InvisibleH

ЗАПАСНОЙ ВАРИАНТ ДЕПУТАТА В вчерашней заметке я, что называется, хорошенько “навалял” депутату Бабакову, члену комитета по экономике, за его полную экономическую безграмотность. Сегодня я должен извиниться за горячность. Кое–какие экономические знания у депутата Бабакова есть. Он продемонстрировал их во второй части своей речи на посиделках у Соловьёва. Напомню, что сначала он предложил Председателю Банка России Набиуллиной Э.С. заплатить долги, сделанные Правительством России. Сумма долга – 4 трлн. рублей. Это предложение депутата ошарашило даже некоторых гостей Соловьёва, не то что простых граждан, сидящих у телевизора. На это случай у Бабакова был заготовлен другой вариант, предусматривающий участие Банка России в облегчении долгового бремени Правительства. Сейчас Правительство вынуждено брать взаймы у частного сектора под очень высокую процентную ставку, почти 17%. Основная причина состоит в том, что Банк России, опасаясь инфляции, продаёт деньги под 14% годовых, подталкивая вверх ставки по альтернативным финансовым инструментам. Государственные облигации не являются исключением. Вот Бабаков и потребовал от Набиуллиной немедленно снизить ключевую ставку с нынешних 14 до 3%. Легко подсчитать, что в годовом выражении это позволит Правительству сэкономить около 550 млрд. рублей на обслуживании долга. Проще говоря, при выплате процентов по нему. Это, конечно, не 4 триллиона, но то же кое–что. Как говорится, “тех же щей, да пожиже влей”. Но это только на первый взгляд. На самом деле этот вариант может оказаться ещё разрушительнее первого. Там дело ограничивается тем, что Банк России отдаёт 4 триллиона рублей Правительству, которое немедленно выбрасывает их на товарный рынок. Но если Центральный Банк снизит ключевую ставку до 3%, то за кредитом бросится не только Правительство, но и частный сектор экономики. Ещё бы! Появляется возможность взять кредит под отрицательную процентную ставку! Денежные шлюзы будут распахнуты, рублёвое цунами прорвётся на товарный рынок, инфляция раскалится добела, сбережения простых россиян испарятся. Удивляет только, что такими прожектами сыпет человек, избранный народом для отстаивания своего благосостояния.

СТАРЫЙ ЗНАКОМЫЙ Набравшись сил на родной земле, я включил программу “Воскресный вечер с В. Соловьёвым”. Было это 26 июля 2026 года. Не буду в подробностях говорить об эстетической составляющей программы. Тут очень кстати слова Александра Сергеевича о холопах, обсуждающих своих господ за их спинами. Язык и стиль соответствующие. Меня фраппировал уровень экономической грамотности участников. Вернее его отсутствие. Запевалой выступил депутат Госдумы Бабаков, которые не первый год воюет против Банка России и лично против Набиуллиной Э.С. Он предложил простое, как грабли, решение проблемы дефицита бюджета размером в 4 трлн. рублей (видимо, до конца текущего года). “А пусть этот долг Банк России оплатит, – возвестил депутат, – У них денег – куры не клюют”. И добавил зловеще: “Пусть докажут, что им не безразличен исход СВО”. Обсудим содержательную сторону этого предложения. Если коротко, то это абсурд. Дело в том, что у Центрального Банка нет денег. Ни копейки. Деньги появляются на свет в тот момент, когда коммерческий банк вносит на счета Центрального Банка какие–либо финансовые активы. Тогда Центральный Банк расплатится с ним деньгами. Но до того, как состоялась эта сделка, денег у Центрального Банка нет. Так работает двухуровневая банковская система. Неужели депутат думает, что Набиуллина, подобно былинному кулаку, нагребла полные мешки зерна (денег) и прячет их от Правительства? Потом пришли продотрядовцы, требуют отдать деньги “именем СВО”, а классово чуждая Набиуллина отказывается. Если депутат с таким пониманием заседает в комитете по экономике, то плохи наши дела. Но может быть депутат имеет в виду другое? Правительство на эти 4 триллиона выпускает облигации и приходит к Набиуллиной с требованием наличных. Она покупает эти облигации, доказывая тем самым, что она патриотка. Но патриотизм Набиуллиной измеряется не купеческим размахом сделок (которые, к слову сказать, юридически запрещены), а уровнем инфляции в отечественной экономике. При тех обстоятельствах, в которых работает Набиуллина, и при нынешнем темпе инфляции, её можно считать первой патриоткой России.

