Остростих- Поэзия Дмитрия Островского

Душа Я помню её... Несущуюся с восторгом на велике под летним, всё пронизывающим дождём, смеющуюся над тщетными попытками прохожих укрыться от ливня... Помню её, озорную, ныряющую в очередной, сокрытый тьмой переулок, с улыбкой отметая мои возражения и опасения, подталкивающую меня бессловесным мощным импульсом поближе к неизвестному... Помню, как она улавливала издалека: в натянутых улыбках — сеть, в попытках придать чуждую мне форму — капкан. Как легко она преодолевала чары моей воспитанности и давала отпор воспринимающим меня за податливую глину... Помню, как заглядывала в глаза людей... Легко и глубоко. Как звала играть, бросая мелкой галькой в окна их сковывающей формальности... Как шептала им: «Игра ведь в основе всего...» Помню её пьянящую поэзию, её возбуждающий танец, её завораживающее пение, её непокорный дух — пылающий ритм её дыхания... Помню её... Испуганную... Своею мощью. Окутавшуюся смирением. Слегка потерянную. Ищущую защиту... Помню, как изменился её вкус. Как всё больше и больше её клонило ко сну. Как её вечно открытые ладони начали закрываться, а за ними — и её сердце... Помню, как я начал её забывать... Как вообще усомнился в её существование. Как ходил по тем самым переулкам и искал, искал — сам не зная чего... Помню жизнь без неё... Предсказуемую. Размеренную. Руководимую невидимыми силами, выдающих себя за мою волю... Помню вечернее солнце... Мягкий свет... И как впервые заметил тоненькие ниточки, формирующие мои движения, выборы, мысли, ощущения... Как искал руки кукловода... в небе... в культуре... в детстве... Как под светом моего наблюдения они начали таять. И как та мнимая сила воли, толкающая на очередные подвиги, покинула меня. Как лежал на берегу моря... Обессиленный... Как волны касались моих ног... А сознание пульсировало в ритме приливов и отливов. Помню утро... Свободу... Радость, что жив... Тепло в груди. И мягкие шаги по песку... Она здесь... Близка, как никогда... Во мне... Родная... Воскресшая... Бесстрашная.

Развернусь я к миру спиной. И уйду, заметая следы. Меня не было здесь. И за мной - не останется пустоты.

Горят знамения. Четыре великих полотна: Н  А  Д  О И вот возле большого Костра - стою. И рука зажимает Кулак. Держится за свои Н  А  Д  О. А кто я без них? И улыбка. И лёгкость. И слова: «А давай посмотрим…» И бросает рука. И пылает костёр. Жизнь... Смотрю на тебя.

Существование такого человека, который просто живёт обычную свою жизнь. Занимается обычными своими делами. Просто из соединения с самим собой. Присутствуя в своей собственной жизни. ... И это — простое природное счастье. Золото, переливающееся из момента в момент. ... Человек, который живёт свою жизнь из момента в момент. Переливающееся золото из момента в момент. ... И есть такой человек, о котором никто не знает. Потому что всю жизнь он просто живёт из момента в момент.

Ода непокорённым умам Есть герои, которых почти не замечают. Не те, кто шёл с мечом. И даже не те, кто шёл с плакатом. А те, кто, оказавшись под игом, не позволил поработить собственный язык. Когда грубая сила ломала тела, они спасали пространство мысли. Когда за прямое слово платили свободой, они изобретали второе. Потом — третье. Потом — четвёртое дно. Спасибо вам. Спасибо за басни, в которых львы говорили громче царей. Спасибо, Эзоп. Спасибо за иносказание, за сатиру, за притчу, за смех, который невозможно было арестовать. Спасибо тем, кто научился говорить так, что слышали свои и не понимали чужие. Спасибо тем, кто вместо стены создавал лабиринт смыслов. Кто не отрицал опасность. Не делал вид, что скал нет. Но становился водой. Не разбиваясь. Не прекращая течь. Иногда достаточно было улыбки. Одной едва заметной улыбки человека, который понимал, что свобода начинается не с падения тирана, а с того, что внутри тебя остаётся место, куда он не способен войти. Такие люди придумывали новые языки. Прятали огонь в сказках. Шифровали достоинство в юморе. Передавали свободу через игру. Они оставляли потомкам не только тексты. Они оставляли способ оставаться человеком

