люди в люде

ЗНАКОМИМ С АРХИВАМИ 18+ ИСКУШЕНИЕ ГРЕШНИКА🍎 Кучинского трудно удержать в категории «наивного искусства». Наивность здесь разрыв между простой формой и плотностью культурной памяти. Академическая иконография, религиозная символика, эротика, психоделия, сюрреализм и позднесоветская повседневность сосуществуют без иерархии. Кучинский интересен не как хроникёр эпохи, а как художник культурной остаточности. История оседает в частном воображении в желаниях, страхах, религиозных интуициях и чужих образах. Его «искренность» двусмысленна: непосредственность здесь одновременно метод и предел формы. Цифровая культура устранила дефицит изображений, но не создала порядка: память существует как массив фрагментов, а субъект конструирует культуру из остатков. Кучинский современен структурно. Хлебников здесь важен как методологическая параллель: разрушая автоматизм значения, он превращал язык в производство новых связей. Кучинский делает то же с изображением смысл возникает в столкновении регистров

ЗНАКОМИМ С АРХИВАМИ ПАВЕЛ ПЕППЕРШТЕЙН И ВНУКИ СОМНАМБУЛЫ. РЕЧЬ ВО СНЕ 🕴️ Проект Павла Пепперштейна и художников «Внуки сомнамбулы» рассматривает сон как самостоятельный медиум. Продолжая линию московского концептуализма, выставка понимает искусство как исследовательский инструмент. Ее предметом становится не бессознательное, а возможность иной формы знания, возникающей за пределами привычных механизмов фиксации. Сон выступает зоной сопротивления цифровой прозрачности, измерению и контролю. «Речь во сне» превращает эту область в философскую модель, исследующую границы медиума, сознания и самой идеи коммуникации. В культуре тотальной фиксации «Речь во сне» возвращает внимание к сознанию как самостоятельной медиальной среде. Архив проекта сохраняет не только материальные свидетельства выставки, но и открытую интеллектуальную конструкцию, продолжающую развиваться за пределами первоначального показа.

5 августа – 6 сентября галерея САРАЙ Проект «БЫЛО НЕ БЫЛО»   ЮЛЯ   Дуэт Юли Мортиис и Юли Рибетки будто возник из линчевского сумрака. Материальность становится способом преодоления отчаяния: шерсть, воск, смолы. Живопись утрачивает технологическую невинность. Семена Раушенберга и Бойса всходят через десятилетия ростками мучительной неопределенности языка, самим языком и являясь, прорываясь сквозь предметный мир вспышками из черноты. Бесконечный диалог рождает героиню выставки — универсальную Тёмную Юлю, с оглядкой двигающуюся по лабиринту. Чёрно-белое, чёрно-розовое, чёрно-жёлтое; засвеченность, хроникальность, движение из ниоткуда в никуда, сквозь грязь краски и сумрак палитры. Метафизическая Юля — синтетический образ, обречённый, как любой художник, на недосказанность или, напротив, на пересказанность. На лес внутри. Куратор Петр Белый До встречи 5 августа 🕯️

Именно поэтому архив «Новых Тупых» неизбежно оказывается архивом недостатка и утраты. От большей части перформансов не осталось ничего, кроме разрозненных фотографий, фрагментов видеозаписей и памяти случайных свидетелей. Однако эта неполнота является не следствием исторической случайности, а прямым продолжением самой логики группы, для которой ценность художественного жеста определялась не его способностью сохраниться, а полнотой его осуществления. Сегодня, в эпоху тотальной самодокументации, когда практически любое действие производится одновременно с его будущим архивом, опыт «Новых Тупых» приобретает особую аналитическую остроту. Он напоминает, что существуют формы искусства, принципиально сопротивляющиеся превращению в изображение, документ и культурный капитал. Не всё значимое поддается фиксации, и не всё, что сохранилось, обладает подлинной интенсивностью присутствия. Фотоархив и видеоархив, представленные в галерее ЛЮДА, следует воспринимать не как реконструкцию утраченного и не как исчерпывающую репрезентацию сообщества. Скорее, это возможность столкнуться с пределами самого архива, увидеть материальные следы художественной практики, которая упорно ускользает от завершенности и тем самым сохраняет собственную радикальную свободу. Именно в этой невозможности быть полностью сохраненными и заключается историческая и эстетическая значимость «Новых Тупых».