КАК ЭТО БЫЛО В одной из предыдущих заметок я говорил о том, что много лет назад Россия уже столкнулась с кризисом на топливном рынке. Теперь расскажу об этом подробнее. Это произошло весной 1999 года. На мировом рынке нефти начался рост цен, который продолжался с небольшими перерывами девять лет. Одновременно начался рост бензиновых цен на российском рынке. За какие–то три месяца цены выросли в 2,5 раза. В те далёкие годы все российские нефтяные компании были частными. Только что они пережили тяжёлые времена, когда цена нефти упала до 9$/барр. Нефтяники не то что прибыли не получали, они из убытков не вылезали. Обращаться за помощью к Государству тогда не принято было. Но как только цена нефти выросла, фирмы переориентировали продажи на мировой рынок. Предложение нефти на российском рынке сократилось, цены выросли. Покупатели во всех странах ведут себя одинаково. В быстром росте цен они всегда усматривают злой умысел продавцов против покупателей. Начались возмущения, которые были немедленно услышаны в Госдуме. Депутаты давай таскать на свои заседания министров и требовать от них “заморозки” цен. Министры наотрез отказались от этой опции. Тогда депутаты предложили привязать рост бензиновых цен к темпу инфляции, чтобы цена бензина не росла быстрее, чем общий уровень цен. Министры отвергли и это предложение. “Поймите, – говорили они, – мы построили новую экономическую систему, в которой продавцы мгновенно откликаются на ценовые сигналы и эффективно используют ресурсы. А вы нас пытаетесь утащить обратно в социалистическую экономику, где цены назначались директивно, что, в конце концов, и привело к полному развалу экономики”. Министры тогда отбились всё–таки атаки депутатов и оставили цены свободными от государственной опеки. Тогдашний Президент России их полностью поддержал. Но главным козырем стал тот факт, что экспорт нефти знатно обогащал скудную государственную казну. Ну, запретили бы экспорт нефти, а откуда деньги для социальной сферы возьмутся? А так 1999 год стал первым годом сбалансированного бюджета. После почти тридцати лет дефицита.

СПРАВЕДЛИВОСТЬ ИЛИ ЭФФЕКТИВНОСТЬ По поводу топливного кризиса завязалась перестрелка между мной и читателем Сергеем. Суть разногласий такова. Я считаю, что цену бензина необходимо отпустить на свободу. Какой она станет после снятия ограничений, неважно. Если мы стремимся к тому, чтобы экономика была эффективной, то обмен должен производиться по равновесным ценам. Сергей считает, что необходимо удерживать цены на низком уровне, и попутно обвиняет меня в бесчеловечности, в желании навредить россиянам высокой ценой топлива. Таким образом, наш спор свёлся к вечной проблеме – должна ли быть экономика эффективной или “справедливой”. Я не даром взял второй термин в кавычки. Справедливость – это оценочная категория, этическая. Здесь возможен целый набор правдоподобных ответов. То ли дело эффективность. Математически доказано, что именно конкурентный рыночный механизм обеспечивает оптимальное распределение ресурсов. Взять хотя бы нынешний топливный кризис. Он родился не на пустом месте. Его причиной стало резкое сокращение предложения на топливном рынке. Это факт. Как довести известие об этом до покупателей? Вестником будет цена. Высокая цена топлива говорит покупателям о том, что бензина мало. Они пересматривают свои решения о покупке, останутся только те, кто может эффективно использовать более дорогое топливо. Сергей предлагает сделать вид, что ничего не произошло, никакого сокращения предложения не было. Именно так следует толковать его идею о “заморозке” цен. Проблема только в том, что бензина и в самом деле мало. Если цена перестала выполнять распределительную функцию, то её место займут очереди, талоны, снижение качества, хамство продавцов, распределительные системы, взятки и чёрный рынок. В появлении этого набора не сомневайтесь, много раз на практике проверено. Почему я характеризую этот способ, как “циничный”? При системе свободных цен слепой рынок определяет тех, кто станет покупателем. При системе регулирования цен эту функцию берут на себя дяди и тёти. Каковы критерии, по которым они отцепляют от бензина тех или иных покупателей? Такова ситуация. Тут соплями и слюнями делу не поможешь. Сергей подобен тому хозяину, который жалел свою собаку и поэтому отрубал её хвост по частям.

