назв. максим нэв

подле меня танцевала виллиса падали на цветы шаги еë шутка ли, боги со зла пустились в танец, кончающийся погибелью поберегу и руку, и сердце до штиля улиссовских будней будь не моей, но будь — остальное в остатке несуразица не суди ни великого тирана ни заурядного праведника на заре апокалипсиса мы оправимся  от хронического спектакля сохранив потаённую радость и совсем прекратим играть

зарекаюсь не зарекаться если за краем материка зеркальная панорама — значит, встретимся там же где почему-то расстались последствий не разгадать но следует помнить дату иначе всё это — сказка сочинённая в полудрёме полушёпотом, полубредом словно прошёл через лес и на выходе развернулся разве не различима суть что я развернусь и на входе накрой меня мокрой хвоей а дальше — иди на голос обольщающий, но не мой ни морок, ни мгла не скроет скроенную пустоту скромного захоронения — скоро я выдвинусь снова в беспрерывно обратный путь

догматы истинной любви на чаше весов но чаще материя взимает материнство когда нет сердца наклеен ценник среди номеров англетера l'amour ne fait pas d'erreurs дежавю ли, ты дождалась крупного предложения — таков был спрос а я спросонья в роддоме искал альтернативную концовку и точно никого не спас от внешнего бездуховного задыхаясь без духов tom ford —ошибки были допущены— хочется хоть на секунду заметить будущее запечатлеть его жаль, испорчены кадры и нет ни любви, ни догматов из прочего — я слишком рад что тебя не увижу завтра

каждой твари попали в череп и где наш пункт предназначения если гены вписаны во вселенную смените сервер синица в руках умирает от жажды журавль падает навзничь крыла одного так мало для двух земных полушарий по шансам на шатовской стороне облачиться поясом смертника пускай верховенский охуеет впервые взглянув наверх <там небо и логос между> лучше принять на веру надежду — младшую из сестёр покуда подошвы не стёрлись о воду отводите хулу от бога подставляя под удар себя — ближайшего подобного тсс... подопытного подонками не пристало быть на земле незыблемой но хрустальной и с висцеральной болью донести хрусталики в глазах — невольные драгоценности нам требуется до берега валинора

рбк или рдк? на всякий случай осуждаю (фраза, пригодная для суда скорее с павлом астаховым) раскаты грома у районного дома культуры а вы думали, к чему я ссылался не в ссылку же лезть как мандельштаму и гибнуть ради свободы закованным в семь печатей передайте всем не печатать это письмо и следующее коли самоцензура не трепещет проложу материал меж сияющих голенищ колите, да челюстью не расколете чествую петлюру и большевиков чтобы стать среди всех изгоем а боженька вышлет воланда волонтёрить вот вам и юрьев день в котором без юриспруденции ловить нечего, кроме пули пустите сразу в висок приму её комплиментом за понимание заложенных подтекстов заложник именно деспот но имя здесь не одно

сплюнь прогорклое тщеславие нет числа плоскому безобразию без образа и подобия <только стерильные пороки> с пелёнок невозможно вынести уродство укрывшись в доводах всевышнего все вышли вон из ковчега мцд: у нас техническое обслуживание и ужас тому, кто хочет попасть домой потому что завтра бывает хуже а ты к этому не готов лишь бы мир смыло волной <не за горами ядерное цунами> яд уже входит в стоимость греха грех — в содержание поступка геройского или никчёмного ни к чёрту, ни к богу дорогу не сыскать ожидая безусловного конца касаюсь дланью век твоих век живи — век страдай но продолжай о господе говорить

видно, решений не хватило на свежее бессмысленное суждение по витгенштейну — тянутся руки за кандалами заколдовать себя в языке и фактах о языке но я проповедую язычество изготавливая идол для христа из чернозёма и перегноя пока исчез и не появился врач с результатами мрт — у вас киста в лобной доле поэтому все люди — добрые не спасёт и параноидальное расстройство придётся жертвовать собой жерло активирует кто-то сверху а ты подтолкнёшь с лёгкой руки слёзы утерев ладонью ангела смерти, словно йозеф менгеле меньше лей красок и пафоса — мне хватит и слезоточивого газа разве что для исследований недостаточно <издержки жертвоприношения> жестом показываю: жив ещё но закончена ли картина видно, решений не хватило на

