Miguel de Valdes|Мигель де Вальдес

Размышляя между делом о вариантах адаптации моей последней пьесы о Юстиниане Великом, я копался в памяти и неожиданно вспомнил о замечательном фэнтези-мюзикле «Последнее испытание», поставленном по вселенной «Саги о Копье». 🐉 Эта фэнтези-вселенная была разработана для многим известной настолки Dungeons&Dragons, а разработчиками стали нынешние «Wizards of the Coast», бывшие тогда под другим названием, а сегодня обладающие правами на огромное количество книг и игр по данному сеттингу. Когда я смотрел мюзикл впервые, я не знал всех подробностей, да и не нужно было. Прекрасными текстами и великолепной игрой артистов спектакль передаёт всю глубину падения главного героя и печальную судьбу его мира. Вспомнил я его в контексте того, что мне очень нравятся костюмированные красочные спектакли, где всё дорого-богато (к слову, у этого мюзикла есть версия, вышедшая на год раньше, где как раз всё это есть, и даже играет известный у ролевиков семейный дуэт «Айрэ и Саруман», но, на мой взгляд, слабее актёрская игра, и сами артисты не столь фактурные) — именно на таком уровне визуальной составляющей я всегда видел свои пьесы (да и, считаю, что в историческом жанре нельзя иначе). Однако гастрольная версия, которую прикрепил первой, обходясь минимумом статистов и тремя экранами вместо декораций, творит какую-то совершенно уникальную магию повествования. В ней больше условностей, свойственных современному театру — и такой подход предпочитает как раз Игорь Волосовский, режиссируя наши постановки, по поводу чего мы с ним тихонечко спорили за кулисами (особенно это было актуально в последней пьесе, где благодаря прекрасной музыке Фарьи Фараджи у нас появились вокальные номера). Предлагаю вам посмотреть обе версии мюзикла и самим решить, какая вам импонирует больше. Если захотите, сможете найти и другие версии — мюзикл не сходит со сцены уже почти тридцать лет, пользуясь большим успехом. #драматургия

После воскресной службы настоятель спрашивает: «Что-то читал про Феодосия Великого? Напишешь?» Я, озадачено: «Читал. Хорошо, батюшка, поработаю над этим». В общем, хотел сделать паузу в церковно-исторических драмах, чтобы поработать в другом направлении…

После воскресной службы настоятель спрашивает: «Что-то читал про Феодосия Великого? Напишешь?» Я, озадачено: «Читал. Хорошо, батюшка, поработаю над этим». В общем, хотел сделать паузу в церковно-исторических драмах, чтобы поработать в другом направлении и (увы, в первую очередь) разобраться с более насущными вопросами, но видимо, вернусь к этому раньше, при подходящей возможности. Может, оно и к лучшему. #события

Отдельно, кстати, можно рассмотреть, как классический «путь героя» соотносится с библейскими и житийными сюжетами

Ваапче, люди тоже не идиоты, да и устают от этих постоянных деконструкций ради деконструкций, хочется чего-то человеческого. Классический путь героя в той или иной форме ещё долго будет жить и собирать зрителей/читателей. А значит кто-то из них однажды захочет выйти из скорлупы, в которой он сидел раньше. А там, глядишь, и ради десяти праведников Господь помилует этот Содом… #мюсли

Компьютерные игры — индустрия, оказавшая большое влияние на моё поколение. Но что, если слово «игра» становится синонимом игры в театре? Если разработчик открыто вступает в диалог с игроком, чтобы обсудить предлагаемые им нарративы? Если игрок — не центр игровой вселенной, а лишь один из персонажей на сцене? Ни я, ни мой товарищ по театру Никита Клюшников мимо пройти не смогли. Долгие часы Никита проходил серию «Мор» на стримах, а я сидел с карандашом и делал пометки. О серии игр «Мор» (она же «Pathologic») — городском фэнтези в антураже царской России на рубеже XIX-XX вв. — на ютубе видео предостаточно, повторяться не будем, тем более, что к части из них мы обращаемся за цитатами. Мы сделали акцент на той части нарратива, которую разработчики невольно внесли в повествование, сделав альтернативным сюжетом. https://youtu.be/SRvns7u42qs #драматургия #pathologic

