mj.haanji🌙

написала половину зарисовки, а остальное допишу завтра вечером. к сожалению сейчас я не могу долго сидеть в телефоне из за зрения , но я очень стараюсь успевать писать вам работы. так что ждите завтра зарисовочку😘

АХАХАХХ, ПОЧЕМУ МНЕ ПИШУТ ЧБ ДЖИСОНЫ И МИНХО, КОТОРЫЕ ХОТЯТ СЕБЕ СЛАДКУЮ ОМЕЖКУ ЧТО ЗА ВЫВОДЫ ОБО МНЕ ПО МОЕЙ АВЕ

УТЮТЮТЮ МАЛЕНЬКИЙ, МИЛЕНЬКИЙ БЕЛЬЧОНОК ТАКОЙ СЛАДЕНЬКИЙ И ХОРОШЕНЬКИЙ🥺🥺

ставьте тут реакции пожалуйста. для оформления ведь тоже стараюсь🌟

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 «🤩 центре 🤩воего 🤩нимания» Ли Минхо всегда привык находиться в центре внимания: безупречный, уверенный в себе и недосягаемый. Ему никогда не приходилось ни за кем бегать — люди сами искали его расположения. Пока в дверях университетской аудитории не появился новенький. Хан Джисон ворвался в его жизнь как яркая вспышка. Невероятно красивый, с живописной улыбкой, заразительным смехом и бешеным магнетизмом, он мгновенно приковал к себе взгляды абсолютно всех. Но среди всей этой восхищённой толпы был лишь один человек, который потерял покой окончательно. Впервые в жизни Минхо поймал себя на мысли, что готов пойти на любые ухищрения, лишь бы этот солнечный парень смотрел только на него. И когда Джисон ища подработку, устраивается в уютную кофейню на углу, он даже не подозревает, чья фамилия стоит в документах заведения. И уж тем более не догадывается, кто с самой лукавой улыбкой встретит его на первой смене, надевая такой же фартук бариста. Запах свежеобжаренных зёрен, флирт с подтекстом, случайные касания и игра, из которой ни один из них уже не захочет выходить... 🤩етки: #минсоны #minsung #au #университет #кофейня #новенький #любовьспервоговзгляда #ухаживания #коллеги #совместнаяработа #романтика #флафф #юмор #комфорт #отнезнакомцевквозлюбленным автор зарисовки и оформления: @hanji_nao1 автор обложки: @addict_hills Дата выхода: 17-18 августа.

ребята, давайте по активнее пожалуйста

☺️🥬🥬🥬🥬🥬🎀 ребята, срочно нужны хотя бы 3 админа, чтобы искать подписчиков!!!🥹 у меня, можно сказать, всего два админа, но они не могут постоянно их искать (и так много стараются), а число подписчиков быстро уменьшается. так что, если вам не сложно и есть желание... пожалуйста, напишите моей подруге: @addict_hills. не бойтесь становиться админами — вас бить никто не будет, но и лениться не надо: хотя бы пять подписчиков в день нужно находить. я буду вам очень благодарна, если поможете мне с развитием тгк ещё раз повторюсь, что ваша работа будет заключаться только в поиске подписчиков.

блин ребят , что за жеские отписки😔 у меня уже дипрессия из за этого

Ты ещё в трусы к нему залезь— А ты уже...

прошу прощения за столь долгую задержку и за то, что глава вышла небольшой... однако я очень старалась и надеюсь, что она вам понравится. очень жду ваших комментариев и реакций. заранее благодарю за прочтение!😘

