Nibelung

Уколы в ухо — больно

Сделайте универсальный антибиотик, который с алкашкой мешать можно пж

С днём рождения, Великий подонок Генри Чинаски

Осень, Я шатаясь приплясываю. Бей меня молотком Как ребёнок по свинке-копилке — С той же жаждой заполучить И без страха терять. Мне теперь не прохладно и даже не зябко. Я себя дрессировал чтоб к тебе подойти. Все простуды мной летом были изучены. И к чему мне бояться тебя? Пусть меня заведёт блядский говор твой, Рвусь рубахой потасканной когда гонор твой Бритой лаской теснит Будто снег над горой.

Минимум раз в год надо переслушивать как бы

...Это было не так давно И теперь мне везде темно. Где я раньше был на местах, Там теперь только зуд и прах. Розовеют в закате берёзы. Земляничные стынут кусты. Нас разделят на двое вёрсты И себя потеряют мосты. Мне не хватит всех линий связи Чтоб сказать то, о чём не успел. Я ищу твоё платье в вальсе. Белых тканей зелёный предел. Русых кос, красных роз синий вечер. Я терял, а потом находил. Меньше слёз, больше слёз, всё не легче. Я в молчаньи себя винил. Неизвестно ещё сколько быть мне. Я впервые о чём-то жалел. И не знаю сколько покрытий. Я на каждом найду пробел...

https://t.me/ne_punk_a_sergey

Подписоты навалите, будьте людьми Контентик имеется🥰🥰

Целуя руки, испуская дым Осталась ты одна под чистым небом. Синея в его краске, перекрывая его тыл, Без сожалений провожала лето. И твой непризнанный герой, Его здесь нет, он испарился в тот же день Когда ты не решилась быть собой И вдруг отвергла даже его тень.

Пусть тут просто побудет

Я устал

Вениамин Блаженный. Оставленный на паперти. Начну пожалуй с предыстории. Год назад летом я уехал на два месяца постигать себя в отражении крымских деревень и гор, вырывать сорняки на склонах, облагораживать деревья, смотреть на солнечные блики в чёрном море и изредка поливать цветы. Рабочий день длился девять часов и следующий был всегда жарче предыдущего. Чтобы не сойти с ума и реже говорить с собой нужно было как-то выкручиваться. Я начал слушать по пять альбомов и каждый раз это были совершенно разные вещи. В этих прослушиваниях я наткнулся на знакомую песню "Боже, разве я не ангел" в исполнении Елены Фроловой. Мне и раньше нравились слова, гитарная аранжировка, исполнение, но глубже я не копал, а в тот раз захотелось и не прогадал. Узнал что песня с альбома "Скиталец духа" и что весь этот альбом на стихи некого Вениамина Блаженного. Я начал слушать и утонул. Я тонул в тех словах, что были такими простыми и такими подходящими, я тонул в пейзажах, которые нарисовал поэт, а аранжировка усилила их представление. Мне давно не приходилось слушать такого типа музыку, где только гитара и голос. Кто-то из моего окружения сейчас вспомнит мою любовь к Фёдорову, но у Леонида Валентиновича тысячи эффектов как звуковых, так и наложенных на голос и гитару. Здесь же только гитара, голос и парящий куда-то ввысь текст. Моё впечатление ещё усиливали километры от дома, образ жизни и всё то, что окружало меня тогда. Я не буду касаться биографии, а больше поговорю об этих волшебных стихах альтернативы каким мало, а точнее об их уникальности. Душа моя, душа! – Медведицей ли шалой Бредёшь, леса круша, На пестике ль цветка пчелой сидишь усталой, Медовостью дыша. Не редки у Блаженного использования ассонанансов и аллитераций — приёмы, при которых в первом случае нарочно повторяются гласные, а во втором согласные буквы. «А я давно живу в том бесноватом граде...» ( ассонанс) «Сокрушу тебя враз, изрублю топором, укокошу...» ( аллитерация) Уникальны и его полностью религиозные стихотворения, где имеются разговоры с Богом в которых первый то бранит, но целует руки второму. Такие моменты могут быть в одном стихе и самое главное, что они всегда уместны. Тот стиль, в котором всё существует (как у Старкова в будущем), а создатель предстаёт перед рассказчиком и он то ли скоморох, то ли кесарь. Блаженный юродив в своих стихах и наивен подобно ребёнку. В этом можно увидеть и параллели с тем же Хаски, которые это ещё больше гиперболизировал. Блаженный истинно уникальный поэт, имеющий свой слог, свою манеру общения и свою правду, но более того, он имеет свою веру и здесь не всегда связь с божественным. Великий поэт был есть и должен быть в храме, где есть и его отпечатки на кирпичиках, а он туда то ли от незнания, то ли нарочно не заходит и продолжает сидеть на паперти, беседовать с приходящими, с воробушками, а иногда и с небесным отцом. Я буду безответней зверя, Собаки с трепетным хвостом, Когда лишь стон расскажет вам, Что я потерян моим Владыкою Христом. Чужие острые ботинки В меня впиваются как хлыст! И даже запах острой псинки Меня преследует как свист.

Я живу в нищете, как живут скоморохи и боги, Я посмешищем стал и недоброю притчей для всех, И кружусь колесом по моей безконечной дороге, И лишь стужа скрипит в спотыкающемся колесе.

Фак