Культура неудавшегося транзита

«Деляга из Испании посадил Союз на кол» Сегодня состоится финальный матч чемпионата мира, в котором сразятся две лучшие сборные планеты – молодая, резво бегущая Испания и действующий чемпион Аргентина во главе с лучшим футболистом всех времен и народов Лионелем Месси (фанаты Роналду, простите). Буду болеть за Аргентину, памятуя о том, как «купленный испанец» (боковой арбитр) и вся судейская бригада «потопили» в 1986-м советскую машину с Белановым, Заваровым и Дасаевым. Разумеется, это шутка; однако трудно вспомнить более обидное поражение сборной Советского Союза на чемпионатах мира. Это при том, что команда вышла из группы с первого места (а в квартете, между прочим, были французы – действующие чемпионы Европы; а также очень крепкие венгры). Оппонентом же по 1/8 стала Бельгия; сборная «ветеранов», треть состава которой была старше 30 лет. Итог того драматичного противостояния – 3:4. Теория судейского заговора против советской сборной активно транслировалась в прессе и на телевидении, а Никита Джигурда и вовсе посвятил этому событию песню: Если бы не тот испанец, мы б бельгийцев замели Этот купленный засранец не дал взять нам Куп Земли Кубок был у нас в кармане, мы бы всем вогнали гол-гол-гол-гол-гол Но деляга из Испании посадил Союз на кол 🎧 Никита Джигурда – Если бы не тот испанец 🤩 Подробнее о матче читайте на сайте «Чемпионата»

Фрагмент советского синти-попа В 1980-х крупные промышленные ведомства, занимавшиеся радиоэлектроникой, выпускали собственные модели синтезаторов, которые должны были стать доступной альтернативой американскому и японскому оборудованию. Так появились, например, «Поливокс» и «Лель-22». Именно на этих инструментах в 1987 году группа «Биоконструктор» записала альбом «Танцы по видео». На пластинке причудливо сочетаются романтика 1960-х с её сциентистскими представлениями о будущем и повседневность эпохи гласности и перестройки. Однако в заглавной композиции предпочтение отдаётся настоящему, ведь «все мы ищем нирвану, / [будучи] ввинченными в плоскость телеэкрана». (вряд ли кто-то станет спорить, что эти строки не утратили актуальности и сегодня). Поэтому единственный разумный ответ на тревоги оказывается неожиданно простым: Тревожные ночи, проблемные дни Прожитые годы как старый фильм – Можно деградировать, можно расти, Можно стать умнее, но лучше смотреть: Танцы по видео 🎧 Биоконструктор – Танцы по видео

В эти выходные «Кинофикация» возвращается в Екатеринбург Пятница, 19 июня. Смотрим «ЧП районного масштаба» (Ленфильм, 1988). Картина быстро стала скандальной – из-за запретов её проката на местах, реакции комсомола, а также из-за крайне тревожных зрительских реакций. На нашем сайте собрана подборка откликов о ленте. Вот, например, один из них: Речь идёт о фильме «ЧП районного масштаба». Я не знала, что в этом фильме есть 2 сцены постельного секса, иначе ни за что бы не пошла его смотреть. [...] Когда кончается фильм, обычно идут и обсуждают те или иные сцены, а тут выходили с поникшими головами буквально все и молча. [...] Мы обсуждали в кругу друзей и сотрудников — и по поручению коллектива все решили потребовать от кинематографистов исключить из наших советских фильмов подобные сцены. Надеемся, пятничная аудитория отреагирует на картину не так чувствительно. ЗАРЕГИСТРИРОВАТЬСЯ Суббота, 20 июня. Лекция о видеобуме в СССР: как видео изменило медиасреду позднесоветского общества, переформатировало практики кинопросмотра – и действительно ли оно способствовало демонтажу советской системы. ЗАРЕГИСТРИРОВАТЬСЯ После лекции состоится мастерская «Кино перестройки и зритель эпохи»: участники поработают с подлинными зрительскими письмами конца 1980-х – начала 1990-х и посмотрят фрагменты фильмов, которые тогда обсуждались острее всего. КУПИТЬ БИЛЕТ Все мероприятия пройдут в Ельцин-Центре

