Идём лесом!

Дарвин опять оказался прав! В 1875 году он высказал гипотезу, что некоторые виды камнеломок (Saxifraga) являются хищными растениями: охотятся на насекомых с помощью клейких волосков на стеблях и переваривают их. Подтвердить эту идею знаменитому ученому не удалось. Однако спустя 150 лет ботаники продемонстрировали, что среди камнеломок действительно есть хищники. Они подробно изучили вид Saxifraga candelabrum, который растет на Тибетском нагорье. Выяснилось, что эта камнеломка приманивает мелких насекомых цветочным запахом и ловит их клейкими волосками на стебле. Затем растение переваривает добычу и усваивает содержащиеся в ней питательные вещества, что является для него большим подспорьем в бедной горной среде #Ботаника | *4.7 🙄 Подпишитесь на N + 1

Друзья, а вы знали, что камнеломки бывают хищными?! Вот интересная статья на этот счет⬇️

Всё происходившее далее, пожалуй, лучше всего продемонстрируют фотографии. Фотографы у нас были отменные (за бОльшую часть модельных фото отдельное спасибо Ирэне). Ну а после привала, рассматривания лосиных лежанок и сбора всех доступных глазу ягод (включая, по какой-то причине, даже несъедобную крушину) наша группа отправилась к Мазуринскому озеру – наслаждаться его меланхоличными просторами. По дороге нам то и дело попадались кустики куманики (см. фото), которые также жадно обгладывались охочими до ягод ртами. Тут и там из лесной подстилки возникали разнообразные грибы и отцветающие лесные травы. По прибытии на озеро я как обычно пошёл ворочать камыши в поисках краснокнижного мытника. Цветущих растений я, к сожалению, не нашёл, зато наткнулся на серую цаплю, которая сразу же предпочла сменить общество на более здоровое. На воде тем временем плескалась самка гоголя (Bucephala clangula). Её также можно отыскать среди фотографий. В лесу вечерело. Дремлики под стать своему имени клонились в сон вереницей коробочек, стрижи нарезали круги под куполом сумеречного неба, а наш союз искателей лесных сокровищ взял курс на город. Но, как гласит первое правило Горенского леса, – чем сильнее ты торопишься покинуть эти места, тем хуже у тебя получается. Так и мы безуспешно пытались набрать темп, но каждый раз останавливались у всё новой беспрецедентной находки. Пройти мимо было бы просто непростительно! Чего стоил один только гнилостный фулиго (Fuligo septica) – огромный жёлтый слизевик (технически – многоядерная амёба), распластавшийся по гнилому пню, или всё та же собачья весёлка на последних стадиях спороношения, когда ей уже совсем не весело… Но отдельного внимания нашей команды заслужила опушка в молодом березняке, сплошь усыпанная валуями. Валуй (Russula foetens), или бычок – пожалуй, один из самых русских грибов на свете. В перепетиях многовековых кулинарных традиций нашей родины его крепкая рыжая макушка занимает особое место. В замечательной книжке А. И. Иванова «Рассказы о русских грибах» чёрным по белому написано: «кто не ел солёный валуй, тот не постиг всю прелесть грибной национальной кухни». И это чистая правда. Уж поверьте – доктор микологических наук не будет лукавить в таком щепетильном вопросе. Хоть в сыром виде валуй и ядовит, умелыми кулинарными манипуляциями его можно превратить в первосортный деликатес, который в солёном виде даст фору любому груздю (и уж тем более опёнку). Для засолки собирают только молодые грибы, у которых шляпка ещё не раскрылась. Сперва их отмачивают (до трёх и более суток), несколько раз сменяя воду, затем отваривают 20–30 минут, пока не исчезнет характерный перечный привкус. После этого их солят как грузди – применяя всю хрестоматийную силу домашних маринадов. «Гриб валуй сырым не жуй!», – с этим посланием, застывшим на устах, мы с детьми передаём всем привет на одной из общих фотографий. И верим, что однажды выйдем из леса, и этот отчёт когда-нибудь закончится… Ну а напоследок, минуя ещё десяток грибов, мелькающие в сумеречных дебрях ёжики мордовника и бесконечные разговоры о чесночницах, упомяну здесь последнюю, крайне ценную находку. Во время форсирования реки Чернявки нам посчастливилось заметить на разъезженной тропе блистательную самку усача-кожевника (Prionus coriarius). Эти грузные насекомые по окончании метаморфоза не питаются и существуют с одной лишь единственной целью – произвести на свет многочисленное потомство. Лёт взрослых особей происходит с июля по сентябрь. За это время жуки находят пару, самки совершают несколько кладок в гниющую древесину, и скромный жизненный цикл лесных санитаров на этом завершается. К великой радости читателя завершается и наш отчёт. На этот раз моему внутреннему Шекспиру он дался особенно тяжело. Ваш, Иннокентий Паршков Фото участников похода Больше фото в альбоме выезда в ВК по ссылке

