истории человечьи

22 августа буду спикером на Антикризисной конфе для психологов! Будем обсуждать, как выживать специалистам в нынешней экономике, строить практику и совладать с AI 🫖 Конференция абсолютно бесплатная. Основная идея — открытый диалог о том, как обстоят дела на рынке и как нам с этими делами уживаться. Зарегистрироваться можно по ссылке, а заодно посмотреть все темы подробнее: https://clck.ru/3VCVnn

Война модальностей В третьей главе Алисы в стране чудес птица Додо предлагает скачки наперегонки, чтобы Алиса, Мышь, Утка и остальные быстрее обсохли после моря слез. Задача участников гонок – бегать, чтобы быстрее высохнуть. Правил никаких: кто-то бежит в одну сторону, кто-то в другую, останавливаются и прекращают, сталкиваются друг с другом. В конце птица Додо объявляет, что победил каждый, каждому должен достаться приз! Но наперсток только один, так что он достается Алисе. Этот образ лег в основу концепции Саула Розенцвейга в 1936 году. Он предположил, что на результат психотерапии влияют не столько уникальные особенности одного конкретного метода, сколько общие факторы, которые есть во всех подходах. Все бегают по-разному, но в результате все становятся сухими, все подходы разные, но все помогают, так что – эффект Додо. Идея Розенцвейга кому-то казалась возмутительной, но на деле – с каждым годом обрастала все большим количеством доказательств. Например крупный мета-анализ 2018 года включил 295 исследований и в общей сложности около 30 000 пациентов. И показал, что для всех стран, проблем и подходов наибольшая корреляция была между положительным исходом и альянсом. То есть чем стабильнее, надежнее, безопаснее были отношения между терапевтом и клиентом – тем эффективнее была работа. В том же году был отдельный обзор чисто по CBT при депрессии – результат был тот же, альянс выходит на первый план. А многоуровневый мета-анализ 2021 года показал, что чем больше на одного терапевта пациентов, тем сильнее связь именно альянса с исходом терапии. Отсюда и пошло, что ключевая разница в эффективности психотерапевтов – не метод и не школа, а именно способность строить отношения с клиентом. Так а есть ли разница между подходами? Уже ставший классикой мета-анализ показал, что средние различия между подходами уверенно близятся к нулю. Но он на то и классический, что 1997 года, поэтому давайте дальше. В 2014 обзор показал, что CBT-методы все же имеют небольшое преимущество по первичным таргет-симптомам – главным проблемам, на которые направлено лечение, будь то тревога или депрессия. Но только они оказались на старте, а вот вторичные исходы и влияние на специфические факторы, на формирование идентичности и устойчивости – разницы не было, и CBT сравнялось с другими подходами. В 2015 это все снова шлифанули мета-анализом исследований за 30 лет и уже заговорили о проблемах исследований психотерапевтической работы: сам по себе дизайн исследования не получается спроектировать так, чтобы он прицельно вылавливал специфические эффекты конкретных методов. Потому что в итоге исследования влияние видят, но влияние общих факторов, такие как альянс, умение терапевта формировать у клиента надежду, конгруэнтность и речь, навыки просто объяснять проблему и прочее. НО. Среди общих факторов есть один, который объясняет, почему мы так сильно стремимся превознести свой подход над другими (причины из учебников социальной психологии сегодня не трогаем). Это приверженность методу (allegiance), и вот здесь разница была – не напрямую, а через терапевта. Если терапевт был привержен своему методу и хорошо понимал его – результативность была выше. Так что на практике оказалось гораздо важнее кто и как ведет терапию, чем к какой школе он принадлежит, хотя и небольшие различия между методами при конкретных расстройствах и существуют. Такие дела. Тему доказательности и шума вокруг нее подробно обсудим на первой встрече дискуссионного клуба уже в среду! К нам можно присоединиться, все подробности собрали здесь ♡ почти традиционно список статей в комментариях

