Дом Облонских 🌾

😉 Ну что же, всех фанатов Рэя Бредбери с 4 августа 2026 года. Именно в этот день в рассказе «Будет ласковый дождь» просыпается умный дом и начинает свой обычный распорядок — готовить завтрак, убирать комнаты, собирать плейлист дня. Все как обычно, кроме одной небольшой детали. 🚀 Но обойдусь без спойлеров, вдруг кто-то еще не читал. Кстати, В 1984 году режиссёр Назим Туляходжаев снял по рассказу десятиминутный мультфильм. Смотрится мрачновато, в том числе из-за того, что и сами технологии какие-то злобные, 31 декабря всех гонят на работу зачем-то. #заметка

Почему школьная литература такая скучная? Первая причина - самая неприятная: её не умеют преподавать интересно. Да, хорошие учителя есть. Но есть и плохие учителя, есть и обычные. У каждого из нас есть какой-то знакомый с трагической историей об учителе литературы. А плохие примеры запоминаются нам сильнее. Полюбите вы литературу или нет — зависит не от гениальности писателя и не министерства просвещения, а именно от учителя. Именно хорошие, интересные уроки литературы и формируют у нас навык увлеченного чтения. Вторая: сама программа построена на советских требованиях, а те в том числе на базе программы Российской империи. Отсюда золотой фонд классики и почти никакой зарубежной и современной прозы, которую впускают в курс дозированно. И складывается ощущение, что классика безнадёжно устарела, что без переводчика или хорошего комментатора её не понять. Потому так и популярны сейчас книжные клубы для взрослых, где буквально разжёвывают каждую сцену: на что смотреть, что значит каждая деталь и «что же хотел сказать автор». А дети, которые в основном читают развлекательную подростковую прозу, без этого сопровождения не видят в школьных книгах ничего интересного и близкого себе. Третья: обязательность. Всё, что задано, вызывает сопротивление. Мы читаем не вечером с чашкой чая или чипсами, а потому что задали и завтра спросят, еще и потребуют анализ. Это чтению не помогает. А ведь разбирать текст можно с удовольствием, если отработать этот навык на книгах, которые уже успели полюбить. Именно на хорошо прочитанном материале и стоит показывать, как устроена литература, и давать главное — навык анализа текста, который потом пригодится в любом случае. Получается, скучной классику делают не сами книги, а всё, что вокруг них: как и кто нас знакомит с ними, каково окружение в нашем чтении. Книги остаются прежними. Меняется способ их открывать для человека. P.S. Я начала читать-таки «Угрюм-реку». 160 страниц за первый день.

Петроградская феерия (часть 2) Александр Степанович Гриневский родился в 1880 году в Вятской губернии, в семье польского шляхтича, сосланного за участие в восстании 1863 года. В реальном училище получал пятёрки по истории и географии и двойки по математике и языкам, по собственному признанию, всё пало жертвой увлечения книгами о капитане Гаттерасе. Там же появилось прозвище Грин. Во втором классе написал стихотворение с насмешкой над учителями и был исключён. В 16 лет он уехал в Одессу, чтобы стать моряком, с 25 рублями от отца. Несколько недель ходил по порту, ночевал в подвале, получал отказы. Взяли учеником на пароход «Платон», линия Одесса — Батуми, с условием, что за еду он платит сам. Весной 1897 года его взяли в заграничный рейс: на пароходе «Цесаревич» он ходил в Александрию. На обратном пути публично высмеял капитана и был уволен. Это единственный раз, когда Грин был за границей. Человек, придумавший Лисс, Зурбаган и Гель-Гью, который у нас навсегда связан с портовыми городами, парусами и морем, видел иностранный порт ровно один раз в жизни, в 17 лет, и вылетел оттуда за свои слова. Дальше — Баку, чернорабочий, рыбак, кузнечные меха, уральские прииски, ночлежки, служба рядовым в пехотном батальоне, дезертирство, эсеры, подпольная кличка Долговязый, участие в терроре, от которого он отказался. Два года следствия в севастопольской тюрьме, приговор к десятилетней ссылке в Сибирь, амнистия 1905 года, жизнь по чужому паспорту, новый арест, ссылка в Тобольскую губернию, побег, ссылка в Пинегу. Писать он начал в двадцать шесть, по совету эсера Наума Быховского. Об этом разговоре Грин потом сказал: слова Быховского были не только толчком, они были светом, озарившим разум и тайные глубины души. Море, бродяжничество и странствия к тому моменту уже показали ему, что это всё-таки не то, чего душа жаждет. Кому это посвящено Нину Миронову Грин впервые увидел в 1918 году: медсестра, вдова, работала машинисткой в «Петроградском эхе». Второй раз они встретились в январе 1921-го. Она была нищей и продавала вещи на улице. Через 2 месяца они поженились и сняли комнату на Пантелеймоновской. 23 ноября 1922 года Грин дописал книгу и поставил перед текстом одну строчку: «Нине Николаевне Грин подносит и посвящает Автор. ПБГ, 23 ноября 1922 г.» Феерию напечатали в 1923-м, и дальше жизнь пошла своим чередом. Критика называла Грина иностранцем русской литературы и подражателем западных приключенцев. В 1930-м цензура запретила переиздания и разрешила не больше одной новой книги в год. Он писал: мне 51 год, здоровье расшатано, материальное положение выражается в нищете, работоспособность резко упала, гонораров впереди никаких. Восьмого июля 1932 года Александра Степановича не стало, в Старом Крыму, на 52-ом году. Нина Николаевна выбрала для него место, откуда видно море. Ей самой достался отдельный сюжет, который к сказке о корабле подходит меньше всего: оккупация, работа корректором в местной газете, угон на работы в Германию, десять лет лагерей после войны и полная реабилитация в 1997 году. Что с этим делать Грей в этой книге ничего не ждёт. Он узнаёт о предсказании случайно, от постороннего человека в кабаке, и дальше просто идёт и делает: подбирает оттенок ткани, покупает две тысячи метров шёлка, оснащает корабль, нанимает музыкантов и платит по счетам. Его формула — создавать так называемые чудеса своими руками — самая нехитрая мысль во всей феерии, и она же самая практическая. Похоже, только так эту книгу и можно было написать в Петрограде двадцатого года. Ждать там было нечего и неоткуда. Оставалось сесть в нетопленой комнате и сделать корабль руками: из витрины игрушечного магазина, из двух навигаций по Чёрному морю, из одного порта в Александрии и из одного слова, которое, если его правильно выбрать, ни к чему не привязано. #послешколы #грин #алыепаруса #классика #язык

