Ex-Bookseller

Перевезла почти все вещи в новый дом, сегодня закидываю книжки и что-то по мелочи к подругам и собираюсь в Сербию. В этот раз везу много каких-то подарков, мелочей, того, что нужно передать и прочее, но место для книг есть всегда. Беру с собой Пачинко Мин Джин Ли, буду перечитывать Клару и Солнце Кадзуо Ишигуро (первый раз читала в Сапсане, подарок от партнёра, пока ехала к нему), и взяла Семейный Лексикон Наталии Гинзбург (на днях узнала, что она мама Карло Гинзбурга, историка, оказавшего огромное влияние на мою практику, и чья книга с автографом у меня даже есть). Помимо художественной литературы, планирую раскачиваться с письмом, посмотреть черновик, который я не открывала с апреля, и читать материалы по городской истории, истории окружающей среды, концепте found family, и открыть еще один свой черновик, почти годичной давности. Беру заметки из архивов, надеюсь быть продуктивной.

В Алматы пройдёт презентация сборника женского письма «Ал енді өзіміз отырып шай ішейік» В издание вошли 22 прозаических и поэтических текста на русском и английском языках. Их авторки обращаются к темам семейной памяти, языка детства, миграции, дома, материнства, взросления, депрессии, сексуальности, Ашаршылық и последствий ядерных испытаний. Сборник вышел в рамках проекта «Семейная этнография», который в 2022 году основала писательница и исследовательница Эльмира Какабаева. Печатная версия сборника выйдет ограниченным тиражом. Презентация состоится в зале «Ателье» центра современной культуры «Целинный» 8 августа в 12:00. Там же расскажут, где можно будет скачать электронную версию сборника. @magazine98

Делюсь мероприятием в Алматы!

12 августа, в следующую среду, в 19:00 в музее Полторы комнаты буду говорить о прозе поэта. И о прозе ИБ, само собой) Присоединяйтесь! https://brodsky.online/tickets/checkout/14276/

Делюсь мероприятием в Петербурге!

Что происходит летом в жизни PhD студент|ок по истории? Летом многие уезжают из города, где они учатся, и разлетаются — кто домой, кто в архивы (для кого-то эти два места — одно). Я провела за пределами Великобритании пугающе много времени (для человека, которая платила аренду здесь все время, и которая так много сил вложила в то, чтобы переехать сюда). Настолько много, что на паспортном контроле, когда я назвала тему исследования, офицерка вдумчиво кивнула и сказала, что в этом есть смысл. Итак, пять недель лета я честно провела в архивах, параллельно переезжая с квартиры на квартиру, встречаясь с подругами, гуляя по Алматы, и бегучи в театр. К июню уже силы мои закончились — силы черпались из рождественского отпуска, и исчерпались. 6 июля я рассказывала на конференции про макиях в балете через призму транс/пост-гуманизма, вписалась там же сразу в симпатичную инициативу, а потом взяла себе паузу длиной в три дня. После паузы/миниюбки-отпуска началось классическое "я недостаточно много работаю." Дышим, стараемся отпускать (выходит плохо). Разрешаю себе читать, благо после архивов дорвалась до библиотек. Что я прочитала за июль? История болезней, напрямую связанных с индустриализацией в Японии Как мыслят институции Антропологию людей, не имеющих дома (но живущих с ментальными расстройствами) Антропологию любви в тюрьме Историю бешеных псов в Нью-Йорке (извините за такую бессовестную отсылку, речь шла о совершенно серьезном бешенстве и собаках с 1840 по 1920) Сборник по истории детства и пространств для детей Записано/отложено еще пара книг, которые я хочу до своего скорого отъезда дочитать, а потом — в августе, и надеюсь, в сентябре, меня ждет работа по переформулированию своего исследования с учетом последней поездки в архивы и подготовка к двум конференциям.

Планирую прощаться с частью своих книг в Петербурге - часть моей библиотеки включает книги о театре, пожалуйста, напишите, если вам интересно, каким книгам я готова дать новую жизнь, поделюсь списком и обсудим цены.

