эндрилы!!// bella babka маргоша💥

что думаете?

достаточно длинно получилось. вдохновилась песней «выздороветь» солтвайна. мне в принципе все его песни нравятся до безумия, не знаю даже, как можно так хорошо и душевно выкладывать душу и так прекрасно и детально выражать эмоции… мои………….🫩🫰🏻

Эндрю даже осознать не успел, когда слезы по его щекам стали течь без остановки и когда Нил закрыл за собой дверь, когда они оказались в тепле и уюте, в, пусть и промахнувшейся сигаретами, квартире. Всхлипы Миньярда изредка прерывались жалким писком. Эндрю так крепко сжимал юношу, так близко прижимал того к себе — так, словно была возможность нечаянно дать Нилу, словно фарфоровой чашке, выскользнуть из рук, упасть и разбиться на тысячи осколков. Прижимал так, словно отчаянно желал стать одним целым, словно желал растаять пластилином в теплоте ладоней Джостена. Словно желал слиться раскаленным металлом, крепко сцепившись с кожей до невозможности. – Эндрю, – Нил аккуратно перебирал мягкие блондинистые пряди на макушке чужой головы в успокаивающем жесте. – Я уже здесь. Скажи мне, что с тобой. Я тебя услышу. Я рядом. Что ты чувствуешь? Миньярд тяжело вздыхал, шатая от невероятности ситуации головою и возя носом по грубой ткани бомбера. Эндрю отдался полностью теплым касаниям юноши, отдался желанию расплыться в ладонях, поддался слабости и лишь желал утонуть в Ниле надолго, улечься на самое дно его души и уснуть спустя столько бессонных ночей одиночества. – Я сдаюсь, – шмыгая носом, пропищал Эндрю. – Я так устал вести себя гордо.

– Может, прекратишь вести себя так, и хоть попытаешься поговорить со мной? Да что уж со мной — с кем либо! Дай хоть какой-то ответ, Эндрю. Уже два месяца ты не выходишь на поле — только и делаешь что сидишь и тухнешь в этой гребаной квартире. Как можно так деградировать, Эндрю? Как можно довести себя до такого состояния? – Кевин был в отчаянии, и это отчаяние переходило на полукрик. – Я устал смотреть на то, как мой лучший друг превращается в овоща. Начни уже делать что-то с этим. Очнись ты уже. Это твоя жизнь. Не будь эгоистом, Эндрю. Пустой взгляд Миньярда в никуда лишь изредка прерывался затяжками табачным дымом. Эндрю было все равно. Ему было абсолютно плевать. Ощущение, будто юноша даже не уловил и четверти сказанного — уж слишком он был занят поиском пачки в карманах кардигана. Его дергающиеся пальцы рук ели удерживали сигарету. Он вот-вот бы лопнул, он бы хотел сказать что-то, хотя бы разрыдаться от беспомощности, но, удержав в себе все эмоции глубоким вдохом, лишь тихо произнес: – Уходи, Кевин. Прикрыв веки на выдохе, Миньярд мысленно отдалялся от матерящегося себе под нос Дэя, громко направляющегося на выход. Выдерживать эту постоянную нагрузку было нереально. И дело было не в его состоянии, не в здоровье, не в семье и даже не в