Гламис, убийца сна

Докажи, что ты есть Ох. Это прямо мое-мое. Это прямо то, что я обожаю. Абсолютно понимаю, что это спектакль не для всех – и видел, как с него уходили люди, но боже, насколько я обожаю такие вещи. Во-первых, повторяющиеся части. В основе спектакля – встреча девушки с «тетенькой», с которой она сталкивается где-то, что ощущается кладбищем или садом – «А не подскажете, как пройти к третьем участку, сказали прямо-прямо». И эта встреча повторяется несколько раз, но дополняется новыми деталями или вещами, которые полностью перетряхивают все, например, когда героини начинают говорить между собой на причудливом вымышленном языке, похожим на мешанину из разных языков. И каждая такая встреча заканчивается признанием от одной из них – «Я есть вселенское зло». И каждая такая встреча заканчивается предложением – «Догони меня, Лидия. Догонишь меня, рай во всем мире, а не догонишь, конец света». И если первые несколько раз кажется, что Лидия отказывается участвовать в этом, то в третий раз – практически по канонам сказки, она пытается догнать ее. И вообще, вся эта часть очень сильно напоминает по настроению и подаче притчу или сказку, ты постепенно вязнешь в этом повторении, в повторении фраз – «Убиенько! Странная фамилия». «Добренькая!» «Где ты живешь? Везде». Но каждое это повторение в итоге как будто добавляет ощущения чего-то иного, чего-то выходящего из этой петли. И Аня Некрасова, играющая ту самую «тетеньку», Убиенько, Киборга-убийцу, все более и более плотоядно улыбается. Или актрисы проигрывают первую сцену стоя, во второй сцене садятся, а в третьей, когда они начинают говорить иначе, они надевают воротнички как у судей. А Лидия, с каждой репликой про «голые ноги, нельзя же голой, я дам тебе чулочки» одевает на Зло мира жемчуга. Все это завораживает и вместе с музыкой, вместе с самой подачей актрис – манит за собой, играть в эти догонялки. И эти догонялки в итоге превращаются в пластический танец, где Аня и Юля зеркалят друг друга, ведут друг друга и это просто роскошно работает в том, как все построено – обе актрисы изначально в одних спортивных костюмах с маской хання на сердце. И здесь еще прекрасно показан момент победы Зла (я не могу называть ее Убиенько, для этого персонажа Зло подходит сильно лучше) – Лидия застывает и Зло измазывает ее черным, посыпает перьями. По сути, превращает в такое же нечто, существо из грязи, пугало, стоящее на обочине. Здесь стоит сказать про вторую вещь, которая меня зацепила – это то, как в этот спектакль можно крутить и вертеть с точки зрения смыслов и пересобирать какие-то вещи. И не стоит забывать про повторяющуюся фразу – «Добренькая», которая кажется предупреждением – насколько сама доброта может оказаться приглашением для Зла и в итоге повлечь за собой тот самый конец света. Побегу ли я, чтобы спасти мир? Пожертвую ли собой? То же сходство героинь и их зеркальность, вместе повторением фраз и финальным поворотом, на самом деле, можно трактовать и как подмену того же Зла человеком и как то, что Зло живет в каждом человеке. А можно опять же трактовать и как ту самую фразу, вынесенную в название спектакля – «Докажи, что ты есть», когда напротив тебя сидит такой же человек, как ты. И здесь у меня возникает еще ассоциация с Самозванкой из Мор.Утопии – такая же сестрица, Шабнак-адыр из грязи. И финал в этом плане тоже прекрасен – готовы ли мы принять, что героиня в итоге умерла, но спасла всех? Докажите мне этот финал. Докажите мне, что мы есть, а Лидия умерла ради нас и спасла нас, что мы можем жить, работать, отдыхать, радоваться, а не муляжи, которые ходят по земле, чтобы Лидии не было скучно. В этом плане вся вторая часть, сделанная как ток-шоу с рекламой спонсора – «Магазин. Большой ассортимент! Низкие цены!» – становится такой абсурдной передышкой после спирали встреч с Злом, даже музыка, напоминающая ситком, закадровый смех (хотя где-то мы все смеялись). Но в тоже время ощущение чего-то безумного и тревожного нарастает и есть ощущение чего-то не того. Три цепи на шее у Лидии, звенящие, когда она подается вперед к зрителям на первом ряду – «У вас тушь размазалась» – и пристальный взгляд, пока ее не одергивает Зло. Или перерыв, когда мы остаемся наедине с Лидией, пытающейся расспросить зал – «А что собственно происходит?» Здесь есть это прекрасное нагнетение и смерть Лидии, отсутствие необходимости доказать, что она жива, что она есть, кажется спасением. Как будто вот эта цепочка прервалась – и даже звонок от «какой-то тетеньки, которая спрашивает про чулки» не может вернуть все на повторение пройденного. И опять же, возвращаясь к смыслам, что тоже добавило ощущения банальности зла – это отбивки из криминальной хроники. Разные ужасные бытовые убийства, которыми разделены встречи Лидии и Зла, начало ток-шоу. Все эти вещи зачитываются как посты в канале с обязательными призывами – Подпишись на канал! Тысяча рублей за лучшую новость. Так есть ли тут в итоге победа и спасение мира от вселенского Зла через свою смерть, если вот эта банальность и грязь повторяется и повторяется. И в качестве финального штришка – «Он ответит мне за царапки» - не пропетая, а проговоренная языком жестов. Это прекрасно закольцовывает эти сквозные сообщения об убийствах на почве ревности. Ох. Это прямо мое-мое. Это прямо то, что я обожаю. Абсолютно понимаю, что спектакль не для всех – и видел, как с него уходили люди, но черт, насколько я обожаю такие вещи. Я восхищен Юлей Лисицкой и Аней Некрасовой, просто невероятны – и с точки зрения того, как они добавляют к уже повторенным вещам больше нюансов и веса и как они поддерживают напряжение – и той плотоядной улыбкой, про которую я говорил, и надломом во фразе «Докажи мне, что ты есть».