А, знаете, ещё я прочитала Илиаду на английском, и мне понравилось. Всё, пошла исчезать из канала на полгода 💫

Снова о короткой форме: я еще зимой вписалась в курс по сильному рассказу WLAG. Сейчас его прохожу. Я взяла себе место на курсе, следуя не самой прямолинейной логике: я знаю, что могу писать много. Много — не значит хорошо. Мне нужно научиться сжимать, редактировать, упаковывать в текст небольшого объема хук правой. Это моё слабое место в письме. Не дисциплина, не упрямство, не перфекционизм. С этим я научилась работать, и знаю, что справлюсь. Если проводить аналогии с академическим текстом — короткая форма — это статьи и презентации на конференциях. Я научилась писать продающие абстракты (смотрите, сколько навыков я приобрела за два года только в письме, которые можно применять не в академии! Здесь могла бы быть реклама вашей PhD программы), но думаю, что могла бы еще круче делать презентации. А презентации я пишу. И потом читаю вслух. Для меня сейчас это работает. И я хотела бы опубликовать статью. И мне очень хочется научиться сильному сторителлингу. Но пока я получаю удовольствие от разбора рассказов — по косточкам и рёбрышкам, о чём текст, какая у него структура (вот ещё слабое место моих текстов, кстати!), что для меня работает по ритму, а что — нет. Удовольствие мне это приносит значительное. И заставляет вылезать из соцсетей.

Те, кто со мной знаком, знают, что я обожаю рутины, нежно люблю планы, и по-разному переношу, если что-то идет не так. Когда я описываю свой типичный день кому-то, мне кажется, правда, что звучит это на грани чего-то из Американского Психопата (он, кстати, в фильме моется маслом для душа с маслом миндаля L'Occitane), но рутины создают для меня поддержку, на них точно могу опереться. Одна из них касается книг: уже несколько месяцев я без пропусков по выходным утром читаю один рассказ. Я заканчиваю завтрак, кофе осталось в кофейнике еще на пару-тройку чашек, и я открываю рассказ. Короткая форма — мощь. Не только потому что она должна за короткое время (роман это не только кирпич в пространстве, роман можно спокойно читать несколько месяцев) что-то с вами сделать, но еще и потому что мне намного удобнее не прерывать эту рутину: рассказ удобно прочитать с телефона, если у вас закончился сборник, а на полке больше пока ничего нет. Рассказ утром под кофе не просит лампы рядом с кроватью, чтобы почитать перед сном и расслабиться. В конце концов, через рассказ можно понять, близок вам автор или нет — хотите узнать больше или вам десяти страниц с ними хватило. Сейчас я читаю рассказы Эдит Уортон, по следам фестиваля weird литературы, и наслаждаюсь этими историями о привидениях, пожалуй, чуть больше, чем стоило бы (недавно всерьез испугалась, когда вернулась домой, но сезон пионов — дело такое, пионы правда размером с голову). Как у вас с короткой формой (и призраками)?

Простите, пожалуйста, а почему у Брэма Стокера разнообразная агентность у женщин (хоть и описанная языком викторианского джентельмена), а у Фрэнсиса Форда Копполы единственная агентность женщины — в сексе, а все остальное делают мужчины? Да, мне не понравилась экранизация.

Представляете, взяла свои первые в жизни билеты прям в Париж - не через Париж куда-то, а в Париж. Еду на конференцию, но билеты такие, что немного успею погулять, а место проведения конференции, на которую я еду, в двух шажках от Лувра и Садов Тюильри. Есть ли какие-то книги/рассказы французских авторо|к, которые вам запали в душу?

Быстрое сообщение: всем бегом читать Дракулу. Я давно не читала такого, чтобы мне хотелось обязательно знать, что произойдёт дальше. Постоянно думала, пока читала, о фильме Эггерса, хочу ещё посмотреть фильм Копполы, но книга меня поразила не только историей, но и тем, как она сделана: голос рассказчика отсутствует, вместо этого история рассказана с позиции нескольких действующих героев|инь.

