Г. Канабеев. Постфактум

Эй, государство! Я тут истину познал, пришел тебе ее донести – как поднять рождаемость в стране. Запиливаешь закон – после рождения ребенка и по достижении им 18 лет, женщина получает следующее: любые пластические операции в лучших коммерческих клиниках за счет государства, любые лекарства, БАДы, витамины и т.д. оплачивает государство. Неважно, что женщина хочет себе сделать после рождения ребенка: сиськи, жопу, морду лица, обновить матильду, откачать жир – все, что угодно – оплачивает государство. Когда ребенку исполняется восемнадцать, государство пожизненно оплачивает все то же самое, но пятьдесят процентов. Если женщина рожает еще одного – снова все бесплатно. Через двадцать лет в России даже тундра будет заселена, тайга и все, что за северным полярным кругом.

Ладно. Так уж и быть. Я согласен быть непопулярным писателем. Просто останусь культовым гы. Сходил отзывы почитал. "Темнота двигалась...Откуда он взялся в этой темноте и где он был до этого, Климов не понимал. Но больше всего Климова пугало, что он не мог разобраться, кто он и почему думает о себе как о Климове..." Но давайте начнём с самого начала? Хотя понять ещё, где оно это начало... "Башня" Герман Канабеев Издательство Альтернативная литература Он очнулся в лифте многоэтажного здания-башни. Он не знает, кто он и как тут оказался. Он только откуда-то знает, что он - Климов. Исследуя этажи, Климов пытается найти свое место в башне и обрести предназначение. Пробует то одно, то другое дело, но один вопрос не дает ему покоя по какому адресу находится это здание? Никого в башне кроме него этот вопрос не интересует, все живут как могут: каждый на своем этаже, занятый привычными заботами. В поисках ответов Климов заходит дальше, чем кто-либо и вплотную подходит к разгадке, что такое башня и что есть существование в ней. "Только от того, где ты, зависит кто ты есть." Ну что, готовы отправиться по этажам башни вместе с Климовым? Готовы попытаться узнать секреты этой самой башни? Готовы бороться за себя до конца? Вообще это было моё первое знакомство с творчеством автора, и знали бы, как мне понравилось. Даже не думала, что это будет ТАК интересно. Я буквально прочитала эту книгу за несколько вечеров, так интересно было узнать, что ждет Климова на следующем этаже, получится ли у него разгадать тайну этой башни, да и вообще как сложится его жизнь и получится ли у него побороться за себя. Честно, я делаю это не так часто, но тут и правда готова советовать эту книгу каждому. Да-да, вы не ослышались. Эта история - притча, обличенная в роман, в прямом смысле этого слова. Эта книга о реальности: об истинной свободе духа, о человеке-герое, который творит свою жизнь самостоятельно, о тех, кто, наоборот, просто приспосабливается к условиям жизни и занят лишь выживанием. "Наверное, свобода, - продолжал размышлять он, - это даже не то, что можно обрести, она, может, и не для человека вовсе, в том смысле, что ее можно заполучить, но затем, чтобы можно было к ней идти. Тогда каждый шаг будет доказывать, что живешь по-настоящему и жизнь с тобой не случается, жизнь — это и есть ты..." Эта книга о людях, о реальности, о попытках освободиться из привычных и укоренелых правил общества, о попытках не быть, как все, оставаться собой и не потерять себя. Книга о том, что может не всё в этой жизни и предрешено судьбой. Каждый из нас сам кузнец своей жизни, не нужно полагаться на кого-то, нужно действовать, и пора бы это уже запомнить... Да в конце концов эта книга и о любви. Несмотря на то, какие тему поднимаются в этой книге, читается она невероятно легко и быстро. Здесь буквально погружаешься в то, что творится в этой башне. Да, думаю, что кому-то эта книга может и не понравиться, но он точно вынесет из неё что-то для себя, она точно заставит его задуматься о жизни. Так что и правда, может вас в какие-то моменты будет напрягать сам Климов, ну лично у меня было так пару раз, может, в какие-то моменты вы будете не согласны с тем, что происходит, может, вам даже не понравится история, но в любом случае чему-то она вас точно научит, о чем-то в этой жизни заставит задуматься... Вообще что-то мне подсказывает, что говорить об этой книге я могу ещё долго и пора бы уже заканчивать, так что если вы вдруг хотите взглянуть на вашу жизнь немного под другим углом, то смело берите эту историю в руки и погружайтесь в мир башни. "Никакая ситуация не может долго оставаться вне установленных правил, рано или поздно она будет этим правилам подчинена. Только непостоянство постоянно..."

