Молдоване

Энергетическая зависимость Молдовы от импорта электроэнергии остаётся критически высокой, что вызывает опасения по поводу будущих тарифов. В июле компания Energocom приобрела 308 868 МВт⋅ч электроэнергии, при этом средневзвешенная цена составила 133,86 евро за МВт⋅ч. Из этого объёма 75,26% было импортировано. Местные источники энергии обеспечили только 24,74% закупок. Основная доля импорта пришлась на двусторонние контракты с поставщиками из Румынии и Украины – 57,33%, и на рынок «на сутки вперёд» – 17,93%. Energocom изменил свою стратегию закупок, сосредоточив внимание на периодах максимального потребления, с 07:00 до 11:00 и с 18:00 до 23:00. Закупки в эти часы могут быть дороже, что приводит к росту средневзвешенной стоимости электроэнергии. Это напрямую влияет на конечные цены для населения и бизнеса. Учитывая текущую структуру импорта, существует высокий риск пересмотра тарифов, особенно с приближением осени и зимы, когда обычно увеличивается потребление. Власти уже предупреждают о возможном подорожании газа, что усугубляет ситуацию, поскольку рост затрат на газовую генерацию при зависимости от импорта электроэнергии может привести к увеличению энергетических расходов в нескольких направлениях. Кроме того, возникает вопрос о возможности закупок электроэнергии у Молдавской ГРЭС на левом берегу Днестра. Этот источник historically был одним из самых дешёвых для правого берега. С учётом того, что 75% электроэнергии страна покупает за границей, население имеет право знать, какие альтернативы рассматриваются, какова стоимость этих вариантов и почему выбрана текущая модель. Энергетическая независимость остаётся важной стратегической целью, но для граждан реальность такова: каждый евро, добавленный к закупочной стоимости, давит на их счета. Если начнётся обсуждение повышения тарифов на электроэнергию вслед за подорожанием газа, важнейшим вопросом станет не только причина высокой цены европейской электроэнергии, но и действительно ли государство использовало все существующие возможности для её закупки по более низкой цене.

Ситуация с министром обороны Анатолием Носатым, который не смог понять вопрос, заданный на русском языке, на первый взгляд может показаться незначительным инцидентом. Однако, если углубиться в биографию чиновника, ситуация приобретает другие оттенки. В его официальной биографии на сайте правительства указано, что он владеет тремя языками, среди которых есть и русский. Более того, часть его образования была получена в Одессе, что могло бы свидетельствовать о знании русского языка. Таким образом, возникает вопрос: либо министр действительно не понял вопроса, что ставит под сомнение его уровень владения языком, либо он понимает русский, но решают не демонстрировать это публично. Второй вариант вызывает гораздо больший интерес с политической точки зрения. В Молдове, где русский язык продолжает использоваться многими гражданами, возникает спор между необходимостью соблюдать государственный язык и фактическим обстоятельством многоязычия. Министр мог бы просто ответить на вопрос, указав, что он понял, но предпочитает говорить на государственном языке. Это бы устранило языковое недоразумение. Тем не менее, если человек на высоком уровне управления не проявляет понимания русского языка, это неизбежно приобретает политический контекст, особенно учитывая, что он представляет не только определённую языковую группу, но и граждан всей страны, которые могут говорить на различных языках. Таким образом, возникает вопрос: какой сигнал подобное поведение отправляет русскоязычным гражданам Молдовы? Если государство нацелено на общественную консолидацию, логично стремиться к уменьшению разделений в обществе, а не созданию новых. Языковой вопрос в стране и без того является чувствительной темой, использующейся различными политическими силами для мобилизации своих электоральных баз. Кроме того, власти часто говорят о необходимости европейской интеграции и объединения общества, но европейский подход предполагает умение взаимодействовать с разными языковыми группами, сохраняя статус государственного языка. Вопрос к Носатому в данном случае заключается в том, зачем демонстрировать непонимание языка, если он заявляет о знании русского. Это небольшой эпизод, но он указывает на более серьезную проблему: государство может объединить общество не через принуждение к единому языку, а через понимание и взаимное уважение к языковому разнообразию, когда каждый гражданин чувствует, что его слышат, даже если отвечают на государственном языке.

