Ever Lovegood

Вышло намного больше обычного, я не ожидал. Но вот, любуйтесь ихи. Вообще, почему вдохновлен книгой: мне понравился эльфийский мир. Конкретно такой сцены или чего-то подобного там нет, по крайней мере пока, я бы хотел это увидеть. Как вам?

Яркие воспоминания всплывали перед глазами: как он впервые увидел Дазая в мафии, как они дрались, как он хотел убить его, как потом они пили вместе в баре и смеялись над какой-то глупостью. — Ты видишь это? — хрипло спросил Чуя. — Всё, — ответил Дазай. — Твои воспоминания — мои воспоминания. Тропа показывает их нам обоим. — Это... слишком личное. — Я знаю. Поэтому я и хотел пройти этот путь. Я хочу знать тебя по-настоящему, Чуя. Не только как воина. Как того, кем ты боишься быть. — А ты? — Чуя остановился и повернулся к нему. Их лица были в дюйме друг от друга, — Что я увижу, если тропа покажет твои воспоминания? Дазай прикрыл глаза на мгновение. — Ты увидишь пустоту, — сказал он. — И одного человека, который заполнил её. Тебя. Они дошли до конца тропы через час или через вечность, время уже давно потеряло свое значение. Перед ними стелилось озеро: чистое, как стекло, в нём отражалась луна, и казалось, что они стоят на границе двух миров — реального и того, что за гранью. На берегу озера лежали два простых серебряных кольца, без камней, но в них пульсировала магия. — Традиция, — сказал Дазай. — Ведущий надевает кольцо следующему. И тогда судьбы переплетаются навсегда. Но есть выбор... — Какой выбор?» — голос Чуи звучал хрипло, уставше. — Ты можешь не надевать его. Мы просто уйдём отсюда. И всё будет как раньше. Я буду издеваться, ты будешь злиться, и мы продолжим играть в ненависть. Или... Дазай поднял одно кольцо. Протянул его Чуе. — Или ты наденешь его на мой палец, и я буду твоим. Навсегда. Без шуток. Без игр. Только правда. Чуя смотрел на кольцо, пока его рука дрожала. Это было нелепо. Глупо. Он не верил в ритуалы, в судьбу, в вечность. Всё, во что он верил — это сила, честь и его собственная воля. Но сейчас, глядя в глаза Дазая, он видел там то, что никогда не видел раньше: страх, искренний, настоящий страх. Дазай боялся, что Чуя откажется. И это сломало Чую. Он аккуратно взял кольцо, схватил ладонь Дазая и медленно, почти нежно, надел кольцо на его безымянный палец. Мгновение — и серебряная вспышка осветила озеро. Магия хлынула через их соединённые руки, сплетая судьбы, обнажая души: Чуя увидел все одиночества Дазая, а Дазай увидел все страхи Чуи. Они стояли, смотря друг в друга, пока мир вращался вокруг них. — Теперь ты мой, — прошептал Чуя. — А ты — мой,— ответил Дазай. 🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾 #соукоку #флафф

🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾 🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾 В эльфийской культуре есть обряды, о которых не принято говорить, их передают шепотом из поколения в поколение, от старших к младшим, будто это секреты, слишком опасные для книг. Один из них — «Лунный след». Легенда гласит, что раз в столетие, когда полная луна становится такой большой, словно вот-вот поглотит лес, на землю опускается серебристая тропа. Она мерцает в такт спутнику и ведёт к сердцу леса — туда, где время останавливается и два эльфа могут связать свои судьбы навечно. Но есть условие: идти по следу должны двое. Один — ведущий, другой — следующий. Ведущий берёт на себя ответственность за выбор, в то время как следующий — доверяет. Если хоть на миг возникнет сомнение или страх — тропа исчезнет, и оба останутся в лесу до утра, одинокие и потерянные. Дазай и Накахара, два эльфа, два врага, за ненавистью которых скрывается что-то большее. И сейчас, когда они ненароком встречаются в ночном лесу, Чуя замечает подле странное мерцание. Лес в мгновение затих: не было слышно ни шуршания зверьков, ни шелеста листвы. — Это… — он быстро взглянул на Осаму, и его лицо побледнело. — Да. — Нет. Это ловушка, иллюзия, что угодно, но не это, — голос Накахары не терпел возражений. — Чуя, — по-странному тихо выговорил Дазай, — мы оба знаем… и я хочу пойти. Осаму сделал шаг к тропе, и в его глазах не было привычного цинизма и насмешки, он выглядел уязвимым. — Ты сошел с ума, — нервно рассмеялся Чуя, — это ритуал для влюбленных, Дазай. Мы враги, не более. — А если, — шатен повернул голову, его карие омуты пронзительно глядели на Чую, — я хочу большего? Воздух будто выбивают из лёгких, а земля почти уходит из-под ног: — Ты что? Дазай шагнул к нему. Обычно он делал это лениво, с насмешкой. Но сейчас — медленно, осторожно, как будто подходил к раненому зверю. — Я ненавижу тебя, — сказал он тихо. — Каждый день. Каждую минуту. Ты бесишь меня своей прямой тупостью, своей непробиваемой верой в честь… Чуя было открыл рот, чтобы выразить свое несогласие в явно грубой форме, но Дазай приложил палец к его губам. — Дай закончить. Я ненавижу тебя. Но я также... не могу дышать без тебя. Это отвратительно. Это липко. Это хуже любой ловушки, которую я устраивал. Ты — моя единственная слабость, Чуя. И я устал это скрывать. Чуя смотрел на него, не в силах произнести ни слова. Серебряная тропа за их спинами светилась ярче, пульсировала в такт его бешеному сердцу. — Это ложь, — наконец выдохнул он. — Это твоя игра. Ты хочешь увидеть, как я сломаюсь. — Хочешь проверить? — Дазай протянул руку ладонью вверх. — Тогда пойдём по следу. Вместе. Ты — ведущий. Я — следующий. Если я солгу — тропа разорвётся, и мы будем разделены навсегда. Ты знаешь правила, — аккуратно произнес Осаму, отделяя каждое предложение длинной паузой. Чуя знал. Если ведущий выбирает не того, тропа исчезает. И оба остаются в лесу, забыв друг друга, как будто никогда не встречались. — Ты готов рискнуть своей памятью обо мне ради игры? — спросил Чуя. — Я готов рискнуть жизнью, — Дазай улыбнулся — но улыбка была горькой, — память — мелочи. Они стояли друг напротив друга. Луна освещала их лица. Ветер всё ещё не дул. Лес ждал. И Чуя сделал шаг. Он взял Дазая за руку, сильно, почти до боли сжав, развернулся к тропе и пошёл вперёд, ведя за собой. Первый шаг, и земля под ногами стала мягкой, как шёлк. Второй, и лес вокруг начал меняться. Деревья распускались серебряными цветами, которые светились в темноте. Третий, и Чуя услышал шёпот. Голос матери. «Чуя... ты вернулся...» Он замер. За его спиной Дазай крепко сжал его руку. — Не слушай, — сказал он. — Это иллюзии. Тропа проверяет тебя. Чуя стиснул зубы, он знал, что это не может быть реальностью, но голос матери звучал так близко, так по-родному больно. Он почти повернул голову. — Чуя. — Голос Дазая был резким, как удар. — Смотри только вперёд. Смотри на след. Веди меня. Чуя перевёл взгляд на их руки, сцепленные вместе, и сердце сжалось, пропустило удар, заставив ноги двигаться дальше. Тропа вела их через лес, который менял формы.

Если что, Эвер живой хаха. Из последнего, я теперь работаю переводчиком книг, и мне дали одну оч крутую книгу, я тащусь. Постараюсь сегодня-завтра написать вам кое-что, есть у меня интересная идейка! (Кстати, вдохновлен я именно этой книгой хихихих).

Вот. Хыы, мне так нравится, надеюсь, вам тоже! Приятного прочтения, пишите свои размышления в коммы, я буду рад почитать! 🌟🌟🌟 Ну и реакции тык тык.

