посюсторонний сюр ꩜

Рождённый от смертной женщины, по духу сущий Геракл. Тристан, чьё имя означает «печальный» — ведь мать, рожая его, была в печали по мужу, которого не застанет ни она, ни сын. И погибла сразу, как нарекла ему имя. — Сын мой, давно желала я увидеть тебя: вижу прекраснейшее создание, какое когда-либо породила женщина. В печали родила я, печален первый мой тебе привет, и ради тебя мне грустно умирать. И так как ты явился на свет от печали, Тристан и будет тебе имя. Имя Тристана созвучно французскому triste — «печальный». Анонимный рыцарский роман нескольких авторов, датируется 1230-ми годами. Изначальные поэмы сохранились не в лучшем состоянии, и в 1900 году французский филолог Жозеф Бедье издал реконструированный полноценный роман — со своим видением текста. Только вдумайтесь: то, что я держала в руках, собрано из обрывков спустя семьсот лет после написания, и в таком виде в Средневековье этот роман не существовал вовсе. Разница с другими изданиями имеется, но вдаваться в подробности я уже не стала: если вас заинтересует, вы знаете, где искать информацию. Меня же куда больше заинтересовала сама судьба Тристана и удивительные стечения обстоятельств, которые так и норовили сделать его жизнь насыщеннее. Мне кажется, ни одна фэнтези книга не сможет соперничать с этим крохотным романом в двести страниц. Сколько в нём сюжетных поворотов, интриг, динамики — я такого нигде не видала. Поразительно! Жизнь Тристана, как и Гераклова, вся состоит из подвигов. Одно испытание не успевает закончиться, как судьба подсовывает следующее. Тристан на своей шкуре, и не раз, прочувствовал то, что спустя семь веков сформулировал Майкл Корлеоне: — И только я думал, что завязал, как они затащили меня обратно. Крёстный отец 3. Дракон, поединки, изгнание, море, чужие короли, чужие жёны — и ни минуты покоя. Ни судьба, ни люди не отпускают его в свободное плавание, всё время находится кто-то, кому от Тристана что-то нужно. Оба героя рождены не для тихой жизни, только Геракла гнала богиня, а Тристана — собственное имя, данное ему матерью на последнем издыхании. Крайне рекомендую эту книжку каждому, кто хочет провести время за увлекательным, ненапряжным текстом. Особенно если у вас не так много времени на книги или скучные сюжеты вас преследуют. Обещаю, тосковать вам не придётся!

Ближайшие книжные планы Аудио: «Эпос о Гильгамеше» «Тристан и Изольда» Жозеф Бедье «Мастер и Маргарита» Булгаков Бумажные: «Летние истории» Миэко Каваками «Вий» «Нос» «Шинель» Гоголь «Божественная комедия» Данте «Декамерон» Боккаччо «Преступление и наказание» Достоевский «Будденброки» Томас Манн «Макбет» Шекспир «Герой нашего времени» Лермонтов «Дети капитана Гранта» Жюль Верн — книга на обсуждения с мужем Бумажные книги на СЧ или обсуждения с клубами: «Луна и шесть пенсов» Моэм «Тайная история» Донна Тартт «Исповедь маски» Мисима Kindle: Что-то из корейской прозы, какая именно решу по настроению. Это идеальная картина августа, но я точно не успею разобраться со всем. Хотя и очень постараюсь, ведь это мой последний свободный полностью от дел месяц.

