© Дмитрий Шима | стихи | поэзия | музыка | литература 🖋

*** Я стал незамечен никем и ничем, На стол белый лист ради поздних речей. Мой голос вопит, но как будто бы вскользь, И фразы звучат, но уже не всерьёз. Нелепая пытка попыткам внахлёст: Мой ангел был глух, но услышал вопрос. Он словно хотел мне хоть что-то сказать, Но лишь провалился под водную гладь. Я шёл без оглядки, ронял барыши, Я слышал, как в спину вонзались ножи, Кому ни скажи — не поймут ни черта, А сами бы в рай открывать ворота.

*** Топи меня, топи своим пожаром! Из отголосков прошлого не соберут портрет. Мне нет покоя быть твоим рассказом, И жить в далёком будущем мне тоже воли нет. Не дай мне повода уйти не распрощавшись, Не дай забыть любовь. Наперекор Судьбе исчерпанной, я обещаюсь, Покуда жив, стоять перед тобой. Люби, люби меня, не жди конца блокады! Пусть это лето навсегда замедлит бег Ради тебя. А человеку что? — так мало надо: Чтоб рядом был такой же человек. Не дай мне сгинуть в тень своих иллюзий, И даже если так рассудит Бог — Не дай уйти! Я заклинаю! Верю! Будет! И будь я богом, то ослушаться б не смог. И не прощай меня, когда прощаться надо, Поверь, тебя я никогда бы не простил. Но ладно... Видно нам уже не больно падать, Больней гореть под райским пламенем любви.

*** Возлюби меня злым и угрюмым, Если можно ещё полюбить. На погосте блуждают фигуры, Замани меня к ним, заблуди. Наколи моё сердце на ветви Упокойных белесых берёз. Уводи меня тропами в дебри, Утопи меня в тьме твоих грёз. Начерти мне свой образ на небе Белесой молодых облаков. Заведи меня сгинуть в ущелье, Обмани мою веру в любовь. Возлюби меня хилым и слабым, Если вдруг не смогу позабыть. Дай упиться твоими мечтами, Дай как прежде тебя полюбить.

*** ⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯ Пой, моя муза, о вере в нетленное, Ставшее эхом в разбитых сердцах. Был я забыт и ненужен, наверное, Эхом останусь на чьих-то губах. Пой, моя муза, мне век не навериться В то, что назад не найдётся билета. Пусть твоя песня летит над пролесками И непременно дождётся ответа. Пой, моя муза, любовь не расспрашивай, Нет, не найти её в городе тесном. Мы разошлись, разминулись пропащие, И не дано было чувству пригреться. Пой, моя муза, баюкай кручинушку Ангелом светлым в искристом снегу. Не уберёг я свою душу грешную, Знать, и тебя уберечь не смогу.

#Инструментал

*** Наколовшись на ложь во распятии, Неоправданной сестринской верою, Плыл орёл над степными бурьянами, Закалённый казацкими стрелами. По дороге извилистой, узкой Конский цокот трещит, не стихая, По тяжёлой землице по русской Шёл казак, родный дом вспоминая. Поле сечи искрится туманами, На заре — муравою росистою. Что ж, казак молодой приосаненный, Ты челом приударил к нечистому? Вместо шашки красуешься косами Дочерей своих братьев схороненых, Под рубахой не крестик изношенный, А монета, на крови проросшая. Что ж, казак молодой, приосаненный, Ты челом приударил к нечистому? — Аль наскучила жизнь, богом данная, Во Христе православная истина? Наколовшись на явь во спасении, Неоправданной братской любовью, Над пустыми казацкими сенями Вороньё закружилось густое.

«мой ангел был жив» Мой ангел был пьян и смотрел в небеса, Лаская лавровую ветвь. Над чьим-то челом нависает коса, На чьей-то спине гнется плеть. А бес на плече потирает рога, Копытами тычет в висок. И с маршевой песней ведут дурака За темный тюремный порог. Мой ангел был слеп и искал лунный свет На слепости собственных глаз. Мне был предназначен берёзовый крест, Но он мне пока не как раз. Мой ангел был нем и кричал тишиной Молитвенный стих на заре. Он звал меня эхом, манил за собой И мне становилось светлей. Мой ангел был глух, но срывался на зов Не сказанных мною молитв. Не хватит шагов, и не хватит голов, Чтоб в рай по ступеням взойти. Но бес на плече, наточивши рога, Вонзает их прямо в висок, Мой ангел убит, и уже никогда Не буду я кем-то спасён. Мой ангел был мертв, но живее живых, И ношу влачил за собой. Мой ангел был жив, но не светится нимб Теперь над его головой.

*** Если однажды ты встретишь мой образ В плачущем лике весеннего сна — Не называй моё имя звонкам домофона, Ты их сюда призвала! Жалко, томительно, колко и резко, Я проиграл тебе этот этюд. Ты посмотрела, глазёнки напыщив, Взгляд отвела от мозолистых рук. Слово за богом, но он не рассудит, Воистину он не судья. Мне жизнь подносить на хрустальной посуде Приказано было любя. Наколот на шпажку, солёной маслиной Свисает, мой выцветший дух. Твой образ ластится полями полыни В любовь окровавленных рук.