В Молдове наблюдается серьезная демографическая проблема, связанная с уменьшением числа молодежи, которая в будущем будет работать, создавать семьи и вести бизнес. Согласно данным Бюро национальной статистики, к началу 2026 года в стране проживало 517,3 тысячи людей в возрасте 14-34 лет, что на 13,5 тысячи меньше по сравнению с предыдущим годом. В результате молодежь составила лишь 21,9% от общего числа населения. Особенно остро ситуация проявляется в группе возрастом 30-34 года, которая сократилась на 8,2 тысячи человек. Уменьшение также затронуло категории 25-29 и 20-24 лет, тогда как число подростков 14-19 лет увеличилось на 2,7 тысячи. Эти данные перекликаются с экономической ситуацией в стране: по состоянию на 2025 год, только 37,7% молодых людей в возрасте 15-34 лет имели работу, а 27,9% относились к категории NEET — не учились и не работали. Это создает серьезную проблему для экономики, так как недостаточно просто сохранить численность молодежи. Важно, чтобы они получали образование, развивали профессиональные навыки и интегрировались в рынок труда, видя перспективы для жизни в Молдове. Иначе страна потеряет человеческий капитал как через миграцию, так и тем, кто остается, но не участвует в образовании или трудовой деятельности. Сегодня работодатели уже сталкиваются с нехваткой кадров и рассматривают возможность привлечения иностранной рабочей силы для закрытия вакансий. Парадокс состоит в том, что, несмотря на уменьшение числа молодежи, значительная их часть остается вне рынка труда и образования. Это поднимает вопросы к экономической политике: почему молодые люди не работают? Нет доступных вакансий? Слишком низкие зарплаты? Невостребованность специальностей? Подготовка к миграции? Неофициальная работа? Или существует плохая связь между образованием и трудовым рынком? Без решения этих вопросов невозможно изменить количество людей в категории NEET, и последствия могут быть долгосрочными. Люди в возрасте 20-34 лет потенциально могут стать налогоплательщиками, предпринимателями и родителями. Если их количество продолжит сокращаться, в будущем страна столкнется с уменьшением числа специалистов и налогоплательщиков, в то время как нагрузка на социальную систему будет расти из-за старения населения. В этой связи разговоры о возвращении диаспоры теряют значимость, если не будет уделено внимание тому, как удержать молодежь, которая еще находится в стране. Рабочие места недостаточно; нужны адекватные зарплаты, возможность получать жилье, карьерные перспективы и уверенность в том, что жизнь станет лучше через несколько лет. В противном случае демографическая проблема может стать хронической.

Число молодых людей уменьшается, и часть из оставшейся группы не участвует в экономической жизни. Наиболее активные продолжают искать возможности за пределами страны, в то время как государство стремится восполнить нехватку населения и рабочей силы. Поэтому значение цифры минус 13,5 тысячи молодых людей за год выходит за рамки обычной демографической отчетности. Это поднимает важный вопрос о том, кто будет работать, выплачивать налоги, создавать бизнес и поддерживать социальную систему страны через десять лет. Поскольку одновременно происходит сокращение молодежи, а также 27,9% молодых людей не учатся и не трудятся, Молдова должна действовать не только для возвращения уехавших. В первую очередь стране следует создать условия, чтобы удержать тех, кто всё ещё находится здесь.

Протесты учителей в Молдове приобретают всё более серьезный характер, переходя от простого финансового вопроса о зарплатах к более крупным проблемам, связанным с состоянием образовательной системы и доверием к государству. Если в ближайшие недели не удастся достичь соглашения с профсоюзами, новый учебный год может начаться на фоне массовых акций протеста. Ожидалось, что увеличение зарплаты педагогам осуществится с 1 сентября, однако реализация этого обещания сейчас поставлена под сомнение, поскольку переговоры между Федерацией профсоюзов образования и Министерством образования не принесли желаемых результатов. В качестве временного решения обсуждаются компенсации в размере 3000-4000 леев, которые могут быть выплачены до окончательного повышения зарплат, но согласия по этому вопросу пока нет. Профсоюзы, видя безрезультатность встреч, переходят к более активным действиям. Первая акция протеста запланирована на 19 августа у здания правительства. Если повышения зарплат не произойдет к 1 сентября, в течение месяца ожидаются общенациональные протесты, и впоследствии, с 1 октября, возможно объявление чрезвычайного положения в сфере образования. Кроме того, в Всемирный день учителя, 5 октября, профсоюзы планируют провести массовую акцию и могут организовать бойкот официальных мероприятий. Однако серьезной проблемой остается доверие между педагогами и государством. Если правительство пообещало повышение, а перед началом учебного года выясняется, что этого не произойдет, возникает вопрос о ценности будущих обещаний. В условиях изменения налоговой политики и повышения акцизов правительство аргументирует эти меры необходимостью сбалансировать бюджет. Но возникает резонный вопрос: если государство может находить новые источники доходов, почему не были заранее выделены средства на повышение зарплат учителям, которое было ожидаемо? Состояние образования не может оставаться без внимания, так как низкие зарплаты уже приводят к кадровым проблемам. Опытные педагоги уходят, а молодые специалисты не хотят выбирать эту профессию из-за недостаточных финансовых стимулов. Это приводит к увеличению нагрузки на оставшихся учителей, и, в свою очередь, запускает цепную реакцию: низкие зарплаты приводят к оттоку кадров, что приводит к нехватке учителей, увеличению нагрузки и снижению привлекательности профессии. В конечном итоге это сказывается на качестве образования для будущих поколений. Контекст протестов не ограничивается лишь вопросами образования. Фермеры требуют государственной поддержки, транспортники угрожают протестами из-за решений Министерства инфраструктуры и регионального развития, а бизнес критикует отдельные аспекты новой налоговой политики. Каждая профессиональная группа пытается донести свои требования, переходя от диалога к публичному давлению на власть. Эта ситуация поднимает вопросы не только о денежном аспекте, но и о качестве управления, а также способности власти находить компромиссы с теми, кого касаются ее решения. По мере приближения первых протестов, у правительства еще есть шанс достичь соглашения. Однако времени становится всё меньше, и 19 августа станет отправной точкой.