— Извини, извини, — с тихим, безумно нежным смехом проговорил Минхо, не выпуская его рук. Он придвинулся вплотную, и его проницательный, любимый кошачий взгляд проник в самую душу Джисона. — Просто скажи... ты хочешь быть со мной? Джисон посмотрел в его глаза, где отражался свет экрана и безграничное тепло. Все его страхи, сомнения и попытки сохранить офисные границы окончательно обрушились. — Если честно... я тоже чувствую что-то подобное к тебе, — тихим, но уверенным шепотом признался Хан, озаряя пространство искренней улыбкой. — Поэтому я не против. Давай попробуем. Стоило этим словам слететь с губ омеги, как у Минхо окончательно сорвало контроль. Альфа с жадным, победным выдохом впился в губы Джисона и, подмяв его под себя, буквально завалил омегу спиной на мягкие подушки дивана. Этот поцелуй был совершенно иным — не осторожным и прощупывающим, а страстным, глубоким и сокрушительным. Минхо накрыл его своим сильным телом, аккуратно расположившись между бёдер Хана и прижимая его запястья к дивану. Пальцы альфы переплелись с пальцами Джисона, а их языки сплелись в отчаянном, сладком танце. Поцелуй пьянил сильнее любого алкоголя. Джисон тихо застонал прямо в губы Минхо, полностью отдаваясь этому неистовому чувству, пока ванильный и кедровый феромоны окончательно не слились в один единый, неразрывный аромат их вспыхнувшей любви. **** Поцелуй становился глубже, тягучее — будто время сгустилось вокруг них, превратившись в мед. Джисон тонул в этом движении губ, в напоре, от которого перехватывало дыхание. Сладкий запах ванили — его собственный, сбитый, срывающийся на горячие ноты — мешался с терпким, глубоким ароматом кедра, идущим от Минхо. Эта смесь заполняла комнату, делала воздух плотным, почти осязаемым. Минхо отстранился первым. Джисон услышал короткий шорох ткани — и перед ним открылись плечи, ключицы, гладкая кожа, подсвеченная тусклым светом. У Минхо было прекрасное тело, и сейчас, когда он стоял так, глядя сверху вниз, Джисон забыл, как дышать. А затем Минхо стянул футболку и с него. Прохладный воздух коснулся разгоряченной кожи, но губы Минхо, прижавшиеся к груди, были горячими. Джисон выдохнул сквозь зубы, запрокидывая голову, чувствуя, как рот Минхо оставляет влажный след. Один засос, второй — яркие, пульсирующие метки, которые будто прожигали его насквозь. Одежда полетела на пол. С каждой секундой становилось жарче. Минхо перевернул его на живот — резко, властно, но в этом движении чувствовалась забота. Джисон уткнулся лицом в диван, чувствуя, как чужие пальцы скользят по его спине, заставляя выгибаться. Подготовка была долгой и тщательной. От естественной смазки, которая текла по бёдрам Джисона, диван под ними уже промок — влажный, тёплый, липкий след их возбуждения. Хан горел изнутри, сжимая в руках край подушки. Минхо шлёпнул его — раз, другой. Звонкий звук разрезал тишину, и Джисон всхлипнул, дёрнувшись, но тут же почувствовал, как ладонь сжимает его ягодицу, разминая, успокаивая боль, превращая её в сладкое покалывание. А потом Минхо закончил подготовку. Джисон услышал его сбившееся дыхание, почувствовал, как тёплые руки легли на бёдра, фиксируя. И — толчок. Медленный. Глубокий. Джисон выдохнул — длинно, прерывисто — и простонал. Этот звук родился где-то в груди, вырвался наружу хриплым, сдавленным стоном, полным облегчения и жадной потребности. Голова пошла кругом. Внутри всё сжалось и тут же расслабилось, поддаваясь. Он чувствовал каждое движение — тягучее, наполняющее. Тело само выгибалось навстречу, ища продолжения, прося больше. Минхо наклонился к его шее. Его дыхание коснулось затылка, и по спине побежали мурашки. — Я хочу пометить тебя. Можно? — голос Минхо сел, стал ниже, в нём звучала едва сдерживаемая дрожь. Он почти перестал двигаться, ожидая ответа. Джисон с трудом разлепил губы. Сознание плыло, но ответ вырвался сам: — Да... Минхо прикусил кожу на шее — резко, до боли. Джисон дёрнулся, выгнулся сильнее, чувствуя, как зубы впиваются в нежную кожу, а затем — горячий, влажный язык прошёлся по укусу, успокаивая, заставляя всё тело вздрагивать. Эта смесь боли и нежности пронзила его насквозь. В глазах потемнело. Казалось, Минхо оставляет частичку себя прямо под его кожей. Джисон вцепился пальцами в диван, тихо постанывая, чувствуя, как запах ванили в комнате становится слаще, гуще. Минхо на долю секунды вышел из Хана оставляя чувство пустоты. Джисон всхлипнул, но прежде чем он успел что-то сказать, его перевернули обратно на спину. Минхо навис сверху, смотря на него своими темными глазами, зрачки были расширены. Он снова вошёл — и в ту же секунду впился в его губы. Поцелуй был жадным, глубоким — без воздуха, без пощады. Джисон застонал прямо в чужой рот, чувствуя, как языки переплетаются, как движение бёдер становится ритмичным, быстрым. Каждый толчок отдавался в теле вспышкой, заставляя сжиматься вокруг него. Они разорвали поцелуй, когда лёгким стало не хватать кислорода. Джисон, тяжело дыша, потянулся вперёд и прижался губами к шее Минхо. Тот замер на мгновение, а затем Джисон впился зубами — сильно, до привкуса металла, оставляя свою метку, свой след на бархатной коже альфы. Минхо выдохнул сквозь стиснутые зубы — низкий, гортанный стон сорвался с его губ, срывая контроль. Он дёрнул бёдрами, наращивая темп, заставляя диван жалобно скрипеть. Движения становились резче, быстрее — никакой нежности, только первобытная потребность. Через несколько минут мир сузился до точки. Джисон кончил первым с криком, выгибаясь дугой, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой узел и взрывается. Это ощущение потянуло за собой Минхо: он прижался сильнее, уткнувшись лицом в плечо Джисона, и замер, выдыхая горячо, прерывисто, оставляя последний глубокий толчок. Тишина опустилась на них тяжёлым, тёплым одеялом. Комната пахла ванилью, кедром и потом. Где-то за окном шумел город, а здесь, в этом маленьком мире, было только тяжёлое дыхание и стук сердец, бьющихся в унисон. — Я люблю тебя, мой секретарь Хан, — тихо прошептал Минхо, склонившись к омеге. В этих словах звучала абсолютная, согревающая искренность, от которой у Джисона на мгновение перехватило дыхание. В груди разлилось долгожданное тепло, а на губах расцвела светлая улыбка. — И я вас люблю, директор Ли, — тихо отозвался Джисон. Подавшись немного вперёд, Хан нежно поцеловал Минхо в щёку, оставляя на его коже лёгкое, трепетное прикосновение. **** Наступил следующий день. К главному зданию компании Хан и Минхо приехали вместе на одной машине. Едва они ступили на площадку перед входом, Ли крепко взял Джисона за руку. Сколько бы омега ни вырывался и ни пытался отцепить свои пальцы, смущаясь возможных взглядов сотрудников, Минхо лишь сжимал его ладонь сильнее и так и не отпустил. Они уже подходили к дверям холла, когда к ним торопливо подбежал Хёнджин. Взволнованный Хван начал сбивчиво извиняться за то, что в субботу перепутал номер телефона и из-за этого за пьяным Джисоном пришлось ехать самому директору. Но прямо посреди своей речи Хёнджин опустил взгляд и уставился на их крепко сцепленные руки. Хван застыл в глубочайшем удивлении, переводя шокированный взгляд с ладоней на лицо своего коллеги. Джисон, видя его ошеломление, лишь ровно произнёс: — Я убью тебя чуть позже, а сейчас мне нужно идти со своим парнем. Хван так и остался стоять с открытым ртом, потеряв дар речи, а Джисон и Минхо спокойным шагом направлялись к лифту. Зайдя в плавно закрывающуюся кабину, Минхо повернулся к омеге и с тёплой усмешкой сказал: — Не ты ли недавно стеснялся, что я держу тебя за руку? Джисон упрямо поправил воротник и невозмутимо ответил: — Не припоминаю, когда такое было. — Вредина, — ласково сказал Минхо. Он подался вперёд и накрыл губы Джисона мягким, глубоким поцелуем. Для них больше не существовало предрассудков и страхов — только тёплое счастье и любовь, которую они больше не намерены были скрывать. КОНЕЦ. 🥹🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🥹 для поддержки канальчика 🥹🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🥹 ЛИМИТ: 185РК И 130 КОММОВ (по теме зарисовки, не спамьте только!) #привилегиядиректора #зарисовка #минсо