экси. И, конечно же, дело было не в Кевине. Он здесь не причем. Он здесь бессилен. Устало усевшись со скрипом на старом деревянном стуле у открытой форточки, Эндрю устало выдохнул. Прикрыв ладонями лицо, юноша постарался успокоить мысленную бурю, безостановочно гудящую одно и то же. Одно и то же, беспрерывно. Его неудачные медитации были прерваны очередным, десятым, наверное, за день, звонком в дверь. Раздражение, смешанное с поражением над назойливостью взволнованного Дэя, нахлынуло вновь. Надев домашние тапочки и нехотя потушив сигарету в пепельницу — хотя желание потушить ее прямо в лоб Кевина Дэя в качестве знака признательности за постоянные и никому даром не нужные советы было намного сильнее —, Миньярд попятился к входной двери. Голова гудела, горло похрипывало — то ли от количества пролитых слез и жалких стонов, то ли от количества выжженного никотина в его легких, что значимо увеличилось в последний период его жизни. Даже не заглянув в глазок, Эндрю лишь грубо ворчал гадости очевидно стоящему у входа Кевину о скорейшем уходе, как можно раньше. Желательно до того, как дверь откроется и рука потянется к клюшке вовсе не из-за внезапного желания вернуться на поле. Подняв усталые и раздраженные, очевидно заплаканные, карие омуты, Эндрю понадобилось около трех секунд чтобы разобрать черты стоящего перед ним человека — уж очень не хотелось упасть в лужу вновь — прошлый раз, Миньярд спутал Дэя с перекрасившейся в черный Рене. Настолько все плохо. Так… это — Кевин, курьер, сантехник, сосед… Нил? Что-то в груди Эндрю сжалось, когда пришло полное осознание увиденного. Неопределенная волна тока пронзила каждую клеточку юноши, стало не хватать кислорода и даже ноги подкосились от переизбытка эмоций, что было не описать. Пред ним стоял обеспокоенный, но тепло улыбающийся Нил, с влажными от снега волосами, с красными носом и щеками, со сверкающими и добрыми очами. Юноша крепко прижимал к себе пышный букет цветов в нежно-розовой гамме, что гармонировали с таящими снежинками на их лепестках. Внезапное появление Джостена ощутилось как неожиданное потепление спустя эти несколько месяцев жутких бурь и морозов, после юг и метелей, заполненных отчаянием и потерянностью в темноте ожидания. Эндрю так много хотел сказать, столько хотел выплеснуть, так желал разорвать ту долгую разлуку между ними — от городов до метров, от месяцев до секунд, от мечтаний и желаний до действий и шанса. – Нил… – прорвавшись сквозь дистанцию всего с метр, Миньярд уныло прижался во влажную ткань чужой куртки, уткнулся носом в надежное плечо, часто и ненасытно вдыхая столь привычный одеколон. Было невозможно насладиться вдоволь столь пряным и свежим, столь любимым запахом дома. Запах, что до сих пор ощущался повсюду — в квартире, в постели, на теле, и там, где по логике его не должно быть.

