Kitkat

меня разъебало извините https://vt.tiktok.com/ZSVFPmkp3/

поступили прямые угрозы к ивану….. жесть, нету слов

🌟Ваня в #сторис Эдди

АХАХХАХА Я ДОРИСОВАЛА!!!!!!!! ЙОУ ЙОУ ЙОУ!!!!! Осталось все смонтировать, звук свести и РЕБЯЯЯТААААА!!!!!! ЙЙУУХУУУУУ ЭТО ПИЩЛЕЦ КАК ХОЛОДНО БУДЕТ ОТВЕЧАЮ!!!!💀💀💀 2-3 дня. Готовьтесь.

ладно, пропустим этот высер до слов Ивана, читать эти мужские слезы у меня сил не хватает уже к слову, завтра ванек должен выйти(ну или послезавтра),как вы? готовы? скучали? хотите стрим? чего ожидаете?

ай наш тгк (не только наш) как обидел мужика взрослого 🙂‍↕️ этот пост чтоб просто похихикать

Нам говорят: «Процесс идёт. Ваня занимается фильмом. Просто ждите». Хорошо. Но я режиссёр-постановщик и один из авторов сценария этого фильма, и именно поэтому у меня возникает совершенно закономерный вопрос: а какой конкретно процесс сейчас идёт? Потому что я вижу обратное. За год у меня никто не запросил даже базовую сопровождающую документацию по фильму, которая находится у меня. Никто не пришёл обсуждать со мной оформление и передачу прав. Никто не запросил паспорт фильма и другие подготовленные материалы. И здесь я предлагаю просто задуматься: как может полноценно идти процесс подготовки фильма к дальнейшему выпуску, если у людей, у которых находятся базовые документы и материалы проекта, за год никто их даже не запросил? При этом аудитория тоже год практически ничего не получает. Где подогрев фильма? Где хотя бы минимальная коммуникация вокруг него? Где тизер? Где информация о том, что это вообще за проект? Где понимание, на каком он этапе? Если существует реальный процесс подготовки фильма к дальнейшей жизни, почему авторы фильма ничего об этом процессе не знают, необходимые материалы у них не запрашивают, а аудитория за год не увидела практически ничего? Ване некогда? Окей. Мы это понимаем. Именно поэтому мы неоднократно предлагали помощь. Мы готовы взять на себя часть работы по продвижению и оформлению, подготовить необходимые материалы, помочь двигать проект дальше. Не отнять у кого-то фильм, не перетянуть внимание на себя, а помочь выпустить работу, которую мы сами создавали. Но нашу помощь не принимают. Нас отодвигают от процесса, при этом не объясняя, что конкретно происходит и почему мы не можем помочь. А потом, когда спустя год мы начинаем задавать вопросы, нам говорят: «Вам заплатили, какая вам разница?» Нам есть разница. Да, мне заплатили ту сумму, о которой мы договорились. Никто этого не отрицает. Но изначально это вообще не была классическая история «заказчик - исполнитель»: вот деньги, вот ТЗ, снимите мне продукт, передайте результат и дальше я делаю с ним что хочу. Мы не заходили в этот проект как обычные исполнители. Если бы Иван хотел именно такой формат отношений, он мог изначально выстроить их соответствующим образом: найти исполнителей, заключить договоры, прописать обязанности сторон, конфиденциальность, передачу прав, порядок сдачи результата - и после выполнения работы это был бы совершенно другой разговор. Но формат был другим. К нам пришли именно как к молодой команде, с ограниченным бюджетом и отдельной просьбой найти студентов, которые будут делать фильм «с горящими глазами». Мы согласились на эти условия именно потому, что ценность проекта для нас заключалась не только в гонораре. Всё взаимодействие строилось на доверии, человеческих договорённостях, общей заинтересованности в результате и понимании того, что фильм получит дальнейшую жизнь. Мы действительно сделали гораздо больше, чем просто «выполнили заказ». И именно поэтому нам не всё равно, что происходит с результатом этой работы. Нельзя из всех устных договорённостей спустя год вытащить только одну удобную часть - «вам заплатили» - и сделать вид, что всё остальное автоматически перестало существовать. Нас просили прийти с горящими глазами. Мы пришли. И поэтому, конечно, нам сейчас больно смотреть, как спустя год работа существует в каком-то информационном вакууме, а на любой вопрос о её судьбе мы слышим только: «процесс идёт». Мы не требуем отдать нам управление проектом. Мы не требуем делать всё так, как хочется нам. Мы просим элементарной прозрачности: что происходит с фильмом? Какой сейчас этап? Что уже сделано? Что планируется? Чем мы как авторы и команда можем помочь? Потому что «процесс идёт» - это не ответ людям, которые этот фильм создавали. Особенно когда никаких признаков этого процесса со своей стороны мы пока не видим. И я здесь отдельно подчеркну: я не обвиняю Ивана в том, что он лично ничего не делает. Вполне возможно, что он передал дальнейшую работу над фильмом кому-то другому и уверен, что процесс действительно идёт. Тогда мои вопросы не к Ивану, а к тому самому «кому-то», кто этим процессом занимается. Потому что просто осознайте одну вещь: ЗА ГОД У НАС НИКТО НЕ ЗАПРОСИЛ БАЗОВЫЕ ДОКУМЕНТЫ ПО ФИЛЬМУ.

бля ребят, я вас прошу не разбирайтесь,не ссорьтесь , не выясняйте кто прав, а кто нет в коммах этих типов, они только хайп будут больше ловить , пусть делают че хотят просто будем ждать слово Ивана, если он захочет комментировать эту ситуацию конечно же

Когда производители кино обьявляют название фильма. Я больше не буду ничего комментировать. Победить армию, которая воюет в одну сторону невозможно😂

Когда производители кино обьявляют название фильма. Я больше не буду ничего комментировать. Победить армию, которая воюет в одну сторону невозможно😂

Ребят, я здесь никакого конфликта не вижу. Я озвучила базовый принцип работы: условия фиксируются заранее, а заказчик, который оплачивает производство, распоряжается финальным результатом. Если кто-то согласился работать за банку энергетика или в надежде на будущий «медиа-прорыв», а эти обещания нигде не были зафиксированы, — это вопрос его договорённостей с продюсерами. Спустя год предъявлять заказчику, который по смете этого же продюсера все оплачивал, ожидания, о которых он даже не знал, довольно странно и, на мой взгляд, не очень профессионально. Свою позицию я объяснила. Дальше мусолить эту тему смысла не вижу.