Про сады. И не только

Королеве Елизавете II собираются соорудить мемориал по случаю ее столетия, что само по себе естественно. Что еще более естественно, рядом с Елизаветой, как бы на ее фоне будет находиться фигура принца Филипа, герцога Эдинбургского. Работы должны будут завершены в 2028 году. Что удивительно, так это место, где все это будет сооружено – Сент-Джеймский парк. А может и не удивительно. Все-таки старейший парк Лондона. Парк появился в самом начале XVI века по приказу Генриха VIII. Сначала это были охотничьи угодья с одной прямой дорогой для игры в pallmall. Довольно быстро все зачахло и превратилось в болото, хотя в пэллмэлл играли. Позже были попытки как-то осушить это болото, в конце концов создали водоем, который в народе прозвали Пруд Розамунды. Собственно, кто читал версию похождений Анжелики на английский манер, то есть похождений Розамунды, тот понимает, какой славой пользовался этот пруд. Для не читавших – это было излюбленное место тайных свиданий замужних дам с молодыми любовниками. При Карле II для облагораживания парка позвали Ленотра. Ленотр отказался что-либо делать, уверяя, что в том виде, какой есть парк сам по себе прекрасен, но все таки посоветовал благоустроить бывший пэллмэлл и создать на месте Пруда Розамунды канал. Что и сделали. Замужним дамам теперь негде было уединяться. Зато было где уединяться птицам. Потому как что-то не то сделали при рытье канала и там образовался остров, на котором в обилии стали селиться птицы. В таком виде парк простоял более 200 лет. Он представлял собой такой своеобразный заповедник для птиц и многие отмечали, что единственным врагом у этих птиц были ястребы, что гнездились тут же. Не знаю, правда или нет, за что купила, что называется. Зато точно были другие «ястребы», о которых писал Джонатан Свифт. Во второй половине XVIII века появилась банда молодых людей, лондонцев, которая развлекалась тем, что калечила людей. Эдвард Уолфорд в своем знаменитом четырехтомном (!!! )путеводителе по Лондону писал, что это были молодые люди из обеспеченных семей, которые после возлияний в клубах шли в Сен-Джеймский парк с ножами и толпой нападали на одиноких прохожих, делая порезы в основном, на лицах жертв-женщин или тыкая кинжалами между ног жертвы мужского пола. Вот такие развлечения у английской молодежи были. Сами себя они называли Hawkbites или «ранящие ястребы», а вот местное население их почему-то называло Mohawks, что отсылало к племенами индейцев из Северной Америки, известным своими татуировками на лице. Продолжалось все это безобразие довольно долго, пока парк в конце XIX века не приобрел свой нынешний вид в связи с диким наплывом туристов. Ну и к слову – действия этих бандитов получили популярность в ирландской среде и многие ирландские банды, что до сих пор борются за независимость, носили названия Мохоки, упрощенно от Mohawks.

6 августа 1831 года умер Пьетро ди Готтардо Гонзаго. 275 лет со дня рождения, 195 лет со дня смерти. Павловск не мог не отметить это выставкой, где показал графические работы Гонзаго из фондов музея. Там не только графика. Выставка, надо сказать, вообще очень интересная. Там и книги, написанные мастером и макет театра с реконструкциями декораций художника. Про декорации. Известно, и я даже писала об этом, что в конце жизни Гонзаго создал целую серию полномасштабных декораций для театра, построенного по его проекту в Архангельском. Уникальность этих декораций оценили спустя сто с лишним лет. Тогда, когда они были уже, фактически утрачены. Сергей Васильевич Безсонов, историк архитектуры, много писавший для Общества изучения русской усадьбы в 1938 году писал: «…до превращения Архангельского в музей-усадьбу декорации были заброшены, и последние владельцы настолько их не ценили, что значительную часть изрезали на палатки, которые ставили в парке при устройстве торжественных ужинов в летнее время». На выставке есть гонзаговские эскизы полотняных навесов к празднику, вероятно, проводимом в парке. Судьба как-то жестока и несправедлива к гению. В своих проектах он предлагал использовать куски ткани с простейшим нейтральным рисунком, что километрами используют для изготовления маркиз и прочего. А в жизни для таких навесов взяли его шедевры. Из 80 лет отпущенной Богом жизни, считай, половину, 39 лет, он провел в России.

Eye-trap - ловушка для глаз Ланселот Браун не радовал последователей ни пособиями, ни воспоминаниями. Однако, по преданию, обогатил садовый словарь вот этим термином. В России, увы, этот термин не прижился. Зато прекрасно и часто использовался этот прием. Вот такая ловушка для глаз была доступна только жителям Павловского дворца. Ну а теперь всем

Они сошлись. Волна и камень, Стихи и проза, лед и пламень Не столь различны меж собой. Сперва взаимной разнотой Они друг другу были скучны; Потом понравились; потом Съезжались каждый день верхом И скоро стали неразлучны. Так люди (первый каюсь я) От делать нечего друзья. Пушкин и Вильгельмсхёе

Если кому-то интересно, то вот такое мероприятие будет во вторник. Приходите https://m.vk.ru/wall-7263055_26872

