Антон Кобец. Стихи

Не схватил он добычу — пойми ты, Куропатка сильнее ястреба. И летят в небесах инвалиды, Потерявшиеся без Пастора. Облака без дождя обескровлены, Небо тресканое как губы: Ястребиная жертва у ворона. Сердце стукнуло раз, будто бубен — Шаманический бубен обрядовый, Будет жертвой жестоким богам, Ну и чем же ты ястреб обрадован? Что прочёл в небесах по слогам: Умирать наконец то в пике.

ТРОЙКА смета-на-покаяние запускает экспериментальный формат поэтического вечера 12 мая (вторник) в баре "Ладья" на пилотной встрече будут выступать и разговаривать: Антон Кобец Андрей Макатинский Юра Степанов Наша цель: дать поэтам пространство для открытого общения друг с другом и со слушателями. Когда: 19:00 (12.05.2026) Где: бар "Ладья" Столешников переулок 6с1 Неформальные чтения без порядка, без разделения на зал и сцену. Только импровизация и живое общение. Вход свободный 18+

Будет большой сет!)

уже в этот четверг состоится интеллектуально-музыкально-поэзо представление «переучет» vol. 2 💥 ЛЕКТОРИЙ (18:00) лекция «феномен интернет эстетик. субкультуры или цифровой эскапизм» от аспиранта философии (МГУ) и тамблер гёрл юли руновой. зачем пользователям всемир. сети потребовалось искать себя в «эстетиках», которые представляют из себя набор картинок и образов? ответ на этот вопрос мы будем искать в теории формирования цифровой идентичности. доклад «музыка как инструмент восприятия пространства и времени» аспиранта философии (МГУ) семена жорина. ⚡️ ПОЭЗО-МУЗЫКАЛЬНЫЙ ДЖЕМ (20:00) фирменный формат клуба «лахесис». основной состав музыкантов — фортепиано, барабаны, саксофон. музыканты по желанию присоединяются к хауз-бэнду. поэты выходят читать в порядке живой очереди. спец гости: Егор Древлянин Иван Симак Ваня Шупляков Антон Кобец Диана Никифорова Игорь Котляров музыканты и поэты — записывайтесь в комментариях под этим постом (пример: +гитара, +стихи, +балалайка) афтерпати: DJ MneBlizko DJ Karenych 18+ 30.04 18:00 чистопрудный бульвар 25 вход свободный (рега)

"Монотипия души: Поэтический отклик на выставку Романа Якубсона 'После падения’. На вечере внутри выставки Романа Якубсона "После падения" семь поэтов представят свои произведения, вступающие в диалог с темой, поднимаемой художником. Положение "После падения" раскрывается здесь не как символ безнадежности, но как мощный импульс к становлению. Это вечер о силе преодоления, о том, как из самых глубоких обломков рождается новая, неповторимая форма. Поэзия становится тем самым инструментом исследования, позволяющим проникнуть в самую суть себя и мира, когда что-то навсегда изменилось. Присоединяйтесь, чтобы услышать, как душа говорит через стихи, обретая силу рождающуюся после падения. Ведущая вечера: Аня Малкович

Завтра выступаю на выставке ярчайшего художника с замечательным составом ❤️ Приходите

Апрель, а за окном мело И сразу превращалось в грязь. С такой планетой НЛО Едва ли установит связь. Малыш копается в грязи Своей игрушечной лопаткой, Надеюсь, через много зим, Со смертью он сыграет в прятки. Я смерть сегодня победил Своим тугим, бессмертным даром. Теперь пора сходить в Вкусвилл, Или сойти с земного шара…

Лампы нависли гирями… С. Грабовская Лампа — горящее вымя, Отвергшее братство коров. Свет злобных духов вымел Обратно в пространство снов. Голая, нищая лампа, Хозяйка на сто двадцать вольт, Кто тебя только не лапал: Люди, жуки и моль. Ты в абажуре — как мумия, В подъезде — подруга путан. Мне же на грани безумия, Свет твой последний дан. Соня с днём рождения ❤️❤️ Люблю

* * * Здесь главный поэт – Боря Рыжий, А царь-образец – Годунов. И надо бы быть ещё тише, Услышать дремучее дно России без изб в полной мере, Стальную воронку ГРЭС. Я музыку слышу. Сальери, А ты снова в текст полез? Услышь, потрошитель слова, Как души людей потрошу. Сальери, канон разорван Сквозь шутку. Ведь Моцарт – шут

Жизнь — не МХАТ И паузы не будет. Если ад Ко мне прижмётся грудью, То, увы, Не будет и антракта. Тетивой Натянута петарда — Целит в грудь, Но попадает мимо, Дальше — в путь, Но путь невыносимый. Жизнь — не МХАТ, И даже не капустник. Буду рад, Когда меня отпустит. С днём театра, с днём жизни

Раковина Раковина около уха Не говорит морем, Она говорит языком Утонувших. Если внимательно слушать, То можно услышать Девушку, обёрнутую в пакет, Брошенную с катера В Испании в 2008. Когда я только начал писать Она уже умерла и любила… И было ей двадцать пять. Теперь двадцать пять мне. Я в пакете неловкости, Мусорном пакете нелюбви, Как я завидую этой Франческе.

