руслан венгель стихи

Меня как-то совесть грызёт, что про Марину мало написал, и в каком-то специфичном ключе. Это точно не основной элемент нашего взаимодействия был) может потом ещё доработаю текст...

Помню сон – крушил витрины магазина электрогитарой. Ещё во сне понял нереальность происходящего, но продолжил наслаждаться драйвом. Проснулся с приятным ощущением. Возможно, это было что-то компенсаторное, так как в больнице старался не проявлять яркие эмоции. Если слишком развеселишься, то тебя попросят быть поспокойнее, и лучше тогда не спорить. Если же будешь плакать, то могут продлить срок пребывания. По крайней мере, ходил такой слух, и в это верилось. Плакать хотелось часто, но я сдерживался. Заплакал только когда приехал домой, ночью, когда пришло осознание, что в безопасности. Более того, у меня случилась сильная истерика. Таких не было в моей жизни ни до, ни после. Казалось, что вся боль, накопленная за месяц, в один момент вырвалась наружу. Было страшно идти утром в дневной стационар. Параноидально казалось, что в квартиру сейчас ворвутся санитары и меня заберут обратно. Папа не знал, что делать. Хотел даже вызвать скорую. В итоге я выпил валерьянку и заснул.    Однажды увидел за решётчатым окном молодого человека с рюкзаком, который спешил куда-то. Это сильно отозвалось во мне – хотелось быть на его месте. Ходить с рюкзаком по улице, торопиться по какому-то делу.   В какой-то момент лечащий врач сказал что-то про возможность выписки через неделю. Я сильно обрадовался, ухватился за это. Верил, что вот-вот выйду на волю. Считал дни. Когда пришёл намеченный срок ничего не произошло. Был сильно фрустрирован. Хотел поговорить с лечащим в врачом, но это было не так просто. У его кабинета весь день сидела группа людей, бросающегося на него, как только он выходил по какому-то делу. У всех были свои важные вопросы. Он старался пройти побыстрее, отвечать что-то походя. Что-то понять при таком разговоре, конечно, было нельзя. В итоге удалось спросить через папу. Оказалось, что выписывать меня пока не собираются. Это было сильным ударом. Что-то во мне сломалось. Взял установку ни на что не надеется и ещё сильнее замкнулся. Вышел примерно через две недели.   В последние дни переживал что-то вроде ангедонии. Я был один, часы тянулись невыносимо долго, состояние моё ухудшалось. Мне был назначен срок выписки, но старался сильно на это не надеется – слишком высока была цена разочарования.  Иногда меня спрашивали, почему хожу такой грустный. Старался выдавить что-то похожее на улыбку. Пропустил пару последних прогулок. Казалось, что случится что-то плохое, если пойду - упаду, будет приступ или что-то подобное.   Лёг в больницу из-за желания покончить с собой. За время нахождения там это хотелось сделать не раз и не два. Но было бы абсолютным безумием пробовать что-то подобное. Был очень благодарен медсестре, которая разрешал оставить очки. Когда вышел – был счастлив быть на свободе, пускай и с обязанностью ежедневно посещать дневной стационар, переживая сильные панические атаки в метро. Со временем желание самоубийства вернулось, и я зашёл в нём дальше, чем в прошлый раз. В возможность помощи псих. больницы уже не верил. Помогло совсем другое.