Уже сегодня смотрим «Маленькую Веру» в Переделкино (в 16:30). На сайте «Кинофикации» доступна подборка материалов о картине. Вспомним фрагмент обращения комсомольца из Баку, сравнивавшего ленту с «заразой», которая может проникнуть на землю и превратить её жителей в особый вид – «сексочеловека», коим уже является сам режиссёр. Неужели этот филм снимали наши – советские режиссоры, неужели в этом филме снимались наши актёры? Да, где у режиссора, актёра человеческие гордости? Может он хочет чтобы весь Союз был проститутки? А может он уже «сексочеловек»? А может у него нет доч, сын, и они вместе не ходит в кино? А тот актрису как? Не её брат, родители, муж? А может они хочет научит молодым девкам как найти спутника? А может с этом филмом они заразит Кавказу, Азию? Ну вот спрашиваю: Кому нужен этот филм, что даёт он нам? <...> Передайте им [режиссеру и исполнительнице гл.роли – прим.] что, сексо-филмы, показывает в подполны. Но нельзя такие кадры снимать. Всё можно сделай по другому. И надо снимат фильмы которые нам учат что, и для развлекания, и исторические. Завтра разговор о перестроечной культуре продолжится. Снова остановимся на видеосалонах (да, тема обширная, увлекательная и действительно неисчерпаемая). Программу «Дачной сессии» Европейского университета не будет лишним посмотреть целиком; уверен, каждый найдёт в ней сюжет по душе. Вход свободный Ссылка на программу

16 мая в Европейском университете будет организован видеосалон, в котором можно посмотреть «Кобру» с Сильвестром Сталлоне и «Фаната» с Алексеем Серебряковым. Про «Кобру» можно почитать в канале «Кинофикация». «Фанат» же – одна из первых советских картин о боевых единоборствах, которые ещё недавно были в стране под запретом. Дело в том, что в ноябре 1981 года Верховный Совет РСФСР издал указ «Об административной ответственности за нарушение правил обучения карате», а в 1984-м Спорткомитет СССР запретил этот вид спорта и вовсе: каратэ объявили жестоким «рукопашным боем», не имеющим отношения к спорту, и обвинили в культивировании агрессии. Тренерам грозили штрафы и сроки до пяти лет лишения свободы. Но времена менялись: подпольные секции продолжали работать, маскируясь под ушу, дзюдо или самбо, а в полулегальных видеосалонах множились кассеты с гонконгскими и голливудскими боевиками. Игнорировать массовый интерес к карате становилось всё труднее, и в 1989 году постановлением Госкомспорта ему вернули легальный статус. Именно на этой волне родился замысел «Фаната». У режиссёра Владимира Феоктистова к концу 1980-х в активе была лишь короткометражка и одна проходная комедия, но снять что-то заметное хотелось; тема каратэ казалась идеальной. В соавторы он взял Мурата Джусоева, студента сценарного факультета ВГИКа, который к тому же серьёзно занимался вольной борьбой и каратэ и понимал предмет изнутри. В мае 1990-го «Фанат» вышел на советские экраны и быстро стал хитом: для кинотеатров – важным источником заработка на фоне общего спада интереса к кино, а для Алексея Серебрякова – той самой ролью, после которой он стал звездой. Любопытно, что критики успех картины в основном проигнорировали. Ни «Искусство кино», ни «Советский экран» о «Фанате» особо не вспоминали – а если и делали это, то зачастую ставили его в один ряд с «низкопробными» советскими «боевиками» (вроде «Воров в законе»), списывая успех на конъюнктуру. Прямых упоминаний показов «Фаната» в видеосалонах в моём распоряжении нет, но, учитывая прокатный успех, нетрудно предположить, что история «Малыша» периодически попадала в репертуары отдельных заведений. Хотя царили там, конечно, иностранные звёзды – Жан-Клод Ван Дамм, Чак Норрис, Джеки Чан, Арнольд Шварценеггер и многие другие. Записаться на показ «Фаната» и «Кобры» можно по ссылке