Так вот отсюда главный на мой вкус парадокс: почему до сих пор многие специалисты интуитивно подхватывают идею о том, что агрессию надо выражать и выплескивать? Не имею в виду выражение в целях самозащиты — это ее прямая функция. Речь про «я не скажу другим о своей злости, но пойду на бокс, где буду вспоминать лицо обидчика и лупить грушу». Это интуитивно желанно, но вообще неэффективно, и все мета-анализы и обзоры говорят о том, что руминация – пережевывание раз за разом – и подавление агрессии – это не адекватная регуляция злости, а нечто, что делает агрессию эскалированной – более вероятной, затяжной, повторяющейся и только накаляющей состояние. Нет, сам по себе бокс или любой другой вид спорта пожестче вообще супер! Они круто помогают снять напряжение в моменте, и даже снижать уровень тревоги. Но при агрессии влияют наоборот: катарсис во время агрессивной разрядки, будь то удары, агрессивные письма и прочее, не уменьшает, а увеличивает агрессию. Просто потому что когнитивная обработка события идет по схеме, где реакция выражается через агрессию, и это закрепляется как способ справляться. С одной стороны супер – боксерская груша не обидчик, а с другой стороны – мы буквально привыкаем злиться. Эффективные стратегии работы с агрессией должны цепочку «негативный стимул → агрессия» разрывать. И тогда мы выбираем не грушу, а осознанность и эмоциональный интеллект как навыки. А мистическое «наполнение» резервуара злости оставляем за кадром, потому что это скорее автоматическая злость за неимением альтернативных путей восстановить самочувствие. такие дела ♡ статьи все в комментариях оставила!

Накопленная агрессия и груша Говорить о том, что эмоции копятся буквально мы не можем, хотя чертовски хотелось бы иметь в голове коробочку с чувствами, они там тусуются, а еще эту коробочку иногда можно вытряхнуть и забыть. Об агрессии в нейронауке говорят как о динамических состояниях мозга и работе в системе регуляции эмоций. Есть краткосрочное нарастание возбуждения и снятие тормозов. И есть долговременные изменения цепей нейронов, которые делают агрессию более вероятной уже как паттерн поведения. Так что и природа агрессии будет немного разная: одни люди будут не агрессивны, но способны к ситуативной агрессивной реакции для самозащиты. Другие будут соскальзывать в агрессию крайне легко и напряжение чувствовать постоянно. Эту разницу хорошо описывает модель эскалации агрессии: это поэтапное ее усиление: все стартует с оценки угрозы в височно‑теменных областях, а потом нарастает до снятия торможения лобными долями мозга и, собственно, перехода к нападению. И если этот механизм эскалации происходит раз за разом, то сети нейронов как бы приучаются активироваться крайне быстро: для нашего мозга это считывается как необходимость быть все время собранным в условиях небезопасной среды. Человеку кажется, что нельзя расслабляться, и все же агрессия не аккумулируется, а просто ОЧЕНЬ быстро запускается. Есть даже понятие «агрессивного возбуждения без гнева» (non-angry aggressive arousal, перевела как душа велела) — это состояние фоновой мотивации к проявлению агрессии. Его связывают с дофаминовой системой и усиленным «настроем на атаку», то есть человек не просто готов к скандалу, он буквально начинает искать, кому бы скандал учинить. Ну и чем выше это возбуждение, тем легче человеку соскочить не просто в нападение, а и в гиперагрессию – несоразмерно сильную к ситуации, когда мы взрываемся из-за ерунды. Еще путь формирования агрессивности хорошо видно на животных: у них опыт предыдущих атак как бы «праймит» последующую агрессию, то есть она закрепляется на уровне беглой первой интуитивно правильной ассоциации. Происходит это через усиление синаптической связи – места контакта двух нейронов между собой – между миндалевидным телом и гипоталамусом . А вот ослабление этих связей наоборот убирает эффект легкой «раскачки» к агрессии. Сильнее всего на эскалированную агрессию влияет фрустрация, лишение ожидаемого вознаграждения. Она повышает эмоциональное возбуждение, потому что ну почему ничего не получилось, хотелось ведь! А следом и риск ответной агрессии повышается, более того – у этих эмоций даже нейронные сети пересекаются – это средняя поясная кора и островковая кора. Ну и во всей это мозговой каше еще куча нейромедиаторов участвует, но самыми важными считаются дофамин – ожидание и НЕполучение награды, серотонин – стабилизация эмоционального состояния, и ГАМК – главный тормозной нейромедиатор нервной системы, который как раз помогает нам сбавлять обороты.

