Российская императорская библиотека

Телеграмма контр-адмирала В. Литвинова Морскому министру гласила: «Мессина многие города на побережье Сицилии и Калабрийском берегу совершенно разрушены население в панике засыпанных и раненых насчитывают тысячами точка команды заняты откапыванием людей оказываем помощь пострадавшим точка сегодня посылаю крейсер Адмирал Макаров для отвоза Неаполь четырехсот раненных. 2495. Подписал Литвинов». Из рассказа жителя сицилийской Мессины в одной из неаполитанских газет: «Славные ребята эти русские. Я с изумлением наблюдал, как они разбирали развалины домов, извлекая из них людей, хлопотали возле каждого раненого. Их руки не ведали усталости после 10—14 часов чудовищной работы. "Вы здорово устали", — обратился я к ним с помощью переводчика. "Ничего, синьор, — отвечали они. — Это ведь наш долг..."» Позже итальянская журналистка Матильда Серао напишет: «В истории Мессины были тысячи страниц человеческой доброты и щедрости, но самую вечную и самую нетленную страницу в этой истории вписали они — светловолосые славяне, столь сдержанные на вид и столь отзывчивые в деле...». Впоследствии итальянские медики написали российскому морскому министру благодарственное письмо, в котором отметили самоотверженный труд моряков и братскую заботу о пострадавших Мессины, заверив его, что Италия вечно будет помнить помощь русских моряков. По официальным данным русские моряки извлекли из-под развалин и спасли более 2 тысяч человек. Итальянское правительство наградило врачей и командование кораблей итальянскими орденами. Контр-адмирал Литвинов получил золотую медаль и «Большой крест Итальянской короны», командиры кораблей и врачи – большие серебряные медали и «Командорские кресты». Кроме того, все моряки без исключения были награждены малыми серебряными медалями «В память содружества». «За шесть дней вы сделали в Италии больше, чем вся моя дипломатия за все годы моего царствования», - такими словами в 1909 году встретил император Николай II контр-адмирала Владимира Литвинова.

28 декабря 1908 года рано утром на дне Мессинского пролива произошла серия землетрясений, после которых на итальянский город Мессину обрушились три волны цунами. Это землетрясение стало самым крупным в истории Европы. Погибли более 200 тысяч человек. Корабли Балтийского флота «Цесаревич», «Слава», «Адмирал Макаров» и «Богатырь» первыми прибыли на помощь пострадавшим. На берег с кораблей выгрузили провизию, организовав питание выживших, корабельные медики начали оказывать помощь раненым. Британские корабли тоже прибыли, но на берег высаживаться не спешили, опасаясь новых толчков. Многие итальянцы буквально на коленях благодарили русских, но моряки требовали прекратить подобные проявления признательности, объясняя: «Мы выполняем свой долг. Разве моряки Русского Императорского флота могли бы поступить иначе?» Матросы спасли более двух тысяч жизней. В 1911 году итальянцы создали памятник русским морякам. Но установлен в Мессине он был только через сто лет - в 2012 году. 👀 История. Исторические факты

В честь Дня Военно-морского флота России вспомним о подвиге русских моряков, которые не остались в стороне от беды, произошедшей в Италии в 1908 году

На этой картине мы видим семью, которая приехала из города, чтобы провести лето на даче. Хозяева стоят на пороге дома, а прислуга заносит многочисленные вещи — сумки, шляпные коробки, узлы с вещами и даже удочки. Скорее всего, тут встречают главу семейства, который по будням работает, а по выходным приезжает отдохнуть и навестить семью. На крыльце хозяева встречают гостей: кто‑то переговаривается, кто‑то присматривает за разгрузкой — в этих жестах столько привычной, уютной заботы. За домом — зелёные деревья и спокойная даль с рекой; лёгкий ветерок будто шевелит листву, а где‑то рядом тихо плещет вода. Маковскому удалось поймать тот самый миг, когда городская суета остаётся позади, а впереди — только лето, покой и простые радости. 🏡 Дачи занимали важное место в жизни русского человека в 19 веке. Начиная с мая, из Москвы и Петербурга тянулись вереницы экипажей, наполненных разнообразным скарбом – посудой, одеждой, книгами. Горожане приезжали в дачные посёлки на всё лето, уезжая, порой, только в конце сентября. На дачах, вдали от городской суеты, всё было создано исключительно для отдыха. Вставали обычно не раньше 10 утра, после чего шёл завтрак, прогулки, купание, верховая езда. По вечерам ходили друг к другу в гости, устраивали настольные игры, представления и другие коллективные развлечения. Евгений Гюнтер в своей книге «На дачу. История загородной жизни» пишет: «По магазинам, как говорят сейчас, не бегали – разносчики подвозили продукты на телегах прямо к самому крыльцу. Утром – свежий хлеб и молоко, ближе к обеду – мясо или рыбу. Выйдет, скажем, дачница на террасу после дневного сна, там её мороженщик поджидает, а у него за спиной уже кондитер со сладостями маячит!». По дачным посёлкам часто гастролировали как бродячие артисты, так и солидные театральные труппы. Известный любитель загородной жизни Антон Чехов в своих воспоминаниях писал: «До сих пор в деревне были только господа и мужики, а теперь появились ещё и дачники. Все города, даже самые небольшие, окружены теперь дачами. И можно сказать, дачник лет через двадцать размножится до необычайности. Теперь он только чай пьёт на балконе, но ведь может случиться, что на своей одной десятине он займётся хозяйством». Как мы видим, гениальный писатель предчувствовал перемены, которые скоро произойдут не только в дачной жизни, но и во всей стране.