— Самое страшное ещё впереди, — ответил Джисон, не сводя глаз с духовки. — Надеюсь, она не взорвётся. — Не преувеличивай, — с мягкой усмешкой сказал Минхо. — Лучше сядь и отдохни, а я сделаю клубничный крем. — Спасибо, — отозвался Хан. Он снял фартук, а затем, немного подумав, подошёл к Минхо и надел его поверх светлого лонгслива. — Вдруг ты испачкаешься. Минхо посмотрел сначала на фартук, затем на Джисона. На его лице появилась тёплая улыбка. — Благодарю за заботу. — Это всего лишь фартук. Хан завязал тесёмки на талии Минхо и только потом отошёл к столу. Сев на стул, он положил подбородок на ладонь и принялся наблюдать. Минхо стоял у кухонной стойки и готовил крем. Его движения были точными и спокойными: он нарезал клубнику, смешивал её со сливками, пробовал массу и при необходимости добавлял немного сахара. Джисон смотрел на него, почти не замечая, как проходит время. Ему нравился профиль Минхо — чёткая линия носа, спокойный взгляд, чуть заметная складка между бровей, появлявшаяся, когда он сосредотачивался. Светлые волосы мягко падали на лоб, и Джисону вдруг очень захотелось убрать непослушную прядь, коснувшись её пальцами. Внутри становилось тепло. Не резко и не тревожно — просто спокойно. Рядом с Минхо квартира казалась ещё уютнее, а обычное приготовление крема превращалось в событие, которое хотелось запомнить. — Ты во мне сейчас дыру просверлишь, — сказал Минхо, не оборачиваясь. Джисон вздрогнул. — Я всего лишь смотрю, как ты делаешь крем. — Ну да, ну да, — протянул Минхо, бросив на него взгляд через плечо. — Тогда лучше попробуй и скажи, как получилось. Он набрал немного крема на ложечку и подошёл к столу. Остановившись перед Джисоном, Минхо наклонился и поднёс ложку к его губам. Хан смущённо посмотрел на него, но всё же попробовал крем. Вкус оказался мягким, сливочным и свежим, с лёгкой кислинкой клубники. — Как же вкусно, — довольно сказал он. — Рад, что тебе понравилось, — ответил Минхо с улыбкой. — Но ты снова испачкался. Джисон удивлённо поднял взгляд. — Что? Где? — Здесь. Минхо коснулся пальцами его подбородка, мягко направляя лицо вверх. Затем большим пальцем осторожно провёл по краю его губ, убирая тонкий след крема. От прикосновения Джисон замер. Минхо не сразу отстранился. Его взгляд задержался на лице Хана, а в воздухе отчётливее стал ощущаться кедровый аромат. Джисон почувствовал, как рядом с ним меняется настроение, как между ними снова возникает знакомое напряжение. Минхо наклонился чуть ближе и коснулся его губ. Поцелуй начался осторожно. Сначала это было лёгкое прикосновение — почти вопрос, на который Джисон мог не отвечать. Но Хан не отстранился. Напротив, он поднял руки и обхватил Минхо за шею, притягивая его ближе. Тогда Минхо положил ладонь ему на талию и ответил увереннее. Поцелуй стал глубже, но оставался медленным и внимательным. Джисон чувствовал тепло его губ, мягкое движение дыхания и прохладный древесный запах, который теперь смешивался с его собственной ванилью. Сердце Хана пропустило удар, а затем забилось быстрее. Волнение разлилось по телу, но не было пугающим. Он сам подался навстречу, не желая разрывать эту близость. Минхо на мгновение отстранился, позволяя ему вдохнуть, но Джисон не отпустил его. Их лбы почти соприкоснулись, дыхание смешалось, а взгляды встретились. Внезапную сладость момента нарушил лёгкий, но чёткий запах подгорающей корочки, скользнувший сквозь обволакивающий аромат ванили. Джисон мгновенно очнулся. Глаза его расширились, он чуть не соскочил со стула, неловко задев плечом Минхо. — Горим! — выдохнул Хан, торопливо схватив плотные кухонные прихватки. Он быстро распахнул дверцу духовки, откуда вырвался клубок жаркого сухого воздуха, и осторожно вытащил противень. Румяные кексы поднялись идеально, лишь края формочек успели слегка потемнеть. — Чуть не сгорели… — Джисон с облегчением поставил противень на деревянную подставку. Минхо подошёл ближе, с мягкой, немного виноватой улыбкой глядя на противень. — Прости. Я отвлёкся. Джисон повернулся к нему. Румянец на его щеках всё ещё не сошёл, а