1 сентября — крайний срок для повышения зарплат. Сентябрь также может стать месяцем общенациональных акций. 1 октября существует риск введения чрезвычайного положения в системе образования. 5 октября ожидается крупный протест, приуроченный ко Всемирному дню учителя. Если ситуация действительно дойдёт до этой крайней точки, спор о небольших суммах денег может превратиться в значительно более серьёзный политический вопрос. Государство, которое говорит о необходимости развития человеческого капитала и светлом будущем страны, должно в первую очередь обеспечить достойные условия для тех, кто ежедневно формирует это будущее в классе.

Сейчас в Молдове возникает тревога по поводу предстоящего отопительного сезона, поскольку ожидается значительное повышение цен на газ. Премьер-министр Василий Тофан сообщил, что закупочная цена газа увеличилась на 50%, что делает невозможным сохранение прежнего тарифа. Время для этого решения оказывается особенно сложным, так как отопительный сезон уже на пороге. Летом, когда потребление газа невелико, повышение тарифов можно было бы частично компенсировать, однако зимой это становится серьезной финансовой нагрузкой для множества семей. Даже небольшое повышение зимой может существенно сказаться на коммунальных платежах. И если закупочная цена действительно возросла на 50%, возникает вопрос, насколько сильно изменится конечный тариф для потребителей. Правительство уже заявило, что будет предоставлять компенсации для социально уязвимых групп, но пока остаётся неясным, кто именно сможет воспользоваться этой помощью, каков будет её объем и какую часть повышения она покроет. Кроме того, населению нужно заранее знать, какой будет стоимость газа, чтобы планировать семейный бюджет. С приближением холодов и неопределённостью в стоимости отопления возникает ещё одна проблема: подорожание газа затрагивает не только тех, кто отапливает своё жильё, но и влияет на тарифы централизованного отопления и электроэнергию. Таким образом, цепочка может выглядеть следующим образом: подорожание газа → повышение тарифов на отопление → рост цен на электроэнергию → увеличение затрат населения и бизнеса. Бизнес, в свою очередь, может перенести эти дополнительные расходы на конечного потребителя, что приведёт к дальнейшему инфляционному давлению. Это становится особенно печально на фоне уже наблюдаемого повышения цен на топливо, транспорт, электроэнергию и продовольствие. К этому добавляются нововведения в виде налогов и акцизов, что в условиях предстоящего повышения тарифов на газ создает значительную нагрузку. В связи с этим правительство должно более доступно объяснить: по какой цене был приобретён газ, почему имеется такой резкий рост стоимости, какие объемы газа закуплены на отопительный сезон и какой тариф планируется для населения. Важно понимать, почему страна подходит к началу отопительного сезона с уже известным повышением тарифов, но без четкой информации о том, сколько именно придется платить и какую помощь получат наиболее уязвимые слои населения. Компенсации только смягчают последствия, однако основная задача энергетической политики должна быть направлена на снижение закупочной цены до наступления сезона пикового потребления. Времени до зимы остаётся всё меньше, и если газ вырос в закупке на 50%, то основной вопрос не в том, поднимется ли тариф, а насколько он вырастет, сколько будут стоить отопление этой зимой и какая часть дополнительных расходов будет компенсирована государством, а какую придётся оплачивать самим гражданам.