Март Мне очень нравится, как этот текст поставлен. Если читать саму пьесу, то в ней какие-то вещи проговорены и открыты и из-за этого теряются роскошные детали, которые вносят в спектакль актеры. Эта история, своеобразное возвращение блудной дочери, Маши, к своей маме и своему мужу, Мише. Ее не было четыре месяца (и это не первая ее пропажа) и, естественно, ее возвращение встряхивает весь хромой быт семьи. Весь этот спектакль очень сильно зависит от актрисы, играющей Машу. Это не просто какой-то деструктивный персонаж, который пришел домой, чтобы внести смуту и украсть деньги, но в Маше очень большой надлом. И Анастасия Котова, играющая в этой постановке Машу, отлично показывает, как за всем хамством, за постоянными усмешками и издевками скрывается боль и печаль. Для того, чтобы подобные персонаж раскрывался особенно важны окружающие его герои и те, кто их играет. И отдам должное Анастасии Кротовой, Дмитрию Тиунову и Марии Овчинниковой – они создают прекрасный контраст и восхитительны в деталях. Например, нежный, влюбленный взгляд Дмитрия Тиунова, даже когда в него летят спички. Но при всех широких жестах, при всех истериках, громком смехе и перепадах, самые прекрасные моменты в этой постановке – это финал, когда вперед выступают тихие моменты. «Подарок от зайчика? От лисички, как я могла забыть такое». И если в тексте пьесы есть моменты, когда герои открыто говорят о том, почему Маша ушла или что она вернется, то в постановке все эти вещи передаются маленькими моментами. Вот Маша с Мишей тянутся друг к другу, но он замирает и говорит «У тебя что-то на губе. Не будем заразу растаскивать». И финал, когда Маша собирается и смотрит на елку – «Все люди хорошие, дружелюбные, все похожи на добрых белочек… Он умрет, я умру. Я буду лежать в одиночестве наконец-то и мне наступит прекрасное ничто, никого, нигде… никогда, никому, нечем, но самое главное не о чем». И в самих шагах, в самих порывах Маши видна эта тяга к саморазрушению.