Есть смысл начать последнее утро июля с бодрой кадрили, чтобы в том же темпе начать про...пускать август https://share.google/Y4VD9178CB9igtpPa 13 октября 1856 года, в последний день музыкального павловского сезона случилась премьера. Павловский воксал еще не имел оркестровой ямы, но это не помешало Иоганну Штраусу представить публике свою новую кадриль. Не то, чтобы Штраус часто баловал петербургскую публику своими новинками, но по контракту он был обязан за сезон, который длился полгода, представить несколько новых произведений собственного сочинения. Это был его первый сезон в России. Вот и представил. Кадриль называлась "Террасы Стрельны". Ангажемент ему устроила Александра Иосифовна, жена сына Николая I, Константина. Будучи великой княгиней, она по выходным еще немножечко шила (зачеркнуто) сочиняла музыку и довольно хорошо понимала, кто такой Штраус, чтобы включить в контракт пункт о новинках. По совместительству она была еще и хозяйкой двух резиденций - Павловска и Стрельны. И если в Павловске Штраус давал концерты почти на сцене, жующие гости не в счет, то в Стрельне представления (с меньшим составом музыкантов, разумеется) проходили прямо на террасе дворца. Отсюда и вдохновение, и название. Публика приняла премьеру прекрасно. Бисировала и даже не раз. Штраус, окрыленный успехом, собирался представить музыкальное произведение в Вене. Для чего и отправил в столицу опер ноты для печати. Сопроводительной записки или посвящения не было и издатель решил оформить обложку самостоятельно. В силу своих представлений (картинка первая, печальная (ц)). Автор этой фантазии некий Татцельт И вот тут вот какая интересная штука выходит. Можно было бы гораздо интереснее оформить обложку. Намного интересней. И всем, взявшим в руки программку (речь конечно идет о живших в то время), было бы понятно из рисунка, что слушать они будут кадриль и видеть перед собой, чуть-чуть поиграв воображением, стрельнинский парк. Рассказываю как. Кадриль была весьма популярным танцем на балах, не была бы популярной, ее бы не писали. В середине XIX века для всех, готовящихся к Рождественскому балу в венской Опере, в модных журналах печатали схемы танцев и инструкции по выходу в свет (вплоть до выкройки платьев). Всем (особенно барышням) они (и журналы, и схемы) были известны. Да и сейчас, немного напрягшись, можно найти те журналы. Кадриль была придумана на рубеже XVIII и XIX веков, состояла из четырех фигур, каждая из которых имела свою схему расположения и движения партнеров. Если одним глазком посмотреть на схему первых двух фигур кадрили, а другим посмотреть на стрельнинский парк с высоты террасы, то очень сложно будет не увидеть сходства. Картинка 2-я - фигура танца под названием Le Pantalon. Картинка 3-я, но вторая фигура кадрили под названием L'été. Остальное можно было бы домыслить или дорисовать. Всяко лучше бы получилось. Последняя картинка в списке - стрельнинский парк с высоты птичьего полёта. Рассматривать можно под звуки кадрили.

Парк Летнего Дворца Ихэюань в Пекине в пору называть не летней императорской резиденцией, а зимней. Только лишь благодаря Семнадцатиарочному мосту, который во всем мире называют вот так, сухо перечисляя количество арок, а в Китае он носит название "Золотой свет, проникающий в арки" Дело в том, что вот этот потрясающий эффект, когда арки моста озаряют закатные лучи света, можно увидеть только в день зимнего солнцестояния и еще несколько дней до и после. Это время, когда лучи солнца во время заката падают под углом всего 8 градусов, почти параллельно поверхности воды. Ходят легенды, что для того, чтобы рассчитать высоту арок, чтобы туда проникали лучи специально приглашали астрономов. Ничего легендарного в этом нет, в то время когда строился мост, а это 1750 год, астрономы уже знали и умели многое. Думаю, что они подсказали не стольку высоту арок, сколько направление моста, ведь такой эффект может получиться только в одной определенной точке. А вот про высоту арки - есть совершенно другая, не менее прекрасная легенда: Якобы во время строительства моста неизвестно откуда появился старик с мешком инструментов и всем предлагал краеугольный камень. С точки зрения инженеров краеугольный камень уже был заложен, ведь мост уже на четверть был построен. Естественно, от старика отмахнулись и он ушел. И пошел в горы со своими инструментами создавать свой краеугольный камень. По пути он попал в эпицентр урагана с дождем, ветром, градом и всеми другими прелестями. И мог бы умереть, но его спас какой-то крестьянин. Он отвел старика к себе домой, напоил, накормил, обогрел и предложил остаться. Старик остался, но каждый день без исключений уходил в горы делать краеугольный камень. Ровно через год он закончил работу и решил уйти от доброго крестьянина. А в качестве оплаты за год жизни оставил тому свой камень, предсказав, что когда-нибудь этот камень может стоить гору серебра. Тем временем строительство Семнадцатиарочного моста подходило к концу, но строители никак не могли найти нужного размера замковый камень последней центральной арки. Окончание этой истории вы и сами можете додумать. За этот краеугольный камень действительно заплатили гору серебра. Если быть точной - 100 лянов. Для справки - лян - 50 грамм серебра. Только сдаётся мне, эта легенда не про мост...

Давненько у меня не было рубрики #цитаты. Талейран о Наполеоне: "Я прибыл в Мальмезон, известно ли вам, где первый консул устроил рабочий кабинет? На лужайке для игры в шары! Все уселись прямо на траву. Ему-то ничего, с его походными привычками, в сапогах для верховой езды и кожаных бриджах. А мне каково, в шелковых брюках и шелковых носках?! Можете представить как я сижу на земле? Ревматизм обеспечен. Что за человек! Вечно думает, что он на бивуаке" ... Просто когда ты немного знаешь, что Талейран от рождения страдал хромотой или какой-то там болезнью ног, что даже сидеть ему подчас было сложно, то цитата выглядит совсем по-другому. Кстати, тот же самый Наполеон о Талейране говорил как о человеке с потрясающей выдержкой и самообладанием. Ну и картинка Фламенга в придачу с красивым названием "Красавица в парке"просто как иллюстрация европейской привычки сидеть на траве))