Может просто судьба пропащая И со временем не изменится Черной болью да Серым мороком Мне дорожкою к смерти стелется   Папа сказал, что стихотворение хорошее, но он бы предпочёл, чтобы автором был не его сын.   Писать много стихов меня, во многом, вдохновил товарищ по несчастью – сокамерник Неждан. Это не его настоящее имя, но называть он просил себя так – потому что он нигде не ждан. Ему нравились мои стихи, считал меня талантливым, настоящим поэтом. Для меня это много значило. Когда писал новое стихотворение, то обязательно показывал ему - на рецензию. Неждана выписали раньше меня, после этого стал писать меньше. Сокамерникам сказал, что он был моей музой. Они восприняли это в гомосексуальном ключе, и пришлось оправдываться.   Неждан и сам был творческим человеком. Как окажется позже, одним из деятелей московского музыкального андерграунда. Видел его несколько раз на концертах, но мы так и не подошли друг к другу. Впервые услышал группу Химера именно от него. В отделении было что-то вроде музыкального вечера, можно было поиграть на гитаре. Неждан сыграл песню Виселица. Она меня невероятно тронула. Публика моих восторгов не разделяла. Пришёл врач, сказал, что такие песни тут петь нельзя. Гитару взял другой парень, Ян. Сыграл Вер из майн майнд. Всем очень понравилось. Спустя полтора года я набил себе под сердцем божью коровку.   Ян и Неждан были антагонистами. Наша компания, куда входила ещё и Марина, держались обособленной элитарной стаей, вожаком которой был, безусловно, Неждан. Посторонних туда не пускали. Ян же собирал вокруг себя много людей, особенно женщин. Был харизматическим лидером, практически гуру. Претендовал на мудрость. У него был рукав из криво набитых планет и созвездий. По «обывательским» меркам он был неудачником – работа самая непрестижная, страдал от наркомании и проблем с психикой. При плохом раскладе он мог бы стать кем-то вроде Чарльза Мэнсона. Однако, злым человеком его назвать было нельзя. Ян говорил, что его тотемное животное – олень. Неждан, кажется, выбрал собаку.   Марина попала в отделение, наверное, через неделю, как туда лёг я. В один из наших первых разговоров она показала шрамы на бёдрах и запястьях. Спросил, можно ли потрогать. Она разрешила. Тогда это казалось естественным, никто не смутился. Большую часть времени мы проводили втроём. Когда Неждана выписали - вдвоём. Потом я остался один. Это было самое сложное время.   Первую неделю помню смутно, первые дни не помню совсем. Это классика псих. больницы. Хотя тогда, как мне потом рассказывали, были какие-то важные коммуникации, знакомства. Было неловко, но я ничего не помнил. В эти дни нашей стаи ещё не было, и в основном я общался с Лизой. Мы много говорили о всяком СЖВшном и гиковском. Отдельным мэтчем оказалась наша любовь к игре Драгон эйдж, было удивительно обсудить её с кем-то настолько глубоко. Лиза лежала уже давно, и в конце недели её выписали.    Главной поддержкой в больнице были люди. Близкие связи помогали прожить ещё один день в ожидании свободы. Когда друзей не осталось, стало по-настоящему плохо.   От таблеток мне стало плохо практически сразу. Не знаю, на что было направлено лечение, но последствия были самые отвратительные. Сейчас уже смутно помню детали, но кажется так: сначала была постоянная сонливость, вялость. Потом пришли тики, скованность, одеревенение тела. Плохо получалось думать. Невозможно читать. Невозможно долго сидеть, лежать. Тяжело спать. Тяжело жить. Головокружение. И всё это понемногу нарастало. В конце мне всерьёз казалось, что я умираю.   То, что мне плохо и становится хуже, от врачей я скрывал. Думал, что если буду жаловаться, то будут пересматривать схему лечения, пытаться сделать так, чтоб было хорошо, и это затянет моё пребывание в больнице. Поэтому на вопросы врачей, как себя чувствую, отвечал, что всё нормально. Даже когда по пластике тела приблизился к C-3PO и беспрерывно дёргался уголок рта. Решился признаться, что у меня серьёзные побочки, только после выписки, в дневном стационаре. Тогда получил заветный Циклодол, и меня значительно попустило. Я был счастлив.

В псих. больнице я лежал дважды: в 2018 году около месяца, и в 2021 чуть больше недели. Первый раз - с суицидальной историей, второй - с кислотным психозом. Хочу немного рассказать про первый срок) не претендуя на глубокое осмысление опыта, или полноту его описания. Просто некоторое количество ярких моментов и воспоминаний. Сейчас листья уже опадают, и иногда прямо пахнет ранней осенью. А так как-то совпало, что оба раза я лежал в начале сентября. Наверное, поэтому и захотелось вспомнить.   Помню, как нас выводили на прогулку, стояла золотая осень. Было тепло, и мы были на лёгком – в больничных штанах и рубашках. Ботинки тоже выдавали больничные: нас приводили в комнату, где было много пар обуви, и все бросались подбирать себе подходящую, так как нужного размера всем не достанется. Кажется, я ни разу не ходил на прогулку в обуви по размеру. Загончик, куда нас приводили, был невелик. Квадрат, обнесённый забором, вдоль забора лавочки, посредине клумба. Надо мной хихикали, так как зачастую проводил прогулку в нарезании кругов быстрым шагом по этому круговому траку. На клумбе рос красивый цветок. Хочется сказать, что роза, но не уверен. Припоминал что-то из романтизма, может «Соловей и роза» Уайльда. Подумал, что раз так плохо, то надо вживаться в ту красоту, которая есть. Пытался как-то над цветком философствовать, медитировать, созерцать, но особых плодов это не дало. Примерно раз в неделю меня навещал папа. В его сопровождении отпускали на прогулку по территории больницы. Каждую встречу просил у него телефон и наушники, слушал трек Хаски «Поэма о Родине». Меня это очень поддерживало. Папа в этот период был куда более деликатен и чуток, чем раньше. Мне было это очень приятно. Он боялся, что я навсегда останусь таким, как как был тогда – немного овощеобразным. В одну из прогулок решился показать ему написанное накануне стихотворение. За время пребывания в больнице я написал много стихов, и большинство из них были очень плохие. Содержание представляло из себя вариации на тему бренность/тлен/кровь/смерть, а стиль – что-то в духе дурного символизма. Это была скорее арт-терапия, чем искусство. Папе показал то, которое казалось наиболее удачным. Привожу его ниже:   Я устал от своей усталости Я устал от своей угрюмости Тихо вою я не из жалости Просто в голове пепел юности На руках моих и мозоли нет От того ли покрыл их шрамами? Гнется ивой плакучею мой хребет Мозг покрыт не морщинкой – ухабами

