Maryaudio Books

«Бунтарь никогда не бунтует в одиночестве — ему нужны среда и ее реакции, чтобы по ним замерить высоту своего мятежа». «Сложный мыслитель и сверхизощренный прозаик...» (Алан Кубатиев «Джойс», ЖЗЛ). «Улисс» Джойса — это «коктейль-будильник». Помните это убойное томатное месиво, которое бармен дал доктору Эммету Брауну от похмелья в третьей части «Назад в Будущее»? Подобное отрезвляющее действие способен оказать роман на расслабленного читателя. Уверена, что большинство уже наслышаны: в джойсовом мире всё непросто, он не будет стесняться. Соответственно, не будет духовной глубины, нравственности, наставлений. К Джойсу приходят за изощрённостьюформы. Искусно владея многообразием стилей, он удачно выстраивает сложносочетаемое и проделывает действительно интересные штуки с языком. «Он был занят сооружением загадки собственной манеры письма» («Герой Стивен», Джеймс Джойс). Т. е. расчленением привычной конструкции на разные по жанру главы, будто бы написанные разными авторами. Сегодня такой стиль называют полистилистикой. Поверьте, это густое стилистическое месиво работает. Джойс выкрутит ваше воображение на полную мощь и покажет, как может «выглядеть» сырая мысль, выплеснутая на бумагу.   С подобной изощренностью, сложной конструкцией и фотографической образностью я не встречалась прежде. Поначалу это может впечатлить. Ранее, в 18 веке, нечто похожее уже сделал Лоренс Стерн. Автор книги «Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена» (роман писался аналогично «Улиссу» в течение 7 лет). Джойс его читал и любил. Но Джойс модернизировал и довёл до предела существующие эксперименты со словом. Использовав всё богатство лексики, он сделал чужие мысли осязаемым откровением, смело и грубо обнажая всё самое сокрытое и неприятное. В «Улиссе» вы станете свидетелем событий всего лишь одного дня, которые разыгрываются вокруг Леопольда Блума и Стивена Дедала. Это встречи, разговоры, мысли, увиденное и пережитое, перетёртое в сплетнях. Фабула бедна. Ничего особенного в сюжете и на поверхностном уровне диалогов не происходит. Именно так — по-простому — автор хотел, чтобы воспринимали книгу: «— Жаль, что публика будет требовать и непременно отыщет в моей книге мораль… Еще хуже, что они воспримут ее серьезнее, чем надо… Слово джентльмена — в ней нет ни одной серьезной строки… В книге множество великих болтунов. Все они там, и все, о чем они забыли. В «Улиссе» записано одновременно все то, что человек говорит, видит, думает и что это говорение, видение, думание делает, все, что вы, фрейдисты, называете подсознанием и что на самом деле ни более ни менее как чистое мошенничество…» Автор лукавил. Ибо сам же натянул на этот простой сюжет: ирландский фольклор, достоверный Дублин, который перенёс в роман со страниц справочника «Весь Дублин», обилие личных воспоминаний, прототипы реальных людей, завязку с предыдущими романами, множество отсылок к различной литературе, Шекспиру, Данте и т. д. Провёл параллели с греческой мифологией, поэмой «Одиссея» Гомера (латинская форма Одиссея — это Улисс), Библией. Расписал несколько схем, чтобы облегчить понимание романа (одна из них — «Схема Линати» — связь глав с цветами и органами тела). Побочным эффектом такой дичи может стать чувство растерянности и легкого отупения. Не печальтесь. Юнг, прежде чем написать статью к предисловию «Улисса», пытался осмыслить то, что прочитал, в течение 3-х лет. «Улисс» — это вызов. Джойс просто не смог сказать о любви чуточку проще. Мужаемся и выходим ему навстречу. Поверьте, бОльшая часть нагромождённых отсылок вам вообще не нужна. Читайте, что-то не понимая. Приноровившись, вы поймаете волну. Суть «Улисса» в постижении текста, формы, ритма. В этом сконцентрирован титанический авторский эксперимент, а потом уже приходишь к смыслам. А уж если втянулись, через несколько эпизодов можно «призывать» дополнительную литературу, заглянуть в спасительные комментарии и подсказки Сергея Хоружева... Полный обзор по ссылке: https://telegra.ph/Dzhejms-Dzhojs-Uliss-07-13