Зову вас побыть респондентами! Многим уже приходилось собирать выборку без помощи извне -- это сложно и долго. Поэтому если у кого-то из вас есть желание поучаствовать в развитии психологической науки, принять участие в исследовании отношения к браку, то напишите @llseeu. Она все расскажет 🌟

⬆️ смотрите где буду в воскресенье среди потрясающих коллег! волнуюсь, радуюсь, вставила в презентацию кота в сметане

Мы сделали онлайн-день Полимодальной конференции — 8 февраля Заявок и прекрасных докладов было так много, что мы не смогли просто оставить вас без хорошего материала, поэтому продлили конференцию на один день 📍Теперь вы можете присоединиться к нам из любой точки мира и вместе с нами углубляться в опыт работы с разными подходами и интервенциями Сразу ориентируем по стоимости: Стоимость онлайн дня — 3000 рублей 🖇 Вы можете приобрести его отдельно или докупить вдобавок к основному тарифу. В будущем изменение стоимости не планируется — это финальные цифры И, чтобы долго не держать интригу, сразу показываем расписание выступлений 8 февраля! ⬆️ А купить билет на любой день конференции, познакомиться со спикерами и программой можно на сайте: https://clck.ru/3RHZE7 До встречи 💜 #полимодальнаяконференция

Есть такой индекс, YLD (Years Lived with Disability). Сколько лет твоей жизни ушло в трубу. С помощью этого индекса считают количество потерянных лет здоровой жизни в связи с бременем заболевания. Так вот по этому индексу гордое 2 место среди самых калечащих жизнь заболеваний среди взрослых у мигрени. А среди женщин она вообще лидер по тому, как прожить жизнь впустую. Со мной мигрень лет с 20-22, как и у многих моих подруг. Однажды с одной из них мы сошлись на ощущении страстного желания выковырять глаз чайной ложкой (по ощущениям должно быть легче, туда как раз ветка тройничного нерва выходит). За годы жизни с этим научаешься узнавать ее безошибочно: потянуло шею, заслезились глаза — у тебя есть минут 10, чтобы не повеситься. А ещё мигрень является одной из мишеней психотерапии. Так существуют протоколы работы с головной болью, так как она часто возникает из-за стресса. А другая мишень терапии здесь — это социальная изоляция. И это я тоже на себе переживала: вот есть у тебя месяц, а в нём 15 дней — это мигрень со всем ее букетом: слезами, тошнотой, боязнью света и звуков. И в такие моменты ничего кроме темной ледяной комнаты как-то не вывозится. Почему это важно в терапии? Потому что эту боль легко не увидеть. Или подумать, что психика то тут не причём, что мы можем сделать? А мы можем: 🤩направить к цефалгологу — это врач, который занимается именно головными болями. Он определит причину и подберет терапию. Человек не должен жить с болью, он может просто не знать, что это исправимо и не приговор. В ноябре я начала терапию антителами, а в конце декабря у меня были первые целых ДВЕ НЕДЕЛИ без головной боли. Чтобы вы понимали, я просто не помню когда такое было последний раз. Лет в 19, может? 🤩рассказать про то, как мигрень связана с психикой и стрессом. Природа мигрени — это легко возбудимые области гипоталамуса, это врожденное. Когда случается триггер (тот же стресс, не/пересып, орехи) — волна активации захватывает тройничный нерв и прошлое поехало. Его веточки выходят в области глазницы, верхнюю и нижнюю челюсть, именно поэтому при мигрени иногда хочется выковырять глаз или выдернуть зуб от боли. И терпеть это нельзя: стойкая мигрень — это показание к госпитализации, потому что опасна инсультом. 🤩встроить в терапию работу с хронической болю. Иногда это просто необходимо, чтобы вернуться к жизни: долгая боль отрывает от остальных, а страх становится устойчивым. Кажется, что нормальная жизнь — она для кого-то другого, а мне только только триптаны кофе запивать. Более того, головная боль как следствие стресса, так и его причина: сложно оставаться активным и добрым, когда собственное тело против тебя. И через терапию можно научиться отделяться: определять природу чувств, понять что стоит за ними, а значит и научиться управлять. Катастрофизация ещё никому хорошо не делала. Из неё рождается страх и фокус на боли, ощущение беспомощности перед ней. У здоровых людей это повышает болевую чувствительность, а у людей с хронической болью — интенсивность и инвалидизацию от боли. Активируются зоны внимания и эмоций, снижается уровень активации наших естественных анальгетических систем в головном мозге. Более того, многие исследования подвели жутковатый итог: негативное когнитивное восприятие могло быть предвестником хронизации боли. Вот вам и 15 приступов мигрени в месяц вместо двух. Сверхнастороженность (гипервигилянтность) — это повышенная внимательность к болевым импульсам, сверхбдительность, согласно исследованиям способна превращать острую в хроническую, особенно у людей со склонностью к тревоге. У хронических пациентов большая настороженность коррелирует с большей интенсивностью боли. Эффект ожидания способен многократно ухудшать боль. Даже сами слова “сейчас будет больно” усиливают её. В одном исследовании, например, показали, что внушение интенсивности боли приводит не только к тому, что во время процедуры ощущения сильнее, но и что даже потом простые касания могут становится болезненными. Такие дела.

