museum lamer

В честь нашего общего праздника сегодня надеялась насмотреться красоты и принести вам что-нибудь прекрасное из списка победителей Museums+Heritage Awards 2026. Но не увидела интересного... (насколько можно судить дистанционно, конечно же) Выставочных категорий три: 🟢постоянная экспозиция музея, 🟢временная экспозиция с бюджетом менее 80 тысяч фунтов (в месте такого разделения каждый раз грустно) 🟢временная экспозиция с бюджетом выше. В последней кстати победил выставочный проект The National Archives MI5: Official Secrets. Что ж, какие времена. Но зато много красивого оказалось в шортлисте Webby Awards 2026. В категории победил Imaginarium Национальной галереи Лондона, писала о нем здесь, как одном из лучших примере виртуальной экспозиции музея, и, кажется, это действительно лучший сайт для художественной медитации) плюс в шортлисте в копилку референсов: 🟢Tracing Art музея Getty с рассказом об истории происхождения экспонатов в коллекции 🟢Mouthful of Dust государственной библиотеки Виктория, правда с историей самого известного беглого преступника Австралии, но собравший коллекцию наград, рассказ выстроен через вещи, оставшиеся после него Ну а в качестве поздравления все же - National Gallery Imaginarium In Art we trust

NASA занимаются великолепными вещами: вот сделали проект, где вы можете собрать имя (или любое другое слово) из природного ландшафта

Что же такое на этом фоне V&A East? В отличие от классического V&A на Кромвелл-роуд, где собраны предметы материальной культуры от античности до наших дней — там можно найти и греческую амфору, и золотой кубок католического епископа, и детские коляски Silver Cross, которые любит королевская семья, — V&A East посвящен феномену созидания и творчества в целом. То есть, классический V&A — про то, что человечество сделало. East — про то, зачем люди вообще что-то делают. Открывается V&A East совершенно сногсшибательной блокбастерной выставкой про черную музыку — The Music Is Black — про то, как музыка африканского континента пропитывает каждую клеточку музыки британской и мировой. Выставка большая: там и постеры, и афиши, и инструменты, и костюмы исполнителей, и видеоклипы. Но самое классное — это Soundscape при входе. Выставка сделана с генеральным спонсором Sennheiser: тебе дают наушники с маячком, который ловит сигналы с маяков, расставленных по всему пространству. И ты ходишь, вертя головой и ловя кусочки музыки, буквально прикрепленные к каждому экспонату. Я была когда-то уже на подобной выставке в основном V&A лет пять назад. Это была выставка Diva, посвященная оперным дивам. Я тогда ее жутко разнесла, потому что сделана она была, на мой взгляд, очень плохо. Маленькое помещение, которое должно было изображать театральные кулисы — бархат, золотые шнуры, сценические костюмы в стеклянных витринах, небольшое количество музыкальных инструментов. Звуковой ландшафт состоял из оперных арий, но пространство было крошечное, народу безумное количество, и когда ты вертел головой, саундскейп запаздывал. В общем, абсолютная какофония: визуальная, нарративная и музыкальная одновременно. Понятно, что сегодня я была на пресс-превью: народу мало, можно медленно ходить, ни в кого не натыкаться — и это совершенно другой опыт, абсолютно залипательный. Я прошла выставку примерно за полчаса, хотя можно остаться там и на три. И я буквально залипала на различные объекты, но в основном на музыку. Это удивительное чувство: будто медитируешь на ходу, перемещаясь от африканских ритуальных песнопений к джазу, к драм-бейсу, афробиту, выкрикам великой Skin и заклинаниям не менее великих Tricky и Мартины. Есть, конечно, и бесплатные залы и программы: галереи постоянной экспозиции Why We Make; программа New Work — спецкомиссии, которые обновляюся дважды в год и намеренно перетекают между East Museum и Storehouse, то есть два здания работают как одно. Плюс постоянно будут идти проекты, сделанные вместе с молодежью восточного Лондона (звучит очень пресс-релизно, но тут в целом умеют делать community engagement, думаю, будет не позорно). Суммируя: выставка — огонь. Новый музей, мне кажется, абсолютный огонь. Хотя бы даже потому, что там больше пространства, залы гораздо более адаптированы к требованиям современного выставочного дела. В общем, еще пойду! Музей полностью открывается 18 апреля.

Ну что, друзья, V&A East — это V&A здорового человека. (внимание: лонгрид! Вот и проверим, кто из вас любит меня больше всех и прочтет оба поста) Это я сегодня съездила на пресс-превью нового филиала Музея Виктории и Альберта в Лондоне. Он открылся в Стратфорде, рядом с London College of Fashion и UAL, рядом с Sadler's Wells East, рядом с архивом Дэвида Боуи и V&A East Storehouse, уже прогремевшим на весь мир открытым хранением V&A. Шаг назад: Стратфорд в последние годы получил новый креативно-музейно-образовательный кластер. Это где-то минут тридцать от центра на метро, и это очень динамично развивающийся район, в который ездить становится все интереснее и интереснее. Там еще олимпийский спорткомплекс имени королевы Елизаветы, и вот в последние годы район массово и мощно застраивается музейными, культурными и образовательными институциями. V&A East — часть огромной инициативы East Bank, одного из крупнейших новых музейных проектов Британии за последние десять лет, с инвестициями свыше шестисот миллионов фунтов от мэрии. Важно сразу сказать: я принадлежу к тому меньшинству, которое не любит музей Виктории и Альберта. Я не очень большая фанатка ДПИ — декоративно-прикладного искусства. Прекрасно понимаю ценность георгианского здания на Кромвель-роуд, но сердце мое не сжимается ни при виде постоянной коллекции, ни на блокбастерных выставках. Я бывала там на многих выставках. Об одной грущу, что пропустила, — это Alice in Wonderland, которая, говорят, была совершенно головокружительная. Плюс я видела там феноменально прекрасную выставку, посвященную творчеству фотографа Тима Бертона. Но дальше, что бы я там ни видела, все как-то не дотягивало. Либо очень клаустрофобно, либо очень предсказуемо, либо сплошные платья в стеклянных коробах. Наверное, для фанатов платьев в стеклянных коробах это классно, но мне там скучно, и я вообще лишний раз не люблю ездить в этот район. Первой ласточкой перемен в музее был, конечно, Storehouse в Стратфорде, открытое хранение, гигантская коллекция предметов материальной культуры в свободном доступе с бесплатным входом. Заходишь — и перед тобой ряды гигантских стеллажей на четырех этажах. Там и ассирийские храмовые ворота, и купол торжественного зала из мавританской Испании, и фасад соцжилья из культового комплекса Robin Hood Gardens, и детские коляски Silver Cross, и гигантский контрабас, и черт в ступе. Это малая толика того, что мы увидели там две недели назад, когда ездили просто поглазеть во время школьных каникул. Там постоянно меняют экспозицию. Какие-то вещи из каталога можно заказать, если ты работаешь с предметами, и нужно их поисследовать. И в общем, это совершенно иной подход к музейному хранению. Экспозиция того, что находится на переднем плане и легко обозримо, постоянно меняется. Предметы стоят рядом совершенно, казалось бы, малосочетаемые — а все потому что в хранилище их распределяет компьютер: по весу, по типу материала, по типу атмосферы, в которой они должны храниться. И если этим увлечься, то можно там провести просто целые сутки, исследуя не только саму коллекцию, но и принцип ее устройства.