"...Эта исповедь будит тех, кто её читает и слушает; она не даёт сердцу застыть в отчаянии..." «Исповедь» Блаженного Августина (Августина Аврелия *354–†430) датируется приблизительно IV(!) веком. Это книга, которая занимает ключевые позиции в списках литературных произведений, необходимых для формирования образованного человека, и стоит в одном ряду с «Илиадой» Гомера, «Божественной комедией» Данте Алигьери и другими великими памятниками литературы. Confessio переводится как «покаяние» (исповедание) и «благодарность». Поэтому «Исповедь» особенно хороша в период поста способностью настроить читающего на правильное духовное состояние. Это очень личное произведение, но каждый встретит там себя. Историк культуры и философ Лев Платонович Карсавин писал: «Гениальная и странная книга! Это не дневник, не просто события, мысли или запечатленные чувства. Это — религиозная философия индивидуальной жизни, или, как сказал бы Гёте, это есть «Wahrheit und Dichtung» — «истина и творчество». [...] Августин был и остается на протяжении всей европейской истории одним из самых современных авторов. Именно он обнаружил ту индивидуальность, которой не знали ни Платон, ни Плотин» [Карсавин 1992, 235]. На эту же индивидуальность указывает наш замечательный историк-медиевист Арон Гуревич: "Следовало бы вдуматься в тот факт, что наиболее углублённый анализ собственного "Я" был предпринят не на заре Нового времени, но в период перехода от Античности к Средневековью, и нашёл своё воплощение в «Исповеди» Аврелия Августина» [Гуревич «Избранное. Медиевистика и скандинавистика», 2017, 324]. Возрождение не знает такого горячего обращения личности вглубь себя, детального всматривания в свою душу и анализа пройденного пути. Августин был очень чутким наблюдателем и первым, кого глубоко интересовала психология младенчества, психология юношества, коллективная психология, психология толпы, память человека, тема времени и глубокий самоанализ. Риторская школа научила Августина филигранному обращению со словом, а верой «горящее сердце» обращенное к Богу — живому и искреннему переосмыслению пройденного пути. Августином была взята та высота в исповедальном жанре, которой по сей день никто не достиг. «Исповедь» станет моделью последующих развернутых исповедальных автобиографий. Но в отличие от последующих, «Исповедь» Августина — это обращение к Богу с глубокой религиозно-философской рефлексией не из тщеславия, а из смирения и признания своей человеческой слабости с глубоким сердечным раскаянием. «Исповедью» Августина Аврелия зачитывались: Данте Алигьери, Абеляр, Толстой, Руссо, Пруст, Рассел, Флобер и многие другие. Богословско-философские труды Августина Аврелия оказали огромнейшее влияние на всю западную философскую традицию... Полный обзор по ссылке: https://telegra.ph/Blazhennyj-Avrelij-Avgustin-Ispoved-01-03

3. Michael Jackson: The Making of "THRILLER" (4 Days/1983). В преддверии нового 2016 года Дима спросил меня, что бы я хотела получить в качестве подарка к празднику. «Ту самую книжечку с переливающимся Майклом на обложке, которая давно лежит в моей корзине на eBay», — подумала я. Если меня просят, не задумываясь, быстро назвать своего любимого исполнителя, ответ всегда один — Джексон. Это был единственный мужчина, с которым я готова была отправиться под венец приблизительно в пятилетнем возрасте. Впервые я была заворожена магией, творившейся в клипе The Jackson 5 — "Can You Feel It", где Майкл с братьями эпично посыпают мир блестками. Но, конечно, ничто не сравнится со сногсшибательным обаянием Майкла в красной куртке в период выхода альбома "Thriller" (1982 г.). Просматривая книгу, ты окунаешься в атмосферу съемок одного из самых запоминающихся клипов. Режиссировать клип Джексон пригласил Джона Лэндиса, вдохновившись его фильмом «Американский оборотень в Лондоне» (1981). В книге преобладают фотографии с акцентом на сложный, многочасовой грим, поэтому ты практически покадрово наблюдаешь за превращением Джексона в оборотня и зомби. У книги крутейшая голографическая обложка. Но всё это не самое важное. Несмотря на обилие фотографий Майкла в жутком гриме, для меня книга связана с самыми яркими эмоциями и впечатлениями из детства. С особой семейной творческой атмосферой. С вечерами, проведенными вместе за просмотром клипов или фильмов по спутнику. А все эти эмоции, безусловно, работают на вдохновение.

В tg канале @foma_academy выложили пост, в котором подписчикам предлагалось поделиться книгами, приобретенными по обложкам. Я тут же кинулась к нашим семейным сокровищам, чтобы показать самые яркие из имеющихся. Но, конечно, эти книги важны для меня не только своим оформлением или тем, что их сложно достать. Бесценно то, что к этим книгам я возвращаюсь каждый раз, вот уже на протяжении многих лет, когда мне необходимо творческое вдохновение. Снова и снова перелистывая знакомые страницы, я заставляю своё воображение включаться. И это не столько про насмотренность, сколько про творческий импульс, который ты получаешь, окружая себя любыми важными для тебя предметами искусства. В этом посте расскажу про несколько вдохновляющих меня книги на иностранном языке: 1. «Ninja Tune» Stevie Chick (Black dog publishing). Книга покупалась в подарок мужу @dimamasterkey . Ладно, не время лукавить. Это тот самый случай, когда ты убеждаешь себя, что выбираешь подарок мужу, но на самом деле выбираешь его и себе :) Ибо Дима никогда так не фанател по электронному лейблу Ninja Tune, как я (и брат @sashafieldfunkoutoftime ). А было это в те самые романтические и светлые времена, когда можно было зайти на любой официальный иностранный сайт и с чистой совестью совершить покупку. В книге раскрывается история одного из самых известных, смелых и экспериментальных лейблов электронной музыки — Ninja Tune. Издание было приурочено к 20-ой юбилейной годовщине лэйбла, с архивными материалами, с начала основания (1990 г.). Ценность книги не только в том, что у тебя в руках спрессована музыкальная жизнь целой плеяды знакомых тебе артистов, целого влиятельного пласта культуры, но в обилии идей для творчества. Здесь изобилие иллюстраций, мелких деталей, музыкальных обложек, архивных фото. Всяческого материала, так необходимого дизайнерскому взору. 2. «TEKKONKINKREET» Art Book Shinji Kimura. Артбук к одному из моих любимых аниме 2006 г. «Железобетон» с сумасшедшей детализацией в иллюстрациях Синдзи Кимуры, которым я не перестаю удивляться и могу долго рассматривать. Книга разделена на две части. Первую занимают цветные иллюстрации, вторую ч/б графика. «Tekkonkinkreet» — сильная драматическая вещь о крепкой дружбе и непростой жизни двух уличных мальчишек. Фильм основан на манге Тайё Мацумото. Атмосферный саундтрек записан группой Plaid (еще одни электронные праотцы с лэйбла Warp). Артбук много лет назад заказывала с eBay, как и следующую книгу, о которой речь пойдет ниже. (видео в комментариях)