инфицированные реальностью повторяйте мантру  in inferno nulla est redemptio мы — бракованные элементы может, zабракованные невошедшие в ряды таблиц или списков мигрантов тбилиси помните прошлый век  берлин и париж берите и живите когда разряженный воздух высадил всю обойму а кому в самом деле почести воздать если войны с революциями подчистую стёрли веру в единое неделимое веди нас, кащенский заратустра минуя феномен тунгусский к онкобольному кощею кашляющему кровью кажется, кроненберг снял бы такое но кто расскажет, как жить здоровым без генов с разрушительными  наклонностями на склоне лет разрешите нам не сшивать всё и не распарывать занимая правильную сторону ведь у каждого собственная неправда

молчание обесценится, как золото но ты сохрани святого на иконке спрячь в кармане — подальше от мёртвого бога отматывая с того конца провода голос её, словно клубок ариадны нити которого в горле застряли заставь меня путаться в мифологиях перепридумывать предания предательски подставляясь под стихии за отрицание праведного пути по тропам неисповедимых диссонансов куда ни иди — она во снах и галлюцинациях восславлю шанс потерять всё им выражается леденящая истина репортажа из горячей точки или живое стремление камикадзе константа менялась её руками пока я боялся пошевелиться в заведомо проигрышной позиции

вычеркнуть целое человечество... будь вы нечистью, порочащей землю где спрячетесь, в каких пабликах ещё не прошедших по 282 но суть всей ненависти легка на помине по мине под каждым, кто повинен в лично моих проёбанных перспективах проявлена плёнка — держи негатив с нативной рекламой скулшутинга лучше скулить, как цербер, но НИКОГДА НЕ ЗАГЛЯДЫВАТЬ ЗА СПИНУ НИКОГДА ЖИВЫХ НЕ ПРОПУСКАТЬ здравствуйте, а мне за справкой знаете ли мои затраты 1) патроны девять на девятнадцать 2) по крови преднамеренная ярость я распечатаю надпись на листике А4 «покойтесь без мира, невинные не вы уронили доминошку но вы ограничены реальностью катастрофически поношенной искать под кожей такие же кости —кастрируйте педофилов постфактум пока весь акт проще недвижимо простоять— кому, как не жертве, знать о злобной иронии справедливости среди вас всех смерть — позолоченная середина» родитель один и родитель один с половиной ваше недрагоценное чадо ложится с пещерой в голове приготовив предсмертный манифест

когда египетская тьма последнее пристанище преследую тебя, как саранча хоть нет песка в каире — солончак и степи непроглядные закрасили раскинутый от коми до хакасии пейзаж откормлена гигантская евразия кронами, ни разу не влезающими на карты тех географов аккадских рождённых между тигром и ефратом в руинах самых первых зиккуратов я знал, что никого не повстречаю но вышел на траву твоих зелёных глаз <до этого без текста и без глав> я был и обезглавлен, и помилован для таинства — пройти с тобой полмира и проглотить другую половину пойми, я даже воплем долетел бы из тел, почивших до десятой казни скажу — однажды все окажутся в хакасии

если не «банальная антиутопия» что тогда мир катится к чертям но почему я говорю за мир замётано, мы все в пизде пусть теперь я говорю за всех мне дали рот для молчания мол, нейросетка может и не такое сделай пару запросов за россию и нероссию нерушимо здесь только право покоиться с «миром» покорно выбрасываю визу и мастер кард для всего остального — стекловата и черемша)) эй, тиктокерские, подъём поёт главный артист ссср глаз партии следит за... пати будет после похорон а чьих — дело сталинских времён врежьте, да поскорее по «неправильной» корее непатриотичному типу мышления —мы шли на врагов со слепотой— след наш на той странице которую пишет вовсе не ии знакомьтесь, крайний* из выживших *крайний из крайних выживших — вы же меня научили понимать, а затем прикладывать к очередному списку декабристов тех, кто затирает за двоемыслие пожалуйста, передеритесь там и покиньте уже «гулаг» с гордо оторванной головой

у карлика за пазухой целый твин пикс по шоссе к твин тауэрс никуда — это десятое сентября десертом вишнёвый пирог на асфальте а святая в бархате синем стучится в чёрный вигвам виват подуставшая лора палмер от игр в зацикленные прятки за двадцать пять лет пропажи выглядишь прокажённой а память малхолланд бережёт если авария неизбежна бейся первым представляешь, фары — обезумевшие глаза меркнущие от азарта когда голливуд в полушаге полумерами не оправиться в падении внутренних империй внуки унаследуют преступления <у нас нет ничего, кроме смерти> крошится день на столетия с кроликами в городе по соседству сколько нужно фрагментов никому не известных имён чтобы сказать с издёвкой «дик лорент мёртв»