Петроградская феерия (часть 1) Осенью 1919 года Александра Гриневского призвали в Красную армию. Ему было 39. Через несколько месяцев он заболел сыпным тифом и почти месяц пролежал в Боткинских бараках. Из бараков он вышел без жилья, без денег и без работы. Хлопотал за него Горький: выбил академический паёк и комнату в Доме искусств на Невском проспекте. Дом искусств открыли в 1919 году, чтобы дать крышу над головой и еду тем, кто иначе не пережил бы эти зимы. Комнаты там получили Гумилёв, Мандельштам, Всеволод Рождественский, молодой Каверин. Современники сравнивали дом с кораблём и с ковчегом. Сравнение для того времени почти буквальное. В одной из комнат этого дома Гриневский, подписывавшийся Грином, писал книгу о девочке, которая ждёт корабль под алыми парусами. Рождественский вспоминал об этом так: трудно было представить, что такой светлый цветок мог родиться здесь, в сумрачном, холодном и полуголодном Петрограде, в зимних сумерках сурового 1920 года, и что вырастил его человек внешне угрюмый, неприветливый и как бы замкнутый в особом мире, куда ему не хотелось никого впускать. Витрина Работая над «Бегущей по волнам», Грин записал в черновиках, откуда взялся замысел. В витрине магазина игрушек он увидел бот с красивым крылообразным парусом. Парус был белый. «Эта игрушка мне что-то сказала, но я не знал — что, тогда я прикинул, не скажет ли больше парус красного, а лучше того — алого цвета, потому что в алом есть яркое ликование». Ликование, пишет Грин, означает знание, почему радуешься. И вот, раздумывая над этим и создавая волны и корабль с алыми парусами, он увидел цель. Первые заметки относятся к 1916 году. Между ними и последней строчкой целых шесть лет: высылка из России за непочтительный отзыв о Николае II, Финляндия, возвращение в Петроград пешком по шпалам после Февральской революции, короткий восторг перед переворотом, быстрое разочарование, фельетоны в «Новом Сатириконе» и «Чёртовой перечнице», запрет оппозиционных изданий, армия, тиф. Всё это время книга переписывалась. В ранних вариантах паруса красные, а действие разворачивается в революционном Петрограде. Только к последним редакциям Грин перенес сюжет из узнаваемого города в вымышленную Каперну и заменил красное на алое. Красный в Петрограде 1920 года — слово с готовым политическим значением, которое не дало бы нам возможности читать текст без подоплеки. Алый этого значения не имеет и используется нами почти всегда только как цвет. Грин выбрал слово, которое ни к чему не отсылает, и тем самым сделал книгу вечной. #послешколы #грин #алыепаруса #классика #язык

