ВИКТОР ИЛЬИН

Дорогие друзья! В канун Нового года и в первые часы и дни наступившего на меня буквально обрушилась лавина ваших праздничных поздравлений. У меня нет слов, чтобы в полной мере выразить нахлынувшие чувства благодарности ко всем вам, мои дорогие! Читая ваши добрые Новогодние пожелания, я вспоминал годы, прожитые вместе. В памяти всплывали дни и месяцы, отданные совместной работе, наши общие успехи и трудности, которые мы совместно преодолевали. Вновь оживали и звучали наши споры, подчас острые, рождающие решения, многие из которых нам удавалось воплотить в жизнь. Как наяву, я видел ваши улыбки, ловил увлечённый блеск ваших глаз, слышал ваши голоса, опирался на ваши надёжные плечи. Вы снова были со мной, а я с вами, хотя сегодня от большинства из вас меня отделяют тысячи километров. Но что такое расстояние, когда речь идёт о самом ценном на свете - дружбе! Все ваши поздравления и добрые пожелания в мой адрес и в адрес моей семьи я возвращаю сторицей. Пусть ваше самочувствие и здоровье близких вам людей не омрачается даже пустяковыми недугами. Пусть во всех делах и начинаниях вам способствует удача. Пусть никогда не оставит вас простое человеческое счастье. И помоги нам Бог в установлении прочного и победоносного мира для нашей любимой России. Через несколько часов для всех нас воссияет Рождественская звезда. Я молю Бога о том, чтобы её свет осветил каждую душу, чтобы благодать Спасения вошла в нас с именем Христовым и указала верный путь в жизни. А ещё я хочу пожелать всем вам, и себе тоже, чтобы мы обязательно пересеклись на этом пути, обнялись, подарили друг другу свои улыбки и радость встречи. С наступающим Рождеством! Ваш Виктор Ильин.

ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ! Давайте верить в это. Да, слишком много знамений вокруг, которые отвращают от Веры и питают скептицизм. Дьявол же складирует наше неверие, приумножая зло, потому что именно Вера является антидотом и антиподом зла. И потом. Нам ничего не остаётся, как только верить. Разве у нас есть варианты? Нет вариантов. Значит, давайте помолимся. Кто как умеет. Кто-то уже отстоял Всенощную. Кто-то преклонил колени перед иконой и прошептал: "Господи, помилуй!.." А я прочитаю "Отче наш" и включу "Страсти по Иоанну", или "Страсти по Матфею". Это ведь тоже повествование о Страстях Господних по Евангелию, только в музыке. Она проникает прямо в сердце, пробивая путь сквозь душевные тромбы токсичных наслоений, вроде тех, что закупоривают сосуды. Это как умыть лицо чистой водой. Умыть лицо души. И непременно с именем Христа. С радостной мыслью о Его Воскресении и Вознесении. А с последним аккордом "Страстей" можно негромко проговорить: "Христос воскрес!" И услышать голос из горней выси: "ВОИСТИНУ ВОСКРЕСЕ...."

80 лет "Отваге" Алексея Выучейского Взяться за поиск фактов фронтовой биографии человека, о котором я расскажу ниже, меня побудил звонок моего старшего товарища Вячеслава Алексеевича Выучейского. В НАО знают и помнят Вячеслава Алексеевича, первого в нашем округе спикера законодательного Собрания, как человека кристально честного, принципиального, всесторонне эрудированно, настоящего патриота своей большой и малой Родины. Сейчас Вячеслав Выучейский на пенсии, проживает в Москве, но не теряет связи с Ненецким округом. Я пригласил Вячеслава Алексеевича стать моим подписчиком. Он с охотой принял это предложение. Через какое-то время у нас зашел разговор о земляках-северянах, награждённых в Великую Отечественную войну боевыми наградами. Выяснилось, что фронтовые дороги моего деда Василия Антоновича Верещагина и отца Вячеслава Выучейского Алексея Ивановича пересекались и сошлись в одной точке. И не в какой-то высоте Безымянной, а в Берлине! Оба они участвовали кровопролитном эпилоге Великой войны - Берлинской наступательной операции Красной Армии, и оба были награждены медалями «За взятие Берлина». Вячеслав Алексеевич рассказал, что в конце войны его отец был награждён медалью «За Отвагу». Однако описание подвига ему неизвестно. Договорились, что я постараюсь найти наградные документы на красноармейца Выучейского Алексея Ивановича, и по ним мы сможем проследить его боевой путь. Я взялся за работу. В ходе поиска выяснилось, что красноармеец Выучейский, член ВКП (б) с 1940 года, был призван на фронт Канино-Тиманским РВК в 1942 году. С первых дней воевал на Ленинградском фронте, где был дважды ранен, но оставался в строю. Третье ранение было тяжелым. Алексей получил его в июле 1944 года на 3-м Прибалтийском фронте. Три месяца он находился на излечении в госпитале № 2785, а по выздоровлении снова встал в строй. Служил красноармеец Выучейский в должности артиллериста 1229-го гаубичного артиллерийского полка 58-й гаубичной артиллеристской Таллинской бригады РГК 18 артиллеристской Гатчинской Краснознаменной, ордена Суворова второй степени дивизии прорыва резерва главного командования 1-го Белорусского фронта. В апреле 1945 года полк, в котором служил Алексей Иванович, выполнял сложную задачу по прорыву обороны противника на Одерском плацдарме. Бои шли тяжёлые. Фашисты оказывали ожесточенное сопротивление в надежде остановить наши войска на Одерском рубеже. В этой кровавой мясорубке и совершил свой подвиг Алексей Иванович. Из приказа от 18 апреля 1945 года: "...Наградить орудийного номера 5-й батареи красноармейца Выучейского Алексея Ивановича медалью «За Отвагу», за то, что во время боевых действий по уничтожению Гданьской группировки и прорыва обороны противника на Одерском плацдарме, он показал своё бесстрашие. Противник вёл ураганный огонь по батарее. Несмотря на артобстрел и угрожающее положение для жизни, тов. Выучейский не отходил от орудия, поднося снаряды, чем обеспечил своевременное подавление миномётной батареи противника". Алексей Иванович Выучейский, по окончанию Великой Отечественной войны, имел медали «За Отвагу», «За оборону Ленинграда», «За взятие Кенигсберга», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.» Сегодня, 18 апреля 2025 года, исполняется ровно 80 лет со дня издания приказа о награждении красноармейца Выучейского Алексея Ивановича медалью «За Отвагу». Накануне великого праздника Победы сын героя Вячеслав Алексеевич Выучейский, вместе с родственниками, отметит и эту памятную дату, столь важную в его семейной биографии.