Открываем нашу новую рубрику «Культурный штрих-код» записью интервью с «подземным» поэтом Антоном Кобецем! По совместительству культуртрегером, выпускником Литературного института им. А.М. Горького, автором сборников «Каверна» и «Клюквенный череп», капитаном команды «Жемчужные», участвовавовшей в КБС, и просто интересной личностью ❕ В этом интервью вы узнаете о творческом становлении поэта о том, как командный дух влияет на поэтическое сообщество и какая общая отличительная черта у коммьюнити «Подземки». Приятного чтения! Автор фотографии: https://t.me/ch_o_v #культурный_штрих_код

Вышло небольшое интервью

Студент мне руки обслюнявил, Не гей, а за мои стихи. Тогда я понял — это слава, Вот апогей — без чепухи. А не, когда я слышал «Браво», И тыщу «Браво» по привычке, Таких, как я, была орава. А тут в усталой электричке Студент поцеловал мне руки, Не знаю, был ли он бухим, Или Всевышний на досуге Напомнил мне: Пиши стихи.

6.30 В 6.30 река призывает твою истому. Проснуться, одеться и выбежать, будто так Ты предоставлен себе — не придаток к дому. Скалится едко беззубый дверной косяк. Хочешь бежать по парку, а не по памяти, Только деревья пышные шептуны Всё повторят. "Ну когда вы меня оставите?!" —"Думаешь зря, что солнце добрей луны". Скоро река рябая отрубит разум, Тина тоску отнимет — но добеги. Ты пробегаешь парк и вбегаешь в фазу: Как бы не оказаться на дне реки. Тихое утро. Москва. Где-то возле Химок. Хочется то ли жить, то ли утопиться, Запечатлеть себя в одиночестве, будто снимок. Что же случится дальше, когда 6.30 Пискнет на телефоне больным птенцом.

«Рейчел Блау ДюПлесси» — Звучит довольно поэтично, Как будто ветер погасил Фонарик над жилищем птичьим. Прочь улетают снегири Из дома. Остаётся неживым. Отсутствующие фонари Становятся письмом языковым. Всё превращается в письмо: Расстрел заложников в Беслане, Война, что начата зимой, И муравей, ползущий в дачном кране. Всё ра́вно миссис Блау ДюПлесси — Смерть в этом тексте меньше, чем набросок. Текст не горит, вода не керосин, Он состоит из световых полосок, Что туго пропускают жалюзи.

Красивый, как Ален Делон для бедных, Иду на сцену выгулять копну Волос и текстов, остальное тщетно. Последний шаг до сцены и... ко дну. Ко дну, ко дню, когда умолкну — Улитка речи в панцире уснёт. Родной язык для боли непригодный Использует для савана налёт. Меня изучит отоларинголог, И скажет — омерзительный язык. Отвечу я: "Что путь его был долог. Он жалил словом, будто борщевик Возрос в гортани"... — Я уже на сцене, На грани "эконом Ален Делон". Изображая каплю томной лени, Скрываю то, насколько утомлён И как боюсь... С днём поэзи🖌 🦄

Припять То, что сказано — это Припять, Перед Чернобылем смысла, Когда перед тем, как выпить, Пауза вдруг повисла. Пауза — вот без туристов, Сталкеров, соглядатаев. Хлынет потоком — быстро — Страшное что-то. Растаяв, Под потолком повиснет, Будет качаться на люстре, Слова поползут, как слизни, Из ротовых устриц. Метелью из горла бактерии Порошат глубинный Чернобыль, Сквозь приоткрытые двери Паузы бог отбыл.

Кресты 1 Я пошёл от вокзала к Крестам. Хорошо, что тогда моросило. Век назад я сидел бы там, А сейчас дождь чужие могилы Умывает, свершая обряд Хорошеть перед наглым туристом. Я сидел бы там век назад, А сейчас там так пусто и чисто, Будто там не вершился расстрел, Красных луж на рассвете не тёрли... Дальше ставлю огромный пробел Весом в тонну, размером с горло. 2 Зачем мне пышный Петергоф? Когда честней Кресты. Зачем орава дивных слов? Когда замолкнешь ты. И воздух до кощунства чист, Морозов ждёт Нева. Не заключённый, а турист, Ждёт поезд и Москва. А я жду ветра перемен, Скорее даже шквал. Кто встанет вместо нас с колен? — Иуда? Брут? Шакал? 3 У Крестов минута — час, У поэта — год. Участь страшная ждёт нас, Знаю наперёд. Участь будет не нова: Слава да позор, Пишущая голова С плахи на забор. Чтобы лучше всех знамён, Флагов и парадов Показать, что тут казнён Тот, кому не рады. Тот, кому был мал ваш кляп — Больше его слово. Жаль не снимет белый ямб Чёрного покрова...

Безбровый Поедание крошек отчаяния Со стола у твоей родни: А родня твоя нежность и горечь, А родня твоя страх и стыд. И родня твоя смотрит на время, Поджидает – когда уйду. И кустистые брови мои опадают Под этим сбривающим взглядом. Я безбровый негость — собиратель Горьких крошек чужого стола. И теперь я совсем уже голый — Без морали и без бровей.