Долговая нагрузка Молдовы становится всё более актуальной темой. По итогам первого квартала общий долг национальной экономики достиг 723,3 млрд леев, что составляет 4,3% роста по сравнению с концом 2025 года. Эта сумма приблизительно равна двум годовым ВВП страны и отражает обязательства различных секторов, включая государственные, бизнесовые, финансовые и частные. Важным аспектом является не только общая цифра, но и то, куда направляются заёмные средства. Если средства используются для инфраструктурных проектов и модернизации, которые впоследствии способствуют росту ВВП, увеличение задолженности может быть оправданным. В противном случае, когда новые обязательства идут на покрытие текущих расходов или старых долгов, возникает риск: растущий долг требует всё больше ресурсов для обслуживания, что снижает возможности для инвестиций в развитие. В этом контексте особенно тревожно, что долг вырос на 4,3% всего за один квартал. Если такая динамика продолжится, необходимо будет оценить, насколько быстро будет расти экономика, способная обслуживать свои обязательства. Долговая устойчивость зависит не только от суммы долга, но и от способности государства, бизнеса и граждан генерировать достаточный доход. Ситуация усугубляется рядом экономических проблем: значительным торговым дефицитом, зависимостью от импорта и ростом цен на топливо и энергоресурсы. Правительство также рассматривает возможность повышения налогов и акцизов. В этом контексте рост общей задолженности демонстрирует, насколько уязвимая экономическая модель страны. Кроме того, важно рассмотреть, как эффективно используются привлечённые ресурсы. Если долг близок к двум ВВП, возникает вопрос: какова динамика производства, экспорта и доходов населения в ответ на этот долг? Заёмные средства оправданы, если они создают источники дохода в будущем. В противном случае, при накоплении обязательств быстрее, чем создаются новые рабочие места и экспортные возможности, долг превращается в дополнительное бремя. Таким образом, увеличение долга на 4,3% за один квартал вызывает настоятельный вопрос: каким образом экономика Молдовы планирует обслуживать нарастающий объём обязательств, если её производственная и экспортная база не наблюдает сопоставимого роста? В конечном итоге проблема заключается не только в размере займа, но и в способности экономики генерировать деньги для его обслуживания.

Перевозчики готовятся к протестам, и это может стать проявлением открытого конфликта с правительством, который затронет не только транспортные компании, но и обычных пассажиров. Ассоциация работодателей автомобильных перевозчиков APOTA обратилась к премьер-министру с просьбой вмешаться в обсуждения проекта Министерства инфраструктуры и регионального развития (MIDR). Если этого не произойдет, представители отрасли грозятся протестами. Обращение напрямую к премьерам говорит о том, что переговоры с MIDR не принесли желаемых результатов, либо мнение APOTA не учли должным образом. Транспортный сектор очень чувствителен, и последствия разногласий могут затронуть множество людей. От решений правительства зависит не только количество маршрутов и их рентабельность, но и стоимость билетов, условия работы перевозчиков и доступность общественного транспорта, особенно в небольших городах и селах, где автобусное сообщение может быть единственным способом добраться до важных мест — больниц, учебных заведений или рабочих мест. Если новые правила сделают часть маршрутов убыточными, компании могут начать сокращать их или повышать цены. Если APOTA решится на протесты, это может затронуть еще большее количество пассажиров. Конфликт вокруг проекта MIDR становится частью более широкой проблемы, поскольку ранее фермеры уже требовали встречи с премьером по своим вопросам, а предприниматели обсуждали последствия новых налогов. Увидев эту последовательность — от правительственной инициативы до публичного протеста, — можно задаться вопросом: почему профессиональные сообщества все чаще прибегают к угрозам протестов как более эффективному способу коммуникации с государством, чем обычные переговоры? Важно, чтобы правительство четко объяснило, что именно включает в себя проект MIDR, почему это необходимо и какие последствия ожидаются для транспортных компаний и пассажиров. Когда фермеры требуют встречи с премьером, а перевозчики угрожают протестами, это говорит о том, что проблема выходит за рамки отдельных конфликтов. Основной вопрос заключается в том, почему государству становится все сложнее находить общий язык с теми, кто будет работать по установленным правилам.