У Шекспира поразительно выходит делать имена не обычным звуком. Он умело превращает их в вечную память: стоит назвать пару — «что за Ромео и Джульетта!» — и всем становится ясно, что трагедии в их жизни больше, чем покоя. Имя перестаёт быть именем и становится диагнозом. И для меня это стало удивительным осознанием: трагедии Шекспира названы именем главного мужа, но имя это всегда подлеца, живого смертника или просто негодяя. Тем удивительнее, что до знакомства с Шекспиром я всегда представляла Отелло, Макбета, короля Лира, того же Ромео великими и благородными людьми. А получила лишь свои представления, разбившиеся о суровые бетонные скалы. Один — неожиданно для меня, темнокожий африканец, другой — сущий трус и гад, а третий так вообще маразматик, хотя и с самым достойным статусом. Забавно ведь — имя гремит веками, а человек за ним оказывается кем угодно, только не героем. А стоит посмотреть на трагедии Шекспира как на учебники — и они тут же превращаются в комедию, притом дешёвую такую. В лучших традициях низкорейтинговых фильмов ужасов, где очевидно каждому зрителю в зале: «идти в ту комнату тебе не стоит». И в трагедиях так же: верить никому нельзя, а слушать сумасшедших и завистливых тем более. Ах, что за нравы раньше были! Хотя кого я обманываю. Нравы те же — просто теперь мы называем это не трагедией, а сводкой новостей.

Со-путники к Библии. Итоговые таблицы, что помогали мне в погружении и продолжат наставлять дальше. 1. Путеводитель по книгам Библии. Обозначение главных смыслов каждой книги. Тут же узнаете заглавные лица повествований и наконец перестанете путать пророков между собой — их там столько, что глаза разбегаются, а говорят они об очень разном. И поймёте, зачем нужны эти бесконечные описания строений, уставов и законов, через которые так тянет пролистать. 2. Библейские архетипы. Тут всё прозаично: в дополнение к сюжетам и их пояснениям вы сможете сразу взять любой пример из книг или включить фильм — и наглядно увидеть, что архетип означает и как работает. Потоп, блудный сын, жертвоприношение сына, предательство за тридцать сребреников — вы удивитесь, сколько раз уже смотрели эти истории, не зная, откуда они родом. 3. Библейские образы в культуре. То самое, чего нет в Писании, но что весь мир называет библейским. Кто перепутал и назвал Марию Магдалину блудницей, когда она такой не была? А семь смертных грехов, Люцифер, красное яйцо — откуда всё это взялось? Все ответы в этом файле. #полезное

Со-путники к Библии. Итоговые таблицы, что помогали мне в погружении и продолжат наставлять дальше. 1. Путеводитель по книгам Библии. Обозначение главных смыслов каждой книги. Тут же узнаете заглавные лица повествований и наконец перестанете путать пророков между собой — их там столько, что глаза разбегаются, а говорят они об очень разном. И поймёте, зачем нужны эти бесконечные описания строений, уставов и законов, через которые так тянет пролистать. 2. Библейские архетипы. Тут всё прозаично: в дополнение к сюжетам и их пояснениям вы сможете сразу взять любой пример из книг или включить фильм — и наглядно увидеть, что архетип означает и как работает. Потоп, блудный сын, жертвоприношение сына, предательство за тридцать сребреников — вы удивитесь, сколько раз уже смотрели эти истории, не зная, откуда они родом. 3. Библейские образы в культуре. То самое, чего нет в Писании, но что весь мир называет библейским. Кто перепутал и назвал Марию Магдалину блудницей, когда она такой не была? А семь смертных грехов, Люцифер, красное яйцо — откуда всё это взялось? Все ответы в этом файле. #полезное

Окончила своё первое знакомство с Ветхим и Новым Заветом. Собрать воедино впечатления не получится, даже если очень сильно постараться. Ни одна книга не оставляла во мне диссонанса в таком объёме. Стоило изначально рассказывать все мысли по ходу чтения, но я не ожидала, что они окажутся глубоко личными. И по итогу я имею разбередившую душу, ноль контента, кипу знаний, уйму вопросов к себе и миру, которые могут остаться и вовсе без ответов. Зато унесла из этого чтения то, что в пост попросту не помещается. Меня поразило, насколько Библия важный текст — и вовсе не только для религии. Она учит литературу писать истории и приключения, поэтов — слагать стихи, юристов — управляться с законами, человека — жить достойно, в любви и спокойствии. Помимо этого, она дала нам целый культурный пласт: картины, кино, скульптуры, книги, где всё имеет начало и хоть один библейский архетип. А семь смертных грехов, Люцифер, блудница Мария Магдалина? Ничего этого вы в Писании не найдёте, вы знали? Всё это выросло позже: из толкований богословов, из оговорок переводчиков, из вдохновения писателей. Библия породила не только саму себя, но и огромное поле образов вокруг, а мы с вами давно перестали различать, где кончается текст и начинается предание. Скажу одно: читать Библию стоит всем. Если вы боялись не понять и потому откладывали — так вы и не поймёте всего. По сей день находятся новые толкования, спорят уже третье тысячелетие. Вам и не надо понимать всего: что необходимо вам как человеку именно сейчас, вы усвоите незаметно для себя.