На этой неделе (24–25 апреля) в Европейском университете в Санкт-Петербурге пройдет традиционная конференция «Конструируя "советское"?», которой в этом году исполняется 20 лет. Юбилейное мероприятие отличается от предыдущих тем, что секции формировались не в процессе работы с заявками, а заранее. Выпускники факультетов антропологии, истории и Школы искусств предлагали свои варианты панелей. К сожалению, из девяти запланированных секций осталось лишь шесть. Среди них – дискуссии о разнообразии советской архитектуры, социалистическом урбанизме, новой истории кино, политэкономии, а также об образах лидеров в эпоху революции. Финальная секция будет посвящена обсуждению истории перестройки, распада СССР и советских «после». В программе: комсомольская экономика, баталии между ленинградскими писательскими организациями, управление столицей в 1991–93 годах, а также два неочевидных постсоциалистических сюжета. Предваряет эти увлекательные доклады небольшая лекция о подходах к исследованию этого времени. Присоединиться к мероприятию можно как очно, так и онлайн. Программа и прочие подробности – по ссылке

Доллары, часы и тряпки, или Сегрегация по-перестроечному Долгое время планировал добраться до фонда ЦК ВЛКСМ в РГАСПИ. Рассчитывал найти там материалы о совместных предприятиях комсомола с иностранными фирмами, а также данные о тратах инвалюты. Кое-что на эту тему обнаружить удалось, но «пространства опыта» не сошлись с неоправданно широкими «горизонтами ожидания». Тем не менее, в ходе работы попадались любопытные документы о других сюжетах позднесоветской эпохи, которыми впоследствии буду делиться. Одним из таких материалов стала докладная записка преподавателей Института общественных наук при ЦК КПСС, подготовленная в конце 1988 года. В основе документа – беседы с африканскими слушателями института. Студенты высказывали недовольство по поводу случаев бытового расизма со стороны отдельных советских граждан по отношению к «чернокожим африканцам» на улицах Москвы и в общественном транспорте. Примечательно, что государственные инстанции беспокоил не сам факт бытового расизма, а возможные выводы слушателей из Африки, которые могли прийти к заключению, что в Советском Союзе к чернокожим относятся так же, как на «буржуазном Западе». В записке отмечалось: Слушатели из Ганы и Замбии обратили внимание на факты оскорбительных, граничащих с расизмом выходок со стороны отдельных советских граждан и даже групп из числа подростков и молодежи по отношению к ним в метро, наземном транспорте, магазинах и на улицах города. Эти факты выражаются, по их словам, в демонстративном нежелании сидеть с ними рядом в метро, запрещении это делать детям и школьникам. Имели место случаи открытых оскорбительных высказываний, сопровождаемых сквернословием и гримассами: зажимании носа, закатывании глаз, нарочито громком сморкании, сплевывании на пол и т.п. Подростки и молодежь требуют доллары, часы, тряпки. По словам руководителя группы из Ганы, все ганские слушатели считают себя коммунистами и отдают отчет в том, что оскорбительные выходки со стороны отдельных лиц и групп хулиганствующих подростков, с которыми им приходится сталкиваться, вовсе не отражают отношения москвичей к людям с черным цветом кожи. Однако следует учитывать, что не все чернокожие африканцы из числа обучающихся в партийной школе, являются коммунистами. Некоторые из них до приезда в СССР учились в других странах, включая и капиталистические. Какая-то часть чернокожих слушателей после окончания курсов в СССР может выехать для продолжения образования в западные страны, где отношение к чернокожим хорошо известно. Поэтому, если не будут приняты соответствующие меры, у некоторых африканцев может сложиться впечатление, что отношение к чернокожим в странах социализма такое же, как на Западе, что в корне неверно. 📜Источник: РГАСПИ. Ф. М-1. Оп. 3с. Д. 383с. 📷Фото из коридора архива.

На этой неделе у меня сразу два события, так что буду очень рад увидеться офлайн. 9 апреля в 19:00 в Музее Москвы поговорим о советской материальности. Не как о наборе отдельных артефактов, а как о части истории города: московских улиц, домов, учреждений, квартир, маршрутов и повседневных привычек. В такой оптике вещи становятся важным источником для понимания того, как жила Москва, как менялась городская среда и каким образом материальный мир формировал опыт горожан. Отдельно хочется обсудить и то, как эти вещи продолжают жить в постсоветском городе. После распада СССР они никуда не исчезли, а остались в бытовой среде, в визуальном облике Москвы, в памяти жителей и в новых культурных контекстах. 10 апреля в 17:15 буду выступать на non/fictioN весна. Ищите нас в зале № 1. Вместе с Ириной Глущенко и Леной Малой будем презентовать и подписывать книгу, почти как взрослые и уважаемые авторы. Приходите, буду очень рад всех видеть. PS Фото с презентации в музее Бродского