ПРОГРАММА ПРЕОДОЛЕНИЯ ТОПЛИВНОГО КРИЗИСА Газета “Коммерсантъ” сообщила некоторые детали правительственного плана урегулирования топливного кризиса. План представляет собой нехитрое сплетение рыночных стимулов и административных рычагов. Корневой причиной кризиса стало резкое (на ¼ от прошлогодних показателей) сокращение объёма предложения бензина и дизельного топлива. Поэтому власти принимают ряд мер к тому, чтобы восстановить объём предложения топлива. Часть потерь будет компенсирована за счёт импорта, часть – за счёт запрещения экспорта. Плановые ремонты на НПЗ перенесены на более поздние сроки, пострадавшие от воздушных налётов мощности по переработке нефти, ремонтируются ускоренными темпами. Эти меры можно классифицировать как прорыночные. Власти пытаются как можно быстрее вернуть кривую предложение в исходное положение. Хотя чисто рыночными эти меры назвать нельзя, поскольку они либо предусматривают административные запреты, либо создают у производителей бензина ценовые стимулы за счёт бюджетных средств. Вторая группа мероприятий, направленных на стабилизацию топливного рынка, касается регулирования спроса. Эта решения носят исключительно административный характер. Да по иному и быть не может, поскольку спрос, извините за каламбур, всем переменным переменная. Вот и сейчас резкое, взрывообразное увеличение спроса на бензин по “спекулятивному мотиву”, стало катализатором кризиса. Впредь власти не собираются полагаться на случай. Установлен порядок получения топлива различными группами покупателей. Приоритет отдаётся государственному сектору экономики, то есть транспорту, используемого для создания общественных благ, оборонным предприятиям, новым территориям, Калининграду, Москве и Петрограду. Последние два населённых пункта, правда, напрямую не упоминаются. Но тот факт, что за неделю предложение топлива в этих регионах увеличилось на 6%, свидетельствует о наличии “сильной руки”. Как будет решаться проблема дефицита топлива “в некоторых регионах Сибири и Дальнего Востока”, пока не совсем ясно. В принципе план довольно логичный, хотя и циничный. Спасение одних потребителей будет достигнуто за счёт ухудшения положения других потребителей. Правительству просто расставило приоритеты в соответствии со своими предпочтениями. Непонятным остаётся только одно – почему регулирование рынка не предоставили самому рынку.

ДЕФИЦИТ ДОВЕРИЯ Шумиха вокруг топливного кризиса отвлекла нас от обсуждения основной проблемы современной российской экономики. Эта проблема – дефицит государственного бюджета. Правительству России, как полномочному представителю Государства, постоянно не хватает доходов, чтобы полностью погасить свои обязательства перед частным сектором. Чтобы читатели поняли, насколько серьёзна ситуация, скажу, что именно эта болезнь унесла в могилу Советский Союз, как до него множество других государств. Самый цивилизованный способ финансирования дефицита бюджета – государственные заимствования. Правительство продаёт на фондовом рынке свои долговые обязательства (облигации), а покупатели облигаций расплачиваются за них деньгами, которые так необходимы Правительству. Самое главное в этой сделке – это доверие, которое испытывают покупатели по отношению к Государству. Если люди не сомневаются в платёжеспособности Государства, то никаких проблем с заимствованием не возникает. Правительство привлекает деньги населения по низкой процентной ставке. Но если у населения начинает сомневаться в финансовом здоровье Государства, то процентная ставка начинает расти. Чем меньше доверия, тем выше процентная ставка. Уровень процентной ставки рассматривается покупателями как компенсация за риск, связанный с хранением государственной облигации. Иногда риск становится настолько большим, что его не может компенсировать никакая процентная ставка. В это момент кредитование Правительства прекращается. Ему приходится использовать другие способы финансирования дефицита, о которых в настоящий момент лучше и не вспоминать. Так вот в настоящий момент Правительство стало терять доверие потенциальных покупателей. Это выразилось в том, что процентная ставка по облигациям достигла (по сообщениям газеты “Коммерсантъ”) 16,5%. При объявленном темпе инфляции в 6%, это довольно высокая ставка. Во всяком случае Правительство отказалось брать взаймы под неё. Не приходится рассчитывать, что в ближайшее время ставка по облигациям снизится. Потенциальные покупатели стали капризными не просто так – экономический пейзаж заставляет их думать о том, что спрос Правительства на деньги в обозримом будущем не иссякнет. Топливный кризис притушен, но не погашен. Политический лидер отказался перекрывать основной канал утечки бюджетных средств. Банк России и не думает снижать ключевую ставку, толкая вверх доходность всех финансовых активов. На эти факторы правительство повлиять не может.

ОСТРОВОК СТАБИЛЬНОСТИ В то время, как по всей стране, полыхает топливный кризис, оставляя за собой длинные шлейфы из очередей к заправкам, в городе Иркутске и его окрестностях ситуация нормализовалась. Очереди исчезли, перекупщики растворились в воздухе “как сон, как утренний туман”. При этом цены бензина и дизельного топлива выросли на сущий пустяк, на 10 рублей примерно. И то не у всех. Каким образом удалось погасить панику, которая, как казалось ещё недавно, неустранима? Я даже написал несколько заметок в ответ на вопрос читательницы Татьяны, которая была озадачена появлением дефицита. Предоставляю собственную версию случившегося. Цена любого товара определяется спросом и предложением. Цена неизбежно вырастет в двух случаях: если увеличится спрос или если сократится предложение. Если пытаться противиться росту цены, то возникают всякие безобразия вроде очередей или нормирования блага. Что мы и наблюдали в острой фазе кризиса. Вернуть рынок в прежнее состояние можно либо сократив спрос, либо восстановив предложение. В городе Иркутске, диспозиция была такой. Рядом с городом расположен один из крупнейших НПЗ страны, Ангарский, принадлежащий корпорации “Роснефть”. В острой фазе продажу бензина (причём по прежней цене) продолжала только “Роснефть” через сеть своих заправок. У независимых продавцов бензина не было. Понятно, что очереди были бесконечными. Не знаю, что произошло, такими секретами никто с населением не делится, но вдруг бензин появился и на всех других заправках, правда, по более высокой цене и с ограничениями по объёму продаж. Я подозреваю, что Иркутскому губернатору удалось договориться об увеличении бензиновой квоты для иркутян. То есть спасение достигнуто за счёт увеличения предложения. В полном соответствии с наукой. Однако из других регионов сообщают о продолжении кризиса и о наличии очередей. Очевидно, что во всех регионах проблему подобным путём – увеличением предложения – решить невозможно. Предложение–то бензина сократилось. Поэтому наряду с рыночными методами решения проблемы прикладываются административные усилия. Потребуется ещё некоторое время, чтобы установились рыночное равновесие.