Со всеми этими фактами приходилось дотошно и скрупулёзно разбираться, выяснять детали, "бомбардируя" архив Минобороны, наводя справки в дальних городах и весях России с одной целью - установить правду. Я рад сегодня сказать, что мне это чаще всего удавалось. В один только Подольский архив Министерства обороны было направлено 43 запроса. Наш проект не стоял на месте. Он развивался, ветвился, осваивал новые пласты человеческой памяти. Рамки историко-документального исследования становились ему тесными. Нам удалось так подготовить пакет документов к наградам, не врученным в своё время погибшим участникам Великой Отечественной войны, что их не прямые родственники получили наградные книжки героев, подписанные Президентом Российской Федерации. И не было для меня ничего более радостного и желанного, чем видеть счастливые глаза людей при получении этих документов. В начале своего обращения к вам, дорогие земляки, я сказал, что главный труд моей жизни - возвращение людям имён северян, героев Великой Отечественной - очевидно подошёл к концу. Сейчас я хочу поправить самого себя. Такое дело не может иметь завершения. Жизненные хроники тысяч имён ветеранов Великой Отечественной войны требуют восстановления из небытия. И здесь огромный пласт, неосвоенное поле для деятельности. С благословения главы Нарьян-Марской епархии Иакова мы начали создание Холма памяти на территории посёлкаИскателей. Здесь будет заложена земля, собранная в местах боев, в которых участвовали воины-северяне. Десятки таких образцов уже доставлены в округ. Они, по существу,воспроизводят грандиозную картину боевых сражений на всех театрах военных действий Великой Отечественной. Я благодарен всем моим друзьям и единомышленникам, которые включились в это благородное дело. Сегодня работа в рамках проекта "Память земли" продолжается. Она не должна остановиться. Я продолжаю писать книгу рассказов о северянах, невымышленных героях Великой Отечественной войны, которую можно назвать продолжением романа "Земляки". На этот раз в сюжетную канву вплетаются мотивы и события специальной военной операции, что по моему замыслу должно подчеркнуть органичную и неразрывную связь подвига разных поколений нашего народа. В заключение хочу сказать, что, наверное, есть люди, которым я не успел помочь в поисках родственников-фронтовиков в виду загруженности или забывчивости. Прошу меня за это простить. И заверить вас, что если ко мне поступят обращения такого рода, то я приложу все усилия для того, чтобы выполнить обещанное. Ваш Виктор Ильин

Главный труд моей жизни Дорогие друзья! Близок к завершению очень важный труд моей жизни: историческое и литературно-художественное исследование забытых и малоизвестных страниц Великой Отечественной войны, написанных нашими земляками-северянами, участниками тех неувядающих в памяти народной событий. Начало нашего проекта, как у всякого большого дела, было скромным. Я пришёл к мысли, что даже самые упорные историки и краеведы округа, вдохновлённые идеей донести правду о подвиге наших отцов, дедов и прадедов - бойцов и командиров Красной Армии и Военно-морского Флота - просто физически не в состоянии сделать это. Кто сможет рассказать про жизнь и геройскую смерть трёхсот человек награжденных боевыми наградами из более трёх тысяч, призванных из Ненецкого национального округа и погибших на фронте в годы Великой Отечественной войны? Однако сделать это было надо. Об этом просили меня земляки. Так родился социально - патриотический проект "Подвиг земляков - участников Великой Отечественной войны", который стартовал восемь лет назад при активном содействии Ненецкого регионального отделения партии "Единая Россия" при информационной поддержке газеты «Няръяна вындер» и осуществлялся в тесном сотрудничестве с Центральным архивом Министерстваобороны Российской Федерации, историками и краеведами Ненецкого автономного округа, потомками и родственниками ветеранов, с десятками, если не сотнями неравнодушных наших сограждан. К сожалению, в дальнейшем, партии «Единая Россия» данный проект оказался не нужен, а «Няръяна вындер» запретили печатать мои статьи. Поэтому я стал использовать в своей работе социальные сети и стал сотрудничать с газетой «Заполярный вестник +». Кто были люди, отдавшие жизнь, здоровье и лучшие свои годы за то, чтобы никогда не летали чёрные крылья над нашей Родиной, не топтали её просторные поля сапоги оккупантов, не гремел гортанный окрик надзирателей, не щёлкал кнут над головами наших соотечественников, превращённых в рабов? Драгоценные артефакты - пожелтевшие от времени письма с фронта, конверты похоронок в подтёках слёз, извещения о пропавших без вести, вырезки из газет военных лет вместе с документами архива Минобороны России - день за днём открывали своипогребённые временем тайны, властно просились на страницы газет и книг, на сайты социальных сетей... Двести сорок семь публикаций о ратном труде и подвиге наших земляков-ветеранов вместили сайты VK и "Телеграм". Сорок шесть статей появилось в газете "Няръяна вындер", пять - в "Медведе Заполярья", семь - в "Заполярном вестнике +". Была издана книга "Ожившие страницы истории", обширный альманах, вобравший в себя документальную хронику войны на Севере в преломлении людских судеб. Настоящим прорывом, для меня, стала книга "Земляки", военно-исторический роман, где строго выверенный документальный факт соединялся с авторским вымыслом. В ходе работы над этим романом мне пришлось перелопатить огромный пласт исторического материала, закопаться в архивах: сельских, районных, школьных, ведомственных, семейных, проторить дорожку в Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации, засесть за чтение специальной и художественной литературы, описывающей боевые действия Красной Армии и Военно-морского Флота на Крайнем Севере и на других театрах военных действий Великой Отечественной и Второй мировой войны.   Вся эта работа велась отнюдь не только за письменным столом. Она проходила в напряжённом поиске живых и письменных свидетелей той эпохи, в ближних и дальних поездках за документами и артефактами, могущимипролить свет на "белые пятна" истории, в долгих разговорах с самыми разными людьми, запросах архивных данных, их проверке и перепроверке. в работе над ошибками. В головокружительном вихре Великой войны случалось всякое. Бывало, что на живых людей приходили похоронки. Имела место путаница в именах, фамилиях и отчествах полных тёзок, один из которых был призван из Ненецкого округа.

