Soviet Papers, Please

📰📸 Пока разгребаю все перед дедлайнами на работе, вот вам малюсенький пост («Физкультура и спорт», стр.16 №1 за 1935 год): «Толкание… столба. В Хайленде (Англия) некто Кэмпбелл, потомок владетельных герцогов Аргильских, культивирует не лишенный оригинальности вид спорта — толкание огромного телеграфного столба. Какой величественный размах! Повидимому, носители древних аристократических фамилий считают ниже своего достоинства возиться с такой демократической мелочью, как ядро или копье». Под Аргильским имеется в виду герцог Аргайл. Автор, конечно, очень смело называет Хайленд английским. Попадись с такой риторикой он на пути какого-нибудь шотландского дворянина, того и гляди, лорд мог бы и бревном запулить 😁

Давние подписчики канала наверняка помнят про то, как здесь освещалась биография замечательного советского велосипедиста и конькобежца Григория Козлова — с постами про него можно ознакомиться тут: раз, два (наша статья на Википедии), три, четыре. А вчера мне прислали несколько интересных фотографий из фондов Центра сохранения наследия и развития туризма «Лужников». И касаются они как раз Григория Ивановича. Особый интерес представляет свидетельство на имя Г.Козлова из Хамовнического 5-го городского училища в Москве (первое фото). В нем указана точная дата рождения будущего спортсмена: Григорий Иванович Козлов появился на свет 14 октября 1899 года, в семье мещанина. А еще можно понять, что в училище мальчик Гриша занимался прилежно. Остальные снимки — со старыми афишами, также прилагаю. Спасибо за такую помощь человеку, что прислал фото (по его просьбе имя не афиширую).

Царствия Небесного. Если правильно понимаю, из всей команды в живых теперь остался только Модестас Паулаускас.

🏒 Для удобства собрал вместе все посты из цикла про хоккейный турнир зимней Олимпиады 1936-го в Гармиш-Партенкирхене: Вместо предисловия (часть первая) Вместо предисловия (часть вторая) Гармиш и Партенкирхен (часть первая) Гармиш и Партенкирхен (часть вторая) Сборная Канады. Предыстория (часть первая) Сборная Канады. Предыстория (часть вторая) Сборная Канады. Предыстория (часть третья) Сборная Канады. Предыстория (часть четвертая) Сборная Канады. Первая сборка Сборная Канады. Скандал и «потерянное время» (часть первая) Сборная Канады. Скандал и «потерянное время» (часть вторая) Сборная Канады. Перед отбытием в Европу 📸 В качестве иллюстрации: на скамейке сборной Японии по хоккею, февраль 1936-го (взято с портала Puckstruck). Продолжение следует!

⚽️ Наверное, нужно подвести итоги прошедшего ЧМ в Северной Америке. На первом скрине — мой прогноз на плей-офф перед стартом турнира. Впервые даже нет особых поводов для стыда. Угадал трех из четырех полуфиналистов — молодец (возьму с полки пирожок, протру полочку и положу все обратно, потому что мучное нынче не ем) 😄 Могу теперь козырять, что верил в испанцев с самого начала. На втором скрине — итоги нашей фэнтези-лиги. Поздравляю Kairat2026 с победой! К сожалению, без призов — десять человек набрать не удалось. Может быть на Евро-2028 повторим, авось и народу придет побольше. Отмечу здесь достижение и лично для себя — впервые отыграл фэнтези-турнир от начала до конца. И даже в тройку попал. Насчет самого турнира. С футбольной частью — все великолепно. По поводу 48 команд — согласен с мнением Юрия Павловича Семина. Особого проседания по качеству футбола не заметил. А такие сборные, как Кабо-Верде и Кюрасао, только добавили красок. О судействе — конкретно про ВАР. Здесь можно сломать кучу копий, а кучу дров уже наломали. Я отмечу только одно: сколько лет прошло, а баланс в использовании ВАР — как, когда и сколько — так и не нашли. И это бьет по духу игры. Как в юриспруденции — есть буква закона, а есть дух права. Не стоит заниматься буквоедством. Про организацию. Даже слов тут подбирать не буду, но США просто отвратительны (уж извините). Жаль, что Иран не вышел из группы, и еще не помотал нервы американским организаторам. К счастью, футбол победил. Во всех смыслах. В этом с Кроосом можно только согласиться. Испания восхитительна. Так провести полуфинал и финал — просто «за явным преимуществом». И мне очень понравился Месси на этом Мундиале, хоть в финале его особо и не было видно. А тем, кто возмущается, почему же приз лучшего игрока отдали Родри, а не Лео — ребята, ну камон, вроде бы один и тот же футбол смотрели. Может и не Родриго Эрнандес, но лучшим точно был кто-то из испанцев. Все равно топлю, чтобы Золотой мяч отдали Кварацхелии. Все, очередной ЧМ позади. Пофестивалили, и хватит. Вспомнили, что можно быть людьми, радоваться жизни, и относиться без ненависти друг к другу (ну так, если только понарошку, по-болельщицки), и полно. Первенство мира для каждого любителя футбола — это как кольцо на дереве. Сколько еще их будет, пока не иссохнешь под тяжестью жизни? И в следующий раз уже без Месси, без Криштиану, без Модрича, и не только — тоже будто намек, что все мы становимся лишь старше. Цените это время (говорит вам человек, который для себя им распоряжается бездарно). А за Инфантино не переживайте — его обязательно переизберут. Остается только с легкой грустью ждать следующего мундиаля. Вновь самого лучшего в истории, разумеется. Не менее результативного, хочется верить. Такого же в футбольном плане насыщенного. И, конечно же — с Россией в участниках. Да будет так.