КАК ПОБЕДИТЬ НЕПОБЕДИМОГО Историю вмешательства в судейские дела ради получения сиюминутных выгод я могу дополнить ещё одним примером. Правда, в этом случае нарушение спортивного принципа было не таким явным, я бы сказал вкрадчивым. Судите сами. В “нулевые” годы в США появился, наконец, юноша – Эван Лайсачек, – способный, по мнению американцев, побороться за самые высокие места. Правда, не за первое – там безраздельно властвовал Евгений Плющенко, который не катался по льду, как остальные, а летал над ним. Так умел только он. И вдруг за год до Олимпиады в Ванкувере в американской, а потом, как водится, и в мировой печати, стали появляться статьи о том, что пора провести реформы в фигурном катании. “Что это мужики всё прыгают и прыгают, как кузнечики”? – вопрошали авторы публикаций. “Мы забываем, что фигурное катание – это ещё и художественные образы, пластика, лиричность”, продолжали они. И понеслось, и понеслось! В итоге судьи ввели новые критерии оценки спортсменов, где возрос вес оценок “За артистизм”. Таким манером удалось добиться желаемого – отодвинуть Евгения Плющенко на второе место, а на первое водрузить Лайсачека. Что интересно, систему оценок вскоре поменяли “назад”. Оно и понятно, слишком очевидной была разница между брутальным, исполненным мощи, катанием Плющенко и какими–то невнятными прокатами Лайсачека, сопровождаемыми, как говорила моя матушка, “потягусеньками”. Продержись новая система оценки еще годик–другой, и зрители разбежались бы со стадионов, унося с собой самый вожделенный для спортивных чиновников ресурс – деньги. Их–то не обманешь. Лайсачек, кстати, карьеру вскоре завершил – при новой старой системе оценок ему ничего не светило. А Плющенко золото ещё и на следующей Олимпиаде в Сочи выиграл. В командном турнире.

КУЛЬТУРНЫЙ КАПИТАЛ Я, помнится, уже рассказывал на страницах канала о сравнительно молодом направлении исследований в экономической науке – о культурном капитале. Если совсем коротко, то культурный капитал – это совокупность ценностей, верований, жизненных установок населения той или иной страны. Культурный капитал может способствовать развитию рыночной экономики, а может препятствовать ей. Вспомнил я о нём, когда прочитал высказывания депутата Свердловского регионального законодательного собрания Вячеслава Вегнера. Он призвал жёстко наказывать перекупщиков бензина – “вплоть до того, что чтобы калёным железом выжигать им клеймо спекулянтов». Если уж дело пошло о пытках, то у меня встречное предложение – приложить калёное железо к языку депутата, да ещё и к его мягкому месту. Чтобы не болтал глупости и не мог заседать в своём региональном законодательном собрании. Депутат выдвигает варварские предложения, поскольку уверен в своей правоте «на все сто». Мол, от перекупщиков всё зло. Интересно знать, а где были эти перекупщики–спекулянты ещё какой–то месяц назад? Слыхом не слыхивали, видом не видывали. Так откуда же они взялись? А вот такие доброхоты, как означенный депутат, и постарались. Когда предложение бензина сократилось, они заблокировали цены, чтобы, «россияне не пострадали из–за дороговизны». Теперь россияне страдают от бесконечных очередей. Вполне понятно, что рынок предложил новую услугу: «меняем время на деньги». Те, кому поездка нужна срочно, могут немедленно купить топливо по более высокой цене. Причём сделка эта, как всегда, взаимовыгодная. Покупатели бензина довольны. Но тут лезет депутат со своим морализаторским перстом. Да, что там с перстом – с раскалённым тавро. Кто выиграет от его рацпредложения? Только люди изуродованы будут. Как говорила моя матушка в таких случаях: «Услужливый дурак – опаснее врага». Проблема в том, что этот наивный, пастуший взгляд на экономический мир присущ многим россиянам. Недавно фермерский союз одного из регионов России написал воззвание с требованием немедленного возвращения бензина на АЗС, да ещё и по прежним ценам. Да где же его найти, родные?