Опять неудавшийся транзит? Уже два месяца на этом канале не было апдейтов. Причин тому много – от экзистенциального / творческого кризиса авторов до банальной нехватки времени. Так вышло, что в последний год у «неудавшегося транзита» остался лишь один автор. Поэтому хочу предложить читателям-энтузиастам, которые занимаются (или просто интересуются) перестройкой, включиться в процесс производства контента. В шапке профиля есть мой контакт. Будем знакомиться и искать дальнейшие форматы развития проекта на равноправных началах [если, разумеется, мессенджер вообще будет жить на просторах необъятной]. Теперь о друзьях-товарищах: I. Некоторое время назад коллеги попросили меня отыграть роль говорящей головы на конференции «Пространства чтения» в Европейском университете, которая пройдёт уже 9–11 апреля. Конференция организуется преимущественно студентами и аспирантами, что делает её особенно живой и уютной. Следите за апдейтами в одноименном tg-канале конференции: там можно найти полную программу и ссылки на онлайн-трансляции панелей. Кроме того, одну из секций мы прокомментируем вместе с Дмитрием Козловым, автором популярного и легендарно канала «Корги-комсорги». Должно получиться увлекательно (но это не точно). II. Совсем недавно в telegram в качестве автора стремительно ворвался Миша Мельниченко – автор широко известного указателя советских анекдотов, который вышел в издательстве «Новое литературное обозрение». Анекдоты филолога Владимира Бахтина теперь могут окончательно переехать в «артель красная синька», но я порой буду воровать их совершенно вероломно. Кажется, всё. Буду рад потенциальным соавторам проекта, потому что действительно считаю его вполне качественным и информативным. Более того, есть идеи для его развития, которые можно воплотить в жизнь только с качественной командой. (мем для привлечения внимания и несет исключительно развлекательную функцию; хотя может кому-то пригодится в кризисной ситуации)

В 1990 году в Ленинграде начал выходить новый журнал «Криминальный альманах». Он был задуман как печатный орган «Криминального бюро» – новой общественной организации, задачей которой стало изучение уголовной практики во всех её проявлениях – от архивных дел до рапортов участковых, от мелких рецидивистов до организованной преступности. Главным редактором издания стал писатель и сценарист Станислав Родионов. В первом номере он отметил, что авторы журнала будут пытаться ответить на множество «почему» эпохи перестройки и обновления: Почему преступность растет быстрее, чем пекутся булки? Почему, чем дольше мы строим правовое государство, тем меньше в нем правопорядка? <…> Почему в средствах массовой информации возобладал грубый социологизм, когда нравственное падение личности арифметически оправдывается социальными условиями? Почему воровать стало не стыдно; почему украсть стало моднее, чем честно заработать? <…> И еще сотни «почему». Как-то я принес в один из ленинградских журналов детективную повесть. Ответственный работник прочел, похвалил, вздохнул и вернул рукопись: «Все хорошо, интересно, но вот ваш преступник оказался сыном Берии…». Журнал «Криминальный альманах» будет, образно говоря, искать таких «сыновей Берии». Наш девиз – истина, справедливость и правопорядок. И мы надеемся на помощь думающего и заинтересованного читателя. В первом выпуске известный ленинградский филолог Владимир Бахтин опубликовал занятную подборку «криминальных анекдотов» [см. изображение №2–3].