Разведчик Прокопий Канев воевал так, как требовал от него долг перед Родиной и особый бесшабашный кураж десантника. В одном из боёв он четыре раза бросался в атаку на врага с винтовкой наперерез. В штыковой атаке заколол 8 фашистов, а гранатами уничтожил вражеский пулеметный расчет. Его подвиги ставили в пример сослуживцам, в его честь печатали стихи в газете «За победу!» от 13 декабря 1941 года. Пускай гудит в полях пурга, Пускай метель метет, Отважный Канев в тыл врага Стремительно пойдет. В бою за речку, у горы Он строй фашистов рвет, На штык он принял четверых, Разбил их пулемет. В боях за Родину свою, Любя грозу атак, И уложил в одном бою Он пятьдесят вояк. Пройдет под вражеским огнем – Цель Каневу ясна! Гордись разведчиком – бойцом Советская страна! И не подсчитан до конца Его текущий счет, - Счет истребителя – бойца Из боя в бой растет. (Автор неизвестен) Но вчитаемся в строки представления его к званию Героя Советского Союза: "В Отечественной войне Советского Союза против вероломных банд германского фашизма тов. Канев Прокопий Руфимович проявил себя подлинным героем социалистической Родины, беззаветно и преданно выполняющим боевые задачи, демонстрирующим образцы мужества и героизма. Будучи бесстрашным разведчиком, беспощадно уничтожающим фашистских гадов, тов. Канев неоднократно пробирался в тыл врага, уничтожая там фашистов, сеял панику и доставлял ценные сведения о немцах, благодаря которым батальон успешно выполнял целый ряд боевых задач". Прокопий Руфимович Канев был, не единственным солдатом Отчизны, выходцем из Ненецкого округа, кто в годы войны представлялся к высшей награде Родины - званию Героя Советского Союза. Но смею предположить, что он был первый из земляков не просто в годы войны - а в трагическом сорок первом, самом тяжёлом году. Надо было совершить нечто особенное, выходящее из ряда обычной солдатской доблести, чтобы заслужить такое представление. За проявленные мужество и героизм Прокопий Руфимович был награждён орденом Ленина. Он погиб в январе 1942 года в Курской области, был похоронен в селе Красная Долина Касторенского района. Сегодня в тех краях, где сражался и где сложил голову наш земляк Прокопий Канев, снова идут бои. И враг у нас тот же - нацизм. Нацизм воцарился в великом и прекрасном городе Киеве, который в сорок первом защищал Прокопий Руфимович. Нацизм вторгся на землю Курской области, где в сорок втором он погиб. И самым достойным проявлением памяти об этом человеке стало очищение нашей земли, через 80 лет вновь осквернённой врагом, от заразы нацизма.