Когда бетон тротуара кажется реальным, а до столкновения с ним остались не секунды, а даже меньше, Чуя чувствует рывок. Его ловят чужие руки, подпитанные гравитацией Чуи, которая активировалась в последний момент, как только отключилась «Исповедь». Его ловят холодные руки Дазая, который падает на колени, осторожно укладывая Чую на тёплый после дневного солнца асфальт. — Ты… псих… — Чуя тяжело дышит, широко распахнутыми глазами глядя на Дазая. Осознание того, что он жив, что он не умер приходит только сейчас, и с уголка глаза скатывает слеза. — Я знал. Я знал, что ты шагнешь, — тихо, без привычной насмешки говорит Дазай, — ты всегда шагаешь вперёд, даже если это означает смерть, — он невесомо убирает рыжую прядь волос с мокрого от пота виска, — это то, что я ненавижу в тебе. Это то, что меня тянет. Осаму сглатывает, наблюдая за бегающим взглядом Чуи. — Я хотел проверить. Я хотел проверить, будет ли мне больно, если тебя не станет, — голос срывается на шепот, Осаму впервые сбивается, — Я ответил. Накахара резко, неожиданно для них обоих притягивает Дазая к себе за ворот рубашки так, чтобы они соприкоснулись лбами. — Не делай так никогда больше. Слышишь? Никогда. — Обещаю, Чу. 🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾 #соукоку #ангст #флафф

🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾 🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾 Они слишком часто оказывались здесь: на крыше небоскреба Портовой Мафии. Иногда по-одиночке, иногда вместе, но каждый момент был пропитан одними и теми же чувствами: тоска, печаль и одиночество. Было не важно: вместе они смотрят на город сверху вниз или нет, всегда было одинаково одиноко. Порыв ветра, и шляпу Чуи сдувает, он не успевает её поймать, а Дазай даже не пытается этого сделать. — Черт… — Чуя делает шаг к краю, смотрит вниз, но шляпа уже затерялась, вряд ли он сможет найти её. — Накахара, — хмыкает Дазай, подходя ближе и хватая руку рыжего за запястье, больно сжимает, но Чуя даже не оборачивается, — давай сыграем? — Что снова придумал твой гениальный мозг? — он щурится, почти выплевывая насмешливые слова, и резко оборачивается. — Прыгай. — Что? — Накахара поднимает бровь и складывает руки на груди, — с чего ты решил, что я хочу закончить свою жизнь так, идиот? — Знаешь, Чуя, — слащаво тянет Осаму, — ты можешь отпираться, мне не важно, но ты никогда не доверял мне, не смотря на то, что мы уже прошли вместе… — Стой, — прерывает его Чуя, нервно смеясь, — то есть, ты хочешь, чтобы я доверял свою жизнь тому, кто меня постоянно словно сам пытается убить? Да ты псих. — Возможно… — Дазай смеётся, но смех печальный, даже пустой. Чуя хорошо умел различать это, он прекрасно знал каждую нотку смеха напарника, — но если мы сейчас разойдемся, ты не сможешь себя простить, потому что струсишь. Чуя закатил глаза. Пожалуй, в этом Осаму был прав, да и тот точно так же отлично различал каждую эмоцию своего «врага». — Ты сейчас закроешь глаза и сделаешь шаг назад. С крыши, — глаза Дазая опасно сузились, а Чуя застыл, в его голове уже начали крутиться воспоминания, счастливые и не очень, о прожитой жизни, — я использую свою способность ровно три секунды, ты не сможешь активировать гравитацию, я знаю, ты попытаешься, чтобы спастись. Но я сказал: ты закроешь глаза и не будешь их открывать. Ты не будешь знать, когда я отключу «Исповедь», ты не будешь знать, отключу ли я ее вообще. — Ты хочешь меня убить? — тихо произнес Чуя, и в его словах пропал страх и тревога: осталось лишь смиренное спокойствие. Дазай подходит ближе, встаёт вплотную к Чуе и поднимает его голову пальцами за подбородок, они смотрят друг другу в глаза. — Я хочу, чтобы ты понял одну вещь. Ты всегда думаешь, что твоя сила — твоя воля. Но на самом деле, твоя жизнь — это моя воля, Чуя. Пауза. Тишина почти мертвая от напряжения. Чуя медленно закрывает глаза. Чуя делает выдох и шаг назад. Ветер свистит в ушах, когда он падает с крыши, тело кажется на удивление абсолютно невесомым и маленьким перед этой высотой. Чуя пытается активировать способность чисто инстинктивно, но, как и говорил Дазай, у него ничего не выходит. Но внутри не страх, внутри звенящее спокойствие. Он ожидает предательства, он верит, что Дазай просто решил так избавиться от него. Две секунды. Три.