#andreils #foxad #foxlove #readwme я так устал вести себя гордо. – Ты как, Эндрю? – святой Кевин все же человек, раз так и не перестал верить в возможные правдивые ответы юноши, полные эмоций, слез и криков, может, разбитой посуды, но настоящие. Что угодно, лишь бы не… – Уходи, Кевин, – зажигая двенадцатую сигарету за эти полтора часа, вякнул Миньярд. – Не хочу никого видеть. – Я заказал тебе китайскую кухню, – неуверенно пробубнил Дэй, ставя заказ на столешницу. Эндрю косо бросил взгляд на бумажный пакет с инициалами ресторана. Без особого любопытства, он заглянул во внутрь, сильно и не надеясь увидеть что-то на самом деле съедобное для его придирчивых вкусов. Сморщившись, Миньярд отодвинул еду на другой край стола — все равно ожидания были очень низки. – Ненавижу острое, ты же знаешь. Хотя, ничего ты обо мне не знаешь. Никто не знает, — юноша лишь закатил глаза, томно вздыхая и лениво укладывая тяжелую от хронической усталости голову на стол.

что-то такое, я сама не поняла, че написала 😦

– Это уже давно в прошлом. Я уже не тот Нил. Я даже не думаю о том, что тогда происходило. Прошлое нам не принадлежит. Верно ведь, Эндрю? – Джостен даже не удостаивал Миньярду взгляда. Может, ему все же было досадно от того, что их сексуальным развлечениям давненько пришел конец, причем по решению Эндрю. Вспоминать об этом было до чертиков печально, а, может, Миньярд надумал себе чего-то глупого и невозможного, что так бредит. – Да… – во взгляде Эндрю читалась откровенная досада. Кто же мог знать, что, потеряв то, что тогда ему казалось не столь важным, сможет построить что-то большее, нежели секс? Ведь Миньярд оборвал их сексуальные связи не потому, что был недоволен похотью, страстью, и, кажется, даже чувствами Джостена. Скорее наоборот. Никогда его не волновали схожие чувства, отношения и люди, влюбленные в него. Ему принципиально было плевать на то, что о нем могли бы подумать. Ему принципиально наплевать. Но не в этот раз. Эндрю это чуждо, но, впервые он задумался о том, как бы почувствовал себя Нил, узнай, что между ними исключительно секс? Ему было бы больно? Было бы печально? Разбил бы он Нилу сердце? Все эти вопросы так мучили Миньярда на протяжении нескольких недель, что, однажды, когда они вновь остались наедине и вот Джостен уже был так близок и так горяч… – Я так не могу, – опустив стыдливый взгляд в пол, тихо прошипел Эндрю. Его ладони обхватывали слегка влажную после душа ткань футболкиу, но, вместо того, чтобы сжать ее и притянуть Джостена поближе, Миньярд лишь легко оттолкнул Нила от себя. – Я не хочу этого продолжать. На долю секунды Джостен онемел, но все же не стал сопротивляться, не стал брыкаться от первого «нет», не стал возражать. Единственное, что тогда изменилось — опустошенный взгляд хрустальных радужек, от которого просто хотелось плакать. И Эндрю не понимал, отчего немой уход Нила так задел его чувства. Не понимал, почему тот факт, что Джостен не проронил ни слова, так застрял в его душе. Миньярд не понимал, почему было так больно. А осознал он это слишком поздно — лишь спустя пару месяцев после случившегося. Осознал он, что все, что было между ними — не просто секс. Ведь Миньярд мог разглядывать юношу часами теми глубокими ночами, запоминая каждую веснушку, каждый миллиметр шрамов на лице. Ему на самом деле нравилось ожидать Нила на кухне по утрам, заваривать парню чай и наблюдать за смешной ходьбой сонного, зевающего Джостена по кухне. Миньярд не смотрел ни на кого другого. Лишь один Нил существовал в его жизни, в его сознании, в его жилах и сердце. Нил нравился Эндрю. Прям, реально нравился. – Является ли это преступлением, что я до сих пор думаю о тебе? – тихо, ели слышно от неловкости произнес Миньярд полушепотом. – Как считаешь? – Оу, – всподняв брови, удивленно воскликнул Джостен. – Даже не знаю. Тебе решать. Думаю, все же нет. – И ты вновь меня примешь? Опять? – Не опять, а снова. – И ты не считаешь меня подонком? Не считаешь, что я полный идиот, достойный тысячи пощечин? – Да, я так считаю, – юноша выкинул сигарету за балкон, тем самым соблюдая паузу. – Но как я могу отказать тебе, Дрю? Это ведь лучшее преступление, что ты мог совершить.

#andreils #foxlove #readwme is it a crime? Сигаретный дым невесомо поднимался вверх, завораживая Джостена воздушными узорами, что растворялись в считанные секунды в неуловимом потоке ветра. Наблюдая за струйкой дыма, Нил практически успел забыть, что курил, и, дабы не давать гореть сигарете зря — вновь затянулся. Эндрю не мог свести взгляда с уставшего и немного растрепанного, столь очаровательного Джостена. Острые линии его лица освещались желтым светом уличных фонарей, а собранные волосы в небрежном, маленьком пучке придавали облику гармоничности. Миньярда так завораживала его красота. Такая уникальная. – Не смотри на меня, – в холодном, безразличном тоне Джостена все же были ощутимы нотки смущения. В темноте не было видно, но Эндрю точно знал — скулы юноши были залиты кровью. – Смотри в другую сторону. – Странно, – молвил Миньярд, дернув плечом. – Раньше это ты пялился на меня, – ухмыльнувшись, бросил он.

просто так тяжело искать эстетичные фотки в пине… может, кто-нибудь поможет с этим?

так давно не писала, что практически забывала, как это делается 🫩 обычно тратила полчаса на зарисовки, теперь — час

в общем… знаю, что ждали, но не ждали🫰🏻 знаю, что уже теряли надежду 🙂‍↔️ знаю, что все таки рады 🥹 в какой-то мере, возможно, я вернулась. скажите спасибо моей сестре, это все ее рук дело. вдохновила, получается 😦