Дочитала Франкенштейн, или современный Прометей Мэри Шелли в романе поднимает вопросы этики в науке, она пишет роман о том, как люди относятся к непохожему на них, вне зависимости от действий (здесь можно и говорить про межвидовое взаимодействие, и про отношение к квир-сообществу в гетеро-нормативных обществах, и о ксенофобии, тем масса). В конце концов, она говорит об одиночестве. И ещё о многом. Теперь я готова смотреть все экранизации, и могу сказать, что фильм The Bride! понравился мне после прочтения ещё чуть больше. Книга устроена очень интересно: есть жанр письма, пересказ чужой истории, пересказ истории третьего, и возвращение к изначальному голосу, меня очень увлекло то, как Мэри Шелли подошла к тексту. В моей голове Франкенштейн — викторианский роман с сеттингом в Англии, но я ошибалась! География — от Шотландии и льдов Приполярья на севере до Альп на юге. Читаю Дракулу. Have yourself a gothic summer.

Женщины двадцать первого века и корейская литература — Яндекс книги ставят под сомнение границы гендера и национальности

Сегодня я получила разрешение на работу ещё в двух архивах! А так эту неделю я провела в Городском архиве, и закончила 1960е в Хореографическом училище. Что я могу сказать предварительно: чем ближе к распаду Советского Союза, тем больше я начинаю узнавать знакомое — при этом я не жила в Казахстане и не занималась балетом. Например: в самом начале 1970х в колледже задумываются о том, чтобы привлекать родителей к обустройству училища (помните эти шторки в класс и побелки летом?). Что все чаще заставляет меня думать о вторжении государства в практики локальных коммьюнити и присваивании этого коллективного действия.

Вчера на мою вотчинг-группу пришло двое, один из этих людей даже остался обсудить просмотренное и получился хороший разговор, так что, удивительно, но чувствовала себя приподнято после этого, хотя казалось бы. Любой разговор на час о балете неплохо пошатывает мои какие-то внутренние метрики успеха. Сегодня был первый день в архиве, и, в каком-то смысле, есть ощущение отката назад — половину дел, которые я заказала, я пролистала и почти сразу готова была отдать (в архиве довольно-таки быстро начинаешь ориентироваться в описях и понимаешь, что бухгалтерия, какой бы хорошей идеей поначалу не казалась, такой по факту не будет), а с другой — как будто я продолжила с того момента, где остановилась, учитывая весь предыдущий опыт (даже то, когда, куда и на какое время нужно уйти на обед). Ещё я подзабыла о том, что после архива мне нужно просто посидеть и посмотреть в стену, точнее, я очень хорошо помнила, насколько в нерабочем состоянии была к вечеру, но сработало пресловутое ожидание того, что в этот раз всё точно будет иначе.

Очень люблю видеть, как облака отбрасывают тени. Прямо сейчас смотрела (и поглядываю) на тень от облака на горе. Мне очень повезло видеть эту красоту.

Естественно, и в эту поездку, "всё заранее" сделать не совсем получилось, поэтому на первые несколько дней (конечная точка пока в будущем) я осталась без доступа в архивы, в которые приехала, но зато с дружескими встречами, обустройством и восстановлением после перелёта. Алматы — очень красивый город, который меняется настолько быстро в каких-то отношениях, что приехать раз в полгода означает почти неминуемый trip: всё вроде знакомое, но тут и там — изменения, какие-то маленькие, какие-то — большие, которые не дают уверенности в себе и знаниях города разрастись до небывалых масштабов. Humbling. Вчера съездила на склад и посмотрела-забрала часть вещей, которые живут здесь, пока мы — где-то. Очень нежное и странное любование жизнью, которую мы себе соорудили: гнездо из текстиля, подобранного по цветам, камня и стекла, бумаги и проводов.