Романы Германа Гессе своеобразные и непростые. Наверное, стоит обобщить: вся немецкая мысль обычно воспринимается мудрёно и стоит особняком. В одном из своих писем девушке Тамаре Сергей Довлатов сетует: «Немцы все философы и толстопузые бюргеры. Мне как-то пришлось читать Манна. Я чуть не подох от тоски и ненависти». По-довлатовски издевательски :) Действительно, немецкое творчество можно охарактеризовать как философичное. Достаточно вспомнить имена главных философствующих исполинов: Гёте, Гамана, Канта, Хайдеггера, Ницше, Шопенгауэра, Шпенглера, Шлейермахера и других. Нетрудно догадаться, что Германия по праву считается кладезью философской мысли. Это не может не отражаться на характере литературы практически любого пишущего и мыслящего немца. А пишущий немец априори не может мыслить просто. И здесь мы с Довлатовым расходимся. Для меня немецкая литература — это многогранно и глубокомысленно. Может быть, до стерильного продумано. Но очень интересно. И точно — никогда не скучно. Позволю себе небольшое отступление. Исключением для меня, пожалуй, будет творчество Эриха Марии Ремарка. С удовольствием прочитала его «Триумфальную арку». Роман, который значительно взрослее «Трёх товарищей». Но для меня Ремарк писатель одной понятной и переходящей из романа в роман темы. Автор прямой, предсказуемый и всегда типичный. Да, по-своему запоминающийся и душевный. Но сегодня на повестке дня — интеллектуальная проза. Поэтому вернемся к представителю этого направления. Творчество Германа Гессе, как и Томаса Манна, приходится на всплеск популярности идей Зигмунда Фрейда и Карла Густова Юнга. Они вели совместную переписку и проходили у мэтров терапию. Поэтому чувствуется писательское родство во взглядах и темах. Прослеживается схожий и по-врачебному профессиональный подход к препарированию человеческой души. Гессе — прекрасный знаток человеческих душ, к коим у нас принято относить нашего дорогого Фёдора Михайловича Достоевского. Романы которого, конечно же, были скрупулёзно изучены и Германом Гессе, и Томасом Манном. Но немцы в своём подходе холоднее и расчётливее. Гессе знал терапию изнутри. Он прямой наследник взглядов Ницше, которым зачитывался в юности. Он вдохновлялся фаустовской темой Гёте и музыкой Моцарта. Музыка также очень важна для произведений Гессе. Ибо музыка у Гессе — это про причастность к вечности. А из вечности с нами говорят «Бессмертные». Значима также тема зеркала, зеркального отражения и множественности отражений. Отражаются в романе и имена. Герман Гессе → Гарри Галлер → Гермина. Думаю, наконец пришло время взглянуть на роман повнимательнее и прояснить некоторые моменты. «Степной Волк» Германа Гессе (1927 г.) — это один из сильнейших романов XX в., исследующих духовную проблему человека. Произведение необычное. Роман будет интересен людям, склонным к рефлексии и самоанализу. Его не посоветуешь всем. Но по своему смысловому наполнению роман близок каждому. Гессе психологически достоверно воссоздал сложную драму мучительного внутреннего конфликта — «борьбу между желанием и страхом». «Путь паломника» к обретению гармонии и целостности. Это про собирание себя из множества внутренних альтер-эго в целое. Хотя одинокому герою романа Гарри Галлеру кажется, что это конфликт лишь между ним и его животной, нелюдимой сущностью Степного волка. Плоть романа — это сфера экзистенциальных вопросов и проблем, ищущих разрешения в простой радости существования. Финал романа — исцеление Гарри от своей болезни и «невроза эпохи». Но как же всё это изощрённо разыгрывается в волшебном мире Гессе! Когда в спокойное и ровное повествование колдун Гессе вонзает свою волшебную палочку и всю кажущуюся обыденность в миг выворачивает наизнанку. Автору доставляет удовольствие озадачивать читателя. Забросив тебя вместе с героями в свой безумный «Магический театр», он будет стоять в сторонке и пристально наблюдать за тем, как ты осмыслишь возникающие вопросы. А фоном будут доноситься звуки сумбурной джазовой импровизации и холодный авторский смех... Полный обзор читайте по ссылке: https://telegra.ph/German-Gesse-Stepnoj-volk-08-02