Русская смерть Еще один прекрасный спектакль, который идеально работает на контрасте между героями. Две сестры, Валя и Надя, живут в старой даче, после того как продали квартиру. И это родовое гнездо потихоньку разваливается, слышен стук и треск крыши. И Надя привела, хотя скорей приволокла, на дачу мужика, Алексея. И если сначала эта пьеса развивается практически как ситком с тем, как героини флиртуют с Андреем, он в шоке пытается понять, где он и что с ним произошло – «Проснулся, в костюме, в галстуке, над головой деревянная крыша, словно гроб». Затем, когда Валя остается с Алексеем наедине, все прекрасным образом раскрывается. Алексей вспоминает о девушке, которую он однажды встретил и посчитал своим спасением от несчастливого брака, а Валя вспоминает о своем бывшем. И здесь прекрасно сделана своеобразная перекличка между ними – Алексей стоит слева и с желчью рассказывает о том, как мечтает убить свою жену и быть с той девушкой. А Валя, напротив, сидит справа на стуле и рассказывает о письмах к своему Славику – «я надеюсь, тебе хорошо живется, любимый». И эта перекличка – «Моя бесчеловечная любовь смела бы тебя, как паровоз Анну Каренину» и «Надеюсь тебе хорошо живется, любимый, я об этом каждый день прошу бога» пробирает просто до мурашек. Отдельно хочу отметить Арину Каренгину, которая просто прекрасна в этом спектакле. И в самом начале, когда она флиртует с Алексеем, и в момент, когда она начинает рассказывать о письмах к Славику – она воспринимается уже как призрак, особенно, когда ее распущенные волосы закрывают лицо. И в финале, когда дача начинает трястись, вспыхивает и гаснет свет, ее смех и маниакальная радость от конца света – «Нас просто крышей задавит, вот и все» – просто роскошный контраст с тем, как показана ее героиня в самом начале.

Последний март Это прекрасная вещь. Студенты первого курса Коляды взяли три пьесы Ирины Васьковской и поставили их. Все пьесы очень разные по настроению и духу, но, когда видишь, как их играют, одну за другой, они собираются в единый спектакль, где можно подметить пересечения и общие образы, но поговорить стоит про них по отдельности. Уроки сердца Очень и очень мощный спектакль для двух актрис, где раскрывается тема любви – и как влюбленность в какой-то образ, и как родительская любовь. Главная героиня, Лара, ждет свидания с Сергеем, а ее мама пытается ее вразумить. Все это происходит в рамках одной комнаты, заставленной коробками с подписями – одежда, Оля, лекарства и так далее. В этом спектакле любовь перекручивается, распадается и роскошно меняется динамика между героинями. Мама в исполнении Екатерины Романовой то заботлива, то показывает удушающую сторону родительской любви – гипер-опеку и разочарование, граничащее с ненавистью. «Дети, это опухоль, которая отрастила ручки и ножки», говорит она, гладя свою дочь по голове, пока та мучается от припадка. Лариса, в исполнении Марии Китаевой, прекрасная в своей хаотичности и в тонких моментах – вот она украдкой целует коробку, обклеенную фотографиями актеров, вот она мечтательно гладит стену, рассказывая о том, что даже «эту актрису, лошадь с мордой» полюбил Смерть – «И мне уже хоть черта, хоть волка с рогами». И прекрасно тоже показан надлом в самой героине, когда у нее меняется голос и она начинает заниматься самобичеванием – «Не лицо, а раскраска… Мое тело – механизм для производства мучений, пыточная машинка». И в эти моменты Мама Ларисы кажется по-настоящему заботливой и чувствующей свою дочь, когда она ее успокаивает. Но потом все это рассыпается и Мама вновь грозится отправить дочь к врачу, Андрею Петровичу. И весь спектакль как раз сделан таким качелями, когда у каждой из героинь открываются новые грани. Вот мы видим, как Лариса рассказывает, зачем она ходит до ларька и разбрасывает блестки, с мечтательным взглядом рассказывает о встрече с Сергеем, а затем припадает к полу и практически шепчет – «Свобода – это когда мир стоит в сторонке и молчит… потому что он тебя боится». И затем динамика меняется и мама Ларисы уже вкручивает в нее – «Самое страшное жить иллюзиями, то есть мечтами, фантазией». Эти перепады между героинями роскошны. И финальная сцена просто прекрасно показывает эту токсичную сторону любви между родителями и детьми. Лариса сидит, жадно ест торт, пьет чай и во всех ее жестах чувствуется неприкрытая ненависть, но в тоже время она протягивает маме ложку и они вместе едят этот торт. И в это время начинают выносить коробки, перекличка с тем, как Лариса говорила о том, как хочется выкинуть их все после смерти матери.