Рецензия: «Призрак из стеклянной комнаты» (Мигель де Вальдес) Автор: Трактирщик Жанр космической фантастики, как можно заметить из публикаций канала, мне не очень близок. При этом в наше время на этом поприще работает известный клирик Георгий Максимов. Его…

Рецензия: «Призрак из стеклянной комнаты» (Мигель де Вальдес) Автор: Трактирщик Жанр космической фантастики, как можно заметить из публикаций канала, мне не очень близок. При этом в наше время на этом поприще работает известный клирик Георгий Максимов. Его опыт мы рассматривали. Мигель де Вальдес на фоне известного священника, конечно, «ноунейм». Однако он — участник нашего сообщества, и, конечно, стоило ознакомиться с его произведением. Наверное, сразу стоит сказать, что антинигилистическим в нашем понимании произведение вряд ли назвать. «Призрак из стеклянной комнаты» — это повесть (может, официально роман, но там около 200 страниц) в жанре твёрдой фантастики. Из прочитанного она напомнила Нила Стивенсона и «Рифтеров» Уоттса — вторых, в частности, темой биокомпьютеров. Зачин также похож на «Авиатора» (случайно ли?) и кем-то может быть объявлен плагиатищем: в центре повествования — вышедший из криозаморозки человек. Автор оперирует и более фантастичными концепциями вроде двигателя Алькубьерре, но за пределы научности сеттинг не выходит и не ударяется в скрытый магизм (типа путешествий во времени или переселения душ). Также автор весьма аккуратно обошёл тему разумных инопланетян. Напишем максимально абстрактно, чтоб не спойлерить. Но опасения на эту тему не оправдались. В книге делается попытка рассмотреть социальные и политические особенности общества в двадцать третьем веке, что, конечно, непросто. Получилось ли? Ответ может быть разный. В тексте присутствуют в неком количестве мемы и отсылки: Уранополис, остров Змеиный, Вархаммер. Теперь главное: что касается морали. Мигель является православным христианином и в меру сил проповедует веру, при этом видно, что он варился в далёкой от нас культурной среде. Типичных для ПКБ тропов типа карикатур на политических оппонентов здесь не найти. Ну и вообще, проповедь в книге идёт ну о-очень пунктирно, что принципиально отличается от дидактизма в том же «Ксеноархеологе». Мораль сюжета — притчевая и, по результату разговора с автором, даёт простор для толкования. Там есть и элементы, безусловно близкие нам, как борьба против утопий, но и сильная романтизация космоперелётов здесь присутствует, что для творчества основных авторов ПКБ нетипично. Хотя, произведение не только о космосе, но и про сущность душевных болезней, например. Некоторые моменты всё же странны: например, положительный по экспозиции персонаж упоминает Всемирный совет церквей (экуменическое сборище) в контексте «разрешения православным на проповедь в космосе». Но неплохо бы в таких случаях делать ремарки о том, что цели сей организации далеки от помощи честной христианской миссии. Или, например, устами персонажа проводится мысль, что изобретение ремёсел человеком — это «первый трансгуманизм» (но трансгуманизм — это не просто какие-то изобретения, а идеология). Быть может, это всё подаётся не как пример для подражания, но ведь автор в ответе за восприятие созданного им. На мой взгляд, дидактизма и банального консерватизма здесь всё же не досыпано. Книга эта с довольно высоким порогом вхождения, рекомендовать её можно философам и эстетам. Другие авторы могут ознакомиться и дать свои оценки, было бы интересно обсудить это в литературном круге «нижнеинтернетных инклингов».