От автобусной остановки их путь лежит через великовозрастный ельник, где на первом же повороте едва различимой тропинки экскурсионную группу поджидает коварный обольститель – желчный гриб! Tylopilus felleus, он же горчак, он же ложный белый – претендент на первое место по обманутым ожиданиям любого грибника (фото № 2). Такой аппетитный с виду, но такой горький внутри организм имеет свойство плодоносить волнами в течение лета и ранней осени в старых еловых и смешанных лесах – причём далеко не каждый год. Отличить от съедобных белых, моховиков унд подосиновиков его можно по светлому окрасу шляпки, тёмной сеточке, покрывающей ножку, и розоватому гименофору (трубчатому слою), краснеющему на срезе. Из-за горького вкуса мякоти насекомыми и слизнями этот гриб почти не поедается, отчего имеет неестественно «витринный» внешний вид, делающий разочарование от находки ещё сильнее. А мы, тем временем, планомерно шли к болоту. По пути нашу колонну натуралистов сопровождали жизнерадостные и довольно многочисленные синичьи стаи. То и дело из них доносилось гнусавое подвякивание пухляков, другой раз – недовольное ворчание лазоревок и пописк московок. Время от времени звучал поползень, а вот дятлов на этот раз не было слышно совсем. Преодолевая лесные окна и полосы луга вдоль тропинки, мы неизбежно упирались взглядами в куртины лугового сивца (Succisa pratensis). Это изящное растение из семейства ворсянковых служит предвестником плавно надвигающейся осени, поскольку зацветает обычно в последнем месяце лета. В это время сплошные поляны сивца, освещённые тёплым августовским солнцем, становятся для опылителей настоящей скатертью-самобранкой, всегда готовой угостить нектаром уставших странников. На этот раз в числе почётных гостей пиршества оказались большие лесные перламутровки (Argynnis paphia, фото № 3), а также пара дневных павлиноглазок (Aglais io). Последние вызвали у младших участников прогулки сильнейший экстаз вплоть до полома сачка напополам в порыве энтомологического любопытства. К счастью, все участники процесса (за исключением сачка) остались целы и невредимы. А следующий трофей и подавно затмил собой все невзгоды – на нагретой солнцем коряге мной и моими помощниками было поймано два самца живородящей ящерицы (Zootoca vivipara). Эти рептилии населяют опушки спелых хвойных лесов, верховые болота и почти любые дачные участки, где есть поленница и/или куча стройматериалов. Питаются они мелкими беспозвоночными, живут в природе до 8 лет, а размножаться начинают уже в 2 года. Есть у них и половой диморфизм: самцы отличаются от самок ярко-жёлтой или оранжевой (вплоть до кирпично-красного) и при этом пёстрой в тёмные пятнышки окраской брюха, в то время как у самок брюхо светло-голубое или зеленоватое, без тёмного крапа. И да, эти ящерицы совсем не откладывают яйца – детёныши появляются прямо из мамы и сразу убегают в неизвестность, ведомые инстинктами. После тщательной очистки от клещей и торжественной фотосессии (фото № 4) ящерица была отпущена восвояси, а наша команда, наконец, ступила на зыбкую твердь прославленного в узких кругах верхового болота.