🪞JUST XI SIRIN🪞

I'm Banghoholic

Он такой неловкий милый кот...

пусть я и говорю что пишу по большей части для себя и не жду фидбэка в моменты отчаяния мне становится грустно что я пишу медленно и мало и люди за эти годы моего существования как автора могли увидеть в десять раз больше историй чем у меня имеется сейчас если бы я не была… не была какой-то не такой какой являюсь щас закончили упражнение

Если бы мне хватало усидчивости, уровня развития и мотивации, я бы вам такое выдавала.... Но я просто мягонький батат, который радуется, написав немного порно

— Хочешь тоже? — Хён, я... — растерялся Чанбин. Сильное смущение буквально парализовало Чанбина. Он смотрел на то, как Минхо приподнялся с члена альфы и отвёл ягодицу в сторону. Он наблюдал за тем, как семя вытекает из него и пачкает кровать. — Смотри.…

Ебать вы ахуеете хахахах

Чан проснулся резко, шумно втягивая воздух через нос. В комнате было темно. Совсем рядом кислым запахом испуга обнаружился Чанбин. Сильные, уверенные руки Минхо обвили со спины и придавили альфу к месту. — Только дёрнись. Чан замер, спешно сбрасывая…

Это невыносимо я их так люблю 😭😭😭

Это они 2 месяца назад

Да ну не бывает так😭

У меня сегодня вот такое вот трогательное настроение, поэтому смотрите на моих любимых детей

Всё, я честно пишу.

Боже господи аааааааааааааа

А это её любимые мальчики🥰

Тоже она, кстати

Не знаете, кто это? Она такая красивая...

агрессивный сынбининг происходит.