ставшим притчей во языцех католическим методом игнорирования остального текста

​​Тут коллеги выкатили разгромную рецензию на книжную серию «Византия 2.0» одного современного автора, критику которого я сначала поддержал, а потом задумался… Серия написана в жанре «альтернативная история», про попаданца в тело последнего императора Константина XI, разворачивающего ход событий, тем самым спасая Византийскую империю от уничтожения турками. Не мой любимый жанр, однако тут Византия, о которой качественной художки мало, и которой посвящены все три мои пьесы. Критика строится вокруг религиозных воззрений главного героя, который под видом православия проталкивает откровенную ересь — обоснование приведено автором в отдельной статье, от которой может сложиться впечатление, что он и сам сторонник подобных взглядов. Так это или нет, со стопроцентной уверенностью судить не могу, однако вот на что я обратил внимание. Продвигаемые попаданцем тезисы — довольно меткое попадание в нерв, с позволения сказать, византийского правящего класса середины XV века. Главными являются два аспекта: — апеллирование к притче о Страшном Суде (с игнорированием остальных притч, как верно замечено в критике) в подтверждение мысли, что спасается человек в первую очередь делами, а не верой; — критика православного монашества и исихазма, в частности. Чем важны эти аспекты? Первый — ни что иное, как проталкивание католического юридизма в отношении посмертной участи человека, причём ставшим притчей во языцех католическим методом игнорирования остального текста; а попытка выставить монашество и исихастов чем-то чужеродным христианству вызвана их фундаментализмом в отстаивании православия, что шло поперёк политики реального Константина XI — как его предшественника и брата Иоанна VIII — последовательного сторонника унии с католиками. Более того, сам автор говорит, что в книге Константин не выступает против монашества открыто, а высказывает всё за закрытыми дверьми — и в реальности это объяснялось тем, что народ не принял унию и стоял за монашество горой, даже если церковные иерархи шли на поводу светской власти или просто отмалчивались. Почти все остальные высказываемые героем идеи не противоречат православию, а значит перед нами не очередной картонный попаданец к тов. Сталину, а чудесным образом близкое хоть и вольное воспроизведение мотивов реального Константина XI. С учётом прочих достоинств, которые отмечают и критики, при первой возможности ознакомлюсь с текстом. На фото: единственная прижизненная фреска с Константином XI Палеологом из монастыря на севере Греции. #книги #Ланцов #собратья_сосестры_по_перу #религия

Пока работа работается, Никита Клюшников скинул мне запись с постановки «В ожидании Годо», в которой поучаствовал он и наш режиссёр Игорь в прошлом году. Репетировали они её одновременно с нашей «Симфонией Юстиниана», и, таким образом, Никита одновременно тянул две ведущие роли в двух спектаклях. Режиссёром был широко известный в узких кругах Кирилл Суханов, который, к слову, посещал и наши спектакли. «В ожидании Годо» — самая известная пьеса ирландского писателя и драматурга Сэмюэла Беккета, одного из современных классиков и основоположника «театра абсурда». Данная пьеса — наглядный пример того, что чтобы бросать вызов классическим формам повествования, ими надо овладеть в совершенстве. Именно поэтому, несмотря на общую абсурдность происходящего на сцене, сюжет и подтекст читаются ясно, и даже улавливается доля мистицизма, присущего пьесам Метерлинка. Язык: украинский. https://youtu.be/T1GnwXK86P4 #драматургия

Пока пишу здесь немного: работаем с Никитой Клюшниковым над большим видео-эссе, в котором встретятся такие разные темы, как театр, игровая индустрия и преодоление смерти (в тему праздника, однако). Параллельно пишу черновик новой пьесы: в этот раз отойду от церковной истории, рассмотрев более современную проблему пределов научного познания. При наличии времени, процесс написания обещает быть несложным, т. к. опираюсь на художественный первоисточник. #писательство

Мы запускаем ракеты в космос и ищем в нём странные новые миры, чтобы однажды увидеть, как он свернётся подобно свитку, и откроется новое небо и новая земля (Откр. 21: 1). Христос Воскресе! #события