О репертурах видеосалонов Некоторое время собираю данные о репертуарах видеосалонов на закате советской эпохи. Пока массив небольшой – в моих списках немногим больше 150 фильмов. Немного анекдотов на этот счет: Видеосалоны располагались где угодно: в домах культуры, в подвалах, в заброшенных зданиях... Но мои любимые примеры – это загсы («дома счастья»), бани, школы, ДЮСШ и даже детская стоматология (!). Пока детям лечили зубы, взрослые по соседству могли скоротать время за зарубежными «новинками» – от «Безумного Макса» до «Эммануэли». К сожалению, культура перевода названий тогда разнилась от салона к салону. Как следствие, многие фильмы сейчас невозможно идентифицировать и атрибутировать. На местах этот аспект часто считали непринципиальным. Например, культовую работу Джона Карпентера «Нечто» переводили как «Тварь» (отчасти логично – «The Thing»). Бывало и так, что перевод вообще не занимал прокатчиков. Яркий пример: в салоне при санатории крутили просто «Брюс Ли». А в одном комсомольском зале анонсировали фильм, который сегодня не опознать – «Жаркий секс в Дании». Скорее всего, это мог быть любой фильм для «взрослых» (в стране, первой легализовавшей порнографию, к концу 1980-х их было произведено предостаточно). Пока в списках лидируют «Полицейская академия», «Рэмбо» и «Кровавый спорт». Много упоминаний «Пьяного мастера», «Бегущего по лезвию», «Конан-варвара» и других. Самое интересное – это сочетание места и фильма. Так, например, «Греческую смоковницу» и «Историю “О”» можно было найти в репертуаре школьных видеосалонов. К слову, недавно в издательстве «Альпина нон-фикшн» вышел перевод книги Криса Нашавати «Будущее было сейчас» – о восьми голливудских научно-фантастических фильмах 1982 года, ставших культовой классикой. Среди них, разумеется, «Бегущий по лезвию», «Конан-варвар», «Нечто» и другие ленты, которые массово крутили в (полу)легальных салонах на рубеже 1980–90-х. ‼️ Если у вас есть верифицируемые сведения о репертуарах видеосалонов – напишите мне, пожалуйста (контакты в шапке канала). Буду бесконечно признателен!

«Шмон»: немного о форме и… феминитивах В 1990-м году во втором номере «Вестника новой литературы» вышел роман Виктора Кривулина «Шмон». Когда-нибудь (но это не точно) здесь появится заметка о нем, но не сегодня. Сегодня же пару слов о форме: 1. Как это читать и понимать? Весь роман представляет собой одно развернутое предложение, занимающее 60 страниц журнального текста. Оно изобилует запятыми, точками с запятой, вопросительными знаками, за счет чего обрастает бесконечными дополнениями, уточнениями, метафорами и сравнениями. Из-за этой плотности с первого раза практически невозможно разглядеть сюжет. Крайне сложно удерживать нить повествования: начатая мысль нередко находит продолжение лишь через страницу (а то и позже). За этим экспериментом на формой кроется не стремление автора выстроить классический диалог или предложить четкую сюжетную линию, а желание представить мир «Шмона» как многоголосый, взламывающий литературные конвенции; мир «тупика современной российской прозы». Томас Эпстайн усмотрел в логике письма Кривулина парадоксальную основу: инертный массив текста органично сочетается с маниакальным речевым напором: Этот полилог, возможно, представляет собой не столько иронически переосмысленную «соборность», сколько гиперболически литературный нарратив, вымеряющий пограничную территорию между коллективно-множественным и номадическим, замкнутым на самого себя голосом. <...> Однако все эти нарушения конвенций, резкие перебои тона, лексики, обсуждаемых тем предвещают отнюдь не «свободную игру» означающих и не просто изобретательный текстуальный коллаж, а коллизию, столкновение и, возможно, крах: СССР, неофициальной культуры, надежд подразумеваемого автора «Шмона» [Новое литературное обозрение. 2018. №4 (152)]. 2. Заглавных букв в тексте нет! (ну почти) Обратите внимание на свои чаты в тг – наверняка в некоторых из них люди пишут почти все сообщения, используя только строчные буквы, делая исключение разве что для имён собственных. Кривулин пришёл к такой практике ещё до появления мессенджеров, сознательно игнорируя общепринятые правила. Но не без исключений. Например, «горький» (и город, и писатель) у него всегда начинается со строчной, а «Сахаров» – с прописной. Впрочем, и тут есть своя оговорка: когда речь заходит об «известном детском писателе сахарове, наркоме и алкоголике (некоторые почему-то считают алкоголизм и наркоманию несовместимыми), буяне, клептомане и скандалисте», авторское правило вновь обретает привычные очертания. Вообще в «Шмоне» только Андрей Сахаров и Леонид Аронзон удостоились права на прописную букву. Остальные же персонажи превращаются в гиперболизированные имена-маски, создающие ироническое пространство – особенно ярко это проявляется в навязчивом возвращении к «горькому», будь то писательский псевдоним или город, носящий его имя. 3. Обещанное – о феминитивах Повествуя о детском писателе Сахарове – «наркоме и алкоголике», – Кривулин дополняет его портрет определением «морганатический муж», а историю его любовницы, уехавшей в Нью-Йорк, превращает в неожиданный комментарий. В этой части автор предлагает один из возможных подходов к современным дискуссиям о феминитивах. той самой, что сейчас в нью-йорке что-то пишет о русском феминизме, что-то вроде книги в жанре новой журналистики – с документами и яркой личностью автора, а точнее, авторши, хотя присутствие женского рода в русском языке, в отличие от безродного английского, должно бы служить серьезным аргументом в пользу противников женского движения в России Роман точно заслуживает внимания; особенно учитывая, что он не на слуху и (за редким исключением) не включается в позднесоветский литературный / подпольный канон. Почитать его можно в «Вестнике новой литературы» (№2) на незаменимом сайте «Imwerden».