«Новые Тупые» возникли в тот исторический момент, когда кризис переживали не только социальные институты, но и сама идея художественного языка. Конец XX века обнаружил исчерпанность больших повествований, недоверие к авторитету концепта и усталость от культурных иерархий. В этих обстоятельствах «тупость» стала не эстетической стратегией и тем более не жестом антиинтеллектуализма, а своеобразной формой эпистемологического сопротивления — отказом подчинять художественный опыт режиму объяснения, интерпретации и символического производства. Практика товарищества строилась на принципиальном совпадении искусства и жизни. Их акции не стремились стать произведениями, не искали исторического оправдания и не нуждались в механизмах собственной легитимации. Они существовали как события чистого присутствия — мимолетные, зачастую абсурдные, лишенные претензии на вечность и потому обладающие редкой степенью внутренней свободы.

В БУДУЩЕЕ НЕ ВОЗЬМУТ НИКОГО. Видеоархив Люды. Мерцание бесчисленных экранов, мерцание смыслов, видеокаша, многоканальность без всякой системы, больше похожая на саму жизнь, чем на произведение искусства, поиск формы на ощупь, непредсказуемый результат и зритель, ушедший из галереи еще более запутанным, — актуальная картина мира в пяти главах. Save the date: 24.06 18:00 Арт-центр Пушкинская-10, корпус В, 7 этаж

В БУДУЩЕЕ НЕ ВОЗЬМУТ НИКОГО. Видеоархив Люды. Работа Ивана Чемакина с видеоархивом Люды — часть общего проекта открытого хранения. Живой процесс восемнадцатилетнего существования галереи диктует форму экспозиции. Сложносочиненные лучистые конструкции с вваренными экранами, из которых льется видеомесиво. Обрывки, фрагменты, тотальное отсутствие структуры, аура — задача проекта рассказать о ней. Художник Иван Чемакин выступает как локальный демиург, производя огонь и дым, управляя хаосом и создавая его одновременно. Дуализм всегда можно было назвать кураторским принципом существования галереи Люда. Самоотрицание, борьба разных начал, полярные свойства художественного мира, смена направления движения, нестабильность, сложность фокусировки и точность соответствия ускользающему контексту времени, ротация — и здесь выбор художника Ивана Чемакина как автора экспозиции очевиден. Мерцание бесчисленных экранов, мерцание смыслов, видеокаша, многоканальность без всякой системы, больше похожая на саму жизнь, чем на произведение искусства, поиск формы на ощупь, непредсказуемый результат и зритель, ушедший из галереи еще более запутанным, — актуальная картина мира в пяти главах. Save the date: 24.06 18:00 Арт-центр Пушкинская-10, корпус В, 7 этаж

Литография или хромолитография? Разница между ними не только в цвете, но в понимании изображения. Литография, возникшая в конце XVIII века, сохраняет связь с жестом художника: даже в тиражности ощущается присутствие автора, память о моменте создания. Хромолитография обозначает переход к иной логике. Изображение здесь собирается из цветовых слоёв и изначально рассчитано на массовое распространение. Именно хромолитография сделала визуальные образы частью повседневности XIX века от плакатов до открыток и репродукций. Хромолитография в стиле модерн к. XIX - нач. XX века Александра Гарт, литография, 2025 тираж:6

Одной рукой в понедельнике

Новый участник проекта «БЫЛО \ НЕ БЫЛО» в галерее Сарай Музея Анны Ахматовой — петербургский мультимедийный художник Коля Садовник, работающий как живописец, скульптор и перформер. Выпускник Школы Родченко (мастерская Сергея Браткова). Также имеет инженерное и музыкальное образование. Участник творческого объединения «Паразит», член Союза художников. Работы экспонировались в Музее нонконформистского искусства (2021), МАММ (2022). Коля Садовник нередко работает с большими форматами, экспериментируя с экспрессивными приемами наложения краски. В скульптуре использует газобетон, ассоциирующийся с вулканическим туфом в каппадокийских пещерах, где прятались от гонений первые христиане, и с арте повера — итальянским течением конца 1960-х.