Сначала создала книжный канал, дабы обсуждать в нём любимые книжечки. Спорить, ругаться, мириться, менять мнения. Обсуждения как-то не пошли. Поначалу нечитающие друзья поддерживали подпиской и подбадриванием. Затем к ним присоединились довольно молчаливые подписчики. На второй год решилась дерзнуть — создала уголок для совместных чтений «Орден мысли и личности», и тут душа моя запела: вот оно! Мы обсуждаем! Ругаемся! Миримся! Взгляды редко меняются, хотя мы и дополняем друг друга. Всей душой люблю моих прекрасных девушек из «Ордена мысли и личности» — и то, как мы продолжаем читать и активно обсуждать книги, а не забрасываем их сразу после прочтения в тёмный угол. Незаменимый опыт. Пошёл третий год, и стало ясно: вживую-то с людьми я о книгах не дискутирую. Таким макаром в этом месяце появился книжный клуб «Итака». Дело непростое: оказывается, недостаточно выбрать книгу, прочитать и обсудить. Тут без терпения и капельки магии не обойтись — место найди, всё организуй, проследи, чтобы каждый по своему желанию высказался, не обдели… И на выходе получаешь долгожданные живые обсуждения, где любовь и ненависть звучат в унисон; где каждый видит текст по-своему, где отзывается у всех разное и жизненный опыт каждого подсказывает, как воспринять прочитанное. Такой небольшой опыт за три года показал наглядно: недостаточно просто понять, чего ты хочешь. Важно не останавливаться — пробовать, учиться и искать лучшую реализацию своей цели. И вот двадцать девятое июля: ко мне пришло осознание, что о книгах в канале я говорю, уже придя к готовым выводам, — когда вся магия происходит в самом процессе. Реже раскрываю мысли по ходу чтения, чаще даю отзыв с чётко сформулированным посылом, который нередко звучит категорично: «да» или «нет». Да, это мой канал и моё мнение останется моим, но рядом с ним теперь будет место и для вашего В наших реалиях, когда книга стала товаром, а не способом получить знания, провести время в кругу семьи, темой для долгих обсуждений, тянущихся месяцами, — мне было чертовски больно осознать, что книгу мы теперь засовываем в дискомфортные «да» или «нет». Теперь мы решаем её будущее, склоняя человека купить или пройти мимо. Но даже покупка не гарантирует, что книгу прочитают, хотя рейтинг 10/10 и куча прочитанных отзывов её шансы, конечно, повысят. Вот только это уже не чистое любопытство читателя. Мы, кажется, забываем, что почти в любой работе есть свои плюсы и минусы. Даже если во всём беспросветном сюжете засиял луч света и родилась любовь к единственному персонажу — значит, книга уже не так плоха. А иногда, чтобы увидеть другие её сильные стороны, стоит всего лишь обсудить книгу с другим человеком, не ограничиваясь только своим взглядом. Уже тогда будет тяжело сказать однозначное «нет» труду писателя. Посему пора вытащить любимые книжечки из непотребного положения, сменить маленько угол обзора на текст и как можно больше говорить, обсуждать, делиться мыслями и мнениями! Вспоминая свой опыт чтения «Анны Карениной», я ясно вижу, где уже нащупала этот формат. Никакой отзыв в итоге не понадобился — ежедневных постов с мыслями оказалось достаточно. Роман задевал меня глубоко, и таких книг в мире много, и я готова проживать это снова и снова — вместе с вами. Нам остаётся только делиться внутренними метаморфозами и обсуждать их.