– Нил! – из-за отдышки, в какой-то момент у Эндрю просто не хватало сил выкрикивать это имя по всему полю. Поэтому, юноша решил послать к черту невероятную усталость и желание улечься в высокой траве дабы по тихому закурить, и как можно скорее побежал догонять Джостена, что с каждой секундой отдалялся все больше. Нил был настолько сконцентрирован на ходьбе, что внезапное касание Миньярда к плечу ощутилось словно сильная волна тока. И, между прочим, Джостену есть, с чем сравнивать. – Слышишь, ты, – произнес Эндрю на тяжелом выдохе. Он был невероятно измотан, и, казалось, даже немного. помят. – Да, ты, кролик. Кролик, заяц, гепард — плевать. Мне плевать на то, кто ты, и как тебя лучше звать, – молвил Эндрю, крепко держа того за плечо, ни на секунду не отпуская. – Но бежать я тебе больше не позволю. Я ясно выразился? Джостен был опечален, он был недоволен собой. Он был ну просто невероятно обескуражен. Стоило обернуться. Стоило убедиться, что не уследит. Идиот. Не кролик, не заяц, и не гепард. Нил, в тот момент, был самым настоящим ослом. – Что мне было делать? Я подставил своего лучшего друга, я потерял его за считанные секунды в той гребаной раздевалке, – слова так быстро вылетали из уст юноши, что Миньярд ели успевал уследить за мыслью Нила. Единственное, что было ясно пока — Джостен кажется все глупее и глупее. Черт, у этого парня нет шансов на эволюцию. – Я никогда не ощущал такого, Эндрю. И, даже если и должен был, то не так. Не с тобой. Да, что уж тут говорить, я даже не умею целоваться! И я правда не понимаю, что на меня нашло тогда… Знаю, что не нравлюсь тебе. Знаю, что не может ничего быть. Знаю, что сам бы себе не позволил… И, при всем этом, поцеловал... Но, это показалось мне наиболее разумным из всего, что пришло мне в голову в тот момент, как ты снял футболку и подошел так, мать его, близко… Так близко… – с каждым словом, Джостену становилось все тяжелее дышать, и с каждой секундой его голос затихал. Он вновь стал замечать, как кончик носа Миньярда подозрительно близко находится к его. И это… смущало. Хотя, нет. Не так. Это буквально разрывало в клочья. – Значит, тогда тебе не понравилось? – эмоции Эндрю было не прочесть — этот хитрый ублюдок только и делал, что вынуждал Нила себя чувствовать полным дураком. Ведь, единственный, у кого туз был всегда в кармане — это Миньярд. – Мне показалось, ты был более, чем доволен. Чего сразу бежать? – Я... – Джостен засуетился. Впервые он абсолютно понятия не имел, как ответить. Пусть из них двоих рыжим и являлся именно Нил, самой настоящей лисой — такой хитрой, заманчивой, умной — был именно Эндрю. – Я не знаю? Я, наверное, побоялся последствий. Боялся потерять кого-то важного… – И поэтому, вместо адекватного разговора, кролик решил слинять, – констатировал Миньярд, будто все было очевидно. Да, к черту его. Все на самом деле было охренеть как очевидно. – Я немного не понимаю… – теперь Нил был еще более сконфуженным. Эндрю приближался все больше, и, не желая навредить вновь, Джостен собирался отойти хоть на шаг, но, только попытавшись — оказался притянут ближе, словно магнит. – Пойдем домой, Нил, – Миньярд решил обойтись лишь одним невесомым поцелуем в губы, ведь, очевидно, поле — не кровать, не стол, не стиральная машинка, и не плита, чтобы нежничать, любить друг друга, и, в конце концов, заниматься нежным или грубым се… В общем, все, что угодно, но не поле. – Больше я тебя не отпущу.

#andreils #foxlove #readwme и больше не отпущу. Сильный ветер сбивал мысли с толку, вынуждая зародиться некому урагану в итак ничего не осознающем сознании Джостена. Юноша был настолько сконфужен, что происходящее вокруг будто самого Нила и не касалось. И, не смотря на ощущение безысходства, Джостен продолжал скорым шагом пересекать высокую траву безмерного поля. Ему было некуда идти, но и мотива останавливаться на раздумья у Нила тоже не было. Он был потерян и невероятно напуган. Он был молод, наивен и глуп. В конце концов, он был чертовски влюблен. Нил шел не оборачиваясь назад. Все, что позади — ему больше не принадлежит. Все, что спереди — все, что у него теперь есть. Даже если спереди нет абсолютно ничего. Джостен так торопился в никуда, что безостановочные зовы Миньярда до него не доходили. Он просто не слышал. Или, может, даже игнорировал.

постараюсь закинуть вам какую-нибудь зарисовочку в эти дни 😚

в общем, я познакомилась с одним молодым человеком, чей характер, стиль речи и недоверие ко всему миру — копия Эндрю. я бы безумно хотела, чтобы это была какая-то шутка, но он и впрямь является живой копией этого персонажа. а я, на секундочку, изучала и описывала…

До момента, как неожиданно для себя осознал, что по-настоящему ощутил свободу лишь в присутствии несносного, ворчливого, боевого юноши, излучающего практически всем ничего, кроме холода и опасности. Всем, но не Нилу. Эндрю Миньярд. Человек, ворвавшийся…