Люблю я тему религии и магического мышления, простите мне это. Одно из самых вкусных направлений исследований — это почему религии столько лет сохраняются, хотя казалось бы наука, все дела. И у нас буквально нет НИ ЕДИНОГО общества, где бы не было религии в каком-то виде (это же просто ВАУ) Есть нейробиологическая теория, почему все так, и психологическая, а ещё крутая культурологическая. Она о том, что религии вшиваются в нас в результате воспитания, как мемы. В мозге ребёнка заложена программа послушания родителям и другим взрослым, просто потому что без неё не выжить и полноценным членом общества не стать. Автоматическим следствием тогда является временная неспособность отличить хороший совет от плохого. Ребёнок не в состоянии понять, что «не ешь землю и мой фрукты» — это разумное предостережение, а «в полнолуние нужно принести в жертву богам козу, иначе будет засуха» — в лучшем случае трата времени и коз. Для него оба высказывания звучат одинаково весомыми и значимыми. Потому что оба поступают от авторитетного источника и произносятся серьёзным, вызывающим уважение и доверие взрослым, а взрослые же не могут лгать. Такие дела. А пример с козами нагло утащила у Докинза!

Сижу на лекции и в абсолютном восторге от того, насколько лектор обожает свою профессию. С таким восторгом про реполяризацию мембраны рассказывает, что даже пожалела на минуту, что биофак бросила Есть в этой влюбленности в свое дело какой-то шарм 🤪