🏒 И в случае с олимпийской сборной Гилрой вел переговоры об оплате упущенного времени кулуарно, но хотел повесить их на кого-то другого. С местными властями Квебека и Онтарио проблем не возникло: Порт-Артур платил за «Биркэтс», Монреаль — за игроков «Роялз». А вот мэрия Галификса денег давать не стала, когда стало известно, что «Вулверинз» распустили и в Европу они не поедут. Канадский НОК тоже ответил шефу КАХА отказом. Гилрой добрался даже до премьер-министра Новой Шотландии — Ангуса Макдональда. Но тот заявил, что команду из другого региона спонсировать не собирается. Шеф канадского хоккея был в таком отчаянии, что уже готов был блефовать по поводу общественной кампании против премьера Новой Шотландии. Вот и пришлось прикидываться больным, когда игроки «росомах» начали задаваться вопросами (фишку с плевритом он применял в дальнейшем и чтобы встречу с чиновниками из МАХА отсрочить). И даже мэрия Галифакса уже прислала телеграмму, что все же готова обсудить вопрос с выплатами. Но тут вышла злополучная заметка в Toronto Daily Star, которая все испортила. Гилрой предпочел закулисные переговоры (и даже пошел на блеф с шантажом премьер-министра целого региона) открытым процедурам: ведь если бы объявили национальный сбор денежных средств, жители Приморских провинций наверняка бы все собрали, но это противоречило официальным постулатам КАХА. При этом свалили все на хоккеистов. Те якобы требовали компенсации за 3 месяца простоя, чуть ли не с угрозами. Но что это могли быть за угрозы? Не поехать на Олимпиаду? Так в Онтарио этому были только рады. Фергюсон просто сказал, что если компенсации для семьи не будет, он не сможет поехать. Бубар и Лоулор отметили, что вообще никаких денег не требовали. Мошер подчеркивал, что все инициативы всегда исходили от чиновников. Четверке из Приморских провинций даже запретили сыграть против олимпийской сборной в выставочном матче в Новой Шотландии. Малькольм Кохрейн опасался, что те будут мстить и нанесут кому-либо из олимпийцев травмы. Сборная тем временем продолжала подготовку к Олимпиаде. Квартет «росомах» отстранили прямо накануне игры с «Торонто Дьюкс» — этот матч был проигран (3:4). Затем — поражение от «Гамильтон Тайгерс» (3:6), трудовая победа над «Оттава Магедомас» (3:2), и проигрыш сборной Кингстона (0:2). Все эти матчи сборная проводила в усеченном составе. Когда приехало пополнение, канадцы разгромили монреальцев из «Роялз» (4:0). Еще одна игра в Монреале была сорвана из-за поведения болельщиков. Последние встречи проходили в Приморских провинциях. Что поделаешь, в Европу отплывали оттуда. В Монктоне была бита сборная Нью-Брансуика (8:5). Игра со сборной Новой Шотландии проходила в нервной обстановке. Но касалось это в первую очередь поведения трибун: матч несколько раз прерывали для уборки льда, потому что местные болельщики швырялись бутылками, выкрикивая: «Где Гилрой? Дайте его сюда!». Сама встреча завершилась победой олимпийцев (5:2), всего с двумя малыми штрафами. 18 января 1936 года национальная сборная Канады по хоккею отбыла в Европу из гавани Галифакса на борту парохода «Герцогиня Атолл» компании Canadian Pacific. Газета Ottawa Citizen в связи с этим сообщала следующее: «сильная снежная буря обрушилась на корабль, когда он медленно отплывал из Галифакса рано утром сегодня». В следующий раз скорее всего поговорим про британцев. 📸 В качестве иллюстрации: олимпийская сборная Канады по хоккею 1936 года. При подготовке использованы материалы: M.Savoie – Broken Time and Broken Hearts: The Maritimes and the Selection of Canada’s 1936 Olympic Hockey Team; T.Rorke – Memory on Ice: Making the 1936 Canadian Olympic Hockey Team; порталов Puckstruck, Ice Hockey Wiki, HockeyGods и др.