взгляд метался от выпечки к лицу директора. — За что ты извиняешься? — тихо пробормотал Хан, чувствуя, как снова становится жарко. — Это же я… ну… не отстранился. Минхо ничего не ответил, лишь сдержанно усмехнулся, давая омеге время прийти в себя. Он аккуратно взял со стола кондитерский мешок, уже заполненный нежно-розовым клубничным кремом, и протянул его Хану. — Держи. Давай закончим, пока они окончательно не остыли. Джисон принял инструмент и сосредоточился на работе. Его пальцы слегка дрожали, но с каждым выведенным завитком крема движения становились точнее. Нежная сливочная шапка ложилась на тёплую выпечку, наполняя кухню свежим сладким ароматом. — Они выглядят слишком хорошо для моей первой удачной попытки, — с нескрываемым удовольствием признался Хан, рассматривая результат. — Потому что ты всё сделал правильно, — ответил Минхо, снимая с себя фартук и аккуратно складывая его на край стула. За панорамным окном темнело. Закат плавно догорал, оставляя на небе лишь фиолетовые и глубокие синие полосы. Внизу, вдоль улиц, зажигались первые цепочки вечерних фонарей, а город постепенно погружался в вечернюю тишину. — Тогда… может, фильм посмотрим? — спросил Джисон, поворачиваясь к нему. — Всё равно уже вечер. — С удовольствием, — без колебаний согласился Минхо. — Что выберем? — Комедию? Хочется чего-то лёгкого. — Договорились. Иди в гостиную, а я принесу кексы. **** Спустя тридцать минут уютного спора и перебирания кинолент они наконец-то выбрали лёгкую, смешную комедию. Устроившись на широком диване в полумраке гостиной, освещаемой лишь мягким свечением экрана, они начали кушать приготовленные кексы. Выпечка и вправду получилась волшебной: нежное, тающее тесто безупречно сочеталось с прохладным, свежим клубнично-сливочным кремом. Минхо отложил салфетку, повернул голову и внимательно посмотрел на Хана, который с аппетитом доедал свой кекс. — Джисон, — тихо, очень мягко произнёс Минхо. — Что такое? — спросил Хан, поворачиваясь к нему и слизывая капельку крема с уголка губ. Минхо заворожённо проследил за этим движением и глухо спросил: — Тебе не кажется, что сейчас мы похожи на пару? Джисон от этих слов замер. Сердце в груди пропустило мощный удар, а в голове мгновенно вспыхнули воспоминания о том, как несколько минут назад они сгорали от страсти на кухне. — На пару?.. — Хан опустил взгляд, судорожно размышляя о субординации, их работе и границах. Он поправил край своей футболки и тихо добавил: — Ну... наверное, да. Но если что, я никому не расскажу, что между нами было. И вообще... мы можем забыть про этот вечер, если тебе так проще. Минхо мгновенно нахмурился, его взгляд стал глубоким и невероятно серьёзным. — Я не хочу, чтобы мы его забыли, — отрезал альфа, подаваясь ближе к Хану. — Я бы хотел, чтобы у нас было больше таких моментов. — На что ты намекаешь, Минхо? — с замиранием сердца спросил Джисон, чувствуя, как от этой близости вокруг снова начинает сгущаться кедровый аромат. — Давай начнём встречаться. — с абсолютной уверенностью и особым, трепетным блеском в глазах выдохнул Минхо. — Вообще, я бы хотел прямо сейчас сделать тебе предложение, но думаю, это будет уже слишком... Поэтому давай пока что начнём встречаться. Джисон округлил глаза, едва не выронив тарелку. — Встречаться?.. Минхо, ты точно в этом уверен? — Ну, раз я предложил это, то конечно я уверен. — искренне и согревающе улыбнулся Минхо. Он перехватил руки Джисона в свои ладони, бережно сжимая его пальцы. — К сожалению, мне не хватит слов, чтобы выразить всю мою любовь к тебе. Когда я впервые увидел тебя в офисе... моего лица впервые за долгое время коснулась настоящая улыбка. Ты вызываешь во мне столько эмоций, что я просто хочу обнять тебя и никуда больше не отпускать. Джисон слушал эту невероятную, горячую исповедь, ощущая, как краска подступает к щекам с такой силой, что они начинали буквально гореть. — Минхо... Остановись, пожалуйста, я уже весь покраснел! — отчаянно прошептал Хан, прижимая ладонь к пылающей груди. — Хочешь, чтобы моё сердце остановилось и прямо тут и умер?