Есть такой страх. Боязнь потока. Танца. Свободы. Зова сердца. Следования за интуицией. За Богом. За непонятным. За тем, что не подчиняется нам. И нашим представлениям о Жизни. Welcome.

Когда ступня сливается с землёю, Когда нет шага и следа, Водой твоей лицо своё омою. На «нет» кивну Своим безмерным ДА

Тотальная вера в Бога — это сдача. Это согласие. Стоять с распростёртыми руками, и быть увиденным полностью. Позволять Божественному просканировать тебя до последней глубины, ничего не пряча, ничего не защищая, ничего не приукрашивая. В человеческом измерении у этого состояния есть другое имя. Любовь.

soundcloud / links / via

Божья Благодать Божья Благодать! Как сладок звук, Который спас несчастную, как я! Однажды я потерялась, но сейчас я нашла себя, Я была слепа, но сейчас я вижу. Это было чудо, заставившее моё сердце трепетать В священном страхе. Как чудна благодать, которая заставила Меня впервые в жизни поверить! Божья Благодать! Как сладок звук, Который спас несчастную, как я! Однажды я потерялась, но сейчас я нашла себя, Я была слепа, но сейчас я вижу. Это было чудо, заставившее моё сердце трепетать В священном страхе. Как чудна благодать, которая заставила Меня впервые в жизни поверить! Мы живём на свете много тысяч лет, Полны надежды, подобной солнечному свету. Не будем терять времени и воспоём хвалу Богу, Как в самый первый день. Божья Благодать! Как сладок звук, Который спас несчастную, как я! Однажды я потерялась, но сейчас я нашла себя, Я была слепа, но сейчас я вижу.

ДО-КОНЦА-МЭН До-конца-мэн. До-конца-мэн. Не человек. Направление. Он появляется там, где другие почти завершили... и ушли. Он тихо садится рядом с незаконченным. С книгой, оставленной на середине. С разговором, оборванным страхом. С любовью, не ставшей любовью. С мостом, не дошедшим до берега. Он молча докладывает последний камень. Последний мазок. Последнее «прости». Последнее «люблю». Он знает — именно последние шаги рождают мир. Не первые. Первые умеют почти все. Последние — единицы. Он не любит аплодисментов. Потому что приходит тогда, когда зрители уже разошлись. Его пища — верность. Его сила — терпение. Его плащ — время. А символ — нить. Потому что всё, что стоит прожить, держится на одной неотпущенной нити. И когда кольца твоей жизни начнут расширяться, не бойся. Пусть растут. Пока не станут шире тебя. Пока не станут размером Отца. И тогда ты поймёшь, что До-конца-мэн — никогда не прилетал. Он всё это время медленно достраивал тебя.

Ровно 11 лет назад ты ушёл от нас, любимый. И с тех пор я слышу тебя между ударами сердца — внутри. Ты поддерживаешь и успокаиваешь, любишь и обнимаешь. Твой смех иногда проскальзывает в мой смех, Твои танцевальные движения навсегда остались в моём теле. Я — плоть от плоти твоей... Всё больше и больше...

Я опять здесь. После того как уже попрощался с самим собой. Как же радостно жить — после смерти.

Волны Ночь Колыбель Боже Я вижу Туннель Боже Я слышу Прибой Сердцем Спокойный С Тобой

Прекрасен этот вид. Как прекрасен этот вид. Лишь этот огонь — погружающийся за черту горизонта, в глубины морской воды — закат. И эти оттенки, что сами по себе — вечность. Оттенки мира.