В ленте попалось видео, как пристают к Дробышевскому: несколько исследований есть, что люди с высоким IQ реже заводят детей. Ну и ЕСТЕСТВЕННО в статьях это подают как: «отрицательный отбор, умные люди вырождаются». Ещё там эмоционально все, эффект Флинна и Шведский демографический спад обязательно упомянут. Но данные то есть. А какие? ▪️высокий интеллект коррелирует с меньшим количеством детей. Недавнее исследование в Исландии говорит, например, что у людей с более высоким уровнем интеллекта на 6% реже рождаются дети ▪️в странах с высоким уровнем образования меньше рождаемость. Что тогда не так? Да само понятие интеллект, потому что измеряется оно до сих пор специфично. Тест IQ — это и правда крутой показатель интеллекта в историческом срезе и, главным образом, абстрактного мышления. То есть как универсалию его использовать нельзя. Генетика влияет на интеллект, и достаточно сильно. Но не единственная. Потому что среда и психика также имеют огромное значение, иногда даже критическое. А ещё есть эволюция, которая стремится сделать популяцию разнообразной, потому что так выше выживаемость. Есть теория, что раз высокий интеллект не способствует рождаемости, то естественным отбором он и не сохраняется. Но и критика у теории огромна, потому что рождаемость не гарантирует выживаемость. А вот интеллект гарантирует. Ну а в общей массе человечество прогрессирует, просвещение работает. В отдельные временные периоды всегда есть спады, это нормально. А вот прогнозировать скорую глупость (да и что угодно вообще прогнозировать так уверенно) — уже не очень. Но что интересно, так это что эффект Флинна (стабильный рост IQ) действительно приостановился. Только вот у нас нет данных, что к этому генетика приложила руку (зато возможно прикладывает руку цифровизация)

Язык культа: как культы создают свои словари и зачем Один из легендарных лидеров культа — Джим Джонс — когда-то очень впечатлился Оруэллом и его романом. И созданный им новояз для книги «1984» использовал со своими последователями. Новояз в книге — эвфемистический, исковерканный пропагандой язык, единственный, который могут использовать граждане. Существует лингвистическая гипотеза, которая называется гипотезой Сепира-Уорфа. Она была сформулирована в 1930-х годах двумя учёными, которые впервые предположили, что язык влияет на способность формулировать идеи и на само мышление. Сейчас мы знаем, что язык не определяет наши идеи полностью, однако лексика, в которой мы живём, влияет крайне сильно. На своих лекциях Джудит Герман, одна из основных исследовательниц комплексного посттравматического расстройства, делает большой акцент на борьбе с эвфемизмами. Потому что именно эвфемизмы не просто усиливают стыд пострадавших, но иногда и зарождают его. Завуалированная правда — будто бы постыдная правда, скрытая и незначимая. И у лидеров культов очень похожие суждения. Например, Джим Джонс инициированный им же массовый суицид называл «революционным самоубийством». А лиц, пошедших против культа, саентологи называют ПИН + присвоенная степень (потенциальный источник неприятностей, а степень обозначает потенциальную оценку последствий). Создатель церкви саентологии кстати, Лафайет Хаббард, тоже увлекался Оруэллом, а ещё был буквально одержим научной фантастикой. Он сам писал рассказы, а для своей церкви, подобно Толкиену, создал собственный язык. Причём в нём были как неверно употребляемые научные термины, в духе одитинга, клира и валентности. Валентность не как в химии, валентность саентологов — это одержимость злым духом. У него были и собственные слова — дианетика и тэтаны. И таких слов, между прочим, два тома словарей. Хочешь быть своим — придётся учиться. И поначалу это может быть даже любопытным. Знание нового, таинственного языка даёт ощущение собственного превосходства и привилегированности. Но другая функция языка — это выстроить идентификацию со «своими», то есть отделить последователя от всего остального мира. Глоссарий — это социальный механизм демонстрации того, что я — часть коллектива. Именно поэтому мы можем чувствовать себя чужаками с младшим поколением(помните смешные словари зумерских слов, где объясняется «вайб» и «кринж»?) Многие из тех, кому удалось покинуть культ, описывали чувство отвержения и тревогу, когда заново учились общаться с людьми. Саентологический словарь так плотно въедался в голову, что общеприемлемые альтернативы даже забывались. Итак, многим лидерам культов удавалось использовать язык не как механизм общения, а как инструмент газлайтинга и отчуждения последователей от внешнего мира. Текст: Логинова Марина, клинический психолог, КПТ-терапевтка

Ну и из той же книжки, про то, насколько ненадежны исследования, основанные на опросах: Например, колумнист The New York Times, экономист Сет Стивенс-Давидовиц, не поленился и сопоставил данные крупного американского исследования General Social Survey о частоте секса и использования презервативов. По ответам мужчин оказалось, что гетеросексуальные американцы старше 18 за год использовали примерно 1,6 млрд презервативов. Гетеросексуальные женщины той же возрастной группы за тот же период использовали 1,1 млрд презервативов. Кто же говорил правду? А никто: согласно экономической статистике, в США продается не больше 600 млн презервативов в год.