Коляда-театр спасли! Спасибо всем, кто подписывал открытое письмо, кто донатил и просто разделил со мной всю эту суету. В день, когда все прояснилось, ходил на спектакль «Пьяный космонавт» (обязательно про него напишу) и все сильно завертелось с кучей дел и походов на другие постановки. В любом случае, это прекрасно. Возвращаемся в привычно хаотичный ритм ведения канала. https://t.me/kolyadateatr/2184

Полная афиша фестиваля Коляда-Plays В этом году мы не получили государственный грант на проведение фестиваля. Но праздник всё равно состоится. Мы сделали куар-код для переводов. Для перевода наведите камеру на куар-код или перейдите по ссылке https://qr.nspk.ru/AS1A00261MU4HKH794EOKBTSNG7S4U20?type=01&bank=100000000111&crc=0552 Билеты на спектакли фестиваля на сцене Коляда-Театра можно купить в кассе и онлайн - https://ekb.kassy.ru/venue/kolyada-teatr-110/ Билеты на фестивальные спектакли на сцене Камерного театра продаются в кассе Коляда-Театра, кассе Камерного театра (Пролетарская, 18) и онлайн https://ompural.ru/theatre/showbill?y=2026&m=6 "АННА КАРЕНИНА" 29 июня в 19.00 Ирбитского театра на сцене ТБ Щелкунчик - https://xn--e1agfbcn5b7am.xn--80acgfbsl1azdqr.xn--p1ai/tickets/showhall/996 Мы продолжаем делать своё дело. Покупайте билеты, приходите на спектакли. Будем рады благотворительным переводам на организацию фестиваля. Спасибо, что вы с нами!

Уже много писал про этот театр и про самого Николая Владимировича, но сейчас ситуация такая, что нужно еще написать и еще подсветить, да и вообще. На прошлой неделе вскрылись очередные витки бюрократии, которые усложняют дальнейшую работу театра, сейчас перед спектаклями собирают подписи к открытому обращению (завтра туда загляну). UPD: По новым вводным подписать открытое обращение можно до 19 июня! Ну и всегда можно напрямую задонатить театру, в посте ниже будут реквизиты. Любая помощь будет полезна и поможет как-то продержаться. Знаю, что у меня часть читателей не ходят в театры или находятся в другом городе, но, если вдруг вас занесет в Екатеринбург, черкните мне, посоветую вам что-нибудь из спектаклей в Коляда-театре или какие-то постановки по пьесам Николая Владимировича.