Чан проснулся резко, шумно втягивая воздух через нос. В комнате было темно. Совсем рядом кислым запахом испуга обнаружился Чанбин. Сильные, уверенные руки Минхо обвили со спины и придавили альфу к месту. — Только дёрнись. Чан замер, спешно сбрасывая поволоку жаркого и влажного сна. Чанбин нашёлся быстро. Он беззащитно расположился между ног, грея во рту стоящий колом член своего альфы. Чан потерял дар речи. Он поморгал ещё, убеждаясь, что уже проснулся. Проснулся. Просто из одной мокрой фантазии нырнул в другую. Здесь порозовевший на щеках Чанбин с большим трудом вмещал в себя ствол Чана. Сдвигая брови домиком, упрямо он смотрел наверх. Из его глаз сочились слёзы. Чан был заворожён и не дышал. Минхо чуть надавил рукой ему на грудь, безмолвно заставляя что-то делать. Чан осторожно опустил ладонь на голову Чанбина. Пальцы заскользили по кудряшкам в похвале. Испуганный до этого Чанбин затрепетал. Его глаза расслабленно закрылись, и он благодарно замурчал. — Как хорошо, — прошелестел Чан, слегка откидываясь на Минхо сзади. Хватка на шее чуть ослабла, и руки Минхо заскользили по груди, сжимая плотные красивые мышцы альфы. Чан зажмурился, лишь силой воли удерживая себя на месте. — Я хочу кончить. Сколько он вообще провёл в таком положении во власти омег? Минхо в немом вопросе скосил взгляд на измученного Чанбина и ответил Чану за него. — Можно, Чани, можно. — Правда? —совсем как маленький, он переспросил, не веря своим ушам. — Да, Чан. Пусть я и считаю, что ты пока не заслужил, — Минхо прихватил Чана за волосы на затылке и заставил смотреть на омегу между его ног. — Чанбин ждёт. Разряд тока прошиб тело через позвоночник, и Чан непроизвольно дёрнулся, насаживая Чанбина глубже. Омега подавился и впился пальцами в бёдра альфы. — Я же сказал тебе не дёргаться, — Минхо тряхнул его за волосы, усилив хватку. Чан заскулил от грубости омеги и давления на член, когда стенки горла сокращались в спазме. Минхо жестоко удерживал его на месте. Чанбин захлёбывался своей слюной, но не выпускал ствол изо рта. Даже когда спустя всего несколько секунд сладкой пытки Чан взорвался внутрь него горячей и обильной струёй семени. Едва дыша, Чанбин проглотил всё без остатка и упал в ногах без сил. — Умница, Бинни, — тут же похвалил его Минхо. Он выпустил альфу из своей хватки и прильнул к задыхающемуся, измученному Чанбину. Его рука скользила по спине вверх-вниз. — Молодец, дыши, — Минхо заботливо утирал слюну с его лица футболкой альфы. — Видишь, я же говорил, что ты справишься. Чан наблюдал за этим словно сквозь мутное стекло. Его омеги вместе. Они рядом. Всё хорошо. Чан словно снова начал проваливаться в сон, как вдруг тяжёлая рука ударила его куда-то по бедру. — Чёртов альфа! — это возмущался Минхо. — У тебя ни капельки не упал! Хоть ненадолго выключал бы свою штуку из уважения! Чанбини так старался! Чан изумлённо увернулся от второго шлепка по своему заду, отползая на кровати. Минхо осторожно разминал натруженную челюсть Бина. — Сильно затекло, да? Чанбин угукнул, не открывая влажных глаз. — Но тебе понравилось, да? Чанбин закивал ещё, доверительно располагая голову на коленях Минхо. Чан забился в угол, стыдливо пряча свой стояк. Он не представлял, как он должен был избавиться от возбуждения, когда рядом двое так сладко пахнущих и любимых им омег. — Хорошо. А теперь смотри, Бинни. Сейчас я буду наказывать глупого альфу. Чанбин в непонимании распахнул глаза и отпустил ласкающего его Минхо. Чан замер. Чуть прояснившееся сознание вопило ему убегать и прятать от жестокого Минхо своё возбуждение. — Куда ты смотришь, Чан? — строго окликнул его Минхо. Чан медленно перевёл стыдливый взгляд от входной двери к омеге. — Никуда. — А должен на меня, — перешёл на командный тон Минхо. — Лежать. На спину. Чанбин почувствовал, как пальцы на ногах поджались. Минхо... Командовал. Альфе не оставалось ничего, кроме как подчиниться. Он выбрался из угла и опустился на колени перед Минхо в надежде на его сострадание. — Скорее, — ледяным тоном подогнал его омега. Чан растянулся на кровати, как было велено. — Ты этот траходром покупал не для того, чтобы жаться по углам подальше от своих омег. Ближе. Чан знал, что именно требовалось от него с самого начала. Но почему-то выбешивал Минхо так, чтобы... получить от него как можно больше? — Наконец-то, — раздражённо бросил Минхо. — Руки за голову. Держись за решётку. У Чанбина натурально отвисла челюсть. Ни разу до этого он не видел, как Чан и Минхо занимаются сексом. И как-то странно это было бы, на его взгляд — присутствовать при таком. Но Минхо так не считал. Он хотел, чтобы Чанбин видел. — Смотри внимательно, Чанбин. Это тоже наш альфа. И Чанбин очень внимательно смотрел округлившимися глазами на то, как ладонь Минхо с размаха приземляется на член его любимого альфы. На то, как его выгибает на постели. Как он сжимает до хруста костяшек прутья над головой. Как жилы на шее вздуваются, но он не произносит и звука. После второго удара Чанбин потерял дар речи. После третьего, когда Чан тихонечко всхлипнул, Минхо оседлал его, размашисто садясь сразу на всю длину. Обычно тихий голос альфы громко взвился к потолку сдавленным стоном, переходящим в скулёж. — Не двигайся — приказал ему Минхо. Он вальяжно устраивался удобнее, подыскивая нужный угол, и не делал толчков, лишь крутясь на месте. Затем Минхо чуть откинулся назад и стянул с себя футболку — последнее, что почему-то на нём оставалось. Неторопливо сложил её по углам, словно сейчас положит в шкаф, и оставил рядом. — Умница, Чани. Можно. Команда прозвучала как холостой выстрел в начале забега. Чан отнял руки от решётки, впиваясь пальцами в сочную мякоть бёдер Минхо, и сразу взял бешеный темп. Он отчаянно толкался как можно глубже в омегу, срываясь на короткие, близкие к всхлипам стоны. Чтобы кончить вот так, с силой прижимая к себе омегу, Чану потребовалось всего несколько минут. Чанбин в ужасе наблюдал за тем, с какой силой его заботливый и нежный альфа отымел Минхо. С ним Чан никогда... — Ну, как тебе? — смахивая капельки пота, спросил у Чанбина омега. Чанбин не нашёлся с ответом, испуганно глядя на взмокшего Минхо. #тучанхо #зарисовка

Вы думали мы закончили?