#книжки Есть вечный и неразрешимый (пока что) спор: отличие психики мужчины и женщины обусловлено биологией или культурой (и тем и другим, как всегда) Но только вот биология стабильна. Мы последние 40 тысяч лет не то чтобы сильно изменились. Ну, кому-то «фортануло» без зубов мудрости родиться. Например, с неверностью партнеру ассоциируются гены, отвечающие за работу рецепторов к нейромедиаторам дофамину, вазопрессину и окситоцину. Высокие тестостерон и эстроген тоже добавляют искру к поиску приключений. Но только мы же не только гены, правильно? А ещё среда и культура, которая, кстати, меняется. Например, из того, что наблюдаем сейчас: Женщины, которые считают эмоциональную составляющую более ценной, отвечают, что расстроились бы сильнее, если бы их партнер влюбился в кого-то другого. Мужчины же, напротив, больше переживали бы из-за секса на стороне. Не могу отделаться, что именно поэтому влюбленность Карениной ни во что не ставили, да не суть. Давайте добавим ещё вот это: На протяжении истории человечества мужчины изменяли чаще, чем женщины, но это не обязательно связано с «естественной» гендерной предрасположенностью: до недавнего времени образ жизни замужних женщин не позволял им искать дополнительных партнеров, а отсутствие контрацепции делало измену гораздо более рискованной. Кроме того, исторически верность считалась более важной добродетелью для женщины. …и упремся в статистику, что сейчас изменяет примерно 1/4 всех партнеров в браке, независимо от пола. Тут мы вспомним, конечно, про ненадежность ретроспективных опросов (когда вам приходит письмо на почту или вас просят стать респондентом на улице). Это я не к тому, чтобы расстроить, а к тому, что выравнивается и отношение и поведение, а значит есть шансы, что чертова «война полов» когда-нибудь потеряет смысл. Не через насилие, а через интеллект 🍂

Живу в хрущевке с тонкими стенками. За стенкой соседка с тремя звуковыми опциями: 🤎поиграть с собачкой, это супер 🤎посмотреть битву сильнейших, это мы тоже одобряем 🥲 поговорить с подружкой по телефону. И вот последнее не нравится. Как и многих раздражают разговоры по телефону в общественных местах. Знали, почему? Мы слышим лишь одного собеседника и всё время стараемся достроить разговор. Потому что наш чудесный мозг слепые пятна вообще не выносит. Любая полученная информация должна встраиваться в то, что мы уже знаем и представляем, в наш личный сюжет. А с телефонными разговорами у нас постоянно эти слепые/неизвестные, вот мы и раздражаемся. Такие дела