Наташина мечта. Это третья постановка по данной пьесе, которую я увидел. И мне бесконечно нравится, как все они находят разные грани в этой истории. Дарья Квасова все-таки больше, скажем так, принцесса и ее подача какая-то более воздушная и она прекрасно раскрывала моменты, когда главная героиня мечтала. Оля Афанасьева в Невидимом театре более угловатая, где-то у нее были моменты именно подростковые, как ее танец под Руки Вверх, или в сцене, где героиня вспоминает про свою маму, у нее более выпукло проявляется желание защитить то воспоминание о маме-подростке. У Полины Симонян прекрасно раскрывается и подростковая часть истории, когда она из детских вещей, из влюбленности может переходить в ругань и огрызаться. И это у нее происходит просто прекрасно, где-то с максимально резким переключением, а где-то ты видишь, как постепенно проявляются именно острые углы подростка, растущего в детском доме. И мне бесконечно понравилось, как работают жесты – вот это вытирание рук о штаны, то, как Полина изображает подружку-Светку, наиграно отставив руку, время от времени упирая указательные пальцы в ноги. Это тоже такая подростковая подача, как подросток передразнивает других. В итоге, в этом прочтении в героине ощущается в первую очередь именно подросток, которого разрывают разные эмоции, ее бросает то в любовь – и в глазах появляются мечтательные искорки – «Наташа, ты реально самая клевая девчонка в мире, выходи за меня», «Наташ, какая у тебя мечта?» – видно, как у нее появляется какой-то просвет. И поэтому на контрасте, когда она оскаливается и когда она с улыбкой говорит – «Я с ноги дверь в умывалку могу выпнуть» или в финале разливается яркой острой подростковой злостью – «У нее все есть, все, у нее родители есть» - она прекрасно щерится и становится похожа на зверя. Эти моменты, как и весь финал с ее криком – «Это справедливо? Справедливо?! Справедливо?!» – это прямо пробирает до мурашек. Победила я. Этот монолог я тоже видел в исполнении Дарьи Квасовой, также после «Наташиной мечты», в Невидимом театре ставили только «Мечту», без второй пьесы. Увы, не застал других актрис, но в Коляда-театре это прекрасный момент для одной актрисы показать разные грани своей игры – из одной Наташи в другую. И Дарья Квасова в этой роли была, на мой взгляд, более органична по сравнению с Наташей Баниной из первой пьесы. Но в постановке Мастерской Николая Коляды эту роль играет другая актриса, что, на мой взгляд, дает свой контраст. Ярослава Трухачева прекрасна в этой роли. Когда увидел постановку в первый раз, в общежитии, кто-то сказал – «Актрис нужно поменять, чтобы Ярослава играла в Наташиной мечте» - и нет, нет. У нее здесь прекрасно удается показать другую сторону, такого тепличного подростка, девочку, которая изначально больше набор увлечений и достижений, а заодно неврозов и своих сломов, которые постепенно раскрываются во время пьесы. И здесь тоже очень круто работают жесты и язык тела, нервно взлетающие руки, осанка – все создает образ героини, которая привыкла смотреть на всех свысока. Поэтому, когда у нее возникают тут перепады и начинает фоном играть музыка, а сама Ярослава повышает голос или ускоряется в речи, все это показывает, как раскручивается этот волчок. И в финале видно, как осыпается весь этот фасад, и на первый план выходит подросток, который хочет другого и хочет себя успокоить – «Победила я? Победила я! Победила я!» - и ее живая мимика сменяется неестественной, застывшей улыбкой, больше похожей на гримасу.

Obsession Trigger Warning - в начале фильма умирает кошка (плюс с ее телом потом еще несколько хоррор моментов) Почему в год, когда я решил писать тематический хоррор-марафон, выходят вот такие вещи? Это фильм, который очень хочется повертеть и отдельно про него поговорить. Так что, давайте поговорим про Obsession (но без спойлеров). Мне очень понравился этот фильм, даже не пришлось ломать палочку One Wish Willow, чтобы полюбить его. Это прекрасный пример того, как классический сюжет про исполнение желаний кошмарным путем, может разыгрываться и разворачиваться. И тут чертовски важны детали, они как раз переворачивают и докручивают всю классическую историю про обезьянью лапку в совсем другую сторону. Тут просто роскошная работа с цветовой гаммой – все очень приглушенное, уведенное в оранжевое, и когда возникают моменты ночью или моменты с тенью – оно выглядит чужеродно. Как в недавних «Грешниках», где фильм по самой съемке и цветовой коррекции выглядит темней и в нем по-другому выставляются акценты. Момент, когда Никки стоит на пороге, и тень падает на ее лицо, но мы видим оранжевые блики в ее глазах – все это добавляет жути всему происходящему. К этому стоит добавить работу со звуком – и с точки зрения саундтрека, который начинает ломаться и сбивать ритм в нужный момент, и с точки зрения построения некоторых сцен, когда у тебя происходят натуральные качели со звуком от спада до внезапного крещендо. И боже, этот фильм бы не работал так, если бы не актриса, играющая Никки – Инде Наварретт. Она просто роскошна, чтобы показать все те перепады, все те, искажения и безумства – она просто невероятна, здесь и огромная физическая часть у это роли и очень много маленьких тонких вещей, которые пробирают до мурашек или где-то смешат. Понятно, что она тут главная звезда, но при этом в качестве противопоставления тут прекрасным образом показан главный герой, Бэйрон, в исполнении Майкла Джонстона. Я был бы тут рад погрузиться в спойлеры и поглубже зарыться и в сюжет и в темы, поднимаемые фильмом, но это тема для отдельного обсуждения. Пока что, я, пожалуй, скажу… Как тебе? *Улыбается, натянуто улыбается, еще более натянуто улыбается*

Glamis hath murder'd sleep, and therefore Cawdor Shall sleep no more; Macbeth shall sleep no more Завершаем зрительские гастроли на май

Теперь неделю буду напевать Little Shop, Little Shop of Horror и I'm a dentist and a success!

