второстепенный антагонист

Не отличая кровь от киновари боле, я сам себя нарёк: я — тигель, я — металл. Я — ртуть, свинец и медь, отпущенный на волю журавль, и скорбь, и гнев, и сломанная сталь. Я — горная вода высокого утёса, десяток лет среди камней и облаков, и вся земля внизу, что подо мной простёрлась, разлитое по ней туманов молоко. Бессонница, огонь, не гаснущий ночами, и солнце, что на нём расплавлено в котле. Я — шарлатан, бедняк, владеющий речами да прядью у виска, успевшей побелеть. Я — попусту в камнях раскрывшийся лилейник, мне друг — богач и звон чужого серебра. Я обману, когда я преклоню колени, я знаю каждый путь и всякий минерал. Я — скверный ученик, твердящий всем иное; не брать клинка в ладонь исполненный обет. Я — ложь о том, что есть бессмертие земное. Ты — меч. Я потому завидую тебе. #рассказслугиалхимика #короче_текст 1. старый враг (алхимик х мечник из Удана)

К О Р О Ч Е! 💚 Что: марафон маленьких текстов. Разрешены любые жанры и формы, лишь бы до 150 слов (включительно). Можно писать хоть анекдоты категории Б — главное, чтобы вам было весело. 💚 Когда: 15-31 августа. Это, по сути, маленькая зарисовка раз в два дня. 💚 Зачем: размяться перед большим текстом, переключиться после или отвлечься во время. А если вы сейчас ничего не пишете — просто так! Миниатюрки могут заставить попотеть не хуже объёмного романа, а иногда и хлеще. Давайте испытаем себя и получим от этого удовольствие. 💚 Для кого: для всех! Помечайте свои зарисовки хэштегом #короче_текст — и не забывайте заглядывать к коллегам по цеху. Всегда ваша, Дива в библиотеке. Репост категорически приветствуется!

О них же: государь беглецов и песен

Так пройдут года, так пройдут века, обратятся прахом лицо, рука, белоснежный шёлк и тяжёлый бархат. Так не знать нам тех, кто придёт потом, и не видеть, как, одолев простор, к берегам опять подплывает барка. Не стоять над городом высоко: терракота, зелень (не взять рукой), черепица, улицы, барабаны. Звук, с которым движется под тобой целый мир, бормочущий в нём прибой, гладь живого вечного океана. Ты владел великим и был таким: подчиняясь взмаху твоей руки, преклонялись братья, враги, народы. Под твоей ладонью пылал восток, будто каждый день золотой цветок распускался вновь под небесным сводом. Что до милосердия, то не нам осудить друг друга: одна цена у заживших ран и пролитой крови. Для чего мне сердце, какого нет, если над тобою горит рассвет, озаряя тысячу алых кровель. Я запомнил самый небрежный взгляд, как глядит арфист, как висит петля, как ладонь сжимается генерала, как принцесса держит у сердца нож, мальчик поминальное льёт вино посреди весёлого карнавала. Я узнал безвестные имена, не раскрытый больше никем обман, заглянул в могилы и колыбели. Видел я мятежников и солдат, что испили горечи и стыда и, склонившись, имя твоё воспели. Что от нас останется? Сон, портрет, безмятежной сливы опавший цвет, столько лет, застывших в едином миге, где опять, читая о нас, заснёт, заглянув на пару страниц вперёд, одинокий чтец на раскрытой книге. #цзянхувполдень

Я никуда не спешу. Никто никуда не спешит. Бог тонок, поскольку бог алеющей ниткой сшит. Солнце идёт домой, сердце идёт к воде. Я сторонюсь богов и сторонюсь людей. Бог одинок, но всё ж холоден и угрюм. Я говорю с тобой, с мёртвыми говорю, с ними деля язык старого словаря. Слово не камень, но — брось и увидишь рябь. Слово оставь, иной памяти не храни. Мир мимолётен, есть вечное что за ним? Снят с головы венец, мрачен вишнёвый сад; нам ли услышать в нём прежние голоса. Так оказалось, что жизнь на воде цветка, сколько ни воспевай, очень уж коротка.