Владимир Маковский. «Приезд на дачу», 1899 год

"Дача в Силламягах", 1907 Холст, масло. 71 х 53 см Дубовской Николай Никанорович (1859-1918) Этот дом на картине художника — дача в Силламяэ. Только что прошел дождь, приоткрылась дверь, и на свежий воздух выбежал малыш со своей мамой. Солнце еще не вернуло свою силу после дождя, но небо очистилось от туч, и вот уже легкие облака плывут по высокому голубому куполу неба. Благодаря этому автор сумел передать рассеянный солнечный свет, на фоне которого трепещет листва. Главное здесь — это дыхание жизни природы, связь с ней человека — вот что дорого для художника. Национальный художественный музей Республики Саха (Якутия) 👩‍🎨Пейзаж на холсте

М.В. Нестеров. Ветхозаветная Троица. Эскиз мозаики для храма Воскресения Христова в Санкт-Петербурге. Костромской историко-архитектурный и художественный музей-заповедник.

Гудящий благовест к молитве призывает, На солнечных лучах над нивами звенит; Даль заливных лугов в лазури утопает, И речка на лугах сверкает и горит. А на селе с утра идёт обедня в храме: Зеленою травой усыпан весь амвон, Алтарь, сияющий и убранный цветами, Янтарным блеском свеч и солнца озарён. И звонко хор поёт, весёлый и нестройный, И в окна ветерок приносит аромат... Твой нынче день настал, усталый, кроткий брат, Весенний праздник твой, и светлый и спокойный! Ты нынче с трудовых засеянных полей Принёс сюда в дары простые приношенья: Гирлянды молодых березовых ветвей, Печали тихий вздох, молитву - и смиренье. Иван Бунин. Троица. 1893 год.

Николай II в обмундировании русского пехотинца, 1909 год. В частности, оно включало в себя скатанную шинель с ремнём, винтовку системы Мосина, патронташ, две патронные сумки, пояс с медной бляхой.

Напомним, что Николай II в 1909 году проверил на себе новое снаряжение пехотинца. Выйдя из Ливадийского дворца, своей крымской резиденции, император прошёл в полном обмундировании рядового 16 стрелкового полка в течение почти двух часов. Через месяц он повторил это с боевым снаряжением гвардейского пехотинца. Результатами данных марш-бросков Николай II остался доволен.

Рядовой пехотинец Русской императорской армии 🤩 Российская империя

А так выглядела дореволюционная мороженщица, с помощью которой можно было готовить это лакомство в домашних условиях. Фото из Музея меценатов, благотворителей и предпринимателей, г. Москва.

💬 «Морожено хо-ро-ше! Сливочно-шоколадно морож!» Именно так, согласно мемуарам Н. Д. Телешова, московские мороженщики рекламировали свой товар на улицах. Не уступали им и петербургские. На фото 1 как раз столичный продавец мороженого из серии "Русские типы" В. Каррика, сделанной в 1850-1870-е. Фото 2 более позднее — 1898 года. У этого мужчины уже не ушат, носимый на голове, а тележка на колесах. Так и ассортимент шире, да и транспортировка легче. 💬 "Петербургская Газета" в 1912 г. писала: "Встают мороженщики рано и начинают приготовлять свой товар на леднике или в сарае, который арендуют с Пасхи до августа. Для этого они организуются в артели — человек 15—25. Товар приготовляет каждый отдельно на свой страх и риск... Но такие продукты, как сахар, и молоко, соль закупают на артельных началах. При дележке у них бывают часто ссоры, переходящие и в драку. Также на артельных началах арендуется помещение. Лед привозят в своих тележках, платя по 1 р.50 к. за тележку. В Петербурге мороженщиков до 1000 человек. Торговать мороженщики выезжают в 11—12 часов утра. Зарабатывают они за сезон от 300 до 100 р., смотря по лету." 📊 Одна порция стоила 2 коп. После оплаты продавец накладывал её в небольшую рюмку и давал костяную палочку. "Посуду" надо было вернуть. Продавец вытирал её ветошью, иногда даже ополаскивал талым льдом, а потом продавал следующему покупателю. ℹ️ Почему мороженщиками работали только мужики, думаю, понятно. Внутри ушата и тележки был весомый запас льда, а само мороженое находилось в специальных металлических контейнерах. Как они выглядели см. на фото 3, которое я сделал в музее г. Киржач. Фото 4 уже советской эпохи. Оставил его, так сказать, на десерт. Сделано Л. Шишкиным в 1930 г. в Вятке. На нём продавцы мороженого артели инвалидов "Ларек". ⭐️#есть_такая_профессия Фотохроники Прошлого 👈