Но 24-х летний Прокопий Канев, уроженец села Ижма Коми АССР, призванный из города Нарьян-Мара, конечно же не знал, и не мог знать о разговоре на повышенных тонах, который стоил Жукову поста начальника Генштаба. И хотя Сталин примерно осадил своего строптивого военачальника, чтобы другим неповадно было дерзить (по некоторым сведениям, в кабинете Верховного в то время находился его верный "личарда", главный комиссар РККА, провокатор и доносчик Лев Мехлис), с предложениями Жукова Верховный по факту согласился. Оборона Москвы была усилена переброшенными с Западного фронта войсками. Ценой сдачи Киева. В ночь на 7 сентября, ближе к утру, чтобы не напрягать глаз в темноте, Прокопий Канев выдвинулся к селу Мутино. Всё тут, на юге, было ему непривычно: и раскидистые дубы, сбивающиеся в просторные, шелестящие листьями дубравы, и высоченные сосны, поскрипывающие на ветру корявыми стволами, и сама земля - чёрная от перегноя как уголь, в которую палку воткнёшь - вырастет орешник или бук. Как непохожа была эта земля на песчаные лагуны лесотундры близ Нарьян-Мара, одинокие лиственницы, заросли ягеля пополам с голубикой. Но это была его, наша, Советская земля. Которую надо защищать, как говорилось в присяге, не щадя крови и самой жизни. Часам к пяти посветлело. Прокопий, стараясь не шелестеть бумагой, приладил на планшетке лист и начал зарисовывать расположение смутно чернеющих вдали контуров немецких самоходок. Хруст ветки явно поблизости заставил его прервать это занятие. Прокопий затаился. Хруст больше не повторялся. "Показалось, наверное", - подумал рядовой, и возобновил работу. В спину со стороны пролеска ударил свет карманного фонарика, послышался гортанный окрик: - Русс? - Да, русский, спокойно ответил Прокопий и одновременно выстрелил из пистолета по фашистам. Оба упали замертво. То был первый рейд в тыл врага красноармейца - разведчика Прокопия Канева. Прошло всего три дня, и он вновь испытал судьбу. 10 сентября 1941 года Прокопий Руфимович, как говорится в сводке боевых действий, зашёл в тыл противника, уничтожил до 10 солдат и офицеров, забросав их гранатами. Остальные в панике бежали. Ещё через пару дней - снова бой. "В разведке 12 сентября 1941 года, - читаем в представлении сержанта Канева к награде, - в сёлах Степь-Хрещатик и Новосёловка тов. Канев разведал точное расположение противника и его намерения. При занятии нового рубежа обороны нашей бригадой тов. Канев предварительно был выслан в разведку, где установил расположение противника и тем самым дал возможность части без потерь занять оборону". В Киеве уже хозяйничали фашисты, а наш земляк-северянин мстил им за поруганный город, в котором ему никогда не доведётся побывать. Не посчастливится прогуляться по блистательному Крещатику, полюбоваться несравненно прекрасной Киево-Печорской Лаврой, подняться по ступенькам Владимирской горки... В разведке 29 сентября 1941 года в совхозе Павловка тов. Канев забросал гранатами боевое охранение противника, уничтожил до 12 фашистов. Время было возвращаться из рейда "домой", в батальон. Прокопий выскользнул из леска, где хоронился от немцев, на просёлочную дорогу. Теперь надо было пройти по ней метров триста, потом свернуть на еле видимую тропку, миновать лесополосу, перебежать, а то и проползти по-пластунски, сожжённое поле пшеницы - а там и до наших позиций рукой подать. Прокопий приободрился, и даже стал напевать знакомую мелодию, чтобы скоротать путь. Далёкий треск моторов прервал эту почти мирную идиллию. Он едва успел отскочить в сторону и залечь на обочине дороги. Так и есть: через минуту на тракт выскочили два немецких мотоцикла "Zundapp". За рулём одного сидел офицер в танкистском шлеме, во втором была охрана. Прокопий не стал таиться, а вышел на дорогу и в упор расстрелял фашистов... Быстро обыскав убитого офицера, красноармеец Канев извлёк из его кителя запечатанный сургучом пакет с документами. "В штабе пригодятся!" - мысленно похвалил сам себя Прокопий и забрался на мотоцикл. Взревел мотор, увозя в бригаду важные, как потом выяснилось, сведения. Ну и оба мотоцикла, понятное дело, не будут лишними.

Контрудары Прокопия Канева - Какие там еще контрудары? - голос Сталина с лёгкой хрипотцой окрасился отчётливым грузинским акцентом. Жуков знал: так случалось, когда Верховный был чем-то очень сильно раздражён. А сегодня Сталину раздражаться было от чего. И не только ему. Уже тридцать восьмой день страна билась с врагом. Враг оказался сильным. Гораздо сильнее, чем мы ожидали. Георгий Константинович Жуков, начальник Генерального штаба, знал это, пожалуй, лучше других. На карте боевых действий, разложенной в кабинете Верховного, рваной линией вдавился в нашу оборону фиолетовый клин группы армий "Центр" немецкого вермахта. Жуков отложил указку, она была не нужна. Пояснил Верховному: - С учетом всех обстоятельств, в том числе и конфигурации линии фронта, есть основания предполагать, что противник нанесет удар по Центральному фронту, прикрывавшему Гомельское направление, с целью выйти во фланг и в тыл Юго-Западному фронту. И, немного помедлив, чтобы Верховный успел осмыслить сказанное, добавил: - Во избежание окружения, войска Юго-Западного фронта нужно отвести за Днепр. Киев придется оставить.... В кабинете Сталина повисла долгая пауза. С портрета на стене на Жукова, как ему показалось, с ухмылкой, смотрел Суворов. "Что бы он на это сказал?.." - промелькнуло у Георгия Константиновича. Но сказал Сталин: - Какие там еще удары, что за чепуха? Как вы могли додуматься сдать врагу Киев? Эти слова прозвенели, как пощёчина. Жуков собрался. - Если вы считаете, что начальник Генерального штаба способен только чепуху молоть, - жёстко возразил он Верховному, - тогда ему здесь делать нечего. Я прошу освободить меня от обязанностей начальника Генерального штаба и послать на фронт. Там я, видимо, принесу больше пользы Родине. - Вы не горячитесь, - парировал Сталин. - А впрочем, если так ставите вопрос, мы без вас можем обойтись... Этот разговор, который произошёл 29 июля 1941 года, теперь знают все: по мемуарам Жукова "Воспоминания и размышления", по киноэпопее "Освобождение", по многочисленным цитатам и ссылкам историков, по учебникам для студентов истфака. Тогдашняя пикировка Верховного и начальника Генштаба имела конкретные последствия: Жуков был отстранён от этой должности, но назначен командующим Резервным фронтом. Ему была поставлена задача - организовать контрудар под Ельней. 20 сентября 1941 года Киев был сдан врагу. За две недели до этой чёрной даты Прокопий Канев вышел в рейд у села Мутино, что в Сумской области, чтобы разведать расположение батарей, танков и скопление немецких войск. - Держи вот. Жертвую! - пошутил комроты, вручая красноармейцу Каневу свою офицерскую планшетку. - Зарисуешь дислокацию на месте. А то ведь по памяти перепутать несложно. Ну, с богом, разведка! На тебя надежда, Канев. Не подведи Прокопий Батькович... - Руфимович! - поправил Канев. - Ага. Не подведи, Прокопий Руфимович, нашу 212-ю воздушно-десантную бригаду 13-й гвардейской стрелковой дивизии Юго-Западного фронта! - А как там Киев, товарищ старший лейтенант? - спросил, прилаживая на ремень планшетку, разведчик. - Держится. Упорные бои, - нехотя ответил ротный. В бригаде едва ли не все разговоры последних дней велись про Киев. 5 августа 212-я бригада была переподчинена коменданту Киевского укрепрайона, а затем введена в новый район боевых действий. Начались тяжелейшие бои под столицей Советской Украины. Сегодня мы знаем, какие немыслимые по своему накалу и ожесточённости сражения развернулись на гигантском участке театра военных действий, протянувшегося от Мурманска до Кавказа. Историография подробно описала жестокие коллизии тех дней. Натиск фашистских войск был настолько сильным, что перед Ставкой Верховного главнокомандования встала дилемма: оборонять ли Киев, или сдать его, перебросив силы на защиту Москвы, к которой рвались отборные дивизии группы армий "Центр" фашистского вермахта. К этому периоду относится и знаменитый горячий диалог Сталина с Жуковым.

