Marisaxon

Сходила вчера на мастер-класс по гумойл печати в лабораторию Сецессион. Вот, посмотрите, как интересно получилось!

А вот эти две работы из (вяло-)текущего проекта Garbo loves it here сейчас на выставке в CoSo Gallery. Пластиковый мусор здесь вместе и вместо цветов, постепенно замещая природу.

📣Открыт набор на новый учебный год в Академии Фотографика! ⠀ Международная Академия документальной и арт фотографии «Фотографика» — одно из ведущих образовательных учреждений в области современной фотографии. Мы предлагаем долгосрочные онлайн-программы, которые дают студентам разносторонние знания в области фотографии и визуального искусства, помогают понять, как устроено профессиональное фотографическое поле, и найти свое место в нем. Важной частью обучения является возможность познакомиться с разными подходами и методами — в Фотографике преподают более двадцати фотографов, кураторов, теоретиков и редакторов из разных стран. Это позволяет студентам искать и формулировать собственный взгляд, расширяя границы понимания фотографии. 📚 В Академии — две основные программы: • Полный курс — для тех, кто уже увлекся фотографией, но чувствует нехватку знаний и структуры. Студенты осваивают работу с камерой, композицию, визуальное мышление, знакомятся с историей фотографии и искусства. В течение программы они пробуют себя в разных жанрах и подходах и постепенно переходят к формированию собственных проектов. •Продвинутый курс ориентирован на фотографов с опытом, которые хотят научиться создавать сильные фотопроекты с использованием разных художественных приемов, реализовывать их в формате авторских фотокниг, мультимедийных и выставочных проектов — и выходить за рамки фотографии. ⠀ Во всех программах мы сопровождаем студентов на каждом этапе и помогаем с продвижением фотопроектов в профессиональном поле. Поддержка продолжается и после окончания Академии в клубе выпускников. 🏆Проекты студентов Фотографики участвуют в выставках и фестивалях в разных странах, публикуются в российских и зарубежных медиа, а также побеждают в конкурсах, включая World Press Photo Award, Sony Photography Award, Foam Talent, Gomma Grant, PhMuseum Grant, LensCulture Award, POY среди других. ⠀ 👩‍🏫 В Академии учатся русскоязычные студенты из разных стран мира 🌍 Учеба проходит онлайн и доступна из любой точки земного шара 💡 Для тех, у кого нет возможности оплатить обучение, предусмотрены гранты. ⠀ 📅 Заявки на обучение можно подать до 30 сентября 2026 года. 🔗 Узнать подробности и подать заявку.

Одна из лучших фото школ в России @ffotografika открыта для приема заявок. Насколько я понимаю, они берут почти всех, и если вы не готовы к продвинутому курсу, то на полный курс попадете точно.

Болото и прекрасная @temporaryinodessa

сопротивляются интерпретации, не желая становиться иллюстрациями к уже известным теориям. И в этом сопротивлении неожиданно проявляется почти забытая функция искусства — не сообщать новое знание, а возвращать человеку способность сомневаться в очевидности увиденного. «Нерассказанная сказка» оказывается не историей с открытым финалом, а размышлением о самом механизме памяти. Возможно, все сказки действительно остаются нерассказанными. Мы лишь бесконечно пересобираем их из случайных предметов, чужих лиц, запахов старого дерева, детских жестов и света, который однажды упал в комнату именно так — и с тех пор продолжает существовать где-то внутри нас, гораздо дольше любой фотографии. Марк Коберт

