ДОБРЫЙ СОВА

🤝 Накануне в Москве презентовали образовательный проект «Психологическая помощь и поддержка участников СВО и членов их семей», разработанный командой профессиональных кризисных психологов из Московского государственного психолого-педагогического университета (МГППУ). Инициаторами создания проекта – одного из первых в этом направлении, ныне обсуждаем на самом высоком уровне, – стали Алексей Сова и Егор Козловский из Центра по разработке и внедрению цифровых технологий и программ по реабилитации «Без ограничений». Идея родилась во время поездок в Донецк, когда Алексей и Егор интегирировали цифровую платформу по реабилитации в программу одного из детских восстановительных центров. Тогда же придумали и запустили чат-бот для дистанционной оценки психологического состояния «Мой компас», который впоследствии стал отправной точкой для выстраивания целой системы работы с подростками и взрослыми, пострадавшими в результате боевых действий. Частью этой системы сегодня являются онлайн-программы по подготовке психологов – проект, ставший ответом на серьезную нехватку специалистов в области взаимодействия с гражданским населением на территории вооруженных действий и вернувшимися к мирной жизни ветеранами и их семьями. На конференции создатели проекта «Психологическая помощь и поддержка участников СВО и членов их семей» обсудили с коллегами проблемы дестигматизации психологической помощи, рассказали о современных цифровых инструментах скрининга, самодиагностики и самопомощи, поделились предложениями по системному подходу к решению насущных вопросов на федеральном уровне. Более подробно об этой и других программах Центра «Без ограничений» читайте в интервью с Алексеем Совой и Егором Козловским в РГМ.Журнале! @rgmagency @dbr_sova

“ЗАВТРА ТОЧНО СДЕЛАЮ”: ПОЧЕМУ ПРИ ПТСР ДЕЛА ОТКЛАДЫВАЮТСЯ ГОДАМИ Полная версия поста на Дзен Справка для комиссии лежит на полке четвёртый месяц. Звонок в поликлинику переносится с понедельника на понедельник. Письмо на пятнадцать минут не написано полгода. И тяжелее всего не сами несделанные дела, а голос внутри: “Раньше я поднимал людей в четыре утра и отвечал за технику и за жизни. А теперь не могу дойти до МФЦ. Что со мной не так?” Короткий ответ: с вами всё в порядке. То, что вы называете ленью, у психологов называется избеганием. 🔴 Это симптом, а не характер. В DSM-5 избегание вынесено в отдельный диагностический критерий ПТСР, в МКБ-11 это один из трёх обязательных кластеров – наравне с повторным переживанием и ощущением текущей угрозы. Оно бывает внешним (не ездить по той дороге, не открывать конверты из ведомств) и внутренним – не думать, не вспоминать, не чувствовать. Именно внутреннее чаще всего и выглядит как прокрастинация. Ведь дело, которое вы откладываете, почти никогда не является “просто делом”: справка – это необходимость заново пережить обстоятельства ранения вслух, при чужом человеке; звонок сослуживцу – встреча с виной выжившего; запись к врачу – признание “со мной что-то не так”. Мозг оценивает не задачу, а то, что за ней стоит. 🧠 Избегание закрепляется потому, что работает. Ещё в 1947 году Маурер описал механизм: при встрече с напоминанием тревога взлетает, вы отступаете – и тревога падает. Быстро, заметно, физически ощутимо. Это негативное подкрепление: не наказание, а награда за отступление. И работает она сильнее мотивации: облегчение приходит через секунды, а последствия – через месяцы. Отсюда главное: избегание невозможно победить силой воли. Воля борется не с ленью, а с одной из мощнейших систем обучения в мозге. Проиграть ей – не позор, а ожидаемый результат. ⚠️ И оно расползается. Сначала не поеду по той улице, потом не поеду в тот район, потом лучше вообще не выходить. Круг запретного расширяется, круг доступной жизни сжимается. А ещё избегание маскируется: под гиперзанятость (работа по четырнадцать часов – лишь бы не остаться наедине с тишиной), под руминацию, под алкоголь и экран до четырёх утра. Это не пороки, а анестезия. 💡 Прокрастинация – про эмоции, а не про время. Исследования Фушии Сируа и Тимоти Пичила показали: это сбой не тайм-менеджмента, а регуляции эмоций. Мы откладываем не задачу, а чувство, которое эта задача поднимает, – тревогу, стыд, бессилие. При ПТСР добавляется биология: хронически повышенные стрессовые гормоны снижают активность префронтальной коры, отвечающей за планирование, и начало действия. Прибавьте нарушенный сон и постоянную настороженность – и ресурс, из которого берётся действие, физически меньше. Не образно, а измеримо. Поэтому “просто соберись” бьёт мимо. ✅ Что сделать уже сегодня. Постройте лесенку вместо прыжка. Не “завтра иду в комиссию”, а мелкие ступени: найти бланк → распечатать → положить на стол и просто посмотреть на него → заполнить первую строку → заполнить весь → доехать до здания → зайти. Следующая ступень – та, что даёт тревогу примерно на 4-5 из 10: не 2, иначе не будет обучения, и не 9, иначе будет перегрузка. Ступень повторяют, пока тревога не снизится хотя бы вдвое, и только потом идут дальше. Перед каждым подходом – две минуты заземления: удлинённый выдох, стопы в пол, взгляд отмечает пять предметов в комнате. 🟢 Важная оговорка. Не всякая пауза – избегание. Отдых после тяжёлой недели, отказ от новостей в день, когда вы на пределе, решение не идти туда, где будет причинивший вам вред человек, – это границы, а не бегство. Разница в векторе: отдых возвращает в жизнь, избегание её сужает и оставляет после себя вину. Разбор механизма, семь рабочих инструментов и признаки того, что пора к специалисту – в полной версии ☎️ Круглосуточная бесплатная линия психологической помощи: 8-800-333-44-34 #ПТСР #избегание #прокрастинация #ветераны #психологиятравмы #МойКомпас #самопомощь