СПАСЕНИЕ РЯДОВОГО БАЛОГАНА Параллельно с бензиновым кризисом в России идёт Чемпионат мира по футболу в Северной Америке. Это уже 15–й чемпионат мира, за которым я слежу в осознанном возрасте. На чемпионате грянул грандиозный скандал. Футболист сборной США по фамилии Балоган в матче 1/16 финала так въехал в ногу противнику, что получил красную карточку. Это означает автоматическую дисквалификацию на следующий матч. И тут вдруг все узнают, что ФИФА (организация, которая является официальным организатором чемпионата) простила шалуна и разрешила ему выйти на матч 1/8 финала с бельгийцами. Как писал поэт “С каменных колонн кумиры рушатся”. Этим решением ФИФА дезавуировала один из основных принципов организации – решения судьи в поле пересмотру не подлежат. Скандал разрастается, всё прогрессивное человечество в восторге от поражения сборной США. Хлюзда на правду навела. Но я не об этом хочу рассказать. А о фразе “невиданно–неслыханно”, которая замелькала на страницах Интернета в связи с этим скандалом. И видано, и слыхано. На Олимпиаде 2002 года в Солк–Лейк–Сити в соревнованиях фигуристов в парном катании победила российская пара Бережная–Сихарулидзе, на какой–то воробьиный скок опередившая канадскую пару. Всё чин–чинарём, отзвучали гимны, развесили награды, отхлопали зрители. Но не успокоились американские журналисты. Они стали говорить, что одна из судей, оказывается, имела накануне соревнований беседу с российским криминальным авторитетом (кто интересуется, может узнать подробности в Сети), который то ли дал ей взятку, то ли оказывал на неё давление, но её мнение засчитывать нельзя. Замечу, что никакого официального расследования не было, полицию никто не извещал. Обошлись своими силами. Результаты пересмотрели, провели повторное награждение с бубнами, с песнями, с плясками. Теперь золотые награды повесили и россиянам, и канадцам. Дело испортила пара из Китая – Сю Шень и Хонбо Джао. Они отказались идти на повторное награждение, назвав его “балаганом”. За что я их лично бесконечно уважаю. Итальянцы, проводившие следующую Олимпиаду в Турине, немедленно начали уверять всех, что у них такого “дерьма” не будет. И не соврали.

ПОШЛИ ОТВЕТЫ С МЕСТ НА ВОПРОС ТАТЬЯНЫ Прошёл всего месяц, как показались первые намёки на топливный кризис, а он бушует на просторах страны, как лесной пожар. Люди на местах стали выдумывать разнообразные способы приспособления к текущей ситуации. Тем самым они дают ответы на вопрос читательницы Татьяны. Она интересовалась, возможно ли исчезновение очередей около заправок по мановению волшебной рыночной палочки – роста цены бензина. Как говорится, жизнь опережает мечту – цены ещё не успели вырасти на полную катушку, а народ уже разбегается от бензозаправок в различных направлениях. Первым стоит отметить почин орловского губернатора. Тот велел заправлять автомобили в строгом соответствии с номером авто. В нечётные дни заправляются авто с номерами, оканчивающимися на нечётную цифру. Обладатели авто с чётными номерами могут заправиться на следующий день. Говорят, для верности губернатор велел не заправлять авто из других регионов. Не знаю, насколько это легитимно. Если бы у нас в Иркутской области такой приказ отдали, то транзитные автомобилисты побросали бы свои машины на дорогах, как немцы под Москвой. Следующим номером нашей программы идёт вовсе не Никанор Иванович Босой, а россияне, устремившиеся устанавливать на авто газобаллонное оборудование (ГБО). Фирмы, занимающие установкой ГБО принимают до 100 звонков в день, хотя ещё месяц назад обслуживали в среднем пять заявок в день. Запись на установку ГБО ведётся уже на середину августа. Перемещаемся в Подмосковье, где Прокуратура обжаловала решение нескольких муниципалитетов на использование гражданами электрических самокатов. Это решение было принято в рамках безудержной волны популизма буквально несколько месяцев назад. Теперь стало понятно, что этот альтернативный способ транспортировки человека может оказать существенную помощь в решении топливного кризиса. Поэтому на место популизма вернулся прагматизм. Скоро бабульки, ставшие инициаторами запрета, будут драться с молодёжью за право арендовать самокат. В родном Иркутске люди, как в старые добрые времена, набиваются в электрички словно сельди в банку. Будем ждать новых сообщений с мест. Уверен, они не заставят себя ждать.