О, ну вроде доехала) но помолиться за него всё равно не лишним будет

Собственно, заметка выше (да и эта тоже) - плод неспособности выдерживать кризисное состояние в тишине и молитве. Плод желания что-то судорожно делать, по делу и нет. Заглушить тревогу, которую не получается Богу отдать. Прошу молитв за Илью, к которому вот уже больше часа едет скорая помощь, и всё никак не доедет(

Сейчас подумал, что употреблять психоделики, чтобы получить духовный, трансгрессивный опыт - идея сомнительная. Сомнительна она по множеству причин, и вот одна из них - Если ты в "обычной" жизни не умеешь молиться, молчать, нет опыта богообщения и вообще - то очень сильно вряд ли ты этому в трипе научишься. А без этого, без реального опыта (или опыта реального) у тебя просто инструментов и навыка не будет, чтобы отличить действительно духовное (если такое вообще будет) от галлюцинаций или происков сатаны. При таком раскладе употреблять психоделики для трансгрессии - это как спрыгнуть с вертолёта в море без снаряжения и умений. Мб тебя потоком куда и вышвырнет, к лазурному какому бережку. Может даже получится на морскую фауну и флору позалипать. Но, вполне вероятно, нахлебаешься ты изрядно... А если будешь упорствовать, то путь тебе прямой в психоз) мозги на корм акулам... И вот тогда самое время молиться и получать от Бога спасительную помощь. Уж как умеешь. Плавали, знаем...

Знаешь, я послушал альбом Арсения Крестителя 29 и частично альбом 30. С удивлением открыл, что это очень депрессивные альбомы)) До этого вот достаточно подробно слушал эмигрантское творчество Арсения, и как-то не ожидал... Что оно окажется куда более жизнеутверждающим) это удивительно , конечно. А в чём-то и понятно. Типа, после эмиграции у Арсения много в песнях грусти, да, но это не чорное отчаянье от которого хочется в петлю. А вот в этих альбомах оно как будто такое. Особенно в 30. Слушал его в день др и выключил не дослушав, ибо жмыхнуло что-то) Интересно, что что-то подобное и у Овсянкина случилось, вектор похожий. Типа до 22 года он делал всё примерно в одном ключе, с похожей эмоцией. А после уехал из России и стал делать прям разную музыку, не изменяя себе при этом. Благоприятно сказались такие радикальные изменения в жизни творцов короче)

По такому случаю решил сделать себе подарок - составить небольшой список любимых мной песен в жанре фолк/авторская песня. Это один из моих любимых жанров. Считаю, что сочетание гитара-вокал достаточно универсальное, через него можно передать очень многое. Всем спасибо) Чëрный Лукич - Про дождинки Гениальная песня для меня. Очень простая, в том смысле простоты, когда нет ничего лишнего, только любовь. Elliott Smith - Between the bars Трагичный и великий Элиот Смит. Александр Непомнящий - Элеазар / Знаю Очень сильный, незаслуженно малоизвестный поэт и музыкант, прошедший путь от богоборчества до веры. Death in June - Fall apart Классика британского дарк фолка, проросшая сквозь кости старушки Европы. Инструкция по выживанию - Погляди на небо Погляди на небо! Arseny Morozov - КОСМОС БОГ ADIDAS Отец русского инди-рока рвëт душу под гитару для 3,5 слушателей. Хэштег полит. эмиграция, хэштэг потеря, хэштег жизнь это сложно. Silvio Rodriguez - Testamento Поэт, моряк, революционер с Кубы. Если бы можно было прожить жизнь второй раз, то хотел бы быть Сильвио Родригесом. Сине сине небо - Песенка подсолнуха Мой дорогой товарищ таланта отнюдь не хилого. John Prine - Summer's End Человек прожил жизнь и, на склоне лет, написал простую и красивую песню.