#события В наше время все правительства что-то запрещают. Не обходит стороной это и литературу. И вроде бы запреты приводятся в исполнение, что-то становится достать труднее, чем раньше: книжные магазины не собираются продавать это массово, поэтому по инерции распродают остатки. Но остатки всё никак не заканчиваются. Я подмечал это, хотя и не отдавал себе в этом отчёт. И так случилось, что человек, непосредственно близкий к книжному рынку, дал на мой немой вопрос очевидный ответ: если что-то запретное приносит прибыль — оно не закроется насовсем, просто перейдёт под контроль компетентных… хм, лиц. И, знаете, в наших условиях это вселяет надежду. P. S.: из интересного, этот человек вкратце рассказал про нынешние книжные тренды: у взрослого сегмента в топе антиутопии (Оруэлл, Хаксли, et cetera), у подростков — всё, что содержит нетрадиционные отношения. Без комментариев.

#писательство Кстати, о текстах… Каждому писателю нужен редактор. Не приложение, а человек. И корректор. Тоже человек, а не канцелярская принадлежность. Перечитывая недавно текст повести, хватался за голову от количества пунктуационных ошибок. Синтаксические мне удалось вычистить практически все ещё перед первой публикацией, а оставшиеся пару штук исправил уже после первого тиража. А вот исправлял ли я пунктуационные — уже не помню. Как бы начитан ни был автор, глаз в процессе работы страшно замыливается. Какие-то символы печатаются на автомате и невпопад, и даже третье-пятое перепрочтение не помогают. Если на протяжении нескольких месяцев не притрагиваться к написанному тексту, отдохнуть от него, есть шанс подойти к нему более критически позднее. Однако это очень сильно растягивает процесс. Гораздо быстрее в таком случае обратиться к редактору (отвечает за верное построение смысловых конструкций) и/или корректору (отвечает за орфографию). Услуги тех, кто занимается этим профессионально, не бесплатны, конечно, поэтому есть ещё вариант найти читающего/пишущего знакомого, чьему опыту вы доверяете (желательно, чтобы доверял кто-то ещё), но здесь нет гарантии, что он вычитает текст на все сто процентов. Важно, что в таком вопросе, как текст — хоть художественный, хоть официальный — никогда нельзя полагаться на одного себя, чтобы не попасть впросак. А если речь идёт об использовании в произведении какой-то специфической темы — обязательно нужно обращаться к специалистам в ней.

#события #научно_популярное #писательство В научно-фантастическом произведении научный элемент можно поделить на три типа: подтверждённый научный факт, научный прогноз и фантдоп (фантастическое допущение). Не все прогнозы имеют свойство сбываться, даже при должном обладании научной интуицией. К таким прогнозам (а скорее к фантастическому допущению, каким оно было до сих пор) я относил восстановление главного героя своей повести после длительной криозаморозки, хотя и описывал часть необходимых для этого процедур. Теперь появились результаты эксперимента по полному восстановлению тканей мозга мышей с сохранением памяти. Т.е. данная технология не только принципиально возможна, но и появилась гораздо раньше, чем я это предполагал. Конечно, до человеческой нервной системы путь неблизкий и тем не менее… Статья на Nature: https://www.nature.com/articles/d41586-026-00756-w Оригинальная научная статья: https://www.pnas.org/doi/10.1073/pnas.2516848123 За подгон спасибо коллегам из ПКБ.