🏒 Когда Гилрой и олимпийская команда прибыли в Галифакс перед отплытием в Европу, представители МАХА все-таки смогли встретиться с главой канадского хоккея, предприняв последнюю попытку восстановить в правах игроков «Вулверинз». Ничего хорошего из этого не вышло. Гилрой и ранее называл хоккейных чиновников из Приморья «негодяями», а здесь он лишь повторил все это им в лицо. Квартет «росомах» заменили на защитника Уолтера «Пада» Китчена («Торонто Бритиш Консолс»), нападающих Кеннета Фармера («Монреаль Викториас») и Хью Фаркуарсона («Монреаль Роялз»), а также голкипера Фрэнсиса «Динти» Мура («Порт-Колборн Сэйлорс», Онтарио). Капитаном назначили Хермана Мюррэя (как о нем говорил генменеджер Кохрейн, «честнейший спортсмен и настоящий джентльмен»). Хоккеистов «Вулверинз» обвиняли в том, что они потребовали от менеджмента канадской сборной по 150 канадских долларов в месяц за квартал простоя рабочего времени. КАХА обосновывала свое решение тем, что любые выплаты противоречат правилам любительского спорта и олимпийскому регламенту (и это было ложью). Э.А. Гилрой заявил следующее: «Двое из игроков в категоричной форме заявили, что не поедут на Олимпиаду, если нами не будет обеспечена поддержка их семей. В общем-то, на этом все было кончено. Они до последнего настаивали на своих требованиях. Один вроде бы пошел на попятную, и теперь хочет ехать, даже если выплат не будет. Но он никуда не поедет». Однако сами игроки настаивали, что они никогда не просили денег от КАХА, а тему компенсаций первыми затронули сами чиновники. Особенно эта ситуация задела капитана «росомах» Эрни Мошера. Мошер, Фергюсон и Лоулор под присягой подтвердили: они никогда и ни при каких обстоятельствах не требовали никаких денег от Гилроя и возглавляемой им организации (Бубар так расстроился, что просто отстранился от ситуации). Со слов хоккеистов, еще в Виннипеге к ним подошел генменеджер команды Кохрейн и спросил, обеспечили ли им поддержку семей на период поездки в Европу. Те ответили, что впервые слышат о такой возможности. Кохрейн заявил, что всем ребятам из остальных клубов компенсации уже обеспечены, пора и с «росомахами» вопрос решить. Далее Кохрейн обещался уладить этот вопрос с Гилроем, назвав сумму в 150 долларов в месяц каждому. Затем уже сам Гилрой поднял эту тему, заявив, что мол негоже оставлять семьи игроков канадской сборной без денег. Однако при этом спросил, хватит ли парням 100 долларов в месяц? Те были согласны на любую сумму, которая не обременит КАХА. Игрокам из Галифакса показалось, что Гилрой был искренен в своем беспокойстве о благополучии их семей. Мошер при этом вспоминал, как чиновник обронил странную фразу, что не пустит их за границу, если вопрос с деньгами улажен не будет. Однако, уже в поезде на пути в Торонто, когда квартет решил еще раз уточнить ситуацию у Гилроя, тот замялся, начал кашлять, и ретировался, сославшись на плеврит (бросив только, что вопрос решается). О своем отстранении квартет узнал из газет — заметки в Toronto Daily Star. Когда они пришли в номер к Гилрою, тот все подтвердил. Вскоре об отстранении игроков объявили официально. Затем, уже после зимней Олимпиады в Гармиш-Партенкирхене, стало известно, что защитник идеалов честной любительской игры Гилрой регулярно обкашливал вопросики по поводу компенсаций игрокам команд из Центральной Канады в Кубке Аллана. 📸 В качестве иллюстрации: Джеймс «Джимми» Хэггарти в составе британской команды «Уэмбли Монаркс».