📚Цитата недели Я понял одну нехитрую истину. Она в том, чтобы делать так называемые чудеса своими руками. Это Грей ближе к финалу «Алых парусов» объясняет своим людям, зачем он скупил в Лиссе весь алый шёлк. Как чаще всего помнят эту книгу? Девочка на берегу, годы у моря, корабль на горизонте. Ассоль ждёт, и ей воздаётся за терпение — примерно так это и остаётся в памяти. А в самой книге чуда никто не ждёт. Его создают своими руками. Грей узнаёт о предсказании случайно, от постороннего человека, и дальше начинается именно кропотливая работа: найти нужный оттенок ткани, отмерить две тысячи метров, оснастить корабль, нанять музыкантов, заплатить всем. Чудо в этой феерии стоит денег и требует рук. Дальше в этой же реплике Грей говорит еще кое-что важное. Оказывается, есть чудеса не меньше корабля под шелковыми парусами: улыбка, веселье, прощение и вовремя сказанное нужное слово. Получается, книга о мечте и вере в чудо оказывается книгой о важности поступков. Писал это Грин в холодном Петрограде 1920 года, где ждать было решительно нечего. #цитата #литература #всем #послешколы

У меня экватор отпуска, ресурсы исчерпаны, лето куда-то ретировалось, поэтому коротко об итогах: 📷написаны две статьи по методике преподавания русского языка. Одна в журнал «Русский язык в школе» 📷вернулась на портал Мел.фм в блоги, там тоже несколько постов есть 📷дописала план детской книжки, которая с прошлого года в процессе 📷2 месяца регулярно выходят рилсы 📷написала 3 лекции по освоению космоса через язык и психологию 📷любимый психпед с любимым педсоставом и классными детьми 📷книжка прочитана всего одна - «Последнее дело майора Чистова». Не впечатлила. В процессе еще 3 разных 📷много всего сериального: «Доктор Хаус», «Извне», «Дом Дракона», «Чужестранка» Ах да, наградили от профсоюза наградным знаком за вклад в развитие молодежного педагогического движения.

Видеоформат переехал в небезызвестную соцсеть (posle__shkoly)

Слово недели — каторга Каторга — это система тяжёлых принудительных работ для осуждённых. Использовалась каторга в качестве меры наказания, чаще всего ссылали в отдаленные места империи, где требовалась рабочая сила (и откуда тяжелее всего сбежать) Слово же произошло от греческого katergon: галера, гребное судно. Через византийское посредничество слово пришло в русский к XVII веку и поначалу означало именно корабль — гребное судно с невольниками на вёслах. Тем же путём оно попало и в турецкий (kadırga — галера), так что перед тем, как стать сухопутным, у слова было долгое морское путешествие. Гребцами на галерах были осуждённые, прикованные к вёслам. Значение медленно переместилось с судна на людей и их труд (метонимия, смекаете?): сначала каторга — это работа гребца-невольника, потом любые тяжёлые работы, к которым приговаривают. Корабль ушёл, осталась неволя. К XIX веку каторга окончательно семантически связана с сушей: Сибирь, рудники, Сахалин. Но старый образ никуда не делся. На галерах раб прикован к веслу, заключенный на каторге — к тачке; человек привязан к орудию и к месту, из которого нельзя уйти. #литература #всем #чехов #интересное #сахалин #чтение