ЭЛАСТИЧНОСТЬ СПРОСА НА БЕНЗИН Продолжаю отвечать на вопрос читательницы Татьяны о способности рынка к разгребанию очередей. Склонность человека отказываться от покупки блага при повышении его цены в науке называется эластичностью спроса. Многие российские продавцы, безо всяких на то оснований, считают спрос на свой товар/услугу неэластичным. На страницах канала мы иногда разбирали это заблуждение под брендом “отложенный спрос”. Помните, я цитировал строителей: “Уж если человек решил купить квартиру, то он это обязательно сделает”? Им вторили отельеры: “Уж если человек решил посмотреть на Байкал, то он обязательно приедет”. Не отставали и рестораторы: “Россияне при любой погоде (то есть при любых ценах) будут праздновать”. Теперь все эти продавцы, что называется, умылись. Квартиры не покупают, гостиницы пустуют, рестораны обезлюдели. Всё из–за того, что в рассуждениях продавцов присутствовала логическая ошибка. Дело представлялось так, что сначала у человека появляется какая–то мечта, фетиш, а потом он начинает думать о цене. На самом деле, обдумывая сделку, человек одновременно принимает во внимание и, так сказать, цену вопроса. Нас, экономистов, часто упрекают в том, что мы представляем человека, как некий автомат, который просчитывает миллиард вариантов в секунду. Это не так. Мы только предполагаем, что человек в состоянии принимать решение в ситуации бюджетного ограничения, то есть недостатка денег по сравнению с вариантами их использования. У всех благ – жилья, гостиницы, ресторана, автомобильной поездки, – есть конкуренты. О наличии таких конкурентов ни продавец, ни сам покупатель иногда не подозревают, пока не выросла цена. Но уж когда она выросла, покупатели начинают изобретать способы замены. На занятиях слушатели часто спорили со мной, считая спрос на некоторые товары неэластичным. “Представьте, что мне надо ехать в Ангарск, – говорит менеджер крупной фирмы, – я что, на автозаправке буду ценник рассматривать”? Я ему говорю: “Если литр будет 500 рублей стоить, то наверняка задумаетесь. Может, и не поедете никуда”. “Ну, он же никогда не будет столько стоить”, – ответил смущённый менеджер. На том спор и закончился.

ТРУДНЫЙ ТОПЛИВНЫЙ ВЫБОР Теперь предположим, что власти отпускают цены на бензин. Цены устремляются вверх. Как высоко они взлетят не суть важно. Представляется, что за сто рублей они точно уедут. Это вызовет изменение структуры спроса и структуры цен на всём экономическом поле. Люди перестанут пользоваться индивидуальными авто и обратятся к общественному транспорту. Но общественный транспорт сам нуждается в бензине, а в местных и региональных бюджетах денег нет, их унесло мощными ветрами, дующими с востока на запад. Так что общественный транспорт может встать на прикол. Чтобы этого не произошло, придётся повысить тарифы. Или отменить некоторые льготы. Или и то, и другое вместе. Дальше рост цен покатится по всем рынкам, использующим транспортные услуги. Я даже как–то не могу с ходу вспомнить рынок, где нет компонента “Транспортные издержки”. Инфляция неизбежно выйдет из целевого показателя, что вынудит Банк России прекратить плавное снижение ключевой ставки или даже развернуть её вверх. Сокращение ВВП и снижение уровня жизни россиян неизбежно. Проблема в том, что насильственное удержание цен на прежнем уровне не решает эти проблемы, а только усугубляет их. Мы не хотим, чтобы дорожал общественный транспорт – он просто станет на прикол, подобно крейсеру “Аврора”. Мы не хотим, чтобы дорожало продовольствие – в результате крестьяне вообще не смогут вырастить урожай. Мы против роста цен на электроэнергию – получим блэкауты. Добавьте к этому чудовищную растрату времени в очередях, потерю ресурсов, направленных на “разруливание” ситуации, и моральное разложение общества. Нет уж, лучше равновесная цена, какой бы высокой она ни была! Тот факт, что власти (то есть властитель) не решаются отпустить цену, заставляет выдвигать различные версии. Позволение ценам вырасти фактически означает признание зависимости России от чужой воли. Ведь именно на это и рассчитывал противник, когда начал систематическое разрушение наших НПЗ. А вот нако–ся, выкуси! У нас если цены и вырастут, то совсем ненамного. Такое упрямство дорого обойдётся российской экономике. То есть россиянам.