— Это займёт не так много времени, — с абсолютным спокойствием парировал Минхо, пригубив свой напиток. — К тому же, у тебя есть соседи...Можешь попросить кого-то из них зайти и покормить твою собачку. — Нет, я так не могу... — качнул головой Джисон, и его выражение лица стало очень искренним и заботливым. — Я и так в последнее время слишком мало дома нахожусь из-за работы. Она скучает. С этими словами Джисон решительно встал из-за стола. Он аккуратно поправил футболку и с глубоким уважением поклонился сидящему директору: — Спасибо за обед и за то, что приглядывал за мной вчера. Я тебе правда очень благодарен, Минхо. — Уже уходишь? — спросил Минхо, медленно поднимая на него свой внимательный, кошачий взгляд. — Да, — твердо сказал Хан и направился к выходу из кухни. — Тогда я поеду с тобой, — спокойно бросил ему в спину Ли. Джисон буквально замер на месте и резко обернулся, а его глаза округлились до размера кофейных блюдец: — Что?!! Со мной?!!! То есть... ко мне домой... Прямо сейчас???? — Ну да, а что в этом такого? — с самым невинным видом пожал плечами Минхо, поднимаясь со стула. — Приготовим кексы у тебя, а заодно я наконец познакомился с твоей собачкой. Не давая сбитому с толку Хану времени на новые возражения, Минхо с абсолютно невозмутимым видом прошёл мимо него в прихожую. Он спокойно снял с вешалки свое пальто, накинул его на плечи и опустился на скамью, чтобы надеть обувь. Джисон стоял посреди коридора, переводя шокированный взгляд с директора на выходную дверь. — Видимо, отказы не принимаются... — обречённо вздохнул Хан, понимая, что переупрямить этого альфу просто невозможно. Джисон поджал губы, чтобы скрыть невольную, тёплую улыбку, и тоже начал переодеваться. Минхо взял со столика ключи от машины, с лёгкой победной искоркой в глазах посмотрел на готового к выходу Хана и открыл перед ним дверь квартиры. **** Дорога до дома Джисона заняла немного времени. Минхо вёл машину спокойно, не торопясь, а Хан сидел рядом, время от времени поглядывая на него. За окном сменялись улицы Сеула, но Джисон почти не замечал ни вывесок, ни прохожих. Он всё ещё не мог до конца поверить, что директор компании действительно согласился поехать к нему домой — ради кексов и знакомства с Ббамы. — Ты точно не передумал? — спросил Хан, когда машина свернула к его дому. Минхо бросил на него короткий взгляд. — Насчёт чего? — Насчёт кексов. Ты мог просто оставить меня дома и вернуться к себе. — Мог, — спокойно согласился Минхо. — Но тогда не познакомился бы с Ббами. — Она может быть строгой. — Я переживу. — Не будь так уверен. Она не всем доверяет. — Значит, постараюсь произвести хорошее первое впечатление. Джисон улыбнулся и отвернулся к окну, скрывая довольное выражение лица. Они припарковались у подъезда, поднялись на нужный этаж и вошли в лифт. В небольшой кабине снова стало тихо. Джисон стоял рядом с Минхо, придерживая ремень сумки в которой была его вчерашняя одежда, а альфа, прислонившись плечом к стене, время от времени смотрел на него. Двери лифта открылись. Джисон первым вышел на площадку, достал ключи и открыл дверь квартиры. Едва они переступили порог, из комнаты донёсся торопливый стук маленьких лапок. Ббами выбежала в прихожую, радостно поскуливая и виляя хвостом. Она закружилась у ног Джисона, несколько раз подпрыгнула, а затем потянулась к нему передними лапами. — Привет, моя радость, — ласково сказал Хан, опускаясь на корточки. Он подхватил собаку на руки и прижал к себе. — Сильно по мне скучала? Ббами тут же принялась облизывать его лицо. Джисон рассмеялся, отворачиваясь от её мокрого носа. — Эй, ну всё, всё. Я тоже скучал. Но не нужно сразу облизывать меня целиком. Он почесал её за ухом, а затем повернулся к Минхо. — Смотри, я пришёл не один. Ббама тоже заинтересованно посмотрела на незнакомца. Она несколько секунд внимательно изучала Минхо, после чего неожиданно потянулась к нему, перебирая лапами. Джисон удивлённо поднял брови. — Вот это да. Даже не стала сначала проверять, кто ты. Минхо протянул руки, и Хан осторожно передал ему собаку. Ббами быстро освоилась, устроившись у него на руках и принюхиваясь к его одежде. — Приветик, — тихо произнёс Минхо, поддерживая её под грудь. — Я Минхо. А ты у нас кто? — Её зовут Ббама. — Какое милое имя. Ей очень идёт. Собака лизнула альфу в подбородок. Минхо тихо рассмеялся и осторожно опустил её на пол. — Кажется, мы нашли общий язык. — Не радуйся раньше времени, — предупредил Джисон, снимая обувь. — Она просто решила, что ты принесёшь ей что-нибудь вкусное. — В таком случае у меня есть шанс. — Большой, — признал Хан. — Она очень подкупная. Они оставили обувь в прихожей и прошли на кухню. Джисон первым делом достал миску, насыпал Ббами корм и налил свежей воды. Собака тут же занялась едой, а Хан, убедившись, что она устроилась удобно, повернулся к Минхо. — Чувствуй себя как дома. Минхо оглядел квартиру: мягкий плед на диване, книги на полках, фотографии в простых рамках и игрушки Ббами, разбросанные у стены. — Постараюсь, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Только не устраивай инспекцию. У меня не всё идеально убрано. — Я не собирался искать недостатки. У тебя прекрасная квартира и собака. Джисон на мгновение задержал на нём взгляд, но тут же отвернулся к кухонному шкафу. — Ну что, приступим? — Ага. Надеюсь, в этот раз не придётся мыть стены, — сказал Хан, доставая фартук. Он надел его поверх одежды, но завязать тесёмки за спиной самостоятельно не успел. Минхо подошёл сзади и спокойно взялся за завязки. — Стой, я помогу. Тонкие пальцы альфы быстро затянули узел на талии Джисона. Минхо оказался совсем близко, и Хан почувствовал прохладный запах кедра, смешанный с чистым ароматом его одежды. — Не переживай, — негромко сказал Минхо, задержав ладони у него на талии чуть дольше, чем требовалось. — На этот раз ты будешь готовить не один, а со мной. — Ну д… да, — с запинкой ответил Джисон. Он почувствовал, как т краснеют уши, и поспешно отстранился, делая вид, что занят продуктами. Минхо заметил это, но комментировать не стал. — Ну что же, давай достанем всё необходимое, а затем начнём готовить. Джисон открыл холодильник и достал яйца, масло и миску с клубникой. Минхо тем временем стал искать на полках муку, сахар, разрыхлитель, ванильный экстракт и бумажные формочки. — Кажется, у тебя здесь есть почти всё, — сказал он, выставляя продукты на стол. — Я иногда покупаю ингредиенты заранее. — И используешь их? — Иногда. — То есть они просто ждут подходящего момента? — Именно. Минхо усмехнулся и поставил рядом глубокую миску и венчик. — Хорошо. Начнём с яиц. Сначала аккуратно разбей их, только смотри, чтобы скорлупа не попала в миску. — Хорошо, — серьёзно ответил Джисон, сосредоточившись на первом яйце. Он осторожно постучал им о край миски и раскрыл скорлупу. Яйцо легло ровно, без осколков. — Получилось, — с заметной гордостью сказал Хан. — Я вижу. Отличное начало. — Ты так говоришь, будто сомневался. — Я просто не хотел заранее радоваться. — с ухмылкой произнес Минхо. — Очень смешно. Джисон разбил второе яйцо, а Минхо тем временем смешал муку с разрыхлителем. Когда все ингредиенты оказались на столе, они приступили к тесту. — Теперь добавь сахар, — объяснил Минхо, подвигая к нему мерный стакан. — Не весь сразу. — Почему? — Так масса получится однороднее. Минхо говорил спокойно, но каждый раз, когда Джисон что-то делал правильно, обязательно его хвалил. Иногда он поправлял положение его руки, иногда придерживал миску, чтобы та не скользила по столу. Когда тесто стало гладким, Минхо добавил немного ванильного экстракта и осторожно вмешал его. — Теперь разливаем по формочкам, — сказал он. — Это я умею. — Я не сомневаюсь. Но не наполняй их до краёв. — Знаю. — Джисон. — Я почти не наполнил. — До краёв оставалось меньше сантиметра. — Зато не до самого края. Минхо покачал головой, однако улыбку скрыть не смог. Он помог распределить тесто равномернее, после чего Джисон взял противень и осторожно поставил его в духовку. Закрыв дверцу, Хан облегчённо выдохнул. — Ну вот и всё. Минхо подошёл к нему и остановился рядом. — Ну вот видишь, а ты переживал, что у тебя не получится.