РОЗЫГРЫШ Коллективная монография «Сделано в СССР. Материализация нового мира» под редакцией Александра Фокина — это разговор о Советском Союзе через вещи, объекты и инфраструктуры. Авторы предлагают посмотреть на Советский Союз через призму вещей и инфраструктур — не как на нейтральный фон, а как на активных участников исторического процесса. Материальные объекты связывали государственные проекты с повседневными практиками, превращая абстрактные идеи в осязаемый опыт. Электросети и планы тотальной электрификации, избирательные процедуры, культурные индустрии, детский мир, любительские игры и дизайн массовых товаров — все это формировало плотную ткань производства, обращения и использования вещей. В этой материальной среде воспроизводился сам порядок советской жизни: способы действия, горизонты воображаемого и социальные отношения. Хотите узнать больше? Издательство НЛО и USSResearch разыгрывают три экземпляра книги «Сделано в СССР. Материализация нового мира». Условия участия: Подписаться на каналы @nlobooks и @USSResearch Нажать кнопку Участвовать внизу поста Трёх победителей выберем случайным образом 19 января Участников: 448 Призовых мест: 3 Дата розыгрыша: 12:00, 19.01.2026 MSK (2 дня)

23 декабря 2025 года исполнилось 90 лет Якову Аркадьевичу Гордину. С одной стороны, это фигура легендарная: друг Бродского, Битова, Рейна и многих других известных современников. С другой, его труды продолжают влиять на культуру здесь и сейчас. Например, буквально за несколько дней до юбилея он выступал в Музее Анны Ахматовой с лекцией, на которой можно было узнать «всё о декабристах». Гордин сыграл важную роль и в культурной истории перестроечного Ленинграда. Он был одним из идеологов городской писательской организации, которая на рубеже 1989–1990 годов вступила в острый конфликт с партийным обкомом и Леноблгорсоветом. Власти пытались взять под контроль недавно реабилитированный журнал «Ленинград», что сами литераторы расценивали как возвращение к командным методам управления. В 1990 году Гордин написал открытое письмо последнему первому секретарю обкома Борису Гидаспову, где прямо изложил свои претензии к такому курсу и к формированию узкого круга приближённых. Письмо было опубликовано в газете «Литератор» [№4, 1990]: Почему Вы, Борис Вениаминович, считаете, что Ленинградская писательская организация, в которую входит достаточно писателей и ученых с мировыми именами, не сумеет без помощи обкома разобраться в своих делах? Неужели обком до сих пор не можете понять, что партийная должность сама по себе не прибавляет людям ни ума, ни квалификации, ни опыта? <…> Неужели Вы в самом деле думаете, что писатели <…> не могут обойтись без помощи т.т. Гидаспова, Денисова, Ефимова и других представителей нашего политического интеллекта? Ну когда же, Борис Вениаминович каждый будет заниматься у нас своим делом? Ведь когда сапоги начинает тачать пирожник ничего кроме конфуза не получается. Бюро обкома поручило издавать журнал «Ленинград» Леноблгорсовету. Очевидно, панели и мостовые у нас сияют чистотой, торговля кипит, преступность повержена и Ленсовету только и осталось, что заняться изящной словесностью. Вам это не кажется нелепым? К сожалению, история литературного процесса второй половины 1980-х – 1990-х годов до сих пор изучена недостаточно. Можно вспомнить разве что работу Биргит Менцель, которая наметила контуры расширения свободы в «толстых» журналах в 1980-х. Или Арлена Блюма. Ленинградские же литературные «войны» остаются ещё более запутанным сюжетом: внутри противоборствующих лагерей существовали собственные противоречия, анализ которых мог бы прояснить конкурирующие стратегии лоббирования, а также влияние вышестоящих писательских структур на развитие конфликта. 🖋 В комментариях см. забавные поздравления брата с днем рождения, подготовленные Михаилом Гординым в 1985 и 1987 годах.