Я тут с утра вот, что подумал. Мы должны отстать от современных подростков. Дескать, они кривые какие-то и неприспособленные. Им же ещё третью мировую войну воевать. Пускай потупят ещё немного.

Доброе утро, например. Упоролся.

Я же пока несколько лет уже свой роман не пишу это же не значит, что я вообще не пишу. Пишу. Только не себе. Я же этот - ghostwriter. По-французски звучит красивее, конечно - nègre littéraire, но я с такой терминологией не согласен. Ну, какие ещё негры в наших широтах? Так вот. Запилил книгу одному очень, ну, очень известному человеку. Ну, прям ооочень известному, кому не скажу, мне нельзя. И она ему зашла в первом же варианте. То есть попал в точку я прям. В голос и в мысли. А это нон-фикшн, а тут дело такое. Очень приятные ощущения. Это далеко уже не первая книга на заказ, но особенность в том, что я сам в восторге от заказчика, масштабнейший человечище.

Зашёл на Яндекс Маркет. Много думал.

Из интересного. Прокатился на скорой в больничку. Думал сдохну. Не сдох. В больничке много думал. Особенно в промежутке между: всё мне пиздец, счёт идёт на часы и да нихуя подобного - это фича, а не баг. Пришёл к двум выводам. Первый. Люди по-прежнему долбоебы и остаются такими в любых условиях, им, что мир, что война, что смерть, что боль, что счастье - ни хуя их не прошибает. Второй. У меня есть семья. Я сам её создал и в ней чуть больше людей, чем я предполагал, когда всё только начиналось. А, да. Ещё из интересного. У Clawfinger новый альбом вышел. Через двадцать лет. Збс.

Актуальные вопросы Первомая Большинство наших сограждан и единомышленников не различают труд и работу. Убежден, что именно этот диалектический затык не позволяют нашему обществу осознать истинный смысл "Первомая" и того, что нам дала советская античность. Работает каждый из нас, несмотря на желания и стремления. Потому как работа есть единственный способ не помереть с голоду или не скатиться в жизнь маргинала. 96% процентов нашего общества "не вписались в рынок", как завещали Чубайс и Ельцин. Поэтому работа это ни что иное, как способ выживания. Труд это свойство свободного человека, способного отдавать свои силы на благо других, не взирая на вознаграждения, награды и социальный статус. Можно сколь угодно насмехаться над Владимиром Лениным, который "носил бревно", но покажите современного начальника способного на столь свободный труд, как Ильич. Максимум на что способны современные элитарии - кинуть пару лопат земли в заранее подготовленные ямки и быстро уехать с первомайского мероприятия на важные совещания и согласования. Труд - это свойство свободного человека. Не зря работа является однокоренныым словом с понятием "раб". Несвободны люди, получающие зарплату. Несвободны коммерсанты, зависящие от закупочных цен, китайских производителей и налоговой. Несвободны мелкие и средние начальники, обреченные стегать кнутом зарплат и премий своих подчинённых. Несвободны крупные начальники, зависящие от инвесторов и "лучших людей города"(с). Свободен только тот человек, что способен отдать свое время, силы и средства в интересах таких же как он. Труд максимально гуманистичен и обезличен, потому как принадлежит всем и никому одновременно. Поэтому решение о труде это добровольное решение. Ни налоговый вычет, ни премия, ни звание, ни должность за труд не положены. Поэтому Первомай это праздник свободных людей. Тех, кого начальство подневольно загоняет на демонстрации и подобную имитацию = на работе. То есть являются рабами по своей сути. Отрицающие и хулящие Первомай такие же рабы. Но это рабы капитала, который превращает свободных людей в господ. А каждый господин мечтает обладать рабом, который будет безропотно исполнять волю господина. Трудитесь, дорогие друзья и товарищи! Это есть истинная свобода. Но не забывайте работать, потому что без работы в современном мире либо сдохнешь, либо превратишься в маргинала. С Первомаем, свободные люди!