Канев Прокопий Руфимович

Нум разрезал его на семь частей, бросил их через голову – так появилась дичь. Передние лапы остались у него в руках. Нум разделил их пополам, и из четырёх половинок возникли белка, соболь, волк и песец. - А ещё говорят, - встряла в разговор тётя Хадне, хотя ненецким женщинам вообще-то пристало молчать, когда разговаривают мужчины, - что ингнея разделил вовсе не Нум, а Нга, его непутёвый брат. Русские называют Нгу дьяволом. Но не важно, кто разрезал росомаху. Важно, что её разделили, понимаешь? И это спасло Землю... Молния быстрой догадки будто пробила насквозь Тимофея, как это бывало с неосторожными путниками в тундре, не успевшими схорониться в грозу. Надо разделить гауптмана! Точнее, отделить его от его же заложников! Как Нум это проделал с росомахой! Наутро Тимофей Алексеевич залёг в кустах, которыми порос берег Путьбы, вместе с солдатиком. Кажется Серёгой его звали, Тимофей запамятовал. А известен тот Серёга был в роте своим голосом, вернее, голосищем. Даже обычные слова вылетали из него, как гром из морской трубы. Серёгу, когда он заступал в наряд, бойцы предупреждали: не ори во всю мощь "Рота, подъём!", как того требует устав - оглохнем! В общем, Сергей был для задуманного Тимофеем дела очень подходящий человек. Сам-то он кричать не мог. Прильнувши к прицелу, снайпер даже дыхание задерживал, когда жал на "собачку" - старался выстрелить в паузе между вдохом и выдохом. Офицер, как всегда, прогуливался по ближней линии немецких позиций, то и дело прикладывая к глазам бинокль и время от времени делал отметки в своём планшете. К его руке, обряжённой в чёрную перчатку, был привязан белобрысый пацан, хлюпающий и заплаканный; это было отчётливо видно Тимофею сквозь протёртый накануне спиртом прицел винтовки. Гауптман держал мальчика на коротком поводке, периодически подгоняя его тычками. И, как всегда, скалился. На мгновение Тимофею показалось, что они с фашистом, совместив линию взглядов из бинокля и из прицела, снова превратились в росомаху и охотника из Большеземельской тундры. "Будь осторожен!- услышал он тихий голос внутри себя, - это ингней..." Офицер, бесстрастно волоча за собой мальчишку, зорко следил за тем, чтобы тело ребёнка прикрывало его торс, и даже немного приспускался, прячась за головой своего пленника. Вот он подошёл к колючей проволоке, спиралью завитой за немецким окопом. Вот он снова приложил к хищно заострённой морде бинокль. Вот он повёл его сначала вправо, а затем влево. Раскрыл планшет, достал карандаш. - Ори! - шепнул Тимофей Серёге. В ушах задрожали барабанные перепонки от трубного гласа Сергея: - Вни-и-и-з! Па-а-дай!!! Малая доля секунды понадобилась смекалистому пацану, чтобы, натянув до треска связавшую его верёвку, броситься за землю, увлекая за собой гауптмана. Этой доли секунды Тимофею хватило, чтобы нажать курок. Ингней был отделён от жертвы и пробит пулей, которую охотник из Большеземельской тундры Тимофей Тайбарей загвоздил фашисту прямо в лоб. Много лет позже, когда станут доступны архивы Министерства обороны России, мы узнаем, что "...красноармеец снайпер Тимофей Алексеевич Тайбарей систематически уничтожал технику и живую силу немецких оккупантов. Из своего оружия он самолично за короткий срок истребил 14 и ранил 6 солдат и офицеров противника". 15 января 1943 года приказом №2 по 1256 -му полку Тимофей Тайбарей был награждён медалью "За боевые заслуги". Он продолжил воевать на Волховском фронте, освобождал Новгородскую землю, Белоруссию, Латвию, и как отмечалось в боевых донесениях, везде проявлял боевую выучку, мужество и героизм. Тимофей Алексеевич в боях получил тяжелое ранение. Выжил он или погиб постараемся уточнить в Подольском архиве Министерства Обороны. *ненецк.- перемещались, кочевали.