СПАСЕНИЕ БАТИСКАФА Несколько лет назад, в разгар истерики о “недружественных странах”, я написал о происшествии, случившемся в Тихом Океане не так уж давно. 5 августа 2005 года у берегов Камчатки на глубине 190 м российский батискаф АС–28, предназначенный для спасения экипажей подводных лодок, сам попался в браконьерские сети и не смог всплыть. Помочь ему собственными силами не удалось. Тогда решили обратиться за помощью к мировому сообществу. На сигнал SOS немедленно отреагировали японцы и американцы. Но первыми на место происшествия прибыли англичане. Они привезли с собой новейшую разработку – беспилотный подводный аппарат “Скорпион”. Когда он погрузился в воду, запасы кислорода на батискафе составляли только 11 часов. Оператор “Скорпиона”, найдя батискаф, первым делом толкнул его. Это было дружеское послание 7 членам экипажа, которые уже приготовились к смерти. Спустя несколько часов, на “Скорпионе” возникли неполадки, которые потребовали ремонта. Англичане потратили на ремонт 20 минут, после чего аппарат вновь ушёл под воду. Кислорода оставалось на 7 часов. “Скорпиону” хватило этого времени, чтобы перерезать оставшиеся сети и тросы. 7 августа в 16.19 местного времени батискаф всплыл. Все спасённые оказались в полном порядке, так что были в состоянии принять участие в совместном банкете со спасателями. Та заметка вызвала бурю возмущения у читателя Сергея. Он не поверил ни единому слову. Как англичане, эта мерзость перед лицом всевышнего, самая никчёмная нация в мире, которая днём и ночью мечтает только о гибели России и всех россиян, как эти люди могли подать руку помощи семи обречённым русским морякам? И в ответ на мою заметку Сергей накатал отвратительный пасквиль (иного слова я не подберу), полный оскорбительных намёков и туалетного юмора – отличительных особенностей его стиля. Прошло много лет, и я случайно натолкнулся на фактические данные о спасении батискафа АС–28. (Первая заметка была написано по памяти о статье в газете “Коммерсантъ”). То есть отмылся. Это я к тому, чтобы читатели знали цену обвинениям читателя Сергея.

ГДЕ УСПОКОИТСЯ ЦЕНА? В каждой заметке я повторяю, что Карфаген должен быть разрушен, то есть цена бензина должна быть отпущена на волю. Только тогда прекратятся все эти безобразия, которые изобретают чиновники на местах. Вот новая инициатива – в Забайкальском крае губернатор создаёт отряды добровольцев, которые помогают людям выживать в условиях очереди за топливом. Вот интересно, кто–то отдаёт себе отчёт в том, что эта деятельность, очень трогательная по внешнему виду, является пустой растратой ограниченных общественных ресурсов, и удорожает бензин ничуть не слабее, чем конъюнктура рынка? Для чего всё это? Я понимаю, лавина сошла, морозы ударили – тогда людей спасают, отогревают, размещают, потому что иного выхода нет. А тут–то всего и надо, что отойти в сторону и предоставить дело рынку. Но уже звучит и встречный вопрос: “А какой будет новая цена бензина”? Некоторые читатели уже упрекнули меня в том, что я кошмарю население канала. Мол, ничего страшного не произойдёт, цена бензина подрастёт немного и остановится. Не думаю. На топливном рынке России сейчас работают две силы. Первая – это сокращение предложения бензина. Вторая – неэластичный спрос на бензин со стороны потребителей. Это значит, что люди не готовы отказаться от использования бензина и заменить его другим благом. Особенно в коротком периоде, Говоря человеческим языком – в обозримом будущем. Два эти фактора способны загнать цену бензина достаточно высоко. Минимальная цена, которая всплывает в отчёте о поимке волонтёров с бензинового фронта, равняется 200 рублям за литр. Гораздо чаще встречается цифра 300 рублей. Должен заметить, что в своей новейшей истории Россия уже сталкивалась с таким скачком бензиновых цен. Произошло это летом и осенью 1999 года, когда за 3–4 месяца цена бензина выросла с 2,80 рубля за литр до 7 рублей и более. В переложении на сегодняшний масштаб цен это и даёт нам эти самые 200 рублей. Тогда россияне к этому скачку приспособились. Думаю, что и сейчас справятся.

ВОЛШЕБНАЯ СИЛА ЦЕНЫ В дополнение к ответу на письмо Татьяны, которая усомнилась в том, что рынок, подобно Гераклу, может быстро расчистить конюшни от дерьма (виноват, бензоколонки от очередей), напишу о собственном опыте. В 1992 году я прочитал статью Рональда Коуза “Проблема социальных издержек” и включил рекомендации Коуза в свою педагогическую практику. Начал штрафовать студентов за грубые нарушения учебного процесса. Таковыми считаются: опоздания (более, чем на 5 минут), использование гаджетов, жевание жвачки, сквернословие и дерзость (то есть несогласие с преподавателем в вызывающей форме). И что вы думаете? Это работает! Студенты стараются на мои занятия не опаздывать, жвачку не жуют, матерятся только в случае сильного стресса. В этом компоненте даже тургеньевские барышни замечены. Сидит потомственная дворянка, прядь на лоб упала, задачу решает. А потом говорит: “Сангенич, у Вас в тесте нет правильного ответа”! Заглянул я в её решение, и отвечаю: “Ты, Элизабет, слагаемое в правую часть перенесла, а знаки поменять забыла”. В этот момент она превращается в дочь сапожника. С телефонами ещё хлеще. Подскакивает с места та же Элизабет и говорит: “Сангенич! Можно выйти с телефоном? Вопрос жизни и смерти”. “Нет проблем, – говорю, – плати штраф и выходи”. “Ладно, – отвечает Елизавета, – на перемене перезвоню”. Значит, парень звонил, или подружка. Когда мама звонит, никто на штраф внимания не обращает. Работая в Китае, я те же правила штрафования сохранил. А поскольку вместе со своими студентами хожу на занятия по китайскому языку, то могу оценить, насколько эффективна моя метода. Учитель Ли – потрясающая преподавательница, она всю себя отдаёт уроку. А мои студенты, опаздывают, едят что-то беспрерывно, слоняются туда–сюда с телефоном. Она иногда чуть не плачет от обиды. Я о таких проблемах забыл давно. А знаете, какова величина штрафа? В Китае – 1 юань (11 рублей). Меньше брать невозможно. А в России – 5 рублей. И этой малости вполне достаточно, чтобы студенты модифицировали своё поведение.