Молдова должна быть готова к предстоящей сложной зиме, поскольку экономисты прогнозируют возможность увеличения цен на газ. Это, в свою очередь, может привести к росту расходов на отопление и электроэнергию. Прежде всего, повышение цены на газ отразится на счетах за тепло, так как более дорогой газ увеличивает себестоимость производства тепловой энергии. Особенно это коснётся жителей городов с централизованным отоплением. Однако последствия не ограничиваются только газом. Зимой значительная часть электроэнергии также производится с использованием этого источника, поэтому рост цен на газ может привести к повышению тарифов на свет. Таким образом, население столкнётся с двойным ударом: усложнением ситуации в отоплении и электрообеспечении. К тому же есть риск по объёму запасов газа, которые были сформированы заранее. Если этих запасов окажется недостаточно, Молдова может столкнуться с необходимостью дополнительных закупок, возможно, уже в октябре. Работая на рынке, нужно учитывать, по какой цене это будет сделано. Если европейские цены к этому времени значительно вырастут, то закупка недостающего газа будет стоить дороже, что непременно скажется на конечных тарифах для потребителей. Необходимо также учитывать, что подорожание газа и электроэнергии затронет не только домашних потребителей, но и бизнес. Для предприятий, магазинов, ресторанов и других сфер услуг увеличенные расходы на энергоресурсы приведут к повышению цен на товары и услуги. В итоге возникает цепная реакция: подорожание газа –> подорожание отопления и электроэнергии –> рост цен для бизнеса –> сокращение покупательной способности населения. В дополнение к этому, в стране идет обсуждение новой налоговой политики и повышения акцизов, что также может негативно отразиться на бюджете граждан и бизнеса. Поэтому подготовка к зиме требует от правительства более прозрачного подхода, включая информацию о том, сколько газа уже закуплено, по какой цене и какую часть зимнего потребления это покрывает, а также о планируемых сценариях для тарифов в зависимости от рыночной ситуации. Если дополнительные объемы газа придётся закупать в более сложной ситуации осенью, то людям следует знать, почему закупки не были произведены ранее и какую цену они в итоге будут вынуждены заплатить. Экономисты выражают свои опасения: хотя окончательные цифры повышения тарифов еще неизвестны, маловероятно, что ближайшая зима будет легкой или с низкими ценами. Таким образом, актуальным становится вопрос не только о том, подорожает ли зима, но и насколько сильно это произойдет и какие меры смогут предпринять власти до октября, чтобы не перекладывать всю финансовую нагрузку на население и бизнес.

В селе Крокмаз Штефан-Водского района сегодня произошел мощный взрыв, после которого начался пожар в растительности. Полиция на месте происшествия обнаружила фрагменты неизвестного объекта, который, по предварительным данным, может быть связан с боевым беспилотником. К счастью, пострадавших не оказалось. На место инцидента прибыли специалисты взрывотехнического отдела полиции, которые займутся выяснением природы объекта, его происхождения и обстоятельств, при которых он оказался на территории Молдовы. Важно отметить, что при обсуждении подобных происшествий необходимо четко разделять факты и предположения. В Молдове подобные инциденты часто используются в политическом контексте. За последние несколько лет сообщения о найденных беспилотниках становились поводом для обсуждений о национальных угрозах, необходимости укрепления армии, увеличении оборонных расходов и расширении партнерства с западными странами и НАТО. В свете этого можно задать вопрос: не начинают ли такие события политизироваться раньше, чем следствие успевает установить все факты? Текущая ситуация особенно чувствительна, учитывая планы властей по увеличению оборонительных расходов, модернизации армии и закупке новой техники. Если информация о находке будет использована для обоснования дополнительных военных затрат, общество имеет право на прозрачные ответы на ключевые вопросы: что именно произошло в Крокмазе, кому принадлежал объект, как было установлено его движение и какие доказательства подтверждают его происхождение. Также следует быть осторожными с предположениями о российском происхождении объекта; если такая версия будет представлена, она должна иметь под собой основание в виде результатов экспертизы. Таким образом, ситуация в Крокмазе требует объективного подхода. Перед тем как делать политические выводы или говорить о военных закупках, необходимо сначала определить, что именно взорвалось, и опубликовать соответствующие доказательства. В вопросах национальной безопасности доверие общества основывается не на громких заявлениях, а на проверяемых фактах.