👉https://vk.ru/hebuildscoffins 👈

Кстати, если у вас барахлят все эти способы обхода блокировок, возвращайтесь/присоединяйтесь к старому-доброму ВК. Чтобы видеть мои посты, нужно просто нажать на колокольчик уведомлений (и заодно изменить настройки ленты с «интересного» на «новое» — невероятно, но это всегда её чинит). Не будем теряться 🤝

В течении неназванной реки, в ином себе, проснувшемся таким, в движении ресницы мимолётном — и ком-то, поднимающем глаза, есть то, чего не выразить, сказав: река, ресница. Чувство же полёта я помню с детства — кто умел летать, такого не забудет. Высота похожа на глоток живой, холодный, последний или первый — всё одно. В неё глядишь в открытое окно: лети себе, лети куда угодно. Отдай меня, безмолвное, верни сюда, на землю, опуская вниз, где первый цвет, робеющий, неспешный, зелёным пробивается едва, а улиц пробуждённых рукава им слёзы утирают безутешно. Приберегая только имя «дом», я, живший далеко от поездов, но очень близко к тишине надгробий, люблю играть в неверные слова и имена отличные давать вещам, что мной отмечены особо. Собачий лай, рождённый вдалеке, так повторим, и тень на потолке всё та же; час к полуночи подходит, где человек без цепи и ведра, беспомощную голову задрав, глядится в опрокинутый колодец.

...Но в моих руках и огонь, и ветвь становились мертвенней хрусталя. Обожди же, девочка, дам совет: никакого толку в таких стрелять. Осыпалось бренное в лёд и соль, холодело вечное под бичом. Не спеши, мой мальчик, моё лицо не рассечь на пару твоим мечом. Поднималась к небу ладонь моя, поднималась кисть — опускалась плеть. Ибо знай, дитя, что таких, как я, никакими зельями не согреть. Только мой хрусталь мне нельзя обнять, и нет правды в сладостях и вине. Приведите брата, что дорог мне: только он и сможет разбить меня. 2016 #хроникинарнии

Да простятся плащи нам рваные и обветренное лицо!.. Мы достигли обетованного града, пали в его песок, обнимая руками камни и во блаженствии бормоча: научи же нас, Отче, знанию, покажи, как искать причал, упаси от клинка, от магии да от вражеской булавы... Только я будто пьян был брагой и не клонил своей головы: «Научи меня, Отче, всякому, я же преданный ученик — толковать этот мир двояко бы и иметь твою власть над ним, и по первому мановению моей слабой мирской руки приносить шум дождя и зелени в эти девственные пески». Подступали к вратам, шагали в них, кто дрожа, кто смеясь навзрыд; к одному мне всё глух был камень и оставался сей путь закрыт. «Пусть я буду великим воином, из железа возьму коня, и тотчас же умрут изгоями, кто силен победить меня». Но молчали пески, и ветер их, насмехаясь, мне нес в глаза. И, спасаясь одеждой ветхой, я, продолжая, тогда сказал: «Я бы стал мудрецом, оракулом, чтобы будущее прозреть. Людям путь освещал бы факелом, и от них отступалась смерть». Я остался один у града, и укрывала всё темнота. И, сдирая ладони слабые, колотил я в его врата. «Дай мне быть колдуном неправедным, этот крест я смогу нести, ведь не грех поступиться правилом, продолжая твои пути». Мне б уйти, отступить, не выдержать, но шептал я свои мольбы: «Быть позволь мне лишь тем отныне же, чем мне следовало бы быть». Необъятно был мудр и милостив сверху выслушавший меня, ибо всех нас по справедливости обещал он к себе принять: тех, кто верил, и кто не верил, тех, кто спал на его плече... И распахивал он мне двери, свои милостивые двери, позволяя не быть ничем. 2016

Подумал: ну почему мне не с чем вписаться в тренд на «2016-2026»? А потом вспомнил, что могу на этом канале показать стишки... да...