#события #писательство Хотел я вас чем-то порадовать за прошедшую неделю, но практически всю провёл в больнице с ребёнком. За эту неделю я понял две вещи: у человека всегда присутствуют две точки опоры — физическая и метафизическая. И так случилось, что сегодняшний день совместил для меня эти две точки. Метафизическая Во второе воскресенье Великого поста Церковь чтит память святителя Григория Паламы. Епископ, живший в XIV веке в Византийской империи, взяв за основу Евангелие и труды Святых Отцов (в частности, преподобного Симеона Нового Богослова, жившего за четыреста лет до него) развил и завершил учение о богопознании через приобщение Божественной благодати — простыми словами, Бога можно постичь только в молитве и церковных Таинствах, мистическим образом. Этот труд был вынужденным, ибо другой православный монах Варлаам, обучавшийся при католических монастырях с целью будущей миссии на Западе и переняв юридизм и отчасти механистическое мышление католиков, стал утверждать, что Бога можно постичь только рациональным образом, через изучение священных текстов, окружающего мира и философию (как пример, вспоминаем пять доказательств бытия Бога Фомы Аквинского). Встретившись в Греции, а потом на Афоне с простыми, не столь образованными монахами, приобщающимися по их словам Божественной благодати в безмолвном повторении короткой Иисусовой молитвы, Варлаам посчитал их за дикарей и еретиков, в чём едва ли не убедил всю византийскую знать. Именно тогда во главе игуменов афонских монастырей пришлось выступить епископу Фессалоникийскому Григорию. Учение о благодати стало неотъемлемой частью не только православного учения о спасении, но и отразилось в литературе и других видах искусства в виде идеи «преображения» героя. Сегодня философы и литературоведы сходятся во мнении, что эта идея долгое время присутствовала в литературе, но была утрачена где-то в Эпоху Просвещения. Вернул эту идею в мировую литературу Фёдор Достоевский, и сегодня без неё не обходится ни один учебник по написанию художественного произведения. Именно благодать (греч. χάρησμα — харизма) «всегда немощных врачующуя и оскудевающих восполняющая» становится последней метафизической опорой, источником вдохновения и невероятных сил человека, сломленного житейскими невзгодами. И как семьсот лет назад, так и сейчас, верующие её просят у Бога молитвой из восьми слов, вмещающей всю суть православного вероучения. Физическая Среди православных устойчивое нейтрально-скептическое отношение к Международному женскому дню, не только из-за истории самого праздника, но и по той причине, что он ежегодно попадает на Великий пост. Но ни один порядочный мужчина не откажет своей жене/матери во внимании в этот день (как и в любой другой, по-хорошему), и точно ни одна женщина не откажется от этого внимания. Любовь человеческая не существует без женщины, а человек не существует без любви; именно поэтому она присутствовала ещё на заре светской литературы. Не погрешу против истины, если скажу, что ни одно хорошее художественное произведение не обходится без темы женщины. Сегодня мы видим, как эта тема в искусстве трансформировалась в тренд «сильной женщины» (как будто до этого были слабые), позабыв, что сила — вне зависимости от пола! — это когда ты жертвуешь чем-то ценным ради других, подхватываешь ослабленного и израненного жизнью друга и тащишь его на своём горбу. В православии тоже есть «женский праздник», вбирающий в себя обозначенные выше смыслы, но при этом возносящий их ко Христу. Об этом позже. Так или иначе, всех причастных поздравляю с этим двойным праздником. Желаю обрести обе точки опоры и не терять их, какой бы мрак не сгущался вокруг.

#события Всех православных поздравляю с днём Торжества Православия! Мне никогда не доводилось бывать на полном чине Торжества Православия, когда возглашают не только многолетие всем православным патриархам, вечную память императорам и правителям, что действовали во славу Христа и Его Церкви, но и анафему еретикам, расколоучителям и правителям, что им содействовали. Ведь если задуматься, это наглядная демонстрация того, что все эти события и люди — это не где-то далеко когда-то давно. Это то, что отразилось в вечности, сохранив актуальность смыслов спустя тысячелетия. В массовом сознании, ересь или раскол — это когда кто-то имеет мнение отличное от церковного consensus patrum или желает жить как-то иначе, а Церковь его начинает за это нещадно преследовать и убивать. В своих пьесах я хотел наглядно показать, что когда у противников заканчивается диалог, каждая из сторон наглядно показывает, кому важна Истина, а кто хочет лишь утвердиться за Её счёт. Ересь и раскол — это не желание мыслить и жить как-то иначе. Ошибаться или просто иметь отличное мнение могут все. Ересь и раскол — это упорное превознесение собственной гордыни и личных амбиций над Церковью, как сообществом верующих (и неизбежно над Христом). Это можно осознать только держа в уме, что Церковь — это не просто какая-то структура, члены которой действительно могут заблуждаться, это богочеловечесий организм, глава которого Сам Христос. Еретики не всегда были пострадавшей стороной. Когда им удавалось приходить к власти обманом или подкупом, пусть даже на малое время, это приводило к невиданной жестокости от их рядовых последователей и часто ставило государства на грань катастрофы (если не стирало вовсе). Ведь Истину, как и правила дорожного движения, нельзя изменить под себя, можно лишь преступить, поставив под удар всех. Это истории ещё и личного выбора — властителей, иерархов, священников и простых людей — понять Истину или отвергнуть Её, попытаться вывернуть под свои прихоти. Часто этот выбор был очень трудным, когда в моменте казалось, что логика объективных обстоятельств вынуждает действовать одним способом, а Истина говорит совершенно о другом. Для целого сообщества принятие решения могло длиться десятилетиями и столетиями, ведь человеческий взор ограничен, и только Истина способна пережить все людские замыслы, сомнения и отчаяние, пройдя проверку временем. И праздник в первое воскресенье Великого Поста — это итог принятых каждым решений, итог проверки временем; напоминание о словах Христа, какие бы бури не сотрясали Церковь и каждого из нас: «на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют Её» (Мф. 16:18)