В общем - свершилось. Четыре года выкинутых черновиков и размышлений и походу я, наконец, понял, что именно хочу написать. Где-то пятнадцатый вариант пролога теперь мне кажется годным. Такая моя писательская засада, пока я не напишу начало, которое меня устраивает, я не могу продолжить. В общем, роману быть. Рабочее название - Хамистаган. Вот с таким прологом я примирился: Отец Савелий вышел из церкви, обернулся и чуть было не перекрестился, но вовремя остановил знамение. Бесчисленное количество раз он осенял себя крестом и каждый раз делал это машинально, так же естественное, как чихал, моргал или шмыгал носом. И вот, когда предоставился случай сделать это осознанно не смог – духу не хватило. Мороз стоял такой, что, казалось, треснуло небо оттого, что космос над ним теплее, чем земля под ним, и в трещинах обнаружились бесчисленные синие звёзды. Отцу Савелий ухнул паром изо рта, поднял воротник армейского бушлата, надетого поверх облачения, нахлобучил поглубже шапку ушанку и на удивление резво для его тяжелого тела пустился под горку по дороге от церкви к больнице. Как раз в этот момент дежурный врач городской больницы №1 – Анатолий Семенович Щирый добежал от церкви до центрально входа, взлетел по лестнице на третий этаж, ворвался в свой кабинет, подскочил к окну и приложил ладонь к разрисованному изморозью стеклу. Изморозь под ладонью сдалась и теперь ему было видно, как бежит к больнице, размахивая руками, отец Савелий похожий на большую нелепую птицу, перепуганную оттого, что сколько ни старается, никак не может взлететь. Щирый не понимал, что задумал отец Савелий и зачем тот сюда несется. Щирый планировал закрыться у себя в кабинете и больше не выходить из него никогда. Ему было невыносимо думать о том, что весь этот огромный мир за окном, больше не то, что Щирый всегда о нём думал. Щирому хотелось лечь на кушетку, где недавно умер его пациент, закрыть глаза и лежать так, пока всё не закончится. Что именно должно закончиться, Щирый осознать не мог, но его устраивало слово – всё. То же чувствовал и отец Савелий. Он уже добежал до больницы и со всего маху впечатался в двери, забыв, что открываются они наружу, а не внутрь. Это немного привело его в чувство, отец Савелий потер ушибленный лоб, распахнул двери и ломанулся внутрь. Он пробежал мимо охранника, который даже не шелохнулся, но проследил весь путь отца Савелия от двери до лестницы и только покачал седой головой, когда отец Савелий рванул на второй этаж, где Щирый все так же лежал на кушетке и пытался уместить в свою голову все, что произошло за последние сутки и если не смириться, то хотя бы не сойти с ума. Грохнула об стену открывшаяся дверь. Щирый поднялся и сел на кушетке. Отец Савелий никак не мог отдышаться, он сопел как вынырнувший из воды бегемот, уперевшись руками в колени и глядя в пол. Наконец, он перевел дух, закрыл за собой дверь и глянул на Щирого такими страшными глазами, что тот поежился и сразу как-то подобрался, будто чувствовал, что сейчас его будут бить. – Он! – прохрипел отец Савелий, прокашлялся и показал на окно, – он откуда взялся а? И не темни, Анатолий Семенович, все как есть рассказывай! Щирый глянул куда показывал отец Савелий, там за окном в отпечатке ладони Щирого, под которым оттаяла изморозь, вдалеке тускло поблескивал церковный купол. Щирый в ответ только пожал плечами. Отец Савелий уселся рядом с ним на кушетку, скомкал шапку ушанку в руках и затих. – Что же теперь будет? – спросил Щирый не столько батюшку, сколько вселенную в принципе. – Я не знаю, – ответил отец Савелий и вздохнул так глубоко и так горько, что Щирый отчетливо понял – ничего хорошего.

С праздником, православные!