второстепенный антагонист pinned a photo

Счастливого наступившего! С этого момента в работе лавочки тёмных слов старины Мо (это я) произойдут маленькие изменения. Большинства из вас они даже не коснутся, но всё равно расскажу: 🔸 не будет участия в челленджах; 🔸 не будет приёма коммишенов. Для меня слова — это не работа, слова — это по любви. Люблю этот канал и вас ✨

Мой милый Гильденстерн, вердикт таков: к исходу пьесы — мрак и восемь трупов (и кто не терпит лжи и дураков, и сами дураки). Актёры труппы разъехались, и в зале пыль и хлам, суфлёр умолк, исчезнув с авансцены, и ветер выметает из угла последний звук упавшего гульде́на. Мой милый Гильденкранц, пустой театр мне нравится чуть более, чем смерти, а больше королей и их тиар мне нравится всё сущее на свете. Что толку имена себе давать и дёргаться в верёвке на потеху, когда весь мир — слова, слова, слова, у наших губ подхваченные эхом. Теперь нам не к лицу с тобой гадать, бросая вверх перо, судьбу, монету. Настанут дни, мой Розенстерн, когда, отдав вопросы, мы возьмём ответы. И в этот раз упавшая ребром монета больше не имеет веса. Быть может, снова выведет перо для нас одних придуманную пьесу. ...Но кто здесь? Чу!.. Я слышу стук (копыта?..), а значит, не закончена игра. Пускай былая роль уже забыта, но будет новая, мой милый Розенкранц. 2017 #розенкранцигильденстернмертвы

Мечи незрячи, а судьба слепа. Извилистая прежняя тропа твоя едва ли всякому известна: с неё свернув, становишься иным, и не зовёшься именем родным, и вдруг чужое занимаешь место. В зверином царстве не сменить окрас, кошачью поступь, блеск змеиных глаз; среди людей — удастся непременно. И даже тот, кто много лет с тобой бок о бок всякий принимает бой, не заподозрит никакой подмены. Так сердце вырывают из груди, так шепчут, умирая: уходи. И ты бежишь, растерянный, безмолвный, и всё теряешь — имя, место, дом, себе оставив лишь последний вздох и вложенную в пальцы хладнокровно монету, что останется меж них и на груди не на недолгий миг — на десять лет, на краденую вечность. Заменит сердце, скрытая в шелках, доспехах, окровавленных руках, уверенных, холодных, безупречных. Что видишь в повторяющемся сне? Не руки братьев (в памяти их нет), не злую тень проклятую убийцы — монету, что опустишь в мёртвый рот, когда свершится месть, настанет срок надеть давно утраченные лица. Беги, беги, упрямое дитя, сжимай медяк, и много лет спустя носи как амулет его под шёлком, одну лишь цель преследуя — вернуть не жизнь, не тот необратимый путь, а старую монету, да и только. #цзянхувполдень

#вопросы СПАСИБО СПА СИ БО

📨 Получено сообщение! ⁨Мы знаем, Что течение времен В подобие не рекам, но озерам Ложится нарисованным узором На списки из забывшихся имен, Куда однажды попадем и мы: Подумаешь, великое несчастье. Возможно, мы не выбираем масти, Но карту выбирать еще вольны. И оттого не влавствуют года Над теми, кто сполна владеет словом: Оно звучит и замолкает снова, Но все же возвращается всегда, Поэтому пожалуйста - пиши. Твои стихи излечивают раны Не на телах и лицах, а на самых Заплывших болью уголках души. Спокойствие, неведомое нам, Ты держишь в каждой строчке, как иголку — Как швейный Мастер, Но иного толка, Раз не по тканям шьешь, а по сердцам. И нам не страшно жить и умирать, Покуда ткется слово тонкой вязью. Любое можно пережить ненастье, Покуда есть на свете Мастера. И, может быть, спустя семь тысяч лет Останется живее сотен прочих Проклятий, Заклинаний И пророчеств Твоих стихов спокойный лунный свет.⁩