#драматургия #найдено #статьи #Чехов Довелось мне почитать кое-что из прозы Чехова — первый опыт, ещё в школе, был несколько травмирующим (рассказ «Мужики», кто в курсе). Позже были рассказы покрупнее, я уже привык к его стилю — теперь дозрел ознакомиться…

#драматургия #найдено #статьи #Чехов Довелось мне почитать кое-что из прозы Чехова — первый опыт, ещё в школе, был несколько травмирующим (рассказ «Мужики», кто в курсе). Позже были рассказы покрупнее, я уже привык к его стилю — теперь дозрел ознакомиться с его драмами, благодаря которым Чехова и помнят, как гения и реформатора в литературе. Естественно, сначала решил нагуглить список его драм, в процессе наткнулся на научную статью, посвящённую анализу его драматических приёмов. Вот, что мне захотелось особенно выделить: 1️⃣ Согласно статье, одно из двух главных новаторств Чехова состоит в том, что главными героями становятся не люди, а события, обстоятельства, в которых оказались герои. Это позволило ему расширить понятие «конфликта» в драматургии с межчеловеческих отношений до столкновения образов, мировоззрений. От акта к акту фокус может смещаться от одного персонажа к другому. 2️⃣ Второе новаторство заключается в том, что как таковых событий в сюжетах больших пьес Чехова просто нет. Читатель/зритель наблюдает быт героев, и через него раскрываются их характеры, которые в свою очередь тоже являются лишь средством для выражения мыслей автора. 3️⃣ При этом, свои мысли автор не произносит напрямую, устами персонажей. Более того, ни один из персонажей не является положительным героем, все они демонстрируют мировоззрение разной степени узости и ошибочности — и не понимая этого, ведут диалоги «слепого с глухим», полные подтекстов, через которые автор и общается со зрителем/читателем. Такой подход позволил Чехову уйти от субъективности к объективной передаче реальности героев. 💡 Данные три пункта мне очень напомнили пьесу Метерлинка «Слепые», которую я уже упоминал в другом контексте. Вряд ли Метерлинк или Чехов, будучи современниками, подсматривали друг у друга, скорее, сработало осанвэ, с той лишь разницей, что Метерлинк вышел на эти приёмы через мистицизм, а Чехов — через желание показать общую растерянность его общества. 4️⃣ Известные режиссёры К. Станиславский и В. Немирович-Данченко отдельно выделили в пьесах Чехова непрерывность цепляющихся друг за друга подтекстов, назвав это «подводным течением». Интересно, что этот же термин использовал почти за сто лет до них другой корифей мистицизма Эдгар По, применительно к поэзии. ✍️ Вооружившись этой информацией, можно приступать к изучению самих пьес. Будет полезно, учитывая, что я хочу на время отойти от исторического материала и написать что-то более приземлённое.