До момента, как неожиданно для себя осознал, что по-настоящему ощутил свободу лишь в присутствии несносного, ворчливого, боевого юноши, излучающего практически всем ничего, кроме холода и опасности. Всем, но не Нилу. Эндрю Миньярд. Человек, ворвавшийся в его жизнь, словно метель, словно гром посреди ясного неба, оставив при этом за собой лишь след радуги по периметру всех его души. И внезапное вторжение этой особы в жизнь Нила ощущалось, словно первый человеческий шаг на маленьком необитаемом острове, которого опасались все, не зная, чего ожидать. Появление Миньярда оказалось открытием неких фрагментов в мозаике его жизни, что придали цвет общей картине, и дали мотивацию искать новые детали дальше, усерднее. Что уж говорить о том, как Джостену постепенно сносили крышу постоянные ночные разговоры по душам? Эти посиделки допоздна на кухне — пока Миньярд курил в окно, опираясь о подоконник, а Нил - наблюдал, стараясь не поперхнуться чаем от удовольствия — стали ощущаться постоянным лекарством, без которого парень мог периодически сходить с ума. А голос Эндрю становился успокоительным, клонящим в теплый, нежный сон, от которого не хотелось просыпаться. Нил осознал слишком поздно эффект, что давало ему лишь само присутствие Миньярда, поэтому прикосновения — даже легчайшие — стали причиной, по которой Джостен стал окончательно терять контроль всякий раз, как они находились наедине. И, чем больше времени проходило, тем более Нил понятия не имел, как избавиться от этой привычки. Он мог поклясться, что курить бросить — и то, в тысячу раз легче и переносимее, нежели отказаться лишь от самой фигуры Миньярда в его запутанной, словно лабиринт, жизни. Возможно, именно поэтому Джостен курил намного меньше в присутствии его любимого заменителя никотина. Возможно, поэтому, пачка сигарет могла кончаться спустя недели — что было странным, ведь лишь парой месяцев ранее, приходилось покупать новую каждый день. Возможно, именно поэтому Нил подпустил Миньярда так близко, не заметив этого. Ведь, любовь — словно наркотик. Она незаметна, беспощадна, неизбежна и поглощающа — словно зависимость, но исцеляющая. От любви избавляться не нужно, от привычки носить любовь всегда в сердце, вместо сигарет в кармане, отказываться не обязательно. Это зависимость, что не затачивает тело на замок, от которой душа постепенно умирает. Нет. Любовь — это свобода, что прошлый Нил бы обязательно назвал "что-за-бредом», пройдя мимо. К счастью, «заточенный» Джостен — уже давным-давно в прошлом. И, поверьте, оно и к лучшему.

#andreils #foxlove #readwme заточенное сердце и зависимость, не несущая за собой вред. Джостен всегда считал, что сердце не способно принадлежать кому-то. У него было убеждение, что человек — единственный, кто может ручаться за тем, отдаваться ли чувствами, доверять ли человеку, или ненависть его всем сердцем. И эта мысль никогда его не покидала. Нил был более, чем уверен, что любовь — это не для него. И, наблюдая за знакомыми, что постепенно выстраивают какие-никакие, но, все же, отношения, Джостен не мог осознать окончательно, на кой людям отказываться от свободы собственной личности ради немного ласки и секса. Это… глупо? Да, ведь Нил заключал, что свобода человека заключается в одиночестве и самостоятельности. Как минимум, заключал он это лишь до одного переломного момента в его эмоционально и сентиментально скудной жизни.

хм, что насчет зарисовки? хотите??😉

в общем, я познакомилась с одним молодым человеком, чей характер, стиль речи и недоверие ко всему миру — копия Эндрю. я бы безумно хотела, чтобы это была какая-то шутка, но он и впрямь является живой копией этого персонажа. а я, на секундочку, изучала и описывала этого персонажа на протяжении года ☝🏻🤓 так что, могу похвастаться, что знаю, как подступиться к такому человеку, как с ним обращаться и чего стоит избегать. общаюсь с ним на притяжении месяца, и, как не странно, доверяет он мне больше, чем кому-либо. он ненавидит прикосновения (объятия, рукопожатия, нечаянные касания) но практически не имеет проблем насчет физического контакта со мной. также этот человек изначально заявлял, что не ищет отношений — якобы все равно на людей — но тут появляются от него подозрительные милые жесты, внимание и комплименты 🤨🤨🤨 в общем, придем к соку. помимо того, что он идентичный характером с Эндрю — зовут его Андреа. Что на английском — Эндрю… а его крещеное имя — Кевин……. И выглядит он, как, мать его, Кевин Дэй…(мой типаж, между прочим) короче, я в ахуе. если хотите, закину его фоточку