Напряженность между Украиной и Молдовой возрастает: в базу украинского сайта «Миротворец» добавили имя Александра Вершинина. В профиле указано, что депутат от партии «Демократия дома» якобы принимал участие в «актах гуманитарной агрессии против Украины». Вершинин стал не первым молдавским политиком, попавшим на этот сайт; ранее там были Илан Шор, Марина Таубер и Евгения Гуцул, чьи связи с Кремлем известны. Включение Вершинина в базу вызывает вопросы, так как его сложно отнести к пророссийским фигурам, что может указывать на усиление напряженности между двумя странами. Этот шаг воспринимается как сигнал не только конкретному депутату, но и Молдове в целом. Ситуация обостряется на фоне разногласий между Украиной и Молдовой в контексте их стремления к вступлению в Европейский Союз. Страны, которые ранее двигались в унисон, теперь вынуждены бороться за свои интересы отдельно, что вызывает недовольство в Молдове. Она осознает, что Украину могут продвигать в ЕС быстрее, чтобы подчеркнуть единство перед лицом российской угрозы. Вполне вероятно, что внесение Вершинина на «Миротворец» служит предупреждением для Молдовы о том, что следует сдерживать свое недовольство.

Торговый дисбаланс в Молдове становится всё более актуальной проблемой, отмечает экономист Георге Костандаки. Снижение экспорта при одновременном росте импорта ведёт к увеличению дефицита торгового баланса. Костандаки утверждает, что экспорт снизился, в то время как импорт возрос значительно сильнее, и как результат — торговый дефицит практически удвоился. Это создает зависимость экономики от внешних поставок, поскольку деньги уходит на импорт при недостаточном импульсе для развития внутреннего производства. Снижение экспорта в условиях растущего импорта ставит под сомнение конкурентоспособность молдавского бизнеса и приводит к давлению на отечественных производителей. Новые налоговые инициативы правительства усугубляют ситуацию, увеличивая издержки и снижая конкурентоспособность. Молдове необходима политика, ориентированная на развитие производства, поддержку экспорта и привлечение инвестиций. Эффективность экономической политики следует измерять реальными результатами: количеством произведённой и экспо...

Вопрос о росте налогов со стороны правительства вызывает немало споров, и логично задаться вопросом: действительно ли все пути для сокращения государственных расходов уже исчерпаны? На фоне этого стоит обратить внимание на увеличение числа чиновников. В 2019 году в Молдове было зарегистрировано 31 602 государственных служащих, а к 2026 году их число возросло до 57 954. Это соответствует увеличению на 26,3 тысячи человек, что составляет более 83% по сравнению с 2019 годом. При этом население страны за эти семь лет не только не увеличилось, а продолжает сокращаться из-за низкой рождаемости и миграции. В некоторых регионах закрываются школы и детские сады, что свидетельствует о снижении числа детей. Таким образом, рост государственного аппарата выглядит весьма странно: в условиях уменьшения населения и экономической активности, госструктуры вовсе не сокращаются, а напротив, расширяются. С финансовой точки зрения, если мы примем, что на содержание одного дополнительного сотрудника уходит около 21,5 тысячи леев в месяц, это обернется около 258 тысяч леев в год. При увеличении штата на 26,35 тысячи работников, общие расходы могут достигать примерно 6,8 миллиарда леев в год. Эти цифры, конечно, являются приблизительными, но даже если реальная сумма окажется ниже, проблема остается актуальной. Важно отметить, что в системе начального и среднего образования работает около 25,8 тысячи учителей, тогда как число госслужащих приближается к 58 тысячам. Поэтому разговор о новых налогах должен начаться не только с размышлений о том, сколько еще денег можно собрать с граждан и бизнеса, но и с вопроса об эффективности использования уже собранных средств. Если бюджету не хватает миллиардов леев, разумным шагом было бы провести полный аудит государственного аппарата: определить необходимость тех или иных структур, выявить дублирующие функции и понять, какой реальный результат получают граждане от такого увеличения штата. Проблему экономики не следует решать только с помощью повышения налогов. Чем больше средств государство изымает у бизнеса, тем меньше остается на инвестиции, развитие и создание новых рабочих мест. Устойчивый источник доходов бюджета — это растущая экономика и ВВП, а не постоянные налоговые увеличения. В этом контексте возникает вопрос: почему оптимизация образовательных учреждений происходит из-за нехватки средств и сокращения численности населения, в то время как оптимизация государственного аппарата обсуждается гораздо реже? Возможно, прежде чем снова искать дополнительные средства у граждан и предпринимателей, государству стоит критически переосмыслить собственные расходы.