— Какой ужасный у тебя вид, Хан Джисон… — пробормотал он, опираясь ладонями о край раковины. — Тебя ещё и директор увидел в таком состоянии. Он медленно стянул с себя одежду, аккуратно сложил её у стены и шагнул в душевую кабинку. Включив воду, Джисон подставил лицо тёплым струям и прикрыл глаза. Вода стекала по волосам, плечам и спине, постепенно смывая остатки ночи — запах алкоголя, липкое ощущение усталости и напряжение, которое не отпускало его с самого пробуждения. Джисон долго стоял неподвижно, позволяя шуму воды заглушить мысли. Перед глазами снова возник Минхо: его спокойный голос, тёплая ладонь на запястье и короткий поцелуй в щёку. Хан открыл глаза и тихо выдохнул. — Что ж… Хуже уже всё равно не будет, — сказал он, стараясь убедить в этом самого себя. — Просто пообедаю с ним и поеду домой. Через несколько минут в дверь постучали. — Джисон, я принёс одежду, — послышался голос Минхо. Хан выключил воду и нащупал полотенце. Быстрым движением он обернул его вокруг бёдер, закрепив край, чтобы ткань не соскользнула. — А, да, сейчас! — отозвался он. За дверью Минхо тихо подтвердил, что услышал. Джисон глубоко вдохнул, взялся за ручку и открыл дверь. Минхо стоял на пороге с аккуратно сложенной одеждой в руках. Он явно собирался просто передать вещи и уйти, но, подняв взгляд, замер. Пальцы Минхо чуть разжались, и одежда едва не выскользнула из его рук. Перед ним стоял Джисон — босой, с влажными волосами и полотенцем, обёрнутым вокруг бёдер. На его плечах и ключицах ещё блестели капли воды, а кожа хранила тепло душа. Взгляд Минхо невольно скользнул по его лицу, плечам и остановился на полотенце. Альфа почти сразу поднял глаза, но Джисон уже заметил его реакцию. В воздухе смешались запахи мыла, свежей воды, ванили и прохладного кедра. Последний стал ощутимее — не резкий, но достаточно заметный, чтобы Хан почувствовал его кожей. И только тогда Джисон окончательно осознал ситуацию: он стоял перед Минхо полуголым, в дверях чужой ванной, а он смотрел на него с непривычным выражением, которое не удавалось скрыть даже за привычной сдержанностью. Щёки Джисона мгновенно вспыхнули пунцовым жаром. Встретившись взглядом с застывшим на пороге альфой, Хан отчаянно смутился и быстрым, почти судорожным движением выхватил из рук Минхо аккуратно сложенную стопку одежды. Этот порывистый жест наконец заставил Минхо очнуться. Он мгновенно отвёл взгляд в сторону, слегка откашлялся и нервно поправил воротник своего лонгслива. — Я... я, пожалуй, пойду, — сбившись на секунду, проговорил Минхо, стараясь вернуть голосу привычную сдержанность. — А то у меня там рис пригорит. — Угу... — едва слышно пробормотал Хан, глядя себе под ноги. Стоило директору развернуться и поспешно спуститься по лестнице, как Джисон тут же прикрыл дверь ванной и прислонился к ней спиной, тяжело выдыхая. Сердце в груди отбивало чечётку. Он сбросил мокрое полотенце на пуфик и торопливо надел предоставленную одежду: мягкую светлую футболку свободного кроя и лёгкие домашние шорты. Футболка оказалась на пару размеров больше — её вырез съезжал на одно плечо, приоткрывая ключицу, а сама ткань едва ощутимо сохраняла чистый, едва уловимый аромат стирального порошка и древесного кедра. Джисон посмотрел на своё отражение в зеркале и сокрушённо зажмурился. — О боже, Хан Джисон, что же ты творишь... — тихо прошептал он, прижимая прохладные ладони к пылающим щекам. Выждав пару минут, чтобы окончательно прийти в себя, Джисон всё же решился покинуть ванную комнату. Едва он открыл дверь и ступил на паркет коридора, как его рецепторы уловили невероятный, обволакивающий аромат. Из кухни доносились аппетитные запахи обжаренных овощей, пряного соевого соуса, свежего риса и сочного, запечённого в глазури мяса. От этого дивного букета у Хана, не принимающего пищу с самого вчерашнего вечера, мгновенно предательски заурчало в животе. Джисон неторопливо спустился по лестнице и прошёл в зону кухни, совмещённую с просторной гостиной. Минхо в этот момент стоял у кухонного островка и аккуратно расставлял на столе