дочь люциферова —любить невыносимо верить— но инферно выносит инфекцию в голове промёрзшими языками пламени плачь мне о шаткости покаяния подменяя его искушением <из кожи моей гроб для шатова> грош за грошем собираю ложь о непрожитом среди прожитого а прожгла ли она рассудок раз суть падения глубока раз текстуры растерзаны багами я проваливаюсь в лазейку между кругами забывая, зачем когда-либо давал абсолютному злу абсурдные обещания осуди меня и забудь на плахе у входа в метро я больше не часть театра твоего хоть пробыл в нём слишком долго чтобы возненавидеть роль

праведные проебались на обратном пути из ада надежды возвращаются десятикратно как пули в затылок извечного солдата и в трещинах твоя безгрешная душа сегодня без гречневой каши — еда нам всем только кажется питаюсь воздухом из волос твоих пепельно-филолетовых перья пришей матерям бездетным в застенках морга моргающим редко режет грудную клетку весь в белом, великий замысел но где для базарова исцеление? базальтом покрылась тифозная рана бытия, как скомканного пространства могил и братских, и братоубийственных а что я противопоставлю выстрелам кроме любви, которая выстоит под самыми подлыми взрывами когда не успел добежать и накрыть тебя телом, на части раскиданным по двум сторонам реки

четверть солнца говорит со мной и половинка луны лучше быть никем и сомкнуться в точку червоточину выблевывая чернозём на землю, занесённую песками но в святом писании речи нет обо мне только смерть беспробудна ведь свята, как мадонна улеглась у жертвенника жертву не перепутать бы с актёром из труппы и струпья на коже младенца — предвестник последнего месяца перед воскрешением христа худ. @VictorKronov

амор фати, печорин а математика подводит к черте познания посчитанными уравнениями через chatgpt но что сказал бы гомер сложив гекзаметром песню о постмодерне? посмотрите, как дом советов cменяет храм артемиды в испачканной олимпийке храпит сторож владимир у входа к олимпу я сцилле бросаю past simple харибде кидаю past perfect и сам отправляюсь к мёртвым показать им крутые тиктоки титаны не выдержат небо на третьем тысячелетии почивший герой бы ослеп яркостью в тысячу нит солнцу такое не снилось а якорь падает в космос косо палю на косточки одиссея — вора в законе пока неспокойно в одессе по коням... протоптан прах сквозь парк имени кирова к висячим садам семирамиды где моя ненаглядная сидит прошлое — вечный двигатель а мы не придумали за неделю как вырваться за пределы четырёх сужающихся стен

the little match girl практикует самосожжение в тридевятом царстве на площади с лениным <это альтернативная концовка> плачевнее, чем плохой рут лены словно рапунцель под следствием на домашнем аресте вырывает волосы и бросается из окна мечтая взрослеть никем не замеченной в изгнании изгажены великие каноны изнанка тысячеликого героя — героинщик-геронтофил с вич-инфекцией который продержится дольше нас всех спросите сент-экзюпери или андерсена сколько экстази кидать за раз второстепенному персонажу если за ним не стоит андеграунд осталось жить долго и счастливо без подозрений в причастности к сказке

у меня по алгебре два проглатываю едва кусочек познания канта катится шар и закатываются глаза —газом камеры концлагеря после реставрации долгожданной зажигаю спички из коробка— причины искать тебя во дворах-колодцах под исколотым солнцем искомого наркомана с чистым разумом и с уровнем святости под стать марку аврелию марку офелии передам а сам пройдусь по рядам партера и встану рядом, как декорация: спектакль описан пространством <пьеса — описанная окружность> оруженосец-смерть несëт на сцену цветы тебе, отложив косу — обезоружить легко поклонника но покойнику проще смотреть как ты происходишь из пустоты и вбираешь костры инквизиции чтобы лечь за непознанный мир костьми

смех не выдаст, а боль не съест обойму выдроченных рефлексий рефреном забытых на крышке рояля, напоминающего гроб грохот печалей перекручен сломанным эквалайзером гроза, будто фон для сетчатки глаз бутафория — дом, где мечтали мы хоть вышли за дверь с вычитанием из восьми миллиардов двух или из двух восьми миллиардов умиляюсь твоей первозданности как последний потомок адама но отдам лишь подарок на память пронеси его дальше к туману за которым отсутствие карты и корабль из серой гавани забирает оставленных умирать