Думал, что успею написать отложенных постов перед поездкой, чтобы если что рассказать про что-нибудь интересное, но увы, я почти в Бобробусе. Может быть, напишу какие-то посты с телефона (не фанат), но когда вернусь точно расскажу про пару спектаклей, на которые схожу в других городах. А пока, всем в Екб советую сходить на спектакли студентов курса Коляды - https://t.me/kolyadakurs Ребята прекрасные и 20-ого я сам бы с большой радостью сходил на спектакль к ним

ФУД. Итоги Первый день, победитель – «Игра в фанты». Мой голос был за «Игру в фанты». Второй день, победитель – «Полонез Огинского». Мой голос был за эту же читку. Третий день, победитель – «Родительский день». Мой голос тоже был за «Родительский день». Четвертый день, победители – «Сумасшедший трамвай» и «Родимое пятно». Я тут был за «Родимое пятно». Вообще, как всегда, фестиваль невероятно радует. Очень много разного – и с точки зрения подачи, и с точки зрения самих текстов. Очень порадовало, что были и какие-то старые, классические пьесы, так и относительно свежие, удалось оценить все разнообразие и в тоже время сквозные образы в творчестве Николая Владимировича. Ну и, по традиции, немного личных итогов. Most Valuable Player фестиваля – студенты Коляды С первого дня, ребята себя показали просто невероятно. После того, как увидел их в «Игре в фанты», было очень интересно увидеть, что они сделают в третий день и это было мощно. Мое почтение, обязательно постараюсь добраться до их постановок. Лучшее использование авторского текста – четвертый день и «Полонез Огинского» Поясню, обычно все авторские вещи, как «молчание», «подходит к роялю» – это вещи, которые важны для сцены, но в рамках читки они могут немного выбивать из ритма, на мой взгляд. Но в рамках четвертого дня, когда шли сплошные моноспектакли, авторский текст давал немного разрядки и времени вдохнуть и выдохнуть вместе с актерами. А в «Полонезе Огинского» авторский текст и давал возможности Оле Татариновой выпить воды, и был дополнительной частью перформанса. Лучший рисунок на тексте – «Клуб брошенных жен» В этом году, мне очень понравилось, что в многих текстах было огромное количество пометок, заметок и даже рисунков. Это прекрасно и особенно приятно получить после читки текст с такими рисунками.