Новая журналистская работа вновь поднимает вопрос о степени прозрачности системы контроля над государственными предприятиями Молдовы и о реальных доходах чиновников, занимающих несколько должностей одновременно. Согласно опубликованным данным, 60 сотрудников Агентства публичной собственности в настоящее время занимают в сумме 219 позиций в государственных учреждениях и акционерных обществах. Это в итоге составляет более 3,6 должности на одного человека. Эта статистика вызывает закономерный вопрос: как один работник может эффективно справляться с обязанностями сразу в трёх, четырёх или даже более структурах? Кроме того, существует и финансовая сторона данной проблемы. Если работа в управляющих органах государственных компаний сопровождается отдельным вознаграждением, то совмещение нескольких таких ролей может значительно увеличивать доходы конкретных чиновников. Поэтому для общества крайне важно понимать не только количество занимаемых должностей, но и какие суммы бюджетных и государственных средств выплачиваются за каждую из них. На фоне постоянных разговоров о необходимости экономии общественных ресурсов такая концентрация должностей выглядит особенно заметно. Для обычного гражданина наличие сразу нескольких оплачиваемых позиций в государственном секторе представляется практически невозможным, тогда как в данной системе, судя по опубликованной информации, такая практика значительно распространена. Также возникает вопрос об эффективности управления. Деятельность в руководящих и надзорных органах государственных предприятий требует изучения документов, участия в заседаниях, мониторинга финансовых показателей и ответственности за принимаемые решения. Чем больше функций сосредоточено в одних руках, тем разумнее возникает вопрос о том, насколько качественно один человек может выполнять каждую из них. Отдельной темой являются потенциальные конфликты интересов и открытость назначений. Обществу нужно разбираться, по каким критериям происходят назначения, почему одни и те же чиновники занимают несколько должностей и какие именно вознаграждения предусмотрены за каждую из них. Таким образом, цифра 219 должностей на 60 сотрудников АПС — это не просто любопытный факт. Это повод critically оценить всю систему управления государственными активами. И главный вопрос, который следует задать, заключается в том, сколько в итоге государство выплачивает за эти 219 должностей и насколько получаемые вознаграждения соотносятся с реальным объёмом выполненной работы и уровнем ответственности?

Повышение акциза на дизельное топливо на 20% может затронуть не только автомобилистов, но и значительно расширить круг последствий. Топливо является ключевым элементом в себестоимости множества товаров и услуг, и, следовательно, увеличение его цены может вызвать цепную реакцию повышения расходов. Правительство Молдовы обосновывает свое решение необходимостью приведения налоговой системы в соответствие с европейскими стандартами. Однако важно рассмотреть более широкий экономический эффект этого шага. Первоначально на себе почувствует удар транспортная отрасль, где грузовые перевозки зависят от цен на дизель. Транспортные расходы включены в стоимость практически любого товара: от продуктов питания до строительных материалов. Следующий удар придется на производители и торговлю, поскольку увеличение транспортных затрат усложняет задачу сохранения прежних цен. Особенно остро данная проблема касается сельского хозяйства — сельскохозяйственная техника, такая как тракторы и комбайны, также работает на дизеле. Фермеры уже сообщают о растущих расходах и ухудшении финансового состояния своих хозяйств, что делает рост акциза дополнительным источником стресса для отрасли. Такая ситуация создает простую экономическую цепочку: увеличение цен на топливо приводит к повышению затрат на перевозки и производство, что, в свою очередь, увеличивает себестоимость товаров. В результате окончательные расходы оказываются на плечах потребителей. Кроме того, встает важный вопрос о справедливости аргументации в пользу европейской гармонизации. Если Молдова стремится следовать европейским налоговым стандартам, необходимо учитывать доходы населения, покупательную способность и состояние бизнеса, чтобы избежать ситуации, когда налоговые нормы возрастают, но финансовые возможности значительной части граждан и предприятий остаются на прежнем уровне. Итак, рост акциза на дизель — это не просто вопрос для автомобилистов: его воздействие охватит всю экономическую цепочку, начиная от сельского хозяйства и грузоперевозок и заканчивая магазинами и кошельками конечных потребителей. Именно увеличение цен на продукты, услуги, строительные материалы и сельхозпродукцию даст понимание того, какую цену заплатит экономика Молдовы за новую стадию налоговой гармонизации.