Минхо дождался, пока дыхание Чанбина окончательно выровняется, и только тогда осторожно попросил: — Дай посмотреть. Чанбин непонимающе нахмурился. — На что? — На шею. Омега машинально прикрыл её ладонью. — Зачем? — Потому что там рана. Чанбин замер. Он и сам чувствовал неприятное жжение под кожей, но до этого старался не обращать внимания. — Сильно? — неуверенно спросил Чанбин. — Не знаю. Дай посмотреть. Чанбин нехотя убрал руку. Минхо осторожно отвёл в сторону ворот футболки. След оказался выше, чем он ожидал. Два маленьких следа от зубов, окружённые покрасневшей кожей. Минхо нахмурился. — Чёрт. Чанбин напрягся. — Что? — Почти достал. Чан молча поднял голову. — Что это значит? — спросил Чанбин. Минхо ещё несколько секунд изучал след, убеждая себя. — Ещё немного глубже — и это была бы метка. В комнате стало тихо. Чанбин медленно коснулся шеи. В его голове бешено крутились шестерёнки. Чан ничего не сказал. Но Минхо увидел, как напряглась его челюсть. А потом — куда упал его взгляд. На шею Чанбина. На след. Слишком долго. — Чан, — строго окликнул его Минхо. Альфа сразу поднял глаза. — Что? Минхо прищурился. — Я не спросил, что ты хочешь. Чан нахмурился. — Я ничего не хочу. — Конечно. Чан отвёл взгляд. Он действительно ничего не собирался ничего говорить. Но инстинкт говорил за него. Омеги. Его омеги. Непомеченные. До сих пор не закреплённые за ним. И теперь этот случайный след на коже Чанбина почему-то заставлял что-то внутри болезненно рваться. Чан слишком хорошо понимал, насколько это иррационально. Метка не обеспечивала их безопасность. Не делала их принадлежность истиннее. И уж точно не давала ему права решать что-либо за них. Но инстинкту было так плевать. Он просто хотел видеть на них свой запах. Хотел знать, что любой другой альфа почувствует: эти омеги под его защитой. И особенно сейчас, когда Чан едва не потерял контроль, мысль об этом была почти мучительной. Он сжал пальцы. Минхо заметил. Конечно, заметил. — Ты нервничаешь. — Нет. — Чан. — Я сказал, что нет, — раздражённо бросил Чан. Чанбин посмотрел на него. И впервые тоже понял. Не всё. Но достаточно. — Ты из-за метки? — подал наконец голос Чанбин. Чан замер, оглушённый правдой. — Бин... — Из-за того, что её нет? Он не ответил. Чанбин опустил взгляд. — Ты хочешь нас пометить? — задал вопрос Минхо. Вопрос прозвучал без обвинения. Просто осторожно. Чан долго молчал. Потом покачал головой. — Я не буду ничего просить у вас сейчас. Минхо слегка приподнял бровь. — Я не спрашивал, будешь ли ты просить. Чан провёл ладонью по лицу. — Я просто... Он замолчал. Его слова сейчас прозвучали бы слишком странно. Слишком инстинктивно. Слишком собственнически. — Мне не нравится, что вы не под моей защитой. Чанбин молча нахмурился. — Мы под твоей защитой. — Я знаю, — ещё более хмуро отвечал Чан. — Тогда в чём проблема? Чан посмотрел на него. — В том, что прямо сейчас мой организм с этим не согласен. Минхо тихо усмехнулся. — Вот теперь похоже на правду. Чан бросил на него усталый взгляд. — Очень смешно. Чанбин снова коснулся следа на шее. — Это ничего не меняет. Чан сразу посмотрел на него. — Я знаю. — И ты не должен... — Чанбин запнулся, подбирая слова. — Не должен думать, что теперь обязан что-то делать. Альфа долго смотрел на него. Потом кивнул. — Не буду. Минхо поднялся и поправил ворот его футболки, закрывая след. — Вот и всё. Он посмотрел на Чана. — Твои инстинкты могут хотеть чего угодно. А потом — на Чанбина. — Но решать всё равно будем мы трое. Чан медленно выдохнул. Напряжение в его плечах немного спало. Он ничего не попросил. Не стал даже намекать. Только отвернулся, пряча лицо в