В 1980-х перестроились все, в том числе и карикатуристы моей любимой художественной артели «Боевой карандаш». Возникшие в годы войны как инструмент военной пропаганды, возрожденные в 1950-х как орудие борьбы со стилягами, тунеядцами и очковтирателями, в 1980-х они обращаются (когда разрешили) к острым темам: бедности и дефициту, «упадку культуры», проституции. Или вот, к НЛО, которые в Перестройку интересуют советских граждан не только как пример (пока) неуточненного знания или как конспирологическая гипотеза, но и как вполне одомашенный феномен, повзоляющий критиковать «отдельные недостатки». #боевой_карандаш

«Водка, шампанское, икра», или Комедия о перестроечном прокате Недавно дописал большой текст о прокате после кинореформы 1988–89 годов. При работе над ним обнаружился весьма занятный эпизод. В эти годы государство стремилось минимизировать издержки. Финансирование кинематографа, разумеется, урезали одним из первых. Чтобы избавиться от «неликвида» – убыточного проката, – кинематографисты решили передать его в систему Минкульта. Результат был плачевным: прокатчики оказались в катастрофическом положении и стали требовать возвращения под крыло Госкино. Пока в киносообществе обсуждали, нужно ли это делать и как, нашлись предприимчивые люди, которых смело можно назвать «ранними новыми русскими». Один из них – Исмаил Таги-Заде, любивший рассказывать, что сколотил состояние на кооперативном предпринимательстве (в том числе на продаже породистых лошадей). Он создал Ассоциацию киновидеопрокатчиков и начал активно привлекать в неё региональные объединения. В то время как на счетах Госкино было ноль инвалютных рублей, а долги перед зарубежными партнёрами росли, Таги-Заде закупал оборудование для кинотеатров, поставлял копии голливудских боевиков (и не только), выдавал солидные подъёмные на развитие бизнеса. Также он поощрял прокатчиков зарубежными поездками – например, на международные кинорынки. Как отмечал Олег Руднев (директор В/О «Совэкспортфильм»), делегация от Ассоциации потрудилась в Каннах и Санта-Монике с впечатляющим размахом: В солнечную Калифорнию, на кинорынок в Санта-Монику АСКИН привез 70 советских работников кинопроката, оплатив им в валюте проезд, пребывание в самой дорогой гостинице, выдал на руки карманные деньги по неслыханным для обычных командировочных нормам, сделал дорогие подарки. Сам президент АСКИНа арендовал дорогой лимузин, устроил прием в Хаммеровском центра Лос-Анджелеса. Видавшие виды американцы были потрясены размахом купеческого загула «доктора Таги-заде», как значилось на пригласительных билетах. На открывающийся 9 мая Каннский кинофестиваль АСКИНом готовится уже десант в количестве 600 (!) человек. При этом изготовляется массовая партия водки в специальных штофах. День кино 27 августа АСКИН намерен провести в море. Арендуется корабль за 15 миллионов рублей, куда приглашаются счастливые избранники АСКИНа. Естественно, вновь водка, шампанское, икра. Корабль, салютующий из всех орудий «важнейшему из искусств», отправится в круиз по дальним странам. Действительно, комедия. Особенно, если учесть, что многие из этих прокатчиков годом ранее получали заработную плату на уровне 80–150 рублей. 📷 Здание кинотеатра «Художественный». г. Москва. Октябрь 1991 года.