ФУД. День четвертый – посвящение от актеров Коляда Театра Сразу стоит оговориться – все четыре пьесы четвертого дня – это моноспектакли. И как сам Коляда говорил, это самая сложная вещь для актера, потому что нужно удерживать внимание зрителя одному. И это был чертовски крутой день. Я еще отдельно отмечу Ивана Федчишина, который читал авторский текст и просто своим присутствием на сцене добавлял где-то юмора, динамики и роскошной искорки безумия. Пишмашка Наталья Гаранина здесь прекрасным образом показывает разные грани ностальгии. Где-то это именно ностальгия по чему-то хорошему, где-то это разъедающая, токсичная ностальгия о том, насколько все было лучше и насколько более властной чувствовала себя героиня. Тут и какие-то смешные моменты, как окрики главной героини на мальчика, катающегося на воротах в ее дворе – его как раз, болтая ногой, играет Иван Федчишин, или ее комментарии по пьесе, которую она перепечатывает. А где-то возникает ощущение надлома и одиночества, как в ближе к финалу. Когда главная героиня рассказывает о своем секрете, о том, что она сделала своему начальнику такой же кабинет, как был у него на заводе и готова снова быть его секретаршей. И дальше ощущение одиночества становится еще острей, когда она говорит о том, как ей невыносимо слышать светофор с сигналом для глухих или читает приказ, который выпускал ее начальник. Прекрасная читка, где удалось все перепады между настроениями очень мощно и изящно подать. Сумасшедший трамвай Окей, здесь текст более комедийный и с самого начала настрой совсем другой. Иван Федчишин выходит в оранжевом кигуруми и изображает висящую на стекле плюшевую обезьянку, а Александр Макушин - в оранжевом жилете работника метро – дежурного на эскалаторе. Макушин просто прекрасен в этой читке – просто с таким вкусом и мощью ругаться, изображать такого классического человека с синдромом вахтера. Это просто прекрасно. И то, как он взаимодействует с обезьянкой-Федчишиным – то тыкает ее пальцем, то подталкивает – это тоже очень забавно. Ну и в финале, когда одна из игрушек начинает повторять за героем, и ему кажется, что она передразнивает его – это тоже прекрасный абсурд. Царевна-лебедь А вот эта вещь просто прекрасна. Анастасия Попова тут играет блогершу, ведущую прямой эфир во время пандемии. И здесь есть уже прекрасный момент в том, что она тут отыгрывает и персону этой блогерши – Царевну-Лебедь – и саму главную героиню, когда она остается наедине с собой и своими мыслями. И наедине с Пуппи – куклой-медведем, за которого читает Иван Федчишин. Все это роскошно работает – и переключение между персоной Царевны-Лебедь и самой героиней, которая сомневается, постепенно погружается в печаль и одиночество. И ее диалоги и с Пуппи, нарастающая тревога и ощущение почти что-то хоррора. Постепенно градус безумия растет и наблюдать за этим – огромное удовольствие, плюс, не можешь не вспомнить свое состояние во время пандемии. Родимое пятно Ох. А вот эта та вещь, которая меня пробрала просто до мурашек. Сначала я думал, ну, где-то немного мета, актриса в театре, где больше никого нет, отыгрывает роль, играет на рояле. Куриная лапка из Гамлета. Шуточка, обыгрывание театральности и так далее. А потом, ты подмечаешь крючки и возникает ощущение сбивающейся иглы на пластинке. Что-то внутри запинается, цепляется и ты снова заходишь на какой-то новый виток спирали. Подмечаешь – «фуфайки», «комета», постоянные окрики – «Мама! Мама, не кричи!». И с каждым витком все больше и больше погружаешься в этот текст, вязнешь в нем. Ирина Плесняева просто невероятная здесь – все эти перепады, все эти повторы, пробирающая жуть, когда ты слышишь, что фуфайками накрыта свинья или мать, сама героиня в фуфайке, кошка, смотрящая на комету – все это не пробирало бы так, не разбивало бы на кусочки, если бы не было такого тонкого ощущения пьесы и ритма. Роскошество, после которого, если честно, было очень больно, но при всем этом – ты восхищаешься тем, как эта история раскручивалась виток за витком.

Четвертый день, let's go!

ФУД. День третий – посвящение от студентов Родительский день Эта читка оказалась очень близкой, во многом, потому что все эти хлопоты вокруг могилок на родительский день мне сильно знакомы. И здесь прекрасно передано вот это ощущение всей суеты, абсурда и чего-то щемящего, что возникает в эти дни. По тексту тут и откровенно комедийные моменты и какие-то детали, которым ты киваешь, узнавая, как тот же маленький мальчик, бегающий по могилам и считающий вслух, кто сколько прожил. И есть вот эта нотка надрыва и боли, оголенного нерва человека, как это часто бывает у Коляды. То, как главная героиня, Мария, одновременно кажется и смешной, и где-то откровенно отталкивающей. Но в финале ты сопереживаешь ей и чувствуешь всю ту печаль, которую она несет в себе – потерю отца, единственного близкого человека и то, что даже скоро его могилу снесут. И весь калейдоскоп остальных персонажей, как срез и настроений, и таких ярких образов, подобных людей встречаешь и в родительский день, да и вообще. В этой пьесе очень выпукло показаны и расколы внутри семьи, что ты сразу ощущаешь эту смесь печали и злости, и просто прекрасные городские сумасшедшие (или нет?). И особенно круто было видеть, как актеры вовлечено читают – заворожено смотрят друг на друга, усмехаются над какими-то хлестким фразочками в тексте. Это добавляло ко всем читкам дня дополнительной яркости. Мурлин Мурло Это, пожалуй, самая классическая пьеса из текущего дня. И само пространство читки меньше – все происходит в рамках одной квартиры – и конфликт чужака в закрытом сообществе, и любовь Коляды к отличающимся, к странным, к немного безумным и блаженным. Так и с точки зрения текста тут есть особая тяга Коляды к рефренам и фразочкам-паразитам, как те же «Пардон меня» у Инны. Ну и да, у каждого персонажа тут есть монолог и возможность развернуться и показать разные грани – как тот же Алексей из сдержанного специалиста распаляется и раскрывается в своем монологе о великом русском романе, а затем показать, как его затягивает и тянет на самое дно сама его человеческая природа. При этом, фокус в пьесе и самое мощное все-таки остается у главных героинь. И если Инна, это во многом комедийный персонаж, который оттеняет нарастающую тревогу, то Ольга, та самая Мурлин Мурло – это вот то самое сердце всей пьесы. И контраст, который происходит в конце пьесы, когда болтливая Ольга молчит, а затем, как Кассандра, говорит о приближающемся землетрясении и кричит, молит о том, чтобы бог вернулся – это пробирает. Клуб брошенных жен Это более комедийная и более свежая пьеса. И она не совсем попала в меня, но с точки зрения именно читки – это прекрасно. Здесь и ощущение комедии абсурда, вполне в духе тех же Коэнов, и встряхивающий ритм текста шум и гвалт, когда все герои пьесы начинают петь и изображать из себя цыган. И отличный диапазон у актеров, когда в прошлых читках кто-то был более сдержан и печален, то здесь преображается, притягивая к себе внимание совсем другой подачей. Тут хочу отметить Ярославу Трухачеву, которая в первой читке играла Нину Александровну, а здесь – Ирину, старшенькую жену Иосифа, которая открывает в себе цыганскую кровь, талант к гаданию - особенно яркая на контрасте с первой читкой.