Ингней Тимофей прозвал этого фашиста ингней - росомаха по-ненецки. Тимофей Алексеевич Тайбарей, сын и внук охотника и сам охотник, хорошо знал этого зверя. Росомаха появлялась в Большеземельской тундре, когда олени по зиме уходили с побережья океана вглубь, а оленеводы, дело привычное, веками заведённое - ямдали* за своими стадами. Обычно росомахи ближе к лесу держались, лесотундру, а тем более голую полярную степь, не жаловали, однако лакомиться оленятами и слабыми олешками любили. Никто из зверей не мог сравниться лютостью с росомахой: ни медведь, ни волк, ни человек, который подчас свирепее любого зверя. Однажды угодившая в его капкан росомаха была настолько дьявольски страшна, когда оскалила свои кинжальные зубы и вперила - зрачок в зрачок - источающие злобу глаза, что Тимофей посчитал за разумное пристрелить это исчадие Нги, не приближаясь к ловушке. Опытные охотники говорили, что ингней, попавший в капкан, может перегрызть себе лапу, а потом, набросившись, разорвать человека - такая в этом звере адская сила. Так это или нет, Тимофей Алексеевич испытывать на себе не желал. Этот немецкий офицер был чем-то неуловимо похож на росомаху. Наверное, прикусом, а точнее оскалом, своих белых зубов. Или глазами. Росомашьими. Тимофей запомнил их тогда. у капкана. Застреленного зверя он не взял, оставил на снегу; пусть песцы пиршествуют. Что-то отвратило его от такого трофея. Хотя мех у росомахи хороший, тёплый. Офицер почти никогда не появлялся на позициях один. Всегда с кем-то из наших: то мальчонку впереди себя ведёт, крепко сжимая его плечо, чтобы не убежал, то девушку из деревушки, как её? - Чечулино - впереди себя гонит . А может, из Подберезья. Они, эти деревни, как ягоды морошки, усеяли берега речки Путьбы, что севернее города Новгорода, где сейчас немцы. Выставляет гад фашистский перед собой беззащитного человека, как живой щит. Этот немец от него, Тимофея Тайбарея, снайпера 4-й роты 2-го батальона 1256-го стрелкового полка 378-й дивизии Волховского фронта, таким манером прячется. Закрывается. Чтобы пуля из его, Тимофеевой, "мосинки" с оптическим цейссовским прицелом, полковым трофеем, не продырявила росомаший лоб фашистского вражины. Немец, понятное дело, не променад совершать на бруствер окопа выходит. Непростой он офицер. Взводный у Тимофея рассмотрел его как-то в бинокль, сказал, что это гауптман, по нашему капитан. Да хоть сам Гитлер! - Тимофей все равно его снимет пулей. Рано или поздно. Пусть только в капкан сунется, как тот ингней. Но пока хорошо воевать получается у гауптмана с росомашьей мордой, а не у снайпера красноармейца Тайбарея. Пока немец одолевает ненца. Берёт над ним верх. Не раз и не два ловил Тимофей Алексеевич фашиста в перекрестье прицела, но нажать на курок так и не решился; силуэт заложника всякий раз заслонял офицера в щеголевато приталенной шинели. А тот, будто чувствуя бессилие снайпера, лишь глумливо скалился в его сторону своими росомашьими клыками. После рекогносцировок гауптмана немецкие миномёты без промаха накрывали огнём наши передовые позиции, точно гвоздила сосредоточение "тридцатьчетвёрок" вражеская артиллерия, валом шли в медсанбат раненные, выписывались в штабах похоронки на убитых солдат. А гауптман вновь вышагивал с биноклем по самой кромке окопа - то с деревенским мальцом, то с измождённой старушкой. И вновь снайпер Тайбарей лишь бессильно скрежетал зубами, отставляя в сторону бесполезную "трёхлинейку". Ингней... Тимофей ещё с малолетства слышал легенды об этом странном, невероятно кровожадном хищнике, крупном представителе куньих. В ненецких сказаниях росомаха неизменно наделялась чертами коварства и зловредности. Ингней слыл носителем тёмного духа, существом, зависшим между реальным миром и миром демонов. В обвешанном оленьими шкурами от студёных арктических ветров чуме, у жарко пылающего очага, Тимофей жадно внимал рассказам стариков об ингнее. - Нум, верховное божество, - шамкал беззубым ртом дядя Едэйко, - взглянул на Землю и заметил, что нет на ней дичи. Он спустился к реке, где встретил ингнея.

Затряслись поджилки - не могли не затрястись! - у гитлеровцев, с победным маршем прошагавших всю Европу, нагнувших Чехословакию, Польшу, Данию, Норвегию, Бельгию, Голландию, Францию, Грецию, Югославию..." Если так уже сейчас, то что будет дальше?!" - не могли не задаться вопросом фрицы, которых в той же Франции на официальном тогдашнем новоязе коллаборационистов называли "наши немецкие гости". А дальше будут разгром под Москвой, победа под Сталинградом, первый салют в честь освобождения Орла и Белгорода, вызволение Европы от нацистской чумы, Знамя Победы над рейхстагом... Отсюда, из Бреста-41, проляжет наш долгий путь к Великой Победе. ...Я собрал землю Бреста в припасённый к поездке контейнер. Она доставлена в посёлок Искателей, где ей наполнили памятные патроны в нашем проекте "Память Земли".