АВГИЕВЫ БЕНЗОЗАПРАВКИ При обсуждении недавней заметки читательница Татьяна поделилась своими сомнениями. Возможно ли, чтобы рынок практически мгновенно избавил нас от очередей на заправках? Ведь людей никто не сгонял в эти очереди – они встали туда по своему желанию. Пропадёт ли это желание, если бензин подорожает? Смотреть за тем, как рынок разгребает завалы в каждом конкретном случае – дело забавное, хотя и малополезное. Взять, например, нынешний топливный кризис. Его причиной стало резкое сокращение предложения бензина. Рынок намекает – “повышайте цены”. Продавцы бы рады, да власти не дают. Вот и появился разрыв между равновесной ценой и “потолком цен”. Этот разрыв сулит немалую прибыль для арбитражёров, людей, которые покупают товар в одном месте (у одних людей) подешевле, чтобы продать его в другом месте (другим людям) подороже. Вот они и устремились на заправку. Отовсюду поступают сообщения о ловле таких дельцов и об отнятии у них бензина. Губернаторы и мэры жалуются, что такие пройдохи “раскачивают лодку”. Но это у людей натура такая, естество, ничего с этим не сделаешь. Губернаторы, сдерживая цену, сами создают питательную среду для проявления именно таких инициатив. Интересно всё–таки, когда власти поймут, что цены необходимо отпустить? А то уже экономическое пространство страны стало разваливаться на части. Орловский губернатор приказал “местных” заправлять, а остальных – как получится. Так люди мимо региона ездить начнут. Среди вставших в очередь есть и другие действующие лица. Очевидно, что цена бензина сильно выросла, если измерять её временем. Не у всех оно есть. Поэтому в очередь за бензином встали те, у кого свободного времени больше. Как это происходит в районных поликлиниках, в которых собираются пенсионеры. Наконец, многие люди, видя неопределённость, покупают бензин в запас, на экстренный случай. Когда цена бензина вырастет, все эти персонажи покинут заправки и разъедутся по домам. На заправках вновь станет пусто. Как это было ещё какой–то месяц тому назад.

СЛУЧАЙ В ЗИМЕ Для тех, кто не знаком с географией Иркутской области, сообщаю, что Зима – это город, расположенный в 200 км от Иркутска. Попал я туда летом 1991 года в качестве лектора от общества “Знание”. Тему объявил ультрасовременную, что по тем, что по теперешним временам – “Содержание рыночных реформ”. К тому времени социалистическая экономика окончательно рухнула, народ днями стоял в очередях буквально за всем, начиная от молока и заканчивая водкой. Все понимали, что впереди реформы, но боялись их. А как же – цены никто регулировать не будет. Это куда же они улетят, родимые? А тут я приехал: молодой, ретивый, экономически грамотный. Давай их успокаивать, говорить, что цены всё равно затормозят, нащупают равновесное состояние. Даже крест Маршалла на доске начертил. А главное, напирал на то, что дефицит исчезнет, очередей не будет, все товары будут в свободной продаже. Давай люди меня спрашивать: “И водка свободно будет? И автомобили можно будет купить? И икру красную”? Так–то я бойко со всеми соглашался, но на икре запнулся. Я сам к тому времени забыл, как она выглядит. Но всё–таки пересилил себя и сказал: “И икра появится”. Но замешательство меня сгубило. Самый опытный мужик, лет шестидесяти, мне ответил за всех. “Брехун ты, – говорит, – как и все лекторы, которые сюда приезжают. Я, – продолжал мужичок, – уже лет тридцать вас слушаю, лекторов, а вы всё сказки рассказываете. То изобилие продуктов пообещаете, то квартиру каждой семье, а то и вообще коммунизмом заманиваете. И нет ничего, вон до чего докатились”! Короче, уел меня мужичок, смазал впечатление, не поверили мне слушатели. Не заразил я их своим энтузиазмом. Через полгода грянули эти самые рыночные реформы, цены взлетели, очереди исчезли, а летом я на прилавках красную икру увидел. Вспомнил, конечно, того мужичка. Подивился тому, как рыночный механизм работает – быстро, бесшумно, эффективно. Но вся эта история была присказкой. Вечером отвечу на прямой вопрос читательницы Татьяны.