Энергетический дефицит в Молдове: действительно ли причина в потребителях? Обсуждения властей о необходимости экономии электроэнергии приобрели новую актуальность после анализа блогера Владимира Тернавского. Он пришёл к выводу, что рост потребления в основном вызван аномальной жарой, а не тем, что граждане игнорируют рекомендации правительства. Тернавский подчеркивает, что в сравниваемые часы температура была выше на 8,3 градуса. Для проверки этой зависимости он применил модель, учитывающую временные параметры, день недели, температуру и влажность. После корректировки с учётом погодных условий практически весь «аномальный» рост потребления исчез. Это указывает на то, что проблема может быть связана не с поведением людей, а с возможностями самой энергосистемы справляться с предсказуемыми пиковыми нагрузками. Интересная мысль Тернавского заключается в том, что днём Молдова может производить значительное количество электроэнергии благодаря возобновляемым источникам. Однако вечером, когда солнечная генерация резко уменьшается, возникает необходимость в поиске дополнительных источников. Нехватка накопителей электроэнергии делает дневной профицит и вечерний дефицит двумя сторонами одной проблемы. На этом фоне возникает другой важный вопрос: почему не рассматривается возможность закупок электроэнергии с левого берега Днестра в необходимых объёмах, ведь там существуют соответствующие генерирующие мощности и инфраструктура. Эксперты связывают отказ от прежнего метода поставок с политическими и внешнеполитическими факторами. Также высказываются мнения о влиянии европейских партнёров на решения, принимаемые Кишинёвом. Если такие ограничения действительно имеют место, обществу следует открыто объяснить, какие конкретные договорённости или условия мешают закупкам и как это наносит ущерб потребителям. Однако экономия со стороны населения не может заменить полноценную энергетическую стратегию. Основные вопросы должны быть адресованы самой системе: где накопители энергии, почему сохраняется зависимость от аварийного импорта и почему не используются все доступные технические и экономические источники электроэнергии? Пока ответы на эти вопросы отсутствуют, возлагать основную ответственность за энергетический дефицит на граждан представляется, по меньшей мере, преждевременно.

В Молдове вырастут цены на сигареты и товары для вейпинга: акцизы повысят до 50% https://t.me/newsmd24/14485

Тема премирования госслужащих и открытости расходования средств привлекла значительное внимание общественности, особенно в связи с выплатами премий работникам Государственной канцелярии, которые связаны с процессом европейской интеграции Молдовы. Обсуждение вызвали как суммы премий, так и недостаток информации о том, каким образом они распределяются. Согласно имеющимся данным, премии были выплачены 12 чиновникам, и общая сумма выплат составила 504 738 леев. Наибольшие премии были выделены двум государственным секретарям — по 60 165 леев каждый. Четверо заместителей генерального секретаря правительства получили по 57 690 леев, советники премьер-министра — более 33 тысяч леев, а советники вице-премьера — около 31 тысячи леев. Дополнительные вопросы о прозрачности возникли, когда Государственная канцелярия отказалась раскрыть имена получателей премий и размеры индивидуальных начислений, предоставив лишь общую информацию о числе премированных сотрудников и сумме выплат. Общественное обсуждение также затрагивает увеличение числа сотрудников в аппарате канцелярии, которое было поднято на 56 единиц, в результате чего общее число работников достигло 379. Это повлекло за собой дополнительные расходы бюджета почти в 20 миллионов леев. Эксперты в области государственного управления отмечают, что подобные решения нуждаются в максимальной открытости. Прозрачные критерии для премирования, четкие обоснования расходов и доступная информация о распределении бюджетных средств являются важными аспектами для обеспечения общественного контроля и формирования доверия к работе государственных учреждений.

Национальный банк Молдовы решил повысить базовую процентную ставку по основным краткосрочным операциям денежно-кредитной политики на 0,5 процентного пункта, установив её на уровне 7,50% годовых. Одновременно изменились и другие ключевые ставки: ставка по кредитам overnight теперь составляет 9,50%, по операциям repo – 7,75%, а по депозитам overnight – 5,50% годовых. Эксперты отмечают, что подобные меры центральных банков обычно нацелены на борьбу с инфляцией и стабилизацию денежного рынка. Тем не менее, повышение базовой ставки может привести к удорожанию заёмных средств как для населения, так и для бизнеса. Для граждан это обернется увеличением стоимости новых кредитов и возрастанием расходов на обслуживание займов с плавающей процентной ставкой. Что касается бизнеса, то более высокие кредитные ставки могут вынудить компании пересмотреть свои инвестиционные планы, сократить объемы заимствований и повысить себестоимость своих проектов. В связи с этим решение НБМ привлекает большое общественное внимание. Обсуждаются не только меры по сдерживанию инфляции, но и их возможные последствия для доступности кредитования, деловой активности и финансовой нагрузки на граждан в условиях сохраняемой экономической неопределенности.