Первая победа сорок первого Размышления у стен Брестской крепости Каждому из нас, кто считает себя патриотом России, я советовал бы обязательно приехать сюда, на западную оконечность Белоруссии, в город, название которого известно всему миру - Брест. А точнее в Крепость-герой, которая носит имя этого города. Пройтись по гулким казематам твердыни-мемориала, посетить прекрасный музей, созданный стараниями президента Республики Беларусь Александра Лукашенко, ощутить эффект присутствия от интерактивных компьютерных инсталляций. А главное - услышать отзвук Битвы, разгоревшейся здесь 84 года назад. О Брестской крепости говорили, писали, снимали фильмы, слагали стихи и песни в таком количестве, что добавить с написанному, отснятому и сочинённому уже, пожалуй, нечего. Можно вспомнить, что Крепость первой приняла на себя мощнейший удар немецкой группы армий "Центр". Что её защитники, окружённые фашистами, сопротивлялись врагу больше месяца - столько же, сколько воевала Франция или Польша. Или в 1,25 раза дольше, чем Греция, в 1, 7 раза дольше, чем Бельгия, в шесть раз - чем Голландия. Брестская крепость держала невероятный по сокрушительной силе натиск вермахта в 150 раз продолжительнее, чем Дания! Одним из последних её защитников был взят в плен майор Гаврилов. Это случилось 23 июля 1941 года - на 32-й день войны. Остальные погибли. Отнюдь не склонные к благородству и рыцарству немецкие солдаты даже салютовали нашим павшим героям залпами из стрелкового оружия. Это был первый и единственный такой жест с их стороны за все годы Великой Отечественной войны. Когда я стоял у стен мемориального комплекса "Брестская крепость-герой", то мысленно перебирал в памяти страницы книги, которую прочитал перед своим отъездом в Белоруссию. Книга называется "Забытые победы 1941 года" и принадлежит перу известной российской писательницы и историка Елены Прудниковой. Собственно, само название этого труда исчерпывающе говорит о его содержании. Победы 1941 года. Необычно звучит, не правда ли? Мы привыкли к иным словосочетаниям, к другим эпитетам и определениям, сопровождающим формулу речи "сорок первый год": "катастрофа", "крушение", "трагедия", "боль", "скорбь"...этот смысловой ряд можно продолжить. И вдруг - победы! Да ещё во множественном числе! А они были, эти победы. Больше того: побед сорок первого года не могло не быть. Потому что без них не могло случиться Великой Победы сорок пятого. В книге Елены Прудниковой я нашёл немало фактов, подтверждающих героизм нашего народа. "Одновременные выстрелы" по врагу, а главное - сокрушительные и хорошо подготовленные выстрелы! - нанёс наш военно-морской флот, который загодя привёл в боевую готовность адмирал флота СССР Николай Герасимович Кузнецов. Хотя ему непросто было сломить сопротивление скептиков и "голубей" в Кремле, Министерстве обороны и Генштабе последних предвоенных месяцев. Это была наша очень весомая победа 1941 года. А разве не зримым символом победы сорок первого, ошеломившей фашистов, стал советский пограничный знак А-36 на хребте Муста-Тунтури в Заполярье, которого отборным немецким егерям из дивизии "Эдельвейс", несмотря на их остервенелые атаки, не удалось ни свалить, ни сдвинуть хоть на метр?! Но, конечно же, самая всесокрушающая победа 1941 года произошла здесь, на священной и многострадальной земле Белоруссии. У Брестской крепости. Именно тут, у краснокирпичных стен неприступного бастиона, Гитлеру впервые своротили скулу. Врезали наотмашь, с оттягом, прямо в наглую, озверевшую от безнаказанности и лёгких побед, харю. Замахнулись ещё...но сил на удар не хватило. А теперь давайте попробуем представить чувства и раздумья солдата или офицера вермахта, которого так щедро "угостили" в июне и июле 1941 года под стенами Бреста. Которого 32 дня "потчевали яствами" из снарядов и мин, пуль и гранат, приправленных беспрецедентным мужеством и стойкостью советского солдата.