Со стола упали крошки Внезапной радости Спасибо, Господи Пока я не могу есть твëрдую пищу И живу по принципу "бьют-беги, дают-бери" Ты заботишься даже о малой птице Так не больше ли неë твой сын? И хоть он снова набедокурил Ты даришь ему киндер-сюрприз Эта маленькая мелочь Но она так важна для маленьких Кто ещë не понимает всей той заботы Которой Отец окружает его всегда

Позади рифм я стою абсолютно растерянный Целованием Иуды целую тебя в шею И получаю за это все свои дневники теряю все твои вещи От повторений расшатались суставы Ты ждëшь от меня решительного слова Но мне так страшно начинать снова Сфоткал в воображении то, что оказалось зависимостью и рассматривал большую часть прожитой жизни Это нарисованный чек на миллион долларов Есть ли у этого краха и другие причины? Наверняка, но я посплю и сделаю первый шаг Переведу дыхание и сделаю первый шаг Ангелы поддержат меня, когда сделаю первый шаг

Хранишь свои дни в месте сердечной боли Но я знаю, где-то там, известно где, и неизвестно На тебя смотрят золотые глаза Бездна трон опрокидывает прямо как раньше Но Белая леди любит тебя больше Средний человек, в пикапе с удобным сиденьем Катаешь по сложному круговому траку греха сколько сил ещë осталось, чтобы кричать? Я знаю, безумие на груди, возле сердца хочет повесить медаль из червей Но Белая леди любит тебя больше И смотря на свои руки на них сломанные планы И усталость жить эту жизнь И я хочу хотеть чего угодно, где ты Но я ничто не могу сейчас отличить ложное от правильного Проснуться, когда середина ночи уже миновала И на дереве, пригвожденное плотью Тело, наполненное светом Ты подумаешь: "Оно ждëт, чтоб я принял его форму" Белая леди сформируй меня любовью

По пескам человеческого На животе как змея С дорогой сплетаясь брюхом Ползти по пескам К тебе Мой раздвоенный язык Осуши мои лукавые слëзы Человеческие слëзы знаешь дай мне плакать твоими слезами Сплавляться по реке По пескам человеческого На животе как змея С дорогой сплетаясь брюхом Ползти по пескам К тебе Мой раздвоенный язык Осуши мои лукавые слëзы Человеческие слëзы знаешь дай мне плакать твоими слезами Ты нашëл меня 27 мая

Сегодня с Аней будем ведущими вот такого замечательного вечера)

Разбудили Черепихо 2. Песни избытка без лишних слов Традиционное майское событие. В город-герой на Москве-реке прибывает инди-шансонье и исследователь русского футуризма, в честь этого и состоится концерт, в котором примут участие друзья и товарищи гостя столицы. Это не единственный повод. Также в этот вечер состоится презентация двух EP от Сергия Черепихо «Без лишних слов» и Алека Петука «Песни избытка». Поэтому у мероприятия есть подназвание «Песни избытка без лишних слов». Лайн-ап: Сергий Черепихо Povalishin Division огневушка-поскакушка Горячка Алек Петук оркестр спец гость Алекс Хантер Смит тайный гость Билеты: https://moscow.qtickets.events/232353-razbudili-cherepikho-2 19:00, 21 мая (чт) Мо[три] Малая Семёновская ул., 5, стр. 10 Предпродажа 100-400, двери 500. 18+/FC (возьмите с собой оригинал паспорта)

Завтра тут выступит наша группа. Состав экспериментальный! По промокоду "огневушка-поскакушка" скидка 25%)

Пока я ковыряю ногтями заусенцы И впадаю в уныние Мой маленький Эльфинаж! Куба, зажатая меж двух прудов и речьки-вонючки Твои маленькие буквы Победосно украшают неосвоенный пролесок Полоску засранной земли Где можно покричать в занесëнных землëй погребах деревенских домов Твоя одинокая звезда Светит тем, кто знает тебя ногами Кто любит твои тропинки Кто делает их круговыми Эти электробусы ещë не доехали до нас Мы пользуемся перекрашенными Мы не используем закрытые рестораны А просто сидим у пруда Обитель немногих Отдохновение обитающих