Сегодня с Егором Козловским отработали на конференции, посвященной вопросам реабилитации и адаптации ветеранов СВО. Обсудили насущные проблемы дестигматизации психологической помощи, рассказали о современных цифровых инструментах скрининга, самодиагностики и самопомощи. Очень большой интерес вызвала тема обучения ветеранов по программе “Равный-равному” и наши предложения по системному подходу на федеральном уровне. После дискуссии еще долго общались с участниками в кулуарах. Быть добру!❤️ Наша команда: Егор Козловский, член Совета при Правительстве РФ по вопросам попечительства в социальной сфере Алексей Сова, админ канала \ помощь мирным Группа Альтер, психологическая помощь бойцам Образовательный проект "Психологическая помощь и поддержка участников СВО и членов их семей"

КТО Я ТЕПЕРЬ? ТРАВМА И ИДЕНТИЧНОСТЬ ПОСЛЕ ПЕРЕЖИТОГО  Читать полную версию поста на Дзене Он смотрит в зеркало и видит знакомое лицо. Всё на месте – и всё-таки человек в отражении какой-то чужой. “Я не понимаю, кто я теперь” – эту фразу специалисты слышат от тех, кто прошёл через войну, тяжёлую болезнь, потерю близкого, развод, переезд. Формулировки разные: “меня подменили”, “настоящий я остался там”. Суть одна: рассыпалась не только жизнь, но и представление о себе.   Про бессонницу и флешбэки сказать проще – это симптомы, их видно. А сказать “я потерял себя” страшно, потому что звучит как приговор. Это не приговор. Идентичность не разбивается насмерть, она перестраивается.   🔴 Травма бьёт по трём опорам сразу   Наше “я” держится на ролях (что я делаю), связях (чей я и с кем) и истории (как одно вытекает из другого). Тяжёлое событие обрывает роли, меняет связи и делает историю несвязной: в ней появляется провал, который не сшивается ни с прошлым, ни с настоящим.   💥 Рушится не только жизнь, но и картина мира   Психолог Ронни Янофф-Бульман описала три негласных допущения, на которых мы живём, не замечая их: мир в целом доброжелателен, в нём есть логика и справедливость, я достойный человек и хоть немного управляю происходящим. Травма опровергает все три сразу. Отсюда типичное “я не боюсь, я просто больше ничему не верю”. Это не цинизм и не порча характера, а работа психики, которая перестраивает картину мира под новый опыт. Именно поэтому не бывает “просто вернуться прежним”: прежний человек жил в мире, которого для него уже нет.   🧩 Ощущение “я испорченный” – это симптом, а не правда о вас   В МКБ-11 в составе комплексного ПТСР выделена негативная концепция себя: устойчивое фоновое чувство никчёмности, вины, испорченности. Не “я поступил плохо”, а “я плохой по устройству”. Вина оставляет человека целым и толкает к действию. Стыд требует только спрятаться – и именно он разъедает идентичность. Важно помнить: это симптом состояния, как температура при воспалении, и он поддаётся терапии. Просто изнутри ощущается не как симптом, а как наконец-то открывшаяся правда о себе. Подробнее о кПТСР – в этом посте.   🎖 Отдельная боль – потеря роли   Служба даёт предельно ясную роль, устав, значимость, принадлежность к своим. Возвращение означает потерю всей конструкции разом. То же самое переживают спортсмен после травмы, человек после сорока лет на одном заводе, мать выросших детей. Чем сильнее человек слился с ролью, тем разрушительнее её утрата.   ⚠️ Три ловушки на этом пути   Слияние с травмой, когда человек описывает себя одним словом: “я жертва”, “я инвалид”. Отрицание изменений, когда все силы уходят на поддержание фасада “со мной всё как раньше”. И идеализация прошлого себя: “настоящий я остался там”. Сравнение всегда проигрышное – живой уставший человек сравнивается с отредактированным воспоминанием.   💡 Что делать: ценности вместо ролей   Роль можно потерять, ценность – нет. Возьмите лист и выпишите, ради чего вы делали то, что делали. Если под службой лежала ценность “защищать своих”, она никуда не делась – её можно воплотить в наставничестве, волонтёрстве, поисковом отряде, в том, как вы растите сына. Роль – одна конкретная форма. Ценность – то, что можно налить в разные формы. И не ждите, пока почувствуете себя нужным, чтобы начать действовать: работает обратный порядок – сначала маленькое действие по ценности, потом медленное изменение самоощущения.   🌱 Честно о посттравматическом росте Он бывает, но не отменяет симптомов, его нельзя требовать и нельзя ставить целью. Цель не в том, чтобы стать лучшей версией себя благодаря травме. Цель – снова стать целым. Не прежним, а целым.   Если ощущение потери себя не ослабевает месяцами или появляются мысли о том, что вас лучше бы не было, это повод обратиться за помощью. О тревожных признаках – в посте “Когда молчание опасно”, о личном кризисном плане – в прошлом посте.   Телефон доверия: 8-800-333-44-34 – бесплатно, круглосуточно, анонимно.   #ПТСР #травма #идентичность #ветераны #кризиснаяпсихология #МойКомпас

Наверное, стоит рассказать и о других наших подопечных. Следующая история - про Александру Илюхину (Андрееву), художника из Донецка, руководителя детской студии «Карамель». Мы помогаем ей с арендой помещения. Александра - талантливый художник со своим неповторимым почерком и какой-то невероятной энергетикой, исходящей от картин. Она член Союза художников России, Союза художников ДНР и Международной ассоциации искусств IAA AIAP UNESCO, участник многих выставок. Уже который год работает с донецкими детьми. Можете себе представить, что значит для детей, выросших на войне, возможность окунуться в мир творчества, ярких фантазий и множества художественных техник - благодаря её невероятному педагогическому таланту. А ещё была одна давняя история. Я тогда прочитал книгу «Раша» Ольги Усковой. И так запала в душу история главной героини и коня, перекликающаяся с личной историей автора, что я попросил Александру нарисовать это. Исходно была книга, были фотографии Ольги с её конём Нептуном. В результате получилась потрясающая картина - мы привезли её из Донецка и подарили Ольге. С тех пор она висит у неё в кабинете. https://t.me/cognitive_life/5331 А Ольга Ускова потом много раз помогала кружку - отправляла материалы, краски, кисти и всё то, чем мальчишки и девчонки по сей день творят чудеса. Быть добру! ❤️ Наша команда: Егор Козловский, член Совета при Правительстве РФ по вопросам попечительства в социальной сфере Алексей Сова, админ канала \ помощь мирным Группа Альтер, психологическая помощь бойцам Образовательный проект "Психологическая помощь и поддержка участников СВО и членов их семей"