Окончание. Но вернёмся в начало нашего повествования. В Книге Памяти Ненецкого автономного округа Иван Иванович Репин 1909 года рождения числится погибшим в августе 1943 года. Неужели нам удалось установить боевой путь нашего земляка, пусть уроженца другой местности, но призванного нашим военкоматом? Если это так, то Ненецкий округ обретёт ещё одного героя Великой Отечественной войны. Мы сделали запрос в Подольский архив Министерства обороны России. Ответ разочаровал. Полный кавалер ордена Славы Иван Репин был призван на фронт Печорским РВК Коми АССР. Делюсь своими переживаниями с краеведом Юрием Каневым. Он знает о наших земляках, участниках Великой Отечественной войны, больше, чем кто бы то ни было. В том числе и о награждённых орденами Славы. Юрий Викторович призывает не сдаваться и всё же найти ответ. Быть может, - говорит он, - Иван Репин работал у нас в округе, но затем был в командировке. А когда началась война, его призвали Печорским военкоматом? Обращаемся к известному поисковику Андрею Николаеву. Он подтверждает, что в архиве НАО есть упоминание о Иване Ивановиче Репине, который был призван на фронт из нашего округа в 1942 году. Опять надежда! Оформляем запрос в окружной архив, теперь уже исходя из данных Андрея Николаева. И опять ожидание. Спасибо работникам архивного отдела Ненецкого автономного округа за оперативность. Они, понимая наше нетерпение, не стали задерживать с ответом. Цитируем по архивной справке: по имеющимся данным, Репин Иван Иванович трудился на Печорском лесозаводе в механическом цехе. Вроде удача! Но дальше было опять разочарование, уже которое по счёту. Речь о полном тёзке нашего героя Репине Иване Ивановиче, 1893 года рождения, уроженце Ижемского района Коми АССР, отмобилизованного в 1942 году. Иван Иванович трудился с 15 июня 1927 года машинистом в механическом цехе лесозавода № 51. Именно он пропал без вести третьего августа 1943 года в районе деревни Голая Долина, Славянского района, Сталинской (ныне Донецкой области). Сложные и часто запутанные судьбы участников Великой Отечественной войны, конечно же, порой затрудняют возвращение имен героев. Тем не менее, мы будем и впредь по крупицам восстанавливать события тех лет и находить людей, защищавших в годину испытаний нашу Родину.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 15 мая 1946 года за отвагу и храбрость, проявленные в боях с немецкими захватчиками в Великой Отечественной войне, гвардии старшина Иван Иванович Репин был награждён орденом Славы I степени, став полным кавалером орденов Славы. Но вернёмся в начало нашего повествования. Продолжение 23.03.25.

Репин, живописец бесстрашного боя Мы не знаем, почему в Книге Памяти Ненецкого автономного округа появилась информация о пропавшем без вести 3 августа 1943 года в Сталинской области Ивана Ивановича Репина 1909 года рождения, уроженце села Рогачево Дмитровского района Московской области, призванного в действующую армию в 1942 году Печорским РВК Архангельской области. Но та информация¸ которую мы получили в ходе поиска, заслуживает отдельного разговора: ведь Иван Иванович не только остался жив, но и совершил после мнимой даты своего исчезновения немало подвигов. Но обо всём по порядку. Красноармейцу Репину на момент призыва было 33 года. Иван Иванович был зачислен в 112-й гвардейский стрелковый полк 39-й гвардейской Барвенковской Краснознамённой стрелковой дивизии. Вскоре храбрый и сметливый боец стал командиром стрелкового отделения 2-го батальона и получил звание старшего сержанта. Мало какое формирование Красной Армии прошло столь доблестный боевой путь, как легендарная 39-я Барвенковская дивизия. Она участвовала в Сталинградской битве, освобождала Молдавию, Левобережную и Правобережную Украину, Белоруссию, Польшу, брала Берлин и закончила войну 9 мая 1945 года в столице поверженного рейха, в районе парка Тиргартен. Иван Иванович шёл к Победе вместе со своими боевыми товарищами. И, что особенно важно для нас, нынешних - он бил врага там, где сегодня наотмашь лупят воскресших нацистов и их пособников наши ребята - участники СВО. Вчитаемся в строки из приказа по 112-му гвардейскому стрелковому полку от 18 октября 1943 года. "В бою за хутор Ивано-Ганновский и город Запорожье тов. Репин показал себя храбрым, инициативным и способным командиром. После выбытия командира роты из строя он взял на себя командование. Благодаря умелому руководству пулемётной ротой, стрелковые роты получили возможность отбить контратаку немцев". За пресловутое "умелое руководство пулемётной ротой" Иван Иванович получил медаль "За Отвагу". Свою вторую награду - орден Славы III степени - гвардии старший сержант Иван Репин заслужил в боях за освобождение Польши уже в составе 117-го гвардейского полка, всё той же 39-ой гвардейской дивизии. "Переправившись 1 августа 1944 года через реку Висладля расширения плацдарма, - говорится в наградном листе, - тов. Репин был ранен, но не оставил поле боя и руководил двумя расчётами станковых пулемётов, которые подавили огонь четырёх точек противника и очистили путь пехоте к продвижению вперёд. Тов. Репин уничтожил при этом до 20 гитлеровцев". До начала 1945 года дивизия вела оборонительные бои на Магнушевском плацдарме, а 14 января 1945 года перешла в наступление, участвуя в Варшавско-Познаньской операции. В этих боях вновь отличился Иван Репин. Так описан его героизм в наградном листе: «В боях на подступах к городу Познань и в самом городе тов. Репин своим станковым пулемётом уничтожил две вражеские повозки с боеприпасами и 7 гитлеровцев. В один из трудных моментов для подразделения, когда противник атаковал роту, тов. Репин выдвинулся со своим пулемётом на открытую позицию и огнём отбил атаку немцев, тем самым выручил подразделение и дал возможность продолжить наступление». За этот подвиг гвардии старшина Иван Репин 17 марта 1945 года был награждён орденом Славы II степени. И вновь отличился Иван Иванович - на этот раз в ходе Берлинской наступательной операции. В боях за населённый пункт Долгелин гвардии старшина Репин пулемётным огнём вывел из строя оружейный расчёт противника. А во время уличных боёв в самом Берлинеон метким огнём отражал контратаки противника, уничтожив при этом более 20 солдат и офицеров, а девять взял в плен. При форсировании водного канала Тельтов Иван Иванович истребил расчёты двух пулемётных точек врага, за что был представлен к награждению орденом Славы I степени. В 1945 году Иван Репин был демобилизован и вернулся домой в село Рогачёво. Работал в сельпо.