«А еще я думал о книгах. И впервые понял, что за каждой из них стоит человек. Человек думал, вынашивал в себе мысли». Накануне своего 40-летия я наконец познакомилась с произведениями Рэя Брэдбери. Всё, что было в моей книге, прочитала с удовольствием. Но остановлюсь на его центральном романе «451 градус по Фаренгейту». Однажды юному Рэю попались иллюстрации, на которых было изображено сожжение книг в гитлеровской Германии. Это раннее потрясение от увиденного побудило его в 1953 году написать свой самый известный роман. Первый вариант текста был написан всего за 9 дней в подвале публичной библиотеки. Я впечатлена его глубиной и взволнована осознанием того, что часть людей, прочитавших роман, так и проживают свои жизни в роли «пожарников» с ложными целями. Брэдбери, до сумасшествия любивший книги, призывает нас к вдумчивому чтению: «Я хочу видеть! Видеть!», «А ещё я хочу, чтобы вы научили меня понимать то, что я читаю» — восклицает главный герой Гай Монтэг. Но многие ли, прочитав «451 градус по Фаренгейту», после брали в руки Библию, Данте Алигьери, Шекспира, Софокла, Мильтона? Хотя бы часть из множества фундаментальных книг, упоминаемых в романе, причем упоминаемых с повторами и в других произведениях Брэдбери. Но практически каждый прочитавший роман запомнил темы цензуры, контроля и войны. Это же словно откусить пирожок, не прикоснувшись к начинке. Брэдбери богат на образы, смыслы и метафоры. Чтение таких книг должно воспитывать людей. Влиять на мировоззрение. Заставлять думать. «— Что вас так всколыхнуло? Что выбило факел пожарника из ваших рук? — Не знаю. У нас есть все, чтобы быть счастливыми, но мы несчастны. Чего-то нет...» Вспомните кино «Не смотрите наверх» с Леонардо Ди Каприо. Фильм вполне мог бы стать предысторией романа. Ведь оба автора пытаются нас встряхнуть, говоря о наглядном духовном и культурном упадке. О ложных целях, которыми движимы люди. Об эгоизме, эгоцентризме и безразличии друг к другу. О нежелании человека мыслить глубоко и начинать перемены с себя. Поэтому неспособного увидеть себя в другом и понять другого. Человека, неспособного на жертвы, которому легче разрушать, нежели сохранять. «Уходите! — сказал Монтэг тихим голосом, глядя в упор на миссис Бауэлс. — Ступайте домой и подумайте о вашем первом муже, с которым вы развелись, о вашем втором муже, разбившемся в реактивной машине, о вашем третьем муже, который скоро тоже размозжит себе голову! Идите домой и подумайте о тех десятках абортов, что вы сделали, о ваших кесаревых сечениях, о ваших детях, которые вас ненавидят! Идите домой и подумайте над тем, как могло все это случиться и что вы сделали, чтобы этого не допустить. Уходите!» Один из ярких образов в романе — образ «человека-сито», которое невозможно наполнить. Через которое все просыпается, словно песок. Поэтому человек тщетно старается залатать свои дыры чем-то развлекательным, лишенным глубины. Ему невыносимо одиночество, и людям он тоже не рад. Он затыкает уши «Ракушками» и включает телевизор погромче, запивая депрессию от своей внутренней пустоты такими же пустыми БАДами и антидепрессантами. Брэдбери очень точно рисует наш современный беспредметный мир ранимых и потерявших верные ориентиры людей. Мир поверхностных потребителей. Пожарные, сжигающие книги в романе, и война — это следствие и итог человеческих устремлений. Духовности, книгам, любви просто не осталось места в мире всеобщей глупости, повсеместного развлечения и упрощения, когда «— Произведения классиков сокращаются до пятнадцатиминутной радиопередачи» : «—Это было в тот самый год, когда, придя в аудиторию в начале нового семестра, я обнаружил, что на курс лекций по истории драмы, от Эсхила до Юджина О'Нила, записался всего один студент. Понимаете?» «И тогда, поняв, насколько будет спокойнее, если люди будут читать только о страстных поцелуях и жестоких драках, наше правительство подвело итог, призвав вас, пожирателей огня». Полный обзор с примерами переводов читайте по ссылке: https://telegra.ph/Rehj-Duglas-Brehdberi-451-gradus-po-Farengejtu-07-23