ладонях. А омеги переглянулись. Они оба уже поняли достаточно. Минхо уже собирался отойти, когда Чанбин вдруг сказал: — А если сделать наоборот? Чан поднял голову. — Что? Чанбин нервно провёл пальцами по краю воротника. — Если... сначала мы поставим метки тебе? В комнате стало тихо. Минхо посмотрел на него, потом на Чана. Альфа сидел совершенно неподвижно. — Бин, — осторожно начал он. — Я не говорю, что мы обязаны, — быстро перебил Чанбин. — Просто... если тебе от этого станет спокойнее. Минхо задумчиво скрестил руки на груди. — Вообще-то это имеет смысл. Чан перевёл на него взгляд. — Ты серьёзно? — Да. — Вы оба сейчас... — Решаем сами, — закончил за него Минхо. — Именно так, как ты всё время говорил нам. Чан замолчал, сыто улыбаясь. Минхо подошёл к нему ближе. — Но есть условие. — Какое? — Ты не будешь терпеть ради нас. Чан почти улыбнулся во весь рот. — Договорились. — И не будешь делать вид, что тебе не больно. — Хорошо. Минхо первым коснулся ладонью шеи Чана. Не торопясь, давая ему время передумать. — Последний шанс сказать нет. Чан закрыл глаза. — Я не скажу. Минхо наклонился к его шее. Чанбин отвернулся. Он понял, что не сможет смотреть. А когда всё закончилось, первым он увидел лицо Чана. Альфа сидел неподвижно. В его глазах стояли настоящие слёзы. Чанбин замер, не совсем понимая. — Чан?.. Чан вытер глаза и посмотрел прямо на него. Взгляд был совершенно беззащитным. — И тебе пришлось почувствовать из-за меня это? Чанбин сразу понял, о чём он. О том моменте. О боли. О страхе. О том, как чужие зубы впиваются в кожу, когда ты не готов. Его собственные глаза защипало. — Да, — тихо сказал он. — Поэтому я и хотел, чтобы ты знал. Чан протянул руку. Но остановился на полпути. Чанбин сам вложил свою ладонь в его. — Только ты знал заранее, — прошептал он. Чан сжал его пальцы. — Да. Спасибо. Минхо всё это время молчал. Он видел, как альфа пытается справиться с эмоциями, и не стал мешать. Через несколько секунд Чан повернулся к нему и без слов утонул в утешающих объятиях. Чанбин тоже коснулся Чана, опуская ладонь на его макушку. Тепло двух омег притупляло боль и дарило покой. Пересиливая себя, Чан оторвал влажное от слёз лицо от Минхо и открыл шею для Чанбина. — А ты? — словно боясь получить отказ, осторожно спросил альфа. — Если хочешь. Чан посмотрел ему в глаза. — Хочу. Чанбин кивнул. — Тогда не двигайся. Минхо чуть придерживал его голову в нужном положении, пока Чанбин ставил симметричную метку на шее их альфы. Когда всё закончилось, Чан тяжело выдохнул и на секунду прикрыл глаза. Две метки. Два совершенно разных ощущения. Но впервые за весь этот день его инстинкт перестал требовать. Не потому, что получил желаемое. А потому, что понял: его омеги сами выбрали остаться рядом. Минхо отстранился первым. — Ну? Чан провёл пальцами по шее. — Странно. — Плохо? — Нет. Он посмотрел сначала на Минхо, потом на Чанбина. — Просто... очень много чувств сразу. Чанбин тихо усмехнулся. — Ты теперь понимаешь, каково нам. — Правда? Минхо сел рядом. — А теперь важное. Чан неуверенно посмотрел на него. — Что? — Никаких ответных меток сегодня. Чан замер. Минхо выразительно посмотрел на него. — Даже не думай. Чанбин неожиданно рассмеялся. — Он и не думал. Минхо перевёл взгляд обратно на альфу. — Думал. Чан улыбнулся, впервые за много часов совершенно спокойно. — Немного. — Вот и славно, что я тебя знаю, — самодовольно хмыкнул Минхо. Чанбин снова коснулся его руки. — А когда-нибудь? Чан посмотрел на него. Вопрос повис между ними. Минхо тоже ждал ответа. Чан медленно переплёл пальцы с пальцами Чанбина. — Когда вы оба сами этого захотите. #тучанхо #зарисовка