«Одиннадцать друзей Оушена» вам о чём-то говорят? Тогда и историю Христа вы поймёте с полуслова. Погружаясь в Евангелия, наткнулась на интересную интерпретацию тернистого пути Иисуса Христа, в которой Он — главный исполнитель аферы, а Сатана — тот, кто идёт на поводу, не замечая, как меняется народ по ходу пьесы, и сосредоточиваясь только на главном фокуснике сцены. Принцип тот же, что в любом хорошем ограблении: пока все следят за руками фокусника, дело делается в зале. Самое поразительное, то, что идея эта древняя, ей больше полутора тысяч лет! Григорий Нисский (христианский богослов, философ, епископ) ещё в IV веке описывал случившееся как рыбалку: человеческая природа Христа — наживка, божественная — крючок, спрятанный внутри неё. Дьявол заглатывает приманку и попадается на то, чего не разглядел. Августин (античный философ, христианский богослов и епископ) предложил образ ещё нахальнее: крест — мышеловка, а приманка в ней — смерть Господа. В дальнейшем эти метафоры не остались лежать в трактатах, а ушли жить в искусство. Детальное раскрытие идеи увидела у канала slovo — в видео.

На совместных чтениях августа читаем роман, который сто лет подряд задаёт один и тот же неудобный вопрос: сколько человек вправе разрушить ради того, что считает своим призванием. «Луна и шесть пенсов» — Сомерсет Моэм (1919) Респектабельный лондонский биржевой маклер средних лет внезапно бросает семью и уезжает в Париж, чтобы стать художником. Дальше — нищета, Марсель, Таити. Повествователь пытается понять, что движет человеком, который равнодушно сжигает всё, чем принято дорожить. Интрига — не в событиях, а в самой загадке этой личности: одержимость или безумие, эгоизм или высшая свобода. Толчком к роману послужила судьба Поля Гогена (французский живописец и скульптор), но Моэм настаивал: Стрикленд — не Гоген, а самостоятельный вымысел. Название взято из чужой рецензии. Разбирая предыдущий роман Моэма, «Бремя страстей человеческих», критик заметил, что герой так засмотрелся на луну, что не разглядел монету под ногами. Моэму понравилась формула — и он построил на ней целую книгу: луна как недостижимое призвание, шесть пенсов как всё то мелкое и надёжное, чем за него платят. 🚩 Книга затрагивает тяжёлые темы: брошенная семья, самоубийство, жестокость в близких отношениях, тяжёлая болезнь. Взгляд на женщин и на жителей колоний — оптика начала XX века, местами откровенно оскорбительная. Темы для размышления: природа гения, конфликт искусства и обычной жизни, право человека идти против всех норм. Жанр: психологический роман Страниц: ~320 (зависит от издания) Стартуем: 10.08 И до тех пор можно вступать в орден мысли и личности, приобретать книгу и обживаться в растущем книжном онлайн-сообществе.

Принимаю поздравления! Я дочитала Ветхий Завет! Это было непросто, местами поучительно, поначалу интригующе, а следом пугающе. Испытала по итогу весь спектр эмоций и капельку новых. Много говорить сил нет — это же Библия, что вы там не знаете. К тому же я просто мечтаю открыть Новый Завет и перейти к динамичной части, проповеднические мотивы под конец меня доконали. А вот что забавно: собрала список любимых книг и сама себя разоблачила. Почти сплошь истории с живыми героями — Руфь, Товит, Иудифь, Есфирь, Иона — и линия мудрости: Иов, Екклесиаст, Иисус. То есть меня тянет к сюжету и к философии, а закон и пророческие обличения сейчас меньше трогают струны души. Теперь понятно, почему проповеди меня и доконали. Книги, которые понравились больше других: • Бытие • Книга Руфи • Книга Товита • Книга Иудифи • Книга Есфири • Книга Иова • Книга Екклесиаста, или Проповедника • Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова • Книга пророка Ионы