Книги, которые попадаются нам в кино, мультфильмах и играх - это всегда непрямое авторское обращение к нам, послание или так называемые пасхалки. Поэтому за тем, что именно читают персонажи на экране, я наблюдаю с особым азартом.😋 Вспомним серию уютных пластилиновых мультфильмов про Уоллеса и Громита. Молчаливый пёс Громит не только ежедневно просматривает свежую "мультяшную прессу", он также внимательно читает серьезные классические произведения. Так, в последней серии "Самая дикая месть" ущемленный гномом, пошатнувшим его личные границы, Громит неслучайно читает эссе Вирджинии Вулф "Своя комната". А в более ранних сериях настольными произведениями пёселя окажутся "Потерянный рай" Джона Мильтона, "Государство" Платона и даже "Преступление и наказание" нашего уважаемого Федора Михайловича. Разумеется, что каждая книга, мелькнувшая в той или иной картине, имеет непосредственное отношение к сюжету, авторской задумке, заимствует идею или атмосферу из литературного произведения. Например, в одном из моих любимых таинственных и меланхоличных фильмов с Тильдой Суинтон "Вечная дочь" ее персонаж чаще всего обращается к книгам мистического характера. Произведение, которое она читает перед сном, - это короткий и атмосферный рассказ Редьярда Киплинга "Они" ("They" 1904г. ). Вторая ее настольная книга - сборник готических английских рассказов о призраках. А в кадре с небольшой стопкой книг, сложенных на столе героини, мы видим обложку книги Тома Четвинда "Словарь для мечтателей" (Tom Chetwynd, 1972. "Dictionary for Dreamers"). Эта книга была задумана как словарь архетипов, предназначенный для аналитиков, психологов и психиатров, позволяющий интерпретировать сновидения и фантазии, а также анализировать трансформации снов при ночных кошмарах. Что касается компьютерных игр. Чаще всего книги попадаются в квестах. Так, например, в последний части "Сибирь" (Syberia: The World Before. 2022г. ), где прослеживается тема войны, одна из главных героинь, Кейт Уолкер, прибыв в горный лагерь у подножья Альп, находит на чердаке дома книгу Томаса Манна "Волшебная гора", обзор на которую я писала ранее. Но, пожалуй, самое невероятное по количеству упоминаний книг, которое мне приходилось встречать за последнее время, безусловно, будет в прекрасной средневековой игре "Pentiment", о которой я недавно писала в своем личном аккаунте. Перечислю часть произведений, поскольку была настолько увлечена, что не подумала зафиксировать все упомянутые в игре книги, а это: "Золотая легенда" Иакова Ворагинского, поэма Вергилия "Энеида", "Филобиблон" Ричард де Бери, "Книга о граде женском" Кристины Пизанской, рыцарский роман Андреа да Барберино "Гверино по прозвищу Горемыка", сочинение Альберта Великого "Зерцало Астрономии", "Парцифаль" Вольфрама фон Эшенбаха, работы Фомы Аквинского, Оригена и другие произведения.   Поэтому, други, не пренебрегайте книгами увиденными на экране. Это всегда прекрасная возможность услышать голос автора, глубже понять его задумку, расставленные им акценты, а также отличная возможность узнать о новых для себя и нечитаных прежде произведениях.📖 #maryaudiobooks

"Торопитесь делать добро! Умейте прощать, желайте примирения, побеждайте зло добром" Ф.П.Гааз. В своей монографии, доктор исторических наук Илья Семененко-Басин выхватывает из истории России XIXв., весьма камерную тему, акцентируя свое внимание на книгоиздательской деятельности московского медика-филантропа доктора Гааза. Но любопытно, что некоторые наблюдения затронутые в работе обнаруживают актуальную проблему современности, а именно - проблему растабуированной маргинальной лексики. Упомянутый выше московский врач немецкого происхождения Федор Петрович (Фридрих Йозеф) Гааз, посвятил свою жизнь врачебной и благотворительной деятельности. Назначенный в 1828г. главным врачом московских тюрем он видел свою миссию в помощи арестантам, живом общении с ними и перевоспитании. Это был человек абсолютно убежденный в том, что врачевать необходимо целостно: тело, разум и душу. По его инициативе, в период дефицита тюремных библиотек, печатаются духовные ориентированные книги, распространявшиеся среди заключенных и тюремных служащих с целью обучить их грамоте и привить им основы христианской нравственности. Интересно, что назидательная христианская литература также направлена на искоренение "деструктивного речевого поведения", "лексику, нарушающую волю Божью и унизительную для человека". Беречься следует "не только скверных дел, но и скверных слов". Т.е. это период, когда маргинальная лексика не считалась общественной нормой, эта была унизительная для человеческого достоинства лексика, разрушающая его духовность и сконцентрированная преимущественно среди заключенных. Это прерогатива людей безграмотных. Очень полезное и своевременное напоминание. Сегодня часто приходится сталкиваться с тем, как человек, отстаивающий свой "красочный" мат и при этом вобравший в себя всю полноту тюремного лексикона, упоительно рассказывает про богатый и эмоциональный русский язык. И тут обнаруживается полная абсурдность его заблуждения, ибо коль наш язык так богат, зачем заменять всевозможное разнообразие выражений одним словом из трех букв. Это мы еще не углубляемся в историю мата, которая берет свое начало с осквернения земли, матери и проклятий, направленных на материально телесный низ. Причем ругательства приведенные в монографии из архивных записей, по сегодняшним меркам очень наивны: плут, каналья, шельма, дрянь, скот, бестия и другие "скверные слова, коих нельзя уже и написать". Примечательно, что о более непотребных словах и писать было неловко. Возвращаясь к работе отмечу также интересные заметки о необычных педагогических приемах в тюремной практике доктора Газа. Например, он поместил к арестантам петуха дабы тот своим кукареканьем напоминал им о Страшном суде. По его инициативе были разработаны специальные нашейные сумочки, предназначенные для хранения и переноски книг. Интерес представляет и перечисляемая в монографии христианская литература, отражающая дух времени. Благодарность издательству ЯСК. Москва 2022.