Сахалинская перепись: зачем Чехов считал каторжников Весной 1890 года Антон Павлович Чехов собирается на Сахалин. Ему 30, он успешный писатель, за сборник «В сумерках» вообще получил Пушкинскую премию. Его пьесы ставят, гонорары позволяют содержать всю семью. Успешный успех - вот Чехов мог бы быть его амбассадором. И вот этот самый успешный человек объявляет, что едет на остров каторжников на краю империи. Еще и по собственной доброй воле, еще и за свой счёт. Издатель Суворин, друзья, родные — все Чехова отговаривают. Зачем? Ответ, который Чехов давал, звучал то как шутка, то как раздражение. Настоящий ответ длиннее. И он, по-моему, о профессии, о которой мы иногда забываем, когда говорим о Чехове. Чехов был врачом и по образованию и по призванию. «Медицина — моя законная жена, литература — любовница», — писал он Суворину. Врач в нём был первым, и, кажется, именно этот врач и поехал на Сахалин. Суворину, который вскользь сказал, что Сахалин никому не нужен и неинтересен, Чехов ответил длинным письмом. "Каторга, - писал он, - это место, куда «мы» отправили тысячи людей и о котором ничего не хотим знать. В места, подобные Сахалину, мы должны ездить на поклонение, как турки ездят в Мекку». Святого в каторге, конечно, ничего нет. Зато это общая вина, отвернуться от которой проще всего. Был и второй мотив, о котором Чехов почти не говорил. Годом раньше от туберкулёза умер его старший брат Николай. Свои симптомы Чехов знал давно и понимал, что это значит. Возможно, поездка была ещё и способом сделать что-то важное, пока есть силы. Дороги в нашем представлении на Сахалин не было. Транссибирскую магистраль начнут строить только через год, в 1891 году. Чехов ехал 81 день: поездом, пока были рельсы, пароходом по Волге и Каме, а от Тюмени на лошадях через всю Сибирь. Стояла весна, был сильный разлив. Иртыш, Обь и Томь вышли из берегов, мостов нет, переправлялись на лодках под дождём. Тарантас опрокидывался; однажды ночью в него на полном ходу влетели встречные почтовые тройки. Позже он назовёт это «отчаянной войной с холодом, с разливами рек, с невылазной грязью, с голодом и желанием спать». 11 июля (послезавтра) он сошёл на берег в Александровском посту. Чехов приехал работать. Он поставил себе задачу: провести перепись всего населения острова. Никто ему этого не поручал; разрешение выпросил сам. 3 месяца, вставая в 5 утра, он ходил от избы к избе и заполнял карточки на каждого человека: имя, возраст, звание, вероисповедание, грамотность, чем занят, женат ли. Он опрашивал каторжан, поселенцев, солдат, надзирателей и даже детей. Так набралось около 10000 (!) карточек, которые до сих пор хранятся в Москве. До Чехова каторга была цифрой в казённом отчёте: столько-то душ, столько-то работ. Он превратил цифры в людей. Это была не статистика ради статистики, а способ сделать невидимое неопровержимым. За сухими графами стояло то, от чего писатель мог бы отвести взгляд, а врач нет: кандалы, телесные наказания, женщины, отданные «сожителям», дети, рождённые на каторге. Составляя таблицы смертности, Чехов обнаружил, что чаще всего на острове умирают от того же, чем болен он сам. Книга «Остров Сахалин» вышла в 1893–1895 годах и озадачила почти всех. От Чехова ждали прозы, а получили научный отчёт: данные, метеосводки, таблицы вперемешку с несколькими живыми сценами. Точность сработала. Книга заставила говорить о каторге вслух. Начались ревизии; в 1893 году отменили телесные наказания для женщин, режим стали смягчать. Современники прямо связывали это с сахалинскими главами. В школе всего этого почти нет. Есть Чехов-драматург, «Вишнёвый сад», «человек в футляре». Сахалин — пара строк в биографии. А между тем это, возможно, самый чеховский поступок из всех: без помпы и манифеста тихо поехать туда, где нужна твоя помощь.

Книжные флешбеки В детстве я много читала. Нормальным ребенком была, любила сначала книжки о приключениях: пираты, клады, необитаемые острова, тайны. Потом были детективы, французские романы (не те, что у Татьяны Лариной) - Гюго, Бальзак, Флобер. И из всего этого великолепия я вспомнила буквально только что, сидя у бассейна, про книжку, которую ну вам надо прочитать. Та-дам! Это «Чёрный корсар» — приключенческий роман итальянского писателя Эмилио Сальгари, вышел в 1898 году. Первая книга цикла об антильских пиратах. Что по сюжету? Действие происходит в XVII веке в Карибском море. Главный герой — итальянский дворянин Эмилио ди Рокканера, скрывающийся под именем Чёрного корсара. Он мстит фламандскому губернатору Ван Гульду за смерть двух своих братьев — Зелёного и Красного корсаров, которых тот казнил. Чёрный корсар становится грозой Карибов, наводящим ужас на испанцев, но в разгар мести встречает дочь своего врага — девушку, которая заставляет его переживать раздирающий конфликт между жаждой мщения и зарождающимся чувством. Любовь, любовь… Это, конечно, очень романтизированный образ пиратов и их жизни, но когда, как не летом, читать о морских сражениях, абордажах, погонях и тропической экзотике? Сальгари пишет очень красочно, кинематографично! Однозначный рекомендасьон, а я пойду читать вторую книжку цикла. #олитературе #чтение #всем #рекомендасьон

Слово недели — робинзонада Слово, которое было именем выдуманного героя, а стало названием для жизни в одиночку практически в любом месте: на острове, в тайге, в пустой квартире. Сегодня робинзонада — это история выживания вдали от людей: построить дом, добыть огонь, продержаться и не сойти с ума. В разговорном варианте мы можем так назвать любое автономное существование: «устроил себе дачную робинзонаду без связи». Слово родилось от имени героя романа Даниэля Дефо 1719 года Робинзона Крузо. Причём придумали его не англичане, а немцы: в 1731 году писатель Иоганн Готфрид Шнабель, в предисловии к собственному «Острову Фельзенбург», назвал «робинзонадами» хлынувшие со всех сторон подражания Дефо. Книга имела такой успех, что породила целый поток островных историй, и языку понадобилось слово для обозначения жанра. Сам же Робинзон списан с живого человека — шотландского моряка Александра Селькирка, который четыре года провёл один на необитаемом острове в Тихом океане, пока его не подобрал корабль. Так что жанр назван по вымышленному герою, за которым стоял реальный островитянин. #словонедели #литература #всем #интересное #чтение