Untold Fairytale оказывается проектом не о сказках — и даже не о детстве, как может показаться при первом взгляде, — а о невозможности вернуть утраченную целостность мира, разрушенную иммиграцией и вновь пересобираемую на маленьком чердаке арендованного дома. Здесь нет ни волшебства в привычном смысле, ни спасительной морали, ни финального примирения, которое традиционная культура столь настойчиво приписывает любому мифу. Сказка остается нерассказанной именно потому, что современный человек уже не способен рассказать ее до конца. Он утратил доверие к линейному повествованию, зато приобрел болезненную чувствительность к фрагменту, обрывку, следу. Именно след становится главным героем фотографий Саксон. След человеческого присутствия. След детства. След дома. Старые стены, лестницы, ткани, игрушки, случайные предметы существуют здесь не как реквизит, а как самостоятельные носители памяти. Кажется, что люди лишь на мгновение вошли в пространство кадра, тогда как сам дом помнит гораздо больше своих обитателей. Невольно вспоминается Гастон Башляр, писавший о доме как о вместилище памяти, хотя Саксон, вероятно, интересует не философия пространства сама по себе, а тот момент, когда пространство начинает помнить вместо человека. Любопытно, что при всей театральности этих изображений они совершенно лишены декоративности. Сегодня постановочная фотография нередко оказывается заложницей собственного перфекционизма, превращаясь в дорогостоящую демонстрацию мастерства. Саксон идет в противоположном направлении. Ее композиции выверены почти архитектурно, но никогда не выглядят самодовлеющими. Напротив, в кадре нарочно «торчат уши фотографа» – ножки штатива, провода светильников. Постановка существует исключительно для того, чтобы создать ощущение случайности — той самой случайности, которой в искусстве, как известно, не бывает. В этой двойственности — между режиссурой и естественностью — обнаруживается еще одна важная особенность ее художественного метода. Каждая фотография напоминает сцену, которую зритель застал слишком поздно или слишком рано. Событие либо уже произошло, либо еще только должно произойти. Настоящее время исчезает. Остается только ожидание. Или воспоминание. Именно поэтому изображения кажутся такими тревожными: тревога рождается не из того, что мы видим, а из того, чего нам никогда не покажут. В этом смысле Untold Fairytale оказывается гораздо ближе к Франческе Вудман, чем к большинству современных постановочных фотографов. Но если Вудман растворяла собственное тело в архитектуре, превращая автопортрет в почти мистический опыт исчезновения, то Саксон работает с другой материей — семейной памятью. Ее герои не исчезают; они существуют как архетипы, как фигуры коллективного бессознательного, возникающие всякий раз, когда человек пытается вспомнить самого себя до того, как научился объяснять собственные чувства словами. Не менее соблазнительно провести параллель с Салли Манн, однако различие между ними оказывается принципиальным. Манн всегда остается внутри биографии, какой бы поэтической она ни становилась. Саксон же превращает биографию в миф. Ее собственная история — эмиграция, семья, дети — перестает принадлежать исключительно автору. Личное растворяется в универсальном настолько естественно, что уже невозможно определить, где заканчивается семейный архив и культурная память, и начинается новое существование в реальном мире, столь настойчиво подступающим снаружи. Есть соблазн назвать происходящее сюрреализмом, но это было бы слишком просто. Скорее речь идет о своеобразной археологии внутреннего опыта. Мари не конструирует невозможные миры; она осторожно извлекает из памяти то, что обычно остается скрытым под слоем повседневности. Поэтому ее фотографии не выглядят фантастическими. Они выглядят узнаваемыми — именно в той степени, в какой узнаваемыми бывают собственные сны спустя много лет после пробуждения. Вероятно, именно здесь и возникает главная ценность проекта. В культуре, все более зависимой от мгновенного считывания образов, фотографии Мари Саксон требуют не внимания даже, а внутренней тишины. Они

Хотите прочитать кураторский текст по моему проекту? Вот он: Нерассказанная сказка как способ сопротивления реальности В эпоху, когда фотография окончательно перестала нуждаться в оправдании собственной документальной природы и с легкостью примеряет на себя роли театра, литературы, кинематографа и даже психоаналитического сеанса, особенно интересно наблюдать за художниками, которые не стремятся впечатлить зрителя техническим совершенством или эффектностью постановки. Мари Саксон принадлежит именно к этой редкой категории авторов. Ее фотографии не столько демонстрируют изображение, сколько производят состояние — едва уловимое ощущение узнавания того, чего, возможно, никогда не происходило. Это память без события, воспоминание без биографии, сказка, существующая еще до того, как были придуманы слова.

Marisaxon pinned a photo