Взявшись за написание простой заметки со списком книг о творчестве и жизни Тарковского, я поняла, что невозможно сделать это без воспоминаний о своём отце. Уважение и интерес к творчеству Тарковских — Арсения и Андрея, безусловно, мы с братом переняли от нашего отца. Он включал фильм, например, «Сталкера», и погружался в статичные длинные кадры. Внимательно слушал непростые монологи о вечном. Восхищался глубиной символичных, завораживающих стихов Арсения Тарковского, используемых в фильмах своего сына Андрея, и волнительным музыкальным сопровождением Артемьева. Что-то особенно тронувшее его чувства отец всегда записывал себе в заметки. Это были обрывки фраз, стихи. Художественные приёмы, подсмотренные в картинах Тарковского, папа пробовал приметить в своих фильмах. Сам начитывал стихи Арсения Тарковского. При этом папа не проштудировал огромное количество книг о Тарковских, различных философских книг и книг по психологии. Но он умел по-настоящему чувствовать энергию жизни и творчества и прочувствованное пропускать через себя. Он понимал эту сложную многомерность творчества эмоционально и мог действительно сопереживать автору и его творению. Он без объяснений, интуитивно, сердцем улавливал вечное, общечеловеческое и трогательное в кадрах и музыке, порой необъяснимое для самого себя. Но это всегда было искренне и глубоко. Бывало, со слезами на глазах. Это мы с братом тогда многого не понимали в лентах Тарковского, были слишком юны. Несомненно, что таинственность и оригинальная атмосфера в его фильмах цепляли сразу. Уже тогда, мы, будучи воспитаны в семье художников, отличали его непохожий ни на кого художественный язык. Но вскоре, во время просмотра какого-нибудь фильма, появлялась скука, иногда раздражение. Я думаю, причина в том, что на тот момент мы не имели ещё опыта серьёзных переживаний и каких-то духовных исканий. Я лишь хочу сказать, что Тарковский — это режиссёр, которого в первую очередь познаёшь чувствами и проживаешь его кино, прожив прежде что-то своё. И тогда постепенно проникаешься его художественным языком и привыкаешь к нему. Несомненно, нужно быть открытым к творческому восприятию. Кино Тарковского — это своего рода визуализированная поэзия его отца Арсения. Его картины дают возможность замедлиться и осмыслить происходящее, заглянуть в себя, в своё прошлое, историю и жизнь в целом. Дают возможность что-то пережить общее. На первых порах достаточно воспринять его художественный язык просто как сон, который оставляет впечатление. А потом уже приходит время, и хочется узнать о человеке, о его жизни и творчестве больше и глубже. Потому что откликнулось. Это позже, уже прочитав что-то о Тарковском, понимаешь, что каждая деталь в его творчестве наделена смыслом, преемственностью поколений и часто содержит в себе сразу образ прошлого, настоящего и будущего. Как в стихах его отца Арсения: «И это снилось мне, и это снится мне, И это мне ещё когда-нибудь приснится, И повторится всё, и всё довоплотится, И вам приснится всё, что видел я во сне…» И вот нет уже папы. Мы с братом уже не юнцы. Давно уже у каждого своя семья. Но по-прежнему, включая и пересматривая фильмы Тарковского, теперь уже вместе с моим дорогим мужем, я с каждым годом обнаруживаю какие-то новые отклики в себе, больше понимаю щемящие переживания отца и всё больше проникаюсь страдальческим творчеством Тарковских. Каким бы ни был сложным по характеру Андрей Тарковский в воспоминаниях очевидцев, он остаётся оригинальным и поразительным явлением нашей страны, со своим своеобразным мышлением и видением. Он как Достоевский, только в кино. «Перечитывая» его фильмы с годами, видишь только больше. Это дающее и наполняющее кино. Ведь классика всегда устремлена вглубь. Да и что говорить, никто другой из наших режиссёров не смог достичь такого всемирного признания. А связь наша через отца с творчеством Тарковских осталась запечатлена навсегда не только в памяти, но и на его могилке, на которой написан отрывок из его любимого стихотворения А.Тарковского «Жизнь, жизнь».

Недавнее открытие для меня - латиноамериканская литература и «Педро Па́рамо» Хуана Рульфо.🇮🇹 Хуан Рульфо (1917–1986 гг.) - скромный, непубличный мексиканец, писатель-самоучка. Обрёл свой писательский талант, прочитав большое количество книг в юности, отсиживаясь дома во время военных действий. Автор со скромным творческим наследием, но при этом - отец-основатель магического реализма. О романе «Педро Па́рамо» я узнала, включив перед сном одноимённую свежую экранизацию, выпущенную компанией Netflix, которая сразу же меня увлекла. Кино Родриго Прието (как оказалось, довольно популярного оператора современности, снявшего «Убийцы цветочной луны», «Молчание», «Барби» и другие ленты) по роману Рульфо получилось очень приближённым к тексту оригинала, от чего, как мне кажется, трудно отступить, и этому есть обоснование. В романе «Педро Па́рамо» композиция выстроена нелинейно и по-режиссёрски кинематографично. Что вводило в недоумение ранних читателей произведения и выделяло стиль автора среди прочих писателей. В своеобразном построении композиции также прослеживается увлечение Хуана Рульфо кино и фотографией. Читая текст, надо приспособиться к быстрому перемещению вместе с повествованием в разные отрезки времени и воспоминаний персонажей, собирая полученную информацию в цельное полотно без авторских подсказок. Как это интуитивно происходит, когда мы смотрим кино. Тем не менее, даже при очень внимательном чтении невозможно не упустить какие-то нюансы, продуманные автором, поэтому сам он рекомендовал читать свой роман трижды. Дочитав последнюю страницу, поверьте, вы вернётесь к первой. Думаю, не стоит касаться сути романа более той информации, что сын после смерти матери отправляется по её предсмертному наказу на поиски своего отца в заброшенную деревню Комалу, где и начинаются сюрреалистические приключения героя. Если получится сдержать своё любопытство и не читать заранее о произведении, то в качестве вознаграждения вас ждёт более глубокое эмоциональное и яркое переживание от прочитанного. Искренне не понимаю, почему у такого талантливого автора с его атмосферными, глубокими и по-мексикански колоритными произведениями, которые повлияли на всю последующую литературу «магического реализма» (Борхес, Маркес, Онетти), такой незаслуженно маленький процент издаваемости. Благодарность издательству «Эксмо» за то, что выпустили в 2024 году книгу с произведениями Хуана Рульфо, сопроводив её познавательной вступительной статьёй и дополнив сборником авторских рассказов «Равнина в огне». Но очень жаль, что книга в мягкой обложке. Я была бы рада увидеть переиздание этой книги в серии «Литературные памятники» с содержательным филологическим материалом. Автор, глубоко прочувствовавший и выстрадавший своим жизненным опытом универсальные «архетипические проблемы человеческого существования», этого достоин.

