отростки сердца

"мне стало грустно, когда я дошла до последней страницы, и захотелось заползти между черными строчками, как подползаешь под забор…" буквально ползаю под забором уже около месяца после "Пурпурной Америки" наконец, нащупала что-то у Сильвии Плат, давно собиралась читать "Под стеклянным колпаком" так вот, сообщаю из-под забора: пока нравится

"у Фроста есть замечательная фраза, которую я часто вспоминаю. она из стихотворения "A Servant to Servants", монолога безумной женщины, которую несколько раз запирали в сумасшедший дом. и она объясняет, что ее муж, Лен, всегда говорит: "…the best way out is always through". то есть единственный выход — это сквозь. или через. что означает: единственный выход из ситуации — это продраться сквозь ситуацию, да?" из диалогов Волкова с Бродским, недавно изданных любимым музеем звуковой первоисточник книги — это двадцать три кассеты, на которых записано более тридцати часов разговоров. в архив любимого музея они попали, преодолев путь Нью-Йорк—Лондон—Петербург в коробке из-под обуви ритм чтения: один день — один диалог один на один

"погрязли в мелочах жизни, как муравьи. один, другой, третий, муравьи выстроились в шеренги, похожие на число 3. здесь! здесь! здесь ЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗ... вот так, без конца и края, муравьи лезут на меня со всех сторон. их не отогнать, не убежать от них. раздавлен! так и есть, раздавлен! и я снова возвращаюсь к жизни […] но в один прекрасный день я все равно упаду замертво где-нибудь на полпути!" прочитала первые пять текстов из моднейшего "Шанхайского фокстрота" Му Ши-ина, зацепилась пока лишь за финал "Черного пиона" очень уж далек этот самый Шанхай, над адом воздвигнутый рай

IX сон Обломова где мы? в какой благословенный уголок земли перенес нас сон Обломова? что за чудный край! ждала жары и дачи, чтобы, вторя Илье Ильичу, распластаться на веранде и перечитывать большой русский роман это был любимый текст моей школьной учительницы по литературе. вспоминаю, как высокомерно мы всем классом думали, что она сошла с ума — нам-то было дико скучно теперь наконец сошли с ума и мы, так что, кажется, начинаем понимать простите нас, дорогая НВ 💔❤️‍🩹

дизайн и верстка книг — это особенный источник удовольствия и дополнительный слой текста, его усиление шрифты "Плотницкой готики" не просто названы и авторизованы, но и объяснены меня этот разворот поразил и одурманил почти в той же степени, как предшествующие ему 299 страниц

бог (или не он) услышал мои молитвы (или нытье), и теперь у меня есть вожделенная, официальная, элитная "Плотницкая готика" Гэддиса в нее-то я и перетекла в день, когда разделалась с "Пурпурной Америкой" (или она со мной) текстом обычно очаровываюсь с первых слов, а теперь еще и появилась привычка нетерпеливо делиться впечатлением где-то на середине книги, потому что уж если нравится, то нравиться будет до последнего знака как тут не сдаться такому ритму: "…что им по всей земле нашей угрожают те же силы что угрожают Конституции? это... чего? с большой буквы к, о, н слушай Бобби Джо, твоя сестра рядом?.. она только что опи́сала что? нет-нет в смысле Бетти Джо, твоя старшая сестра Бет... где-где заперли? но кто... застали когда держалась за руки с мальчиком ну вроде ничего такого... а. а, ну рано или поздно она обязательно познакомится с хорошим белым парнем вы уж не извольте беспокоиться, а словаря у тебя под рукой нигде нет?.. что ж я понимаю что это очень длинное слово но тебе придется постараться как умеешь пока твой папа не закажет слов... что ж не допускает словарь в доме потому что в нем есть ругательства, тогда давай... ладно, просто старайся как умеешь, слышал?" слышала, стараюсь как умею…

239. я бодрствую это непонятно обычно сплю я тихим пьяным сном вокруг же подозрительные пятна плывут как лодки в море кверху дном им имя рёк мечты когда мечтают им имя рёк враги когда живут тают налетают проваливаются и опять плывут ▪️Борис Поплавский, 1926 из раздела незавершенное изд. "Дирижабль осатанел" рисунки его же, там же

насажена, пронзена, выпотрошена — так чувствует себя не только пораженная д-д-д-д-д-демилиерующим з-заболеванием Билли во время припадка в ванной, но и я после главы 15 "Пурпурной Америки" смотрите, что здесь происходит: "...в распухших суставах закручены гайки, мышцы скручены и сплетены, дыхание редкое, громовой раскат спазмов стирает даже автономные функции, а вдруг дыхание откажет раньше мозга, Джейн, Джейн, крики такие ломкие, такие хрупкие..." и так далее настолько тревожно и плохо (то есть на самом деле настолько хорошо) с текстом мне давно не было вы же понимаете, о чем я? ▪️untitled (the mother). Gregory Crewdson

"КОМУ ВЕДОМЫ СКЛАДКИ И ТОНКОСТИ ТЕЛА РОДНОЙ МАТЕРИ, тот никогда не умрет." это первые слова "Пурпурной Америки" Рика Муди от издательства ну вы поняли какого. успела прочитать всего лишь одну главу (ну ладно, плюс еще две) и уже в полном ахуе от языка и ритма. пристегнитесь — будет жестко трясти. наберите побольше воздуха — дышать будем через раз.

"треснула моя физическая оболочка. треснула моя душевная оболочка. я вылезаю из себя самого. я вылезаю из жизни" между делом между прочим читаю дневники и письма Якова Друскина. и хотя даются эти тексты непросто, каждой клеткой своей треснувшей оболочки чувствую силу слов и бескомпромиссность мысли. не сдавайтесь, читайте, даже если больно. ▪️фрагмент фото Якова Друскина. Михаил Шемякин, 1970-е