Психолог Майдибор

Скопический эротизм (Влечение к взгляду) Зигмунд Фрейд выделил отдельную форму либидо — скопическое влечение (или рассматривание). «Эротизм» здесь означает не сексуальное возбуждение. По Фрейду «эротизм» — это любое психическое удовольствие, которое человек получает через органы чувств или тело, и которое не связано напрямую с выживанием (утолением голода или жажды). В случае фотографии — чистого удовольствия от процесса созерцания. Рассматривать детали, кадрировать реальность, ловить свет — все это становится источником глубокой эмоциональной наполненности. Возможно — это и бессознательное стремление усилить, расширить и защитить свой взгляд и высокохудожественный способ удовлетворить свой визуальный эротизм.

Смартфон в вашем кармане — это, по сути, динамическая, бесконечная и глубоко индивидуальная колода метафорических карт, которая всегда под рукой. Если захочется, отметьте в комментах, про что это снимок для вас?

Способ восстановить субъектности надо? Интерпретация — это и есть главный, самый радикальный способ вернуть себе субъектность. В психоаналитической теории субъектность определяется не тем, насколько вы богаты, стабильны или безопасны внешне. Субъектность — это ваша способность быть автором собственного смысла. Когда вы интерпретируете кадр, этот механизм работает как абсолютный возврат власти.

«Одиссея»: этимология, мифы и первая в мире история ностальгии Новый фильм Кристофера Нолана «Одиссея» вновь вывел в топ дискуссий классический сюжет Гомера. Однако для психологов эта история примечательна другим: именно она подарила мировой науке один из самых сильных терминов, описывающих связь психики и тела — ностальгию. То, что сегодня кажется нам легкой романтической грустью, изначально было суровым и даже смертельным медицинским диагнозом. Этимология: боль возвращения Термин появился в 1688 году. Швейцарский врач Иоганн Хофер объединил два древнегреческих корня, чтобы описать состояние человека, оторванного от корней: Nostos (νόστος) — возвращение домой, путь на родину. Algos (ἄλγος) — боль, страдание. Дословно ностальгия — это «боль от невозможности вернуться домой». Как «лечили» тоску в XVII веке Хофер диагностировал эту болезнь у швейцарских наемников, служивших вдали от родных Альп. Солдаты буквально увядали: впадали в бред, страдали от галлюцинаций, бессонницы и отказывались от еды. Медицина того времени пыталась бороться с этим соматически: наемников лечили пиявками, кровопусканием, рвотными средствами и опиумом. Главным катализатором болезни выступал мощный аудиальный триггер — мелодия Kuhreihen (традиционный мотив, которым альпийские пастухи сзывали коров). Стоило солдатам услышать эти звуки на чужбине, как они мгновенно впадали в ступор, начинали плакать и дезертировали. Эффект был настолько разрушительным для дисциплины, что во французских полках эту песню запретили исполнять под страхом смертной казни. При этом стопроцентным лекарством, мгновенно снимавшим все симптомы физического истощения, оставалось только одно — твердое обещание врача вернуть солдата на родину. Связь с «Одиссеей» Слово nostos — смысловой центр поэмы Гомера. Задолго до медицины Нового времени автор детально зафиксировал клинические проявления этой глубокой тоски: 🌿Психосоматический надрыв: На острове Калипсо Одиссей годами пребывает в тяжелом депрессивном состоянии. Он часами сидит на берегу, со слезами всматриваясь в морскую даль и истощая себя ментально. В фильме нимфа кормит Одиссея цветками лотоса и вместо боли душевной он испытывает боль физическую. 🌿Отказ от бессмертия: Нимфа предлагает герою вечную молодость и статус бога. Но его психологическая привязанность к Итаке настолько сильна, что он сознательно выбирает судьбу смертного, лишь бы вернуться к семье. 🌿Защита идентичности: Самыми опасными точками маршрута для Одиссея становятся не чудовища, а места забвения (остров лотофагов, чары Цирцеи). Потеря памяти о доме означает потерю своего nostos — то есть полное стирание личности. Гомеровский эпос и история термина напоминают, что ментальная связь с домом и близкими — это базовый элемент психологической устойчивости человека. А вы уже успели посмотреть «Одиссею» Нолана? Как вам кажется, удалось ли режиссеру передать эту глубокую психологическую драму и «боль возвращения» главного героя? Делитесь вашими впечатлениями в комментариях! Фото из кинобудки: Тейлор Ампфенур

«Я список кораблей прочел до середины». А я наконец посмотрела почти трехчасовую «Одиссею» Кристофера Нолана. Поговаривают, Нолана зацепила первая строка нового перевода Гомера, который в 2017 году сделала Эмили Уилсон: «Расскажи мне о сложном человеке». В других переводах Одиссей — многоопытный, многохитростный, искусный во всех способах борьбы. Уилсон же предлагает увидеть в нем не только его дела, а личность? Меня же поразила совсем другая фраза — из финала фильма. Одиссей говорит Пенелопе, что скоро истории будут только петь, потому что песни станут единственным способом сохранить память о тех, кто умел писать. Звучит тревожно и прискорбно. Весь фильм — о возвращении домой, о nostos. Но в финале оказывается, что настоящим домом была сама цивилизация. И она уже не будет прежней. Мне кажется, Нолан спорит с привычным образом Одиссея как вечного победителя. Можно выиграть войну, можно вернуться домой, можно восстановить царство — и все равно проиграть историю, если мир вокруг утратит свою культурную сложность. Именно эта реплика осталась со мной после титров. По-моему, она обращена не к античности, а к любому времени, в котором возникает вопрос: насколько хрупко то, что мы считаем незыблемым. А пост для Центра психологии о подарке «Одиссеи» мировой науке — одном из самых сильных терминов, описывающих связь психики и тела — о ностальгии.

Психолог Майдибор pinned «Цитаты: Мечта: быть фотографом без фотокамеры, проходить вне фотографии и видеть вещи, как будто они сами оказались вне изображения, как будто ты их уже фотографировал, но в прошлой жизни. Нет автопортрета. Есть мир, который посредством изображения, создает…»

Цитаты: Мечта: быть фотографом без фотокамеры, проходить вне фотографии и видеть вещи, как будто они сами оказались вне изображения, как будто ты их уже фотографировал, но в прошлой жизни. Нет автопортрета. Есть мир, который посредством изображения, создает собственный автопортрет и нам только по своей доброте позволяет постоять рядом (к взаимному удовольствию). На каждое изображение следует смотреть так же внимательно, как и на своё отражение в зеркале. Объекты есть прото-тексты для света. Отделить реальное от принципа реальности. Отделить изображение от принципа репрезентации. Вновь обрести изображение как точку слияния света исходящего от объекта и света источаемого взглядом.