Я с осторожностью отношусь к писателям, увлекавшимся оккультизмом. Впервые рассказы Элджернона Блэквуда прочитала ещё не вдаваясь в подробности относительно увлечений автора. Но стоит признать, в его магической мастерской есть работы, которые цепляют. Более того, Блэквуд стоял у истоков мистики нач. XX века. Произведениями английского писателя Элджернона Блэквуда (1869г. -1951г.) вдохновлялись Генри Миллер и Стивен Кинг. Его творчество высоко ценил Говард Лавкрафт, считая его своим предшественником. Напротив же, произведения Лавкрафта, Блэквуда оставляли равнодушным. Его не впечатлял чистый, избыточно материальный, «могильный» ужас. Мистическое Блэквуда отличается, оно интимное и личностное. Герой его самых ярких рассказов - человек, сливающийся с природой в своём первобытном переживании и влечении к языческой, подчиняющей животной силе. Человек, тонко чувствующий эту связь и откликающийся на зов. Блэквуд смог передать то, во что сам будучи оккультистом, был глубоко погружен. Его талант выразительно описывать волю древней, потусторонней силы ярко раскрывается в романе «Кентавр», а также в рассказах «Ивы», «Человек, которого любили деревья» и "Вендиго". Размеренное включение в сюжет и сопричастность происходящему достигаются порой тягучим и однообразным повествованием. Мир духов в произведениях автора доминирует месмеризмом, проникающим в нашу реальность. Элджернону Блэквуду следует отдать должное, немногие писатели так убедительно говорят о пугающем в окружающем повседневном. Поэтому, однажды, познакомившись с рассказами «Человек которого любили деревья» или «Ивы» вы начнете понимать «мифопоэтику мирового дерева», слышать, как деревья общаются между собой с каждым порывом ветра, а подступая к чаще, ловить на себе тысячи пристальных и любопытных глаз. Кстати, тема природы, леса - одна из основных тем у Блэквуда. Лес, в котором он часто проводил время в одиночестве… (Ps: коротенький рассказ «Кукла» тоже совсем неплох). Моя книга с произведениями Блэквуда из серии «Гримуар» издательства «Энигма». Серия включает в себя классику ужаса и мистики.

Генрик Сенкевич " Камо грядеши" Quo vadis? Кручу в руках книгу, оцениваю. Думаю, надо приготовиться - видимо, будет непросто. Объёмный исторический роман все же. Уселась поудобнее, накрылась одеяльцем, как Бастиан из «Бесконечной истории», который читал книгу на чердаке школы, и не смогла оторваться, пока на третий день не дочитала. Молниеносное погружение в историю Рима правления Нерона с первых строк! Захватывающее, живое, наполненное деталями повествование. Все начинается в личной бане Петрония, где ты, буквально босиком ступаешь по мозаике, которой устлан пол, чувствуешь влагу и запах благовонных трав. Фраза «Quo vadis?» (Камо грядеши) сопровождала меня и ранее. Очень нравилось как она звучит на латыни, но тогда я не знала перевод и не вдавалась в подробности, даже тогда, когда однажды будучи в Риме, Аппиева дорога привела нас с мужем к небольшой церкви Santa Maria in Palmis (Домине-Кво-Вадис). Вопрос пришлось изучить на месте… Полный обзор по ссылке: https://telegra.ph/Genrik-Senkevich--Kamo-gryadeshi-08-26