Третий день, продолжаем

ФУД. День второй – посвящение от музыкантов Рыжий – Тягунов. 8 марта – Титова Первая читка этого дня – больше концерт, чем прямо театральное произведение. В этом плане, пожалуй, мне понравилось, как звучат стихи Рыжего и Тягунова в таком формате. Музыка их хорошо дополняла и общая идея через трамвай и его маршрут создать такое ощущение путешествия в загробный мир – это вполне изящное решение. Равно как и финальный момент, когда кондуктор бросает на пол монетки за проезд и уходит, а музыка продолжается. Как подметила знакомая, то, что слова и музыка продолжаются после того, как Рыжий и Тягунов вышли – это хороший символ того, что их стихи все еще живут. В общем, мило, хорошо, скорее концерт, чем читка. Уэлькаль В очередной раз, мое огромное почтение театру «Верона». Ребята, как всегда, невероятно вкладываются в читки и добавляют к ним и костюмы, и музыку, и детали, и кучу всего. Просто супер. И здесь прекрасная история, где песни прямо вплетены в текст. А учитывая, что театр музыкальный (кстати, очень и очень достойные спектакли, советую), в какой-то момент пробегают мурашки и заворожено слушаешь. И сам текст пьесы тут не кажется заполнением пауз между песнями и со всеми деталями тебя погружают в быт эскимосской деревни в 1943 году. Где-то смешно, где-то очень трогательно и пронзительно. Причем, ощущается уже как готовый спектакль, без каких-то скидок на то, что это читка. Полонез Огинского В одном из каналов про музыку, который я читаю, есть прекрасная фраза «Ебанина недели». Стоит ли говорить, что зачастую там попадается нечто настолько невероятно мое? Вот эта читка – это и есть та самая ебанина недели. С одной стороны, есть сам текст, который в лучших традициях Коляды, где-то очень вязкий, уходящий в долгие монологи. С другой стороны, у тебя есть актеры, которым дали просто карт-бланш – делать то, что они хотят сделать. Тут и постукивание по деревянной жабке, битбокс во время монологов, гусь-курица, который по нажатию кричит «Шлюха!» как медведь из мема. И сверху все это дополняется самой Лизой Неволиной, которая миксует звуки, играет на укулеле, играет на гармони, становится таким греческим хором, звучащим на протяжении всей читки. И просто невероятная Оля Татаринова, читающая за Таню. Просто невероятные перепады от смеха и веселья до тиков и сдавленных криков, где-то в микрофон, где-то шепотом, где-то криком. Все вместе это где-то просто душит тебя, ощущается какое-то погружение даже уже не в хтонь, которую часто любят описывать, а в какой-то лимб, липкое, тянущее безумие, где при всем этом есть ощущение просвета, возникающее через контраст и прорывающееся криком и шепотом.