что, вопреки всему.

Я немножко перестал ловить мышей и с ноября не переносил сюда своих постов в канале по психосоматике. Исправляюсь, быть может, вы как раз увидите что-то, что не видели...

Сегодня хочу поделиться своим докладом на конференции "Terra incognita Души". Что лежит у нас под ногами? "Возвращение к себе" и его символика. Вчера прозвучала примерно половина текста, поскольку мне хотелось поговорить на эту тему с другими участниками, и я поделил время пополам - доклад/обсуждение. Потому те, кто были на конференции, найдут здесь много нового. Время чтения: около 30 минут.

Инициационные сны в психоанализе и иных почтенных школах Глубочайшие тайны профессии Многие осудят меня за то, что я обсуждаю такое на канале, где могут быть непосвящённые и вообще посторонние. В своё оправдание скажу, что я не только пишу вещи, которые многим уже известны, но можно просто догадаться, что дело именно так обстоит. Итак, что в психологии называется инициационным сном? Очень просто: если вы студент определённой школы, к вам во сне должен прийти её основатель. Дальше специальная комиссия рассматривает научные доказательства того, что он действительно приходил, потом трактует обстоятельства его появления, слова, жесты, позу, мимику. По итогам рассмотрения вы либо зачисляетесь в ассоциацию психологов этой школы, либо отправляетесь спать дальше. Почему в психологии такой порядок? Я думаю, всё началось с Христа, которого Юнг называет первым терапевтом, и вот, он сам выбирал себе учеников. Так и здесь, преподаватели должны убедиться, что вы выбраны. Сон - это царская дорога к вашему бессознательному, туда и приходит, образно говоря, "царь" школы. Методы научной верификации сна в разных школах различные, я могу рассказать, как учат в МААП. Каждый юнгианец смолоду готовится к такой встрече и держит под подушкой специальный блокнот из свиной кожи (искусственной - мы же не звери, многие буддисты к тому же), который он должен разглядывать, ощупывать, обнюхивать и пробовать на вкус каждый день, чтобы в нужный момент, не задумываясь, воссоздать его во сне в мельчайших деталях и протянуть эпониму школы для подписи. Дальше останется только нагреть ту страницу, где остался росчерк, на пламени свечи (цвет воска у каждой школы свой), и - вуаля, доказательство налицо. Инициационные сны нельзя рассказывать посторонним, все студенты на первом курсе дают в этом страшную психологическую клятву, бывали случаи, что некоторые, нарушая клятву, проваливались сквозь землю. Вы, наверное, видели в новостях эти странные провалы в асфальте в разных городах мира, куда падают машины и где бьёт кипяток из прорванных труб. Потому и я, конечно, не расскажу вам такого сна. Зато расскажу про свою первую неудачу, про свой эпичный фейл. Как у Аллы Борисовны: "Сделать хотел грозу..." Сон о Фрейде авг. 2001 г. Плохо засыпал. Где-то во сне пищали новорождённые щенки. Стою в избе и чувствую - за окном черти. Оборачиваюсь к окну - там три-четыре девки. Поднимаю длань и воздействую на них: «уменьшайтесь!». И действительно, они, злясь, сопротивляясь, уменьшаются. Даже свет меркнет от моей силы, и они пропадают. Отворачиваюсь, жду. Поворачиваюсь снова. За окошком - Фрейд. Большой, серьёзный, одетый как положено. Я говорю ему обалдело: «Фрейд!». Он обижается и поворачивается уходить. Я пытаюсь загладить ошибку: «Зигмунд! Как вас по отчеству?» Он опять поворачивается, смотрит укоризненно и уходит. Давайте научно проанализируем этот сон. Мы можем предположить, что основатель психоанализа, впечатлённый моей мана-силой, рассматривал меня в качестве ученика, но моя светская неотёсанность отвратила его от этой идеи. Он был бесконечно огорчён моей неэлегантностью. Небо не видело такого позорного пацака, как я! Я погрузил господина Фрейда в состояние глубокой благородной скорби. Дело с самого начала пошло не ахти, ведь я изучаю психологию К. Г. Юнга, и, даже получив подпись основателя психоанализа, я бы ничего не выиграл. Вот если бы мне приснилась Эмма Юнг или Мария фон Франц! Даже Сабины Николаевны Шпильрейн могло бы хватить для серьёзного продвижения моей карьеры, это могли бы зачесть вместо курсовой. ... Вот и вся история. В комментариях я прошу всех, кто не давал страшную психологическую клятву, поделиться своими снами об отцах- и матерях- основателях разных школ и ассоциаций. Конечно, только приличными, и без пропаганды сами знаете чего. Если у вас остались какие-то вопросы, бесплатно приходите в мой сон на консультацию. #опятьюмор #троллимпсихоанализ #зиматрикстерблизко

Иногда мне надоедает быть серьёзным. Тогда получается то, что в следующем посте...

Нет описания более трудного, чем описание самого себя, но в то же время нет описания более полезного. Всегда надо хорошенько пообчиститься, приодеться, привести себя в порядок, прежде чем показаться на людях. Так вот и я постоянно привожу себя в порядок, ибо постоянно занят самоописанием. Говорить о себе считается дурной привычкой, решительно осуждаемой из-за оттенка хвастовства, которое обычно кажется неизбежно связанным с рассказами о себе. Но это значило бы выплеснуть из ванны вместе с водой и ребенка... Знаете, зачем всё время писать о себе? Затем, чтобы испытывать границы: себя самого, своего языка и языка вообще, границы того, о чём можно сказать, и что невыразимо. Мы не имеем никакого общения с бытием, так как человеческая природа всегда обретается посередине между рождением и смертью; мы имеем о себе лишь смутное и прозрачное, как тень, представление и шаткое, недостоверное мнение. Если вы сосредоточите все усилия своей мысли на том, чтобы уловить бытие, это будет равносильно желанию удержать в пригоршне зачерпнутую воду... Увы, ситуация именно такова. Потому для людей практичных и желающим заниматься только тем, что быстро приносит пользу, дневник почти бесполезен. Как и юнгианская терапия, он скорее инструмент многолетней жизненной стратегии. Чтобы всё-таки уловить бытие... Контрольные вопросы: 1. Сколько раз в месяц вы пишете дневник? Сколько часов в день? 2. Как часто читаете дневники прошлых лет? 3. Исписываете ли иногда страницы абсурдными и бессмысленными сочетаниями слов, чтобы прищемить хвост своей рациональности и выплеснуть немножко безумия? Рифмуете ли этот «поток сознания»? 4. Пишете ли вы иногда при свечах пером, макая его в чернила, чтобы почувствовать связь времён? Покупаете ли чернила, стойкие к воде? А если нет, то что делаете, если слёзы капают на страницу?