тарелки. Обед выглядел восхитительно: в центре возвышалась глубокая пиала с рассыпчатым золотистым рисом, перемешанным с овощами и тонкими ломтиками омлета, рядом стояло блюдо с аппетитными кусочками мяса в карамельном соусе, а по бокам располагались два свежих салатных сета с кунжутной заправкой и зеленью. Хан искренне удивился: он никак не ожидал, что строгий, вечно занятый директор крупной компании может так филигранно и красиво готовить. — Что-то мне это напоминает, — вдруг с лёгкой улыбкой произнёс Минхо, не поднимая головы, когда услышал тихие шаги секретаря. — О чём это ты? — с нескрываемым недоумением спросил Хан, останавливаясь в паре шагов от стола и смущённо поправляя спадающий рукав слишком большой футболки. Минхо отложил салфетки, выпрямился во весь рост и прищурил свои выразительные темные глаза, внимательно скользя взглядом по фигуре омеги — по его открытым ключицам, тонким домашним шортам и слегка взъерошенным после душа волосам. — О тебе в моей одежде, — мягко ответил Ли, и в его низком бархатном голосе проскользнула нескрываемая теплота. — Ты в ней выглядишь очень мило. Хан замер, чувствуя, как смущение накрывает его новой волной. Он нервно кашлянул, опуская взгляд на тарелку с рисом, чтобы скрыть вспыхнувший румянец. — Кхм... Спасибо, — тихо выдавил он. — Ага, давай присаживайся за стол, — Минхо заботливо отодвинул для него один из стульев и сам занял место напротив. — Я очень старался, пока ты был в душе. Джисон послушно сел, взяв в руки деревянные палочки. По кодексу вежливости он сначала осторожно попробовал немного риса с овощами, но стоило насыщенному вкусу раскрыться во рту, как глаза Хана невольно округлились от удовольствия. Это было безумно вкусно — сочно, в меру пряно и по-домашнему уютно. Минхо с глубоким, искренним удовлетворением наблюдал за тем, как Хан с аппетитом уплетает его стряпню. На лице директора заиграла тёплая, расслабленная улыбка. — Нравится? — спросил Минхо, аккуратно подкладывая своей вилкой в тарелку Джисона самый сочный и румяный кусочек мяса. — Это очень вкусно! — искренне восхитился Хан, даже перестав стесняться. Он поднёс палочки к губам и с любопытством посмотрел на альфу: — Где ты научился так готовить? — Спасибо за комплимент, — ответил Минхо, чуть наклонив голову. Он опёрся локтями о стол и задумчиво переплёл пальцы. — А это... Я думаю, любовь к готовке у меня от мамы. Когда я был ребёнком, мы часто готовили вместе по выходным. Это было наше особое время. — А меня вот наоборот сильно к плите не подпускали, — улыбнулся Хан, с лёгкой ностальгией вспоминая детство. — Да и готовлю я, в принципе, не так уж и хорошо. — Почему это? — приподнял бровь Минхо, искренне заинтересовавшись. Джисон на секунду заколебался, лукаво взглянув на директора: — Ты действительно хочешь услышать эту историю? — Я хочу узнать о тебе как можно больше, так что рассказывай, — абсолютно серьёзно, но с непередаваемой нежностью в глазах произнёс Минхо. От этой простой и искренней фразы у Джисона приятно защипало в груди. Он отложил палочки, опёрся подбородком на ладонь и тихо рассмеялся: — Ну ладно... В общем, в детстве я решил сделать маме сюрприз и испечь кексы. В итоге я чуть не спалил половину кухни...До сих пор помню, как мы потом три дня убирали жидкое тесто со стен и потолка... Джисон весело фыркнул, прикрывая рот ладонью, и в ту же секунду услышал мягкий, глубокий смех Минхо. Этот бархатный, искренний звук заполнил всю кухню, создавая между ними непередаваемую атмосферу абсолютного комфорта и тепла, словно они знали друг друга не пару дней, а всю жизнь. — Ну, главное, что ты цел остался, — отсмеявшись, мягко замечает Минхо, нежно смотря на омегу. — Мама то же самое тогда сказала! — с улыбкой воскликнул Джисон. Минхо ненадолго задумался, а затем его глаза задорно блеснули: — Слушай, а хочешь, я научу тебя печь кексы? — Чего?.. — Джисон даже моргнул от неожиданности, чуть не поперхнувшись чаем. — Прямо сейчас? Извини, но у меня дома собака, которую нужно срочно покормить. Она там одна с самого утра.