«Гаспар из тьмы. Фантазии в манере Рембрандта и Калло» (опубл. 1842) - маленькая, но очень необычная книга. Многие авторы отмечали парадоксальность используемых Бертраном художественных средств. Его стихотворения богаты аллюзиями и образами, которые пробуждают воображение. Чтение книги подобно блужданию в таинственных грёзах. Стиль письма моментами напоминает Яна Потоцкого, Виктора Гюго, Милорада Павича. Яркие образы и персонажи в книге иногда пугают тем, что трудно поддаётся описанию. Похожий эффект на меня производили фильмы Дэвида Линча, после которых мне снились самые странные и неприятные сны. Это были короткие эпизоды, в которых словно бы ничего не происходило, но во сне тебя сковывало присутствие чего-то жуткого, непонятного и парализующего рядом. Поэтому при первом знакомстве с произведением Бертрана, проснувшись с ощущением тревоги, после прочтения главы «Ночь и её причуды», когда в повествовании появляется карлик Скарбо и другие выразительные готические образы, я подумала, что никому эту книгу не посоветую. Но в книге, безусловно, присутствует немало положительных сторон, о которых далее расскажу по порядку. Во- первых, французский писатель-романтик Алоизиюс Бертран считается родоначальником особого литературного жанра - стихотворение в прозе. Это краткие, но очень выразительные зарисовки-миниатюры, не осложненные рифмовкой. Бертран собирал свои зарисовки, внося в них правки на протяжении около 15 лет, начиная с 1826 года, ещё будучи студентом и до последних своих дней, так и не дождавшись прижизненной публикации. Во-вторых, часть зарисовок - это ироничный, поэтический парафраз известных живописных полотен и гравюр: Тенирса, Рембрандта, Калло. Бертран часто обращается к историческим персонажам, персонажам народного французского театра, ренессансного театра и ярким, бытовавшим в свое время легендам. Поэтому по ходу чтения вас окутывает богатая мифологемами атмосфера, вы становитесь свидетелями народных легенд, раскрыть и понять которые помогают информативные примечания... Читать полностью https://telegra.ph/Aloiziyus-Bertran-Gaspar-iz-tmy-06-24

О пользе сложного. Или почему иногда нужно окунуть себя в здесьбытие, сформировать понимание и, понимая усвоить своё понятое, которое стремится проникнуть в возможности :) Мне всегда нравилось как звучит имя Мартин Хайдеггер. От него веет чем-то нестандартным и властным. Чувствуется характер. Меня манил даже шрифт на обложке книги, который по-прежнему отличается своей оригинальностью. Но множество раз, снимая с полки своё запылённое, старенькое издание Хайдеггера, я вдумчиво всматривалась в текст, усиленно напрягала всю свою познавательную прыть, ждала снисхождения уразумения, но просветление так и не наступало. И я с опустошенным видом ставила книгу на место, понимая, что мой мозг ещё недостаточно опытен для такого рода приключений. Как сказал бы Дон Кихот: «он подвигов не совершил, но он погиб, идя на подвиг». Читать полностью⇩ https://telegra.ph/Martin-Hajdegger-05-29

Возвращаюсь с прекрасной книгой о жизни Блеза Паскаля!🙌🏻 Читать тут ⇩ https://telegra.ph/Boris-Tarasov-Paskal-05-27

Томас Манн «Волшебная гора»🏔️ https://telegra.ph/Tomas-Mann-Volshebnaya-gora-12-28

Очень увлекательная монография Марины Самариной, которая охватывает период европейского средневековья с появления одного из самых ярких и самобытных представителей европейского монашества, основателя нищенствующего Францисканского ордена - Франциска Ассизского, амбассадора божественной радости и известнейшего «зоосемиотика» и приручителя животных. ⠀ Большая редкость - монография, которая читается как интереснейший рассказ. Книга собирает под своими «средневековыми сводами» обширный культурологический анализ сотканный из разнообразного исторического материала и литературных текстов периода XIII-XIVв.в. ⠀ Из книги вы узнаете о влиянии Франциска Ассизкого на такое популярное движение как «хиппи», на творчество Данте Алигьери и русскую литературу второй половины XIX и XX веков. Узнаете о том, как вопреки обстоятельствам, Франциска приняли на Востоке, во время одного из крестовых походов, о его необычных экзальтированных состояниях и своеобразном танце и, конечно, о его «цветочках». ⠀ Очень советую читать монографию в тандеме с «Цветочками Святого Франциска Ассизкого» - история о волке из Губбио ещё никого не оставила равнодушным. :) ⠀ Книга Марины Самариной «Под сводами Средневековья: Франциск Ассизский» выпущена издательством РХГА. У книги мягкая обложка и скромное оформление, но это тот случай, когда наполнение покрывает всё!🤎 ⠀ «Издательские проекты РХГА, как правило, представляют собой результат исследовательской или образовательной деятельности, в том числе проектов, поддержанных Российским гуманитарным научным фондом (РГНФ).» ⠀ На сайте издательства вас ждёт любопытная подборка научной литературы. Советую обратить внимание на фундаментальную серию книг “Pro et contra”. Также книжечки издательства можно найти в магазине «Порядок слов»👌🏻 ⠀ #maryaudiobooks Полный обзор по ссылке ↓ https://telegra.ph/Marina-Sergeevna-Samarina-Pod-svodami-Srednevekovya-Francisk-Assizskij-12-16

АКИМОВА ТАТЬЯНА АЛЕКСАНДРОВНА. СРЕДНЕВЕКОВЬЕ. СВЕТСКОЕ ИСКУССТВО XIII–XV ВЕКА.💫 Издательство «Искусство - XXI век» 2022г. #maryaudiobooks #акимовататьяна #средниевека #медиевистика #medieval #средневековье #искусствосредневековья #издательствоискусствоXXIвек #моякнижица📖

Виктор Бычков «Русская теургическая эстетика». Непросто писать отзыв на книгу с таким феерическим составом выдающихся интеллектуалов. Но я попробую. Поделиться и книгой, и мыслями всё же очень хочется. https://telegra.ph/Viktor-Vasilevich-Bychkov-Russkaya-teurgicheskaya-ehstetika-10-19