Ихи.

Ну ладно, возможно, не прям супер счастливых…

Я почитал канал свой, почему тут столько стеклища Емае. Я хочу счастливых соукоков, возможно сегодня что-то настрочу. 😒😒😒

Да, я посмотрел Дьявол носит Прада 2, и я просто восхищен этим фильмом, актерами, саундтреками и поднятыми там темами. Как же оно ахуенно. Я попытался передать зарисовкой живость и активность, но не прям вышло, но мне всё равно нравится мя. 🌟🌟🌟

🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾 АУ!где Чуя — модель Диор. 🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾 Свет софитов, живая, зажигательная музыка и множество взглядов, направленных на него. Вспышки камер, клики на кнопки фотоаппаратов раздаются всюду, будто даже заглушая музыку, но на самом деле создавая манящую мелодию. Всё кружится, сияет, и останься сделать последний шаг. Шаг в этот яркий мир. Мир, который называется подиум. Подиум — место, к которому стремится каждая модель, к которому стремится каждый журналист и каждый человек, хоть как-то связанный с модой. Это место кричащего люкса, полета человеческой фантазии и, кажется, нечеловеческих денег. Это богато. Это дорого. Это роскошно. Чуя — одна из открывающих моделей Dior, его образ будет на обложке, он первый, кто появляется на красной дорожке в Милане, столице моды. Высокой моды. Чуя Накахара — тот человек, у которого получилось, который сейчас шагает впереди всех, который ведёт остальных, на него направлен основной акцент вспышек камер. Законодатели моды, критики шепчутся на трибунах об экстравагантности, но при этом утонченности и гениальном их сочетании в образах. Он чувствует себя свободным, он чувствует себя на нужном месте, когда выставляет бедро для очередной фотографии, когда делает изящный оборот и да, это то, чего он хочет. В голове отдаются все звуки ещё слишком долго, но это кажется ничем по сравнению с тем, сколько он к этому шёл. Он чувствует себя особенным, он может играть этим и да, это то, чего он хочет. Яркая, белозубая улыбка. Он создан для этого. 🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾 #безпейринга #Чуя

Булочки, добрый денёк! Сегодня будет очень интересная зарисовка, потому что вчера меня вдохновил один фильмец хыхы. Я не сплю уже неделю, мне плохо.

🌸вент от Войда "🌸🌸🌸🌸🌸🌸🌸🌸🌸🌸" 5 писателей 5 художников 2 эдитора 🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟 🌸уть ивента: Сделать арт/зарисовку/эдит в стиле traumacore по любому фандому или ориджиналу. 🌸словия: 🌸Подписка на канал без дальнейшей отписки 🌸Репост к себе на участвующий канал 🌸До 5-ти работ, юз лс и канала. 🌸апрещается: 🌸Плагиат 🌸Срисовки 🌸Использование ИИ 🌸Жесткая расчленёнка ➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿ А ТЕПЕРЬ, ВНИМАНИЕ. Педо, износ или прочие запрещённые темы, разрешены также ТОЛЬКО намёками и БЕЗ РОМАНТИЗАЦИИ, прямо вы их не показываете если надо. Смысл НЕ В ТОМ чтобы показать что-то проблематичное, а чтобы показать травму от этого. ➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿ Набор идёт с 12.07.26 по 26.07.26 (может быть продлён) Дедлайн будет согласован с участниками ивента.