🏒 Возглавил команду Альберт «Аль» Пудас, тренер «Биркэтс» — урожденный Юхо-Альберт Путаансуу. В общем, уроженец Российской Империи (конкретнее — Великого княжества Финляндского). Семья Аля эмигрировала в Канаду, когда ему было всего 18 месяцев. Здесь он сделал неплохую карьеру — даже в НХЛ засветился. Любопытно, что перед отъездом в Европу вдруг выяснилось, что из-за какой-то бюрократической коллизии Пудас… остался без канадского гражданства. Пришлось срочно ехать для оформления новых документов в Оттаву. В столицу обо всем сообщили быстро, поэтому ситуацию разрешили в кратчайшие сроки. При этом за пост тренера сборной шла борьба. Чуть ранее Джек Конн заявил Гилрою, что «росомахи» готовы выставить в национальную команду еще нескольких игроков, поэтому их будет большинство, а значит тренером должны назначить его. Однако президент КАХА осадил Конна, и больше к сборной отношения он не имел. Ассистентом Пудаса стал Скотти Стюарт (как я понял, из Онтарио). В Рождественские каникулы сборная провела выставочную игру в Виннипеге — обыграли местных любителей со счетом 1:0. Игроки из Галифакса проявили себя более чем достойно: единственную шайбу забросил Чамми Лоулор, а в воротах блистал Дэдди Бубар. На следующий вечер местные обыграли национальную команду со счетом 5:4. Занятный штрих: несколько болельщиков растянули на трибуне большой баннер с подписью: «Требуем честной игры — отмены Олимпиады в фашистском Берлине!». Впрочем, полицейские его быстро убрали. Любительская ассоциация хоккея Манитобы в честь сборной организовала в Виннипеге банкет. Официальные лица желали команде удачи и призывали не посрамить честь страны. Затем канадцы провели в Онтарио еще две контрольные игры против любителей из местного Форт-Уильяма (1:2; 5:1). Вскоре ряды национальной команды пополнил еще один игрок «Монреаль Роялз» — нападающий Ральф Сен-Жермен. Также стало известно, что уже в Европе к сборной может присоединиться бывший левый краек «кошачьих медведей» Джеймс Хэггарти, игравший тогда в Англии (за «Уэмбли Канадиенс»). Ничто не предвещало беды: хоккеисты из Приморских провинций продолжали готовиться к поездке на Олимпиаду вместе со всеми, пресса восторгалась игрой вратаря Бубара. Генменеджер «Биркэтс» и «кленовых листьев» Малкольм Кохрейн заявлял, что Дэдди — один из лучших киперов, что он видел в своей жизни. Однако 6 января весь новошотландский квартет из национальной команды исключили. Причиной стали пресловутые выплаты по компенсации «упущенного рабочего времени» (хватило наглости попросить материальной поддержки для своих семей, пока сами игроки будут защищать честь страны на Олимпиаде). Приморская пресса кипела от обвинений в заговоре против Восточного побережья. Центральная Канада оправдывалась исключительно борьбой против профессионализма (якобы игроки «росомах» требовали эти деньги, чуть ли не с угрозами — хотя непонятно, чем они могли вообще угрожать). Квебек играл в свою игру: обрушился с общей критикой на выбор состава сборной, из-за якобы игнорирования игроков «Роялз». Запад поддержал Приморские провинции, обвинив КАХА в лицемерии (подчеркивали центральноканадский шовинизм). Хотя в Виннипеге держали зуб на Восток за переманивание кадров, на что и обратили внимание в местной прессе (как и на систематическое нарушение любительских устоев в целом, вместе с Торонто обвиняя «росомах» в жадности). Приморские игроки заявили, что ничего не требовали у Гилроя, а инициатива по выплатам исходила от самого президента КАХА. Хоккеистам «Вулверинз» даже пожаловаться было некуда: канадский НОК делегировал полномочия по национальному отбору конкретно КАХА, после чего самоустранился от решений по хоккею. 📸 В качестве иллюстрации: Аль Пудас в годы игровой карьеры.

🏒 Продолжаем канадскую эпопею. Гилрой оказался жестким сторонником правила о цензе оседлости (нужно уточнить, что до этого чиновники организации использовали его спорадически, больше грозились). Регионы углядели здесь предвзятость к ним со стороны Центра. Справедливости ради, Гилрой больше пытался пресечь миграцию канадцев в Британию (в первую очередь) и США (эффект был слабым — наоборот, канадцы теперь не торопились возвращаться на родину), но «рикошетом» ударило по регионам. И достаточно сильно. В особенности — по тем самым Приморским провинциям. КАХА в октябре 1934-го заявила, что отныне игроки не могут выступать за свои клубы, если они не соответствовали цензу оседлости на 2 января 1934-го. Хотя ранее правило гласило про 31 мая календарного года. То есть по сути оно было изменено задним числом. Ряд атлантических команд не смог бы набрать новый состав и оказался в ловушке (справедливости ради, на фоне давнего конфликта с КАХА, они просто «забили» на угрозы центральной организации и отказались с ней сотрудничать). Гранды Приморья попыталась перейти на коммерческие рельсы, но вдруг вышло, что без Кубка Аллана необходимую посещаемость трибун обеспечить они не могли. А тут еще и КАХА грозилась дисквалификацией, поставив перед командами с Атлантики ультиматум до 2 января 1935-го. «Галифакс Вулверинз» и «Шарлоттаун Абегвэйтс» сдали назад, решив сделать ставку на возможное участие в Кубке Аллана. А вот двухкратные обладатели главного любительского трофея страны — «Монктон Хоукс», вместе с «Сент-Джон Биверз» попытались организовать еще одну коммерческую лигу (при этом если «бобры» изначально шли до конца, то «ястребы» метались — то вернулись с Галифаксом и Шарлоттауном в любители, то вновь пошли за Сент-Джоном). Для «росомах» ставка на Кубок Аллана сыграла: они взяли трофей, последовательно одолев «Шарлоттаун Абегвэйтс» (Приморская старшая хоккейная лига — 2:0, 1:1, 2:3, 1:1, 3:1, 2:1), «Эдмундстон Эскимос» (плей-офф старших лиг Приморских провинций — 4:1, 13:3), «Монреаль Роялз» (финал плей-офф для Восточной Канады — 3:3, 3:4, 4:2, 7:2) и «Порт-Артур Биркэтс» (финал — 3:2, 4:3). Метания приморских команд в противостоянии с КАХА завершились плачевно: клубы понесли слишком серьезный финансовый урон и общая лига распалась перед стартом сезона 1935/36. «Вулверинз» прекратили свое существование в ноябре 1935-го. Несколько игроков «росомах» уехали в АХЛ, многие разбрелись по клубам из Онтарио. Тренер команды Джек Конн боролся за нее до последнего, но все тщетно — местный НОК заявил, что спонсировать никого не будет, а КАХА начала намекать, что «росомах» без ушедших игроков на Олимпиаду не допустят (хотя до этого позиционировалось, что базовый клуб сборной может пригласить нескольких хоккеистов из других коллективов). И вот в 1935 году Канада столкнулась с первым серьезным спором по вопросу отбора кандидата на хоккейный турнир Олимпиады. В итоге КАХА направила приглашение финалистам Кубка Аллана — «Порт-Артур Биркэтс» из Онтарио. Это вызвало возмущение в Квебеке, где заявили, что «Монреаль Роялз» заслуживают как минимум стыковых игр с «Биркэтс», так как в плей-офф они дали более серьезный бой «Вулверинз», чем Порт-Артур. Хоккейная общественность Приморских провинций и вовсе обвиняла Центр в мошенничестве и заговоре против них. Гилрою пришлось идти на компромисс и собирать настоящую сборную команду: 6 игроков (кипер Артур «Джейки» Нэш, защитник Рэймонд «Рэй» Милтон, центр Александер «Алекс» Синклер, крайки Уильям «Билл» Томпсон, Максвелл Дикон, Норман «Нум» Фрайди и Густа «Гас» Саксберг) — из «Биркэтс», двое (защитник Херман Мюррэй и форвард Дэвид «Дэйв» Невилл) — из «Роялз», еще четверо — из числа бывших игроков «Вулверинз», которые еще не нашли себе новые клубы. Речь идет про голкипера Сильвестра «Дэдди» Бубара, защитников Эрнеста «Эрни» Мошера и Винсента «Винса» Фергюсона, а также левого нападающего Уильяма «Чамми» Лоулора. В некоторых источниках также упоминается некий безымянный игрок из Норт-Батлфорда (Саскачеван), но никаких сведений про него не нашел. 📸 В качестве иллюстрации: Канада, первоначальный состав.

🏒 Приморская хоккейная ассоциация любителей (MAHA) вошла в КАХА лишь в 1927-м. Вскоре разразилась Великая депрессия, которая сыграла свою роль и в хоккейной жизни Канады. Рост безработицы вызвал массовую трудовую миграцию, что приводило к распаду местных общин. Естественно, среди переезжающих с места на место канадских трудяг было и много хоккеистов-любителей. Консерваторам из Любительского атлетического союза и КАХА такая ситуация не нравилась, и они ужесточили ценз оседлости: теперь в муниципалитете нужно было прожить 6 месяцев, чтобы иметь возможность подписать контракт с местной командой. Строгие правила Союза любителей и КАХА очевидно не соответствовали ни времени, ни тем более интересам канадских клубов и игроков. Многие хоккеисты либо вообще заканчивали со спортом, либо открыто уходили в профессионалы. В том числе — уезжали в США или Европу (Британия, Франция). Финансовый кризис привел к оттоку хоккеистов из Приморских провинций в Центральную Канаду. Приморцам такая ситуация не нравилась, они в свою очередь начали набирать игроков из Западной Канады. И делали это настолько искусно, что к 1936 году команды с Восточного побережья становились обладателями Кубка Аллана уже 3 раза кряду. В местной лиге Приморья сложилась большая четверка сильных команд: «Шарлоттаун Абегвэйтс», «Галифакс Вулверинз», «Монктон Хоукс» и «Сент-Джон Биверз». Уязвленная хоккейная общественность Онтарио обвиняла клубы из Приморских провинций в переманивании игроков за деньги, но квартет местных грандов этого особо и не отрицал, подчеркивая, что так делают по всей Канаде (мол, обычная практика для всех коллективов, выступающих в Кубке Аллана). КАХА при этом ранее один раз уже дисквалифицировала перед плей-офф нескольких игроков «Труро Биркэтс» из Новой Шотландии, ссылаясь как раз на нарушение ценза оседлости, из-за чего в составе команды осталось всего 7 игроков. «Биркэтс» и в таком усеченном составе смотрелись достойно, что позволило им войти в местный хоккейный фольклор под гордым именем «Семерка Выживших из Труро». КАХА очень ретиво (и ревниво) подходила к вопросу защиты любительского хоккея от «ползучего профессионализма». В организации придерживались еще довоенных постулатов Любительского союза (AAUC) о статусе любителя, согласно которому игрокам нельзя было получать деньги ни за участие в пари, ни в качестве средства к существованию, ни в виде продажи трофеев, и даже оплаты простоя («упущенного рабочего времени», хотя уже и МОК тогда разрешал такие выплаты). Вообще, в некоторых кругах бытовало мнение, что защита любительства со стороны чиновников КАХА была просто неким фильтром от неугодных социальных групп. Обычному работяге (тем более из провинции) ведь некогда ездить по стране без оплаты, чтобы поиграть в хоккей. Любительство в таком случае выступало в качестве аристократического ценза, некого признака элитарности. А еще как элемент контроля — кто определяет критерии доступа. Возможность регулировать то, кто может представлять нацию в спорте. Ведь ограничение профессионализма — это еще и ограничение доступа к дополнительным тренировкам. Потому что для них нужны деньги, или время, которое могло быть потрачено на зарабатывание этих денег. По удивительному стечению обстоятельств, критерии любительства определяли представители среднего класса. По крайней мере, так считали противники КАХА. Сама организация заявляла, что они отстаивают принципы джентльменского понятия любительства и противостоят скрытому профессионализму («шаматеризму», в котором часто как раз и обвиняли команды из Приморских провинций). В 1934 году главой КАХА стал Эдвард Альберт Гилрой. Родом он был из Манитобы — казалось бы, для регионов свой человек. Но то лишь казалось. 📸 В качестве иллюстрации: фото Э.А. Гилроя. Материал большой, так что финал закину завтра. Там самое интересное. При подготовке использованы материалы: M.Savoie – Broken Time and Broken Hearts: The Maritimes and the Selection of Canada’s 1936 Olympic Hockey Team; T.Rorke – Memory on Ice: Making the 1936 Canadian Olympic Hockey Team; сайтов Puckstruck, Ice Hockey Wiki, HockeyGods и др.

🏒 Впервые в олимпийскую программу шайба попала на Играх 1920-го в Антверпене. Канадцы какое-то время думали, отправлять ли вообще свою команду на турнир, в итоге времени на формирование сборной осталось мало: спешка при поиске кандидата привела к тому, что выбор пал на победителей Кубка Аллана из «Виннипег Фэлконс» (примечательно, что большинство игроков составляли этнические исландцы). В Антверпене «соколы» взяли золото, обыграв всех соперников. Временный, спонтанный (у канадцев не было ни инфраструктуры отбора, ни механизма его финансирования), но удачный прецедент вскоре установил традицию. Канада доминировала на международной арене — и на Олимпиадах, и на чемпионатах мира. Хотя с каждым годом тревожных звоночков было все больше. То со шведами ничья, то американцы бой дадут. В 1933-м вообще уступили сборной США золото первенства мира. Однако на Олимпийских играх шли без поражений. Хотя в Лэйк-Плэсиде те же Штаты нервы канадцам помотали изрядно. Впрочем, статус гегемона хоккейного мира все еще оставался непоколебимым. Между тем спортивная Канада упустила один важный момент — спорт стал глобальной штукой. К середине «тридцатых» он проделал огромный путь от гимнастики для духа и тела до вопроса национального престижа. Концепция спортивных состязаний как «замены войне», символического противостояния наций, появилась еще до ПМВ. Спорт стал своего рода изобретенной традицией, которая пробуждала национальные идентичности. Как бы не ворчал де Кубертен, но медальные зачеты по странам на страницах прессы все-таки победили. К 1936-му сборные команды стран были уже гордыми воинами своих наций. Политики использовали спортивные соревнования в своих целях. Яркий пример — развитие спорта в Италии тех лет: тот же футбол или олимпийская сборная на летних ОИ-1932 в Лос-Анджелесе. Про грядущее лето 1936-го вообще молчу (фашизм и нацизм осуждаем). И именно «тридцатые», со своими радиотрансляциями и огромными аренами, стали переломным периодом в глобализации и политизации спорта. В то же время, борьба за освобождение канадского хоккея от устаревшим догм прошлого века, когда спорт был средством полезных физических упражнений для организма и элементом воспитания, только начинала разгораться. Речь про КАХА и их защиту любительской шайбы. Кубок Стэнли тогда уже окончательно стал фишкой профессиональной и коммерческой НХЛ, которая в своем развитии все больше двигалась в сторону США. Зато Кубок Аллана оставался чисто канадским достоянием. И в начале «тридцатых» контроль над организацией этого соревнования перешел к КАХА. Много уже было сказано о противостоянии канадского доминиона и британской метрополии. Но здесь важно отметить, что помимо роста национального самосознания канадцев как нации, имели место и несколько иные процессы. Речь про местный регионализм — провинции Канады против Центра. Про франкофонское движение Квебека все знают. А ведь есть еще и Приморские провинции (The Maritimes – Нью-Брансуик, Новая Шотландия, Остров Принца Эдуарда). И в «тридцатых» они играли заметную роль в хоккее доминиона. В регионах складывался стереотип, по которому Центральная Канада часто ассоциировалась с англоязычными протестантами, которых хлебом не корми, но дай построить козни франкофонам, ирландцам-католикам, темнокожему и коренному населению. При этом сами ребята из Онтарио недолюбливали не только аристократический снобизм английских лордов с оксфордским акцентом, но и британскую «миграцию из трущоб», которая охотно селилась как раз в Приморских провинциях. И вот офис КАХА находился как раз в Центральной Канаде, что порождало у регионов недоверие к организации. Многие спорные решения чиновников только усугубляли ситуацию. 📸 В качестве иллюстрации: «Виннипег Фэлконс» — олимпийские чемпионы 1920-го. Обратите внимание на фамилии игроков. И наличие игрока по позиции «ровер».

🏒 Сперва — элемент социализации в общине: для канадцев всегда было важно играть в свои виды спорта лучше всех, поэтому успехи в хоккее добавляли местным парням вистов в социальной иерархии. Затем уже — межобщинный и межрегиональный уровни: появлялись соревновательные лиги, управляющие организации и регулярные турниры. Налаживание хоккейного хозяйства способствовало и лучшей коммуникации канадцев между собой, развитию местной идентичности. Стремительно развивалась тактика, появлялись крытые катки — с электрическим освещением и трибунами для зрителей. И когда на хоккей обратили внимание серьезные люди, он был уже достаточно масштабен, получил слишком широкое распространение, чтобы его можно было легко обуздать. Игра распространялась так быстро, что по сути обгоняла попытки управлять ею. Окончательно власть шайбы над умами канадцев закрепили первые розыгрыши Кубка Стэнли (тогда еще Кубка вызова Доминиона по хоккею). Постепенно Кубок Стэнли ушел в профессиональную и интернациональную стезю. Параллельно был учрежден Кубок Аллана (Монтегю Аллан — местный хоккейный энтузиаст, бизнесмен и глава любительской ассоциации спорта Монреаля): этот трофей стал исключительно любительским, и сугубо канадским. Складывались локальные гражданские идентичности — вроде команд франкоканадцев («Ле Насьональ») и ирландцев-католиков («Монреаль Шемрокс»). И своя мифология: как «Доусон-Сити Наггетс» из Юкона отправились на игры Кубка Стэнли, проделав путь в тысячи миль — на собачьих упряжках, велосипедах, поезде, корабле и даже пешим ходом; и все это, чтобы вдрызг проиграть команде из Оттавы (2:9, 2:23) — зато стали героями легенд. Были и попытки взяться за централизованное управление игрой. Сперва — Хоккейная ассоциация Онтарио (OHA). Они попробовали кому-то и что-то указывать, но за пределами провинции их никто особо и не слушал. В 1914 году была основана Любительская ассоциация хоккея Канады (CAHA, с офисом в Оттаве). Она стала частью Любительского атлетического союза Канады (AAUC, зонтичная организация). И вот КАХА подмять под себя весь хоккей страны (от одного побережья до другого) в какой-то момент удалось, пусть и к середине «двадцатых». Первая мировая в канадской истории тоже не смогла избежать преломления в шайбе: команды вроде 228-го батальона Торонто, рекрутинг и сбор средств через хоккейные игры — это вообще тема для отдельного разговора. Великая война оказала свое заметное влияние и на рост национального самосознания канадцев. Уже скоро премьер-министром станет Маккензи Кинг, случится конституционный кризис 1926-го (противостояние Кинга с генерал-губернатором — лордом Бингом), а в 1931-м подпишут Вестминстерский статут, который закрепит суверенитет доминионов. Канада все больше отдалялась от Британии (и все заметнее экономически и культурно сближалась с США). При этом канадское общество продолжало вариться в саморефлексии. Хоккей для них оставался межобщинным, межрегиональным и национальным видом спорта. Канадцы не пытались сделать игру международной, как то происходило с британскими футболом и крикетом (хоть шайба уже и перешла через канадско-американскую границу). И они даже не заметили, как хоккей стал межнациональным. 📸 В качестве иллюстрации: канадский плакат для агитации добровольцев в 148-й батальон времен ПМВ. Очевидная направленность на любителей хоккея.

🏒 Продолжаем цикл про олимпийский хоккей 1936-го. Переходим к участникам турнира. Начнем с Канады. Кубок Аллана в сезоне 1934/35 достался новошотландской команде «Галифакс Вулверинз»: в финальной серии до двух побед «росомахи» обыграли «Порт-Артур Биркэтс» из Онтарио (3:2; 4:3). По устоявшейся традиции, победитель главного любительского турнира Канады предолимпийского сезона получал право представлять страну на хоккейном турнире зимней Олимпиады. Так было и с «Вулверинз». Одна беда: команду из Галифакса вскоре расформировали. На этом проблемы не закончились. Победители ЧМ-1935 из «Виннипег Монаркс» также распустили старшую команду. В итоге решили пригласить финалистов последнего розыгрыша Кубка Аллана — «кошачьих медведей» из Порт-Артура. За пределами Онтарио идея никому не понравилась, особенно громко возмущались в Квебеке и Новой Шотландии. Дабы сгладить углы, пришлось собирать сборную солянку: основа — из «Биркэтс», несколько игроков квебекских «Роялз» и четверо все еще безработных хоккеистов от бывших «Вулверинз». И все бы замечательно, но за две недели до отъезда в Европу… квартет приморцев исключили из сборной. Те якобы потребовали денег — оплату простоя по основному месту работы. Парней стыдили за профессиональные замашки. Скандал разгорелся пуще прежнего. Приморские провинции проклинали Центр. Но на Олимпиаду бывшие игроки «росомах» так и не поехали. И как же хоккейная Канада докатилась до жизни такой? Позволю себе дать мааленькую историческую справку. Когда-то Канада была колонией Британской империи — это все знают. Но ближе к концу XIX века канадцы все же занялись поиском своей национальной идентичности. И огромную роль в культурном плане тут сыграл спорт. Если конкретно — лякросс и хоккей с шайбой. Здесь важно, что обе игры были своими — канадскими. Национальные виды спорта, то бишь. Не только национальные, но и в то же время «национализирующие». Их противопоставляли продвигаемым британцами крикету и футболу. Лякросс вообще позаимствовали у местных индейцев. Именно на него ставка изначально и делалась. Лякросс не взлетел из-за того, что спортивные чиновники из Национальной ассоциации (NLA) буквально задушили игру в зародыше своей хваткой любительских догм. Франкофоны и ирландцы-католики обвиняли НЛА в том, что англо-монреальские элиты взяли власть и, прикрываясь благими намерениями, начали чинить искусственные барьеры — им и коренному населению. Драконовское толкование любительских правил, бесконечные отстранения игроков, и даже целых клубов, мешали развитию лякросса. Конечно же, игра заняла свое и очень важное место в спортивной жизни Канады, но траекторию ее развития немного сбили уже на старте. Хоккей вышел на авансцену чуть позже (хоккейные энтузиасты сперва даже стеснялись юности своего вида спорта). Не суть, где он впервые появился, но точкой роста стал именно Квебек. Сперва Монреаль, затем Квебек-Сити, и вот игра (как массовое явление) уже дошла до Оттавы. А затем — до Онтарио и Манитобы. Пока чиновники душили лякросс, шайба просто выиграла время для свободного развития. И как это не звучало бы громко, но хоккей связывал Западную Канаду, Онтарио, франкофонский Квебек и Приморские провинции Востока вместе. 📸 В качестве иллюстрации: карикатура из Winnipeg Free Press от 11.01.1936.