Привилегия директора часть 4/4. присутствует сцена 18+! Утро пришло тихо, почти незаметно. Сквозь высокие окна гостиной пробивался рассеянный дневной свет, ложась на пол длинными бледными полосами. За стеклом постепенно оживал город: внизу уже двигались машины, где-то неподалёку хлопнула дверь, а в самой квартире сохранялась спокойная тишина. Джисон медленно открыл глаза. Первое, что он увидел, — незнакомый потолок. Несколько секунд он лежал неподвижно, пытаясь собрать мысли. Под головой была чужая подушка, плечи укрывало мягкое покрывало, а диван казался слишком просторным и непривычным. В воздухе едва заметно ощущался запах дерева, чистого белья и прохладного кедра. Это не моя квартира. Джисон резко сел, но тут же пожалел об этом. В голове вспыхнула такая сильная боль, что перед глазами потемнело. Он схватился за виски и снова рухнул на подушки. — Не надо было вчера столько пить… — простонал Хан, осторожно потирая голову. — Сейчас она буквально треснет. — Может, тебе воды дать? — раздался за его спиной знакомый голос. — Да, пожалуйста… — машинально ответил Джисон, а затем замер. Он узнал этот голос. Сонливость исчезла мгновенно, уступив место тревоге. Хан медленно выпрямился, но поворачиваться не спешил. — Что… что происходит? — пробормотал он. — Это сон такой? — Нет, секретарь Хан. Это не сон. Минхо подошёл к дивану и протянул ему стакан воды. На нём была простая домашняя одежда: светлый лонгслив с закатанными до локтей рукавами и тёмные брюки. Без строгого пиджака и привычного выражения деловой сосредоточенности он выглядел непривычно расслабленным — почти домашним. Джисон поднял глаза и застыл. — Как я здесь оказался? — спросил он глядя на Минхо. — Я… что-то натворил? Прошу прощения, директор Ли. Минхо поставил воду на журнальный столик и сел рядом, оставив между ними небольшое расстояние. — А вчера ты называл меня Минхошей, — спокойно напомнил он. Джисон медленно опустил с глаза.на свои колени. — Я так вас называл? — Не только. Ещё пытался со мной целоваться. Несколько секунд Хан молчал, осмысливая услышанное. Затем прикрыл глаза ладонью. — О боже… Какой позор. Он попытался спрятать лицо, но Минхо мягко перехватил его за запястья и отвёл руки. — Не переживай ты так, — сказал он, внимательно наблюдая за его реакцией. — И вообще, это ведь я привёз тебя к себе домой, Хани. От этого обращения Джисон замер. Внутри всё неприятно сжалось, а затем внизу живота затянулся тугой узел. Блокаторы после алкоголя действовали слабее обычного, и в воздухе постепенно появилась тонкая, сладкая нота ванили. Минхо почувствовал её сразу. Его взгляд на мгновение стал внимательнее, но он не приблизился и не сделал резкого движения. Лишь чуть глубже вдохнул, а затем спокойно продолжил: — Я очень удивился, когда вчера около десяти вечера мне позвонил Хван. Он просил забрать своего друга. Видимо, бедняга настолько много выпил, что даже номер перепутал. — И вы правда приехали туда, чтобы забрать меня? — спросил Хан, всматриваясь в лицо Минхо. — Да, — ответил тот. — Ты вёл себя довольно… убедительно. — Что это значит? — Ты не хотел меня отпускать, просил остаться рядом и несколько раз предлагал поцеловаться. Джисон снова закрыл лицо ладонями. — Пожалуйста, хватит. Я больше никогда не буду пить... — Не уверен, что ты сможешь сдержать такое обещание, — заметил Минхо, и в его голосе появилась лёгкая усмешка. — Смогу! — Хорошо, хорошо. — беззлобно согласился директор. — Но, если честно, ты не доставил мне особых проблем. Джисон осторожно опустил руки и посмотрел на него. — Правда? — Правда. Я довёз тебя, приготовил суп и даже накормил тебя. А ещё... я получил определённое вознаграждение за заботу над тобой. — Какое ещё вознаграждение? — настороженно спросил Хан. Минхо не ответил сразу. Он лишь едва заметно улыбнулся, а затем медленно подался вперёд. Джисон проследил за его движением, и сердце снова забилось быстрее. Расстояние между ними сократилось. Хан замер, не понимая, чего именно ждать, но отступать не стал. — Это, — тихо произнёс Минхо. Он легко коснулся губами щеки Джисона — быстро и осторожно, почти невесомо. После этого сразу отстранился, оставляя Хану возможность спокойно осмыслить произошедшее. Джисон открыл глаза и несколько секунд смотрел на него. — Всего лишь поцелуй в щёку? — спросил он. В голосе прозвучало заметное облегчение. — Ты хотел поцелуй в губы, но я решил, что для таких вещей тебе нужно быть трезвым. В его словах не было ни упрёка, ни насмешки. Только ясная граница, которую Минхо не собирался переступать. Джисон понял это и смутился ещё сильнее. — Господи… Прошу прощения, — тихо сказал он, опуская взгляд на свои руки. — Больше такого не повторится. Мне очень жаль, что я доставил вам столько проблем. — Ничего страшного, — мягко ответил Минхо. Он легко похлопал Хана по плечу. — Ты не доставил мне никаких проблем. — Господин Ли… — Мы же договаривались, — напомнил Минхо, чуть наклоняя голову, — что в нерабочее время можем обращаться друг к другу неофициально. Джисон моргнул, а затем вспомнил разговор в кафе. — А точно… Тогда, Минхо, могу я принять душ у тебя? — спросил он после короткой паузы. — Я потом сразу уйду, клянусь. — Конечно можешь, — ответил Минхо. — Я принесу тебе сменную одежду. И… может, останешься на обед? Хан посмотрел на него с осторожной улыбкой. — Я подумаю. — Уже неплохо. Минхо поднялся с дивана и жестом показал Джисону следовать за ним. — Ванная находится на втором этаже. Поднимешься по лестнице, повернёшь направо и увидишь первую дверь слева. Полотенца лежат на полке внутри. — Хорошо. Спасибо. — Если понадобится что-то ещё, позови. — Я справлюсь, — поспешно ответил Хан. Минхо посмотрел на него с лёгкой улыбкой. — Я знаю. Но всё равно позови. Голова у Джисона всё ещё болела, но уже не так сильно. Поднявшись на второй этаж, он быстро нашёл нужную дверь и вошёл в ванную. Помещение оказалось просторным и светлым. Светлая плитка, деревянные полки и большое зеркало создавали ощущение порядка и спокойствия. Здесь всё выглядело так же сдержанно, как и сам Минхо: ничего лишнего, каждая вещь на своём месте. Джисон остановился перед зеркалом и с тяжёлым вздохом посмотрел на своё отражение. Волосы растрепались, кожа казалась бледной, а под глазами проступила усталость. Одежда, в которой он был в баре, теперь выглядела помятой и чужой самой себе.

любимки просто. ( обожаемая мной четвёрка присутствует ☺️)