Всегда ли культ очевиден? В 1970-х личный тренер и бывший гимнаст, американец Грег Глассман придумал кроссфит — систему интенсивных тренировок. Он экспериментировал с нагрузками и разными видами упражнений, чтобы создать максимально эффективный комплекс. Глассман предложил сочетать упражнения сразу из трех видов спорта — гимнастики, аэробики и тяжелой атлетики. В 2000 он основал собственную компанию, а уже к 2015-му в мире работали 11 тысяч залов CrossFit — в 22 раза больше, чем в середине нулевых. Компания приносила около $100 млн в год. Казалось ожидаемым, что в 2009 фотографии Глассмана висели во всех его залах. Им восхищались, его обожали, а приверженцы называли его Отец УД или просто Коуч, а его самые знаменитые изречения называли мантрой. КроссФит учил своих приверженцев целеустремленности и настойчивости, силе воли и выносливости. Немного, правда, умолчав о кардиологических рисках высоко-интенсивных нагрузок. Но люди видели эффект и влюблялись в КроссФит все сильнее. Помогала и мотивация от тренеров, ведь коучи проводили людей к результату. Правда, были весьма настойчивы: «Жопой к земле! Соберись!» Такие фразы часто слышала Алисса Кларк, которая была одной из фанаток кроссфита и самого Глассмана. Она описывала и другие их особые выражения, например, ПГП — подтягивание груди к перекладине, УД — упражнение дня в спортзале, или знаменитое ВВВ — «все во всем», которое стало философией КроссФита. Алисса заметила странное и когда обратила внимание на спортивную форму. Все были одеты в одинаковую форму бренда Лулулемон. Этот дизайнерский комплект стоил, на секундочку, 400 долларов (в 2009 году!). Но ведь форма была еще одним шагом к сплочению: все здесь для единой цели — стать сильнее и здоровее! Еще в зале поощрялась палеотическая диета — якобы, основанная на питании древних людей и потому идеально подходящая. И, конечно, часто проводились совместные поездки, которые организовывались тренерами. Ведь никто не поймет кроссфитера лучше, чем другой кроссфитер, верно? В какой-то момент Алисса заметила, что собираясь в поездку к друзьям, она испытывала сильную тревогу. Ей нужно было написать в чат с тренером о пропуске тренировки, но другие кроссфитеры это не одобряли. Получается, Алисса в приоритет поставила какой-то отдых, а не свое светлое будущее? И тогда тревожные звоночки сложились воедино. У КроссФита был харизматичный лидер с конкретной идеологией. «Все во всем». Приверженцы встречались в залах, постепенно создавали свой собственный язык и все больше отделялись от остальных. Своя диета, свои способы отдыха, свои чаты. Все это было частью формирования коллективного «мы-кроссфитовцы» против «они-слабые другие люди». Одинаковая спортивная форма, слоганы и сообщество формировали новую идентичность. А заодно — кормили своего создателя, ведь взносы никто не отменял, как и рост по службе. Forbes позже называли это «удачной бизнес-моделью»: партнеры CrossFit проходят платные курсы, на которых обучаются системе тренировок, а после этого могут открыть CrossFit Box — тренажерный зал под брендом компании. За использование бренда партнеры ежегодно выплачивают взносы в размере всего-то 3 тысяч долларов. Классная бизнес модель? Или классный культ Грега Глассмана? Где вместо приверженности и объединения — финансовая эксплуатация. Более того, с рисками для здоровья. Глассман покинул свой пост в 2020 и сейчас компания все еще считается спортивной империей. И продолжает показывать нам, насколько умело культ может прятаться за безопасным фасадом. Текст: Логинова Марина

В лекции прилетело мне за упоминание зефирного теста. Я в таких ситуациях обычно думаю что у меня крыша поехала что я что-то упустила. Но его много раз упоминала Полина, так что я все сверила и выдохнула. Коротко суть: в изначальном тесте перед детьми клали зефир и просили не есть, чтобы получить в итоге два зефира. И так измеряли волевой компонент, предполагая, что это сказывается на обучении этих детей. На самом деле критика теста с обоснована: зефирный тест нельзя использовать для оценивания успешности/неуспешности ребенка, или тем более предсказания его будущего. Вообще никто и ничто не может предсказать будущее — у нас слишком много факторов. Отсюда так много скепсиса к футурологии. И все же, из того, что мне известно, тест повторяли трижды — в 2017, 18 и 19-ом годах. И пришли к следующему: да, он может показать волевой компонент, но его следует учитывать строго внутри контекста самого ребенка и на момент проведения теста. Поэтому в повторных тестах, например, учитывали социальные группы: дети из бедных семей или из зажиточных, дети с надежной привязанностью и ненадежной. Потому что куда сильнее влияет среда, условия в семье и воспитание. Изначальная же трактовка теста предполагала генетическую предрасположенность к развитой силе воли от рождения, что в корне не верно, потому что это скилл, который можно развивать (весьма экстравагантно, надо сказать). Так что в зефирном тесте скорее пробовали хоть как-то измерить волевой компонент в моменте, а